Глава 15

— Моя девочка, скажи… где сейчас наш сын?

Перестав болтать ногами, Варя улыбнулась в душе: именно этого вопроса она ждала так долго. Наконец, она может действовать.

Варя осторожно встала со стола и повернулась к Сергею, однако их диалог прервал весьма навязчивый кашель позади.

— Думаю, мне пора, — проговорил Визан, подходя к Сергею для прощального рукопожатия, — когда встречаемся?

Сергей ответил коротко:

— Я позвоню.

Антон кивнул, а затем повернулся к девушке с едва заметной улыбкой:

— До скорых встреч, Варвара.

Девушка кивнула, тихо ответив ему:

— До скорых…

Едва захлопнулась дверь за Визаном, Варя тут же переключила все свое внимание на сидевшего за столом мужчину.

— Сергей… Неужели ты думаешь, что я приехала сюда за этим?

Мужчина непонимающе вскинул голову, затем Варя пояснила:

— Ты считаешь, что приехала к тебе добровольно? Чтобы жить, как раньше, только теперь с моим сыном?

— С нашим сыном, — поправил ее Сергей жестким голосом, — ты скрывала от меня сей факт больше пяти лет, Варвара…

Девушка села на кресло недалеко от стола.

— Я не могла по-другому…

— Почему же тогда не сделала аборт? Если я тебе настолько… не мил, скажем так?

Варя запнулась. Аборт?

Едва она узнала о беременности, решение родить этого ребенка стало неотъемлемой частью всего процесса. Мысль об аборте ей пришла только единожды и только тогда, когда она прокручивала всевозможные варианты решения. Ни на секунду больше не задерживаясь на станции этой ужасной мысли, Варя больше не вспоминала об этом.

Все ее мысли были забиты тем, как назвать малыша…

— Еще внутри себя я полюбила его, — тихо произнесла девушка, — страх быть найденной не давал мне спокойно вынашивать ребенка, я боялась твоей реакции… Я боялась, что ты найдешь меня.

— Значит, у тебя такое впечатление обо мне сложилось за год, что мы были вместе?! — хмуро спросил Сергей.

— Не знаю, — покачала она головой, — но этот страх преследовал меня, и только спустя месяцы после родов я смогла немного успокоиться. Богдан родился на месяц раньше положенного срока, но к счастью, все обошлось. А вес его превзошел все ожидания врачей, ведь все-таки он родился недоношенным, — с грустной улыбкой призналась девушка.

Пока Варя рассказывала ему в общих чертах, мужчина сел рядом и заставил Варю отклониться ему на грудь. Его пальцы перебирали пряди волос, пока на Варю напали эти теплые воспоминания.

— Варя, — прошептал он на уровне ее виска, — я хочу увидеть своего сына. На что ты рассчитываешь теперь?… неужели думаешь уйти? Я ведь тогда до конца жизни не перестану искать.

Девушка покачала головой, отдаваясь во власть его рук.

— Я не собираюсь уходить… без предупреждения, Сергей. Я здесь, пока так говорю тебе открыто. Но если я скажу, что это наша последняя встреча, то ты больше меня не найдешь.

— Не скажешь… я не позволю, — прошептал он, — после того ощущения. Я ведь чуть не умер, подумав, что у тебя есть сын от кого-то.

— Я видела… — шепнула она, — но я не стала сильно мучить.

— Я тебя хотел убить…

— И это тоже было в твоем взгляде, — усмехнулась Варя, чувствуя его пальцы на волосах, щеке, губах.

— Я был удивлен, что за шесть лет у тебя никого не было…

— Два года я и думать ни о чем не могла, с Богданом было тяжело. Даже при условии, что он рос как раз-таки очень даже спокойным ребенком. А потом я наняла няню, благо деньги отца позволяли, — Сергей напрягся, — устроилась на работу. Знаешь зачем? Потому что я чувствовала, что скоро идиллии настанет конец. Ты ведь продолжал копать под моего отца, а твои ищейки были повсюду. Ну а последний год… там Катерина приносила не слишком добрые вести.

Наступило недолгое молчание, прерываемое некоторые вопросами, что задавались шепотом.

— Это все, что ты хотела мне рассказать? Я ни о чем больше не должен знать?

Девушка задумалась. Задумалась о Тимуре, о работе в клубе, о предложении и кольце… Нет, пока это все. Пока слишком опасно…

— Нет, — закрыв глаза, тихо ответила Варя.

«Потом, потом я расскажу тебе правду. Но не сейчас, Сергей!», — глубоко вздохнув, подумала Варя.

Вскоре Варя произнесла то, что должна была:

— Сергей, — позвала она мужчину, — одно мое слово и нашего сына привезут сюда тотчас же, он увидит своего отца… мы заживем счастливо.

