Часть 35

Лена зашла на кухню и растерялась, обнаружив Толю, который сидел за накрытым столом и светло улыбался ей.

— Доброе утро, — его улыбка расползлась ещё шире.

«Не верю, что ты сейчас находишься рядом со мной. Это сон! Прекрасный сон наяву!» — рассуждал мужчина.

— Доброе, — смутилась она, решив, что в тюрбане из полотенца выглядит смешно. — Я не знаю, чем высушить голову. Фен в ванной комнате не нашла.

— У меня его и нет, — продолжал улыбаться мужчина. — Но ты не волнуйся, я спрошу у соседки.

«У соседки, — неприятная мысль царапнула Лену изнутри. — Насколько хорошо ты знаешь эту соседку?»

— Хотя нет, она скорее всего ещё на дежурстве. Лучше Грише звякну. У него сегодня выходной.

— А ты уверен, что у него есть фен.

— Конечно, — не раздумывая ответил Толя, — он его для своих девчонок держит.

— У него есть дети? — удивилась Лена.

— Что ты, — поперхнулся чаем мужчина. — Он мужчина свободный, разведённый, но без детей.

— Тогда… — Лена наконец догадалась кого Толя назвал «девчонками» и покраснела. — Ох, — вырвалось у неё.

— Наоборот, — засмеялся Анатолий. — Я обязательно подколю его, — и подмигнул ей.

— Как хочешь.

— А ты почему ничего не ешь?

— Ну, — отвела она глаза, — я обычно не ем с утра.

— Нет, — накрыл её руку своей мужчина. — У тебя теперь новая жизнь и новые правила, — он пододвинул к ней тарелку с бутербродами. — Давай. Хотя бы один.

Лена хотела возразить, что она растолстеет, но вовремя осеклась, не желая обижать Толю. Женщина покосилась на кусок хлеба смазанный маслом и накрытый ломтиком сыра.

«От одного бутерброда не растолстею», — решила она, тут же вспомнив, сколько раз Павел высказывал своё недовольство об угловатости её фигуры, а она специально не ела, в надежде, что станет ему безразлична, противна… И она, действительно, стала ему противна, как женщина, но не безразлична, как «боксёрская груша».

Женщина взяла один бутерброд и откусила небольшой кусочек.

— Как? Съедобно? — улыбнулся ей мужчина.

— Да, — прожевав ответила ему и откусила ещё.

— И отлично.

Какое-то время в помещении царило молчание. Но оно не было гнетущим, скорее домашним, спокойным, лёгким.

— А ты на работу не опоздаешь? — поинтересовалась Лена, жуя третий бутерброд. Да, кто их считает?

— Нет. Я взял отгулы на несколько дней.

— Зачем?

— Не хочу оставлять тебя одну.

— Но это неудобно.

— Очень даже удобно. А работать я могу и через интернет. Так что не переживай. А у тебя какие планы?

— Я… — она глубоко вздохнула и зажмурила глаза. — Я хочу подать на развод.

«Развод», — мужчина перестал дышать. Ему хотелось вскочить со стула, обнять Лену и закружить по комнате.

— Хорошо. Да. Хорошо.

— Ты же поедешь со мной, — неуверенно спросила она.

— Конечно. Я всё равно не отпустил бы тебя одну, — заверил её Толя. — Что ж, — стараясь сдерживать улыбку, произнёс он. — Ты допивай чай, а я позвоню Григорию насчёт фена.

— Да, спасибо, — и она потянулась за новым бутербродом, на этот раз с колбасой.