Часть 45

Павел, морща нос, принялся вытирать за собой.

— Я и не думал, что Маша такая мелочная, — недовольно бурчал он. — Подумаешь, намочил сиденье унитаза, не слил за собой. Это же не конец света.

Он вымыл руки и, обидевшись на женщину, ушёл в спальню. Телефона у него больше не было, поэтому он включит телевизор и разлёгся на кровати, решив посмотреть какой-нибудь спортивный канал.

— Павел, — вдруг закричала на всю квартиру Маша. — Павел!

— Ничего не слышу, — хмыкнул он.

«Ленка всегда сама приходила, если ей что-то от меня надо было, так что и эта не переломится», — улыбнулся мужчина, делая громче звук на телевизоре.

— Павел, — в спальню вошла злая Мария. — Почему ты не идёшь, когда я тебя зову.

— Я что собака, — хмыкнул он, — чтобы бежать к тебе по первому зову.

— А я значит собака, чтобы бегать к тебе и отвлекаться от работы.

— Ну, Машенька, что-то ты слишком капризная сегодня.

— Я капризная? Это ты ведёшь себя, как барин. Йогурт съел, а упаковку не выбросил, так и оставил на столе. Чай выпил, а стакан не вымыл.

— А разве я должен это делать? — удивился он. — Это же бабская обязанность.

— Может в твоём доме это и бабская обязанность, а в моём — самообслуживание. Иди и убери за собой, и чашку вымой.

— Маша, как ты со мной разговариваешь? Помнится, ты сама всегда убирала и мыла.

— То было раньше. Ты приходил ко мне в гости. Мы хорошо проводили время вместе. Раз в неделю я могу себе позволить убрать за любимым мужчиной. Но ты планируешь пробыть у меня больше, чем пару часов. Так что привыкай.

— Привыкай! — вскочил Павел с постели. — Это я должен привыкнуть! Да ты не в своём уме, чтобы такое мне говорить. Я мужчина, в конце концов.

— А мне всё равно, что ты там думаешь о себе. Я требую, чтобы ты соблюдал правила моего дома.

— Твоего дома? А кто квартплату оплачивает?

— Это мелочи, дорогой. Я делаю приятное тебе, ты делаешь приятное мне. У нас взаимовыгодные отношения.

— Я думал, что у нас любовь.

— Любовь любовью, а деньги деньгами.

— Ах, ты змея! — мужчина схватил женщину за горло. — Пользовалась мной и ещё права качаешь.

— Отпусти! — захрипела Маша, хватая воздух ртом и пытаясь освободиться от хватки Павла.

— Что? Не нравится? — шипел ей в лицо он. — Привыкай. Сама хотела быть моей женой.

Мужчина наклонился и прижался в злом и жалящем поцелуе к губам женщины. Она замычала и замотала головой.

— Лучше расслабься, милая! — он разжал пальцы на её горле, подхватил под ягодицы, прижимая к стене и заставляя обхватить его ногами