Она вынырнула из объятий, поворачиваясь к Истомину:

— Отпусти отца, Сергей. Это мой отец!..

Долгим взглядом смотря на Варю, Сергей постукивал пальцами по дереву, отбивая собственный ритм.

Нет, он не думал о сказанных словах.

Он думал, как мягче сказать!..

— Все уже решено, Варя. Тебе нужно это пережить.

Что?..

— Что? — эхом повторила она свои мысли, — мой отец…

Мертв?..

Сергей поднял голову.

— Нет… пока. Несколько дней осталось до понедельника.

У нее осталось несколько дней. До Истомина она не пробилась, он по-прежнему не слушает и не желает услышать ее.

По-прежнему.

— Ты не можешь так поступить с нами, — не веря, девушка покачала головой, — ты ведь хочешь найти и, наконец, увидеть сына… так что же ты творишь?!

— Ты хочешь сказать, что я не увижу его? — в ответ спросил Истомин, напрягаясь всем телом, каждой клеткой своего организма.

Варя горько усмехнулась, вставая с дивана и встряхивая рукой волосы с лица:

— Ты разве еще не понял, Сергей?.. Если ты убьешь моего отца, между нами будет разрушено все!..

Сергей впился в нее глазами, словно не желая верить в ее слова. Он по-прежнему считает, что если Варя рядом с ним, то больше она никуда не денется. Ведь так он считал и шесть лет назад, совсем не ожидая подвоха судьбы, совсем не принимая того, что она сбежала!.. С помощью отца покинула его, оставив одного, а теперь оказывается, что у него есть сын и мужчина совсем не может играть по старым правилам!

Не может не только из-за сына и той вероятности, что никогда не сможет его увидеть, Истомин не может еще раз потерять эту девушку. Девушку, что подарила ему покой шесть лет назад. Единственная, сумевшая подарить ему покой и… ребенка.

Он больше не хочет ее терять, однако та боль, неприязнь, ненависть к человеку, что помог ей бежать, не испарялась, — она лишь прибавлялась, увеличивалась, умножалась в десятки раз, и отказаться от плана, что настиг его разум много лет назад — отказаться он не в силах!

Сергей резко встал с дивана, теперь возвышаясь над девушкой. В последний раз проведя тыльной стороной ладони по ее щеке, он хмуро произнес Варе прямо в губы:

— Я не оставлю его в живых. А тебя я не отпущу. Даже не надейся.

Отрезав эти слова, он тут же обошел ее стороной и, открыв дверь кабинета, вылетел. Дверь за ним закрылась с такой силой и таким ударом, что Варя вздрогнула, а затем одиноко огляделась.

Место, где они еще совсем недавно лежали и вспоминали какие-то события, говорили о сыне… теперь пустовало, а его последние слова перечеркнули все то душевное спокойствие, что воцарилось в ее душе за долгие годы хотя бы на миг.

Сильный хлопок двери до сих пор стоял в ее голове.

Сергей не просто зол и в ярости.

Он словно раненый зверь, который не может отказаться от одного, желая увидеть сына.

Но он до сих пор не усвоил тот грубый и жестокий урок жизни: за двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь…

Не усвоил.

И как бы тоскливо не было Варе без сына рядом, она была уверена: Богдан в безопасности.

А вот в безопасности ли она?

Варя не знала.

Неделя спустя.

Прошла неделя с тех пор, как Варя больше не предпринимала никаких попыток что-либо изменить, она просто ждала. В данной ситуации она давно ничего не решала, теперь все зависело от самого мужчины. От Сергея.

Однако нельзя было сказать, что девушка сидела, сложа руки. Все это время она четко следовала плану, ведь главном было — не упустить момента, когда Сергея будет трудно остановить и он закончит начатое…

Все это время она следила за судьбой отца, однако пока ничего нового не происходило. Сергей всю эту неделю полностью игнорировал Варю: ее просьбы или разговоры. Завтракал рано утром, тут же уезжая на работу, не ужинал совсем, приезжая поздно ночью и тут же ложась спать.

Дверь хлопала всю эту неделю беспрерывно. Иногда не сдерживая себя в эмоциях, мужчина часто делал жесткие и не очень выговоры охране, домработнице или так называемому дворецкому.

Варя смирилась с этим, однако жить вдали от сына ей было невыносимо, а также страшно.

Она понимала, что тем самым Сергей испытывает и ее. Он уверен, что она сдастся и тут же уедет к сыну. Для этого даже была открыта дверь и, она уверена, машина с воротами. А за ней бы тут же двинулась охрана.

Любовь к сыну была настолько сильна, что она порой даже порывалась сделать так, но тут же одергивала себя.

Нет… сначала она спасет отца.

Разве не так бы поступила каждая дочь?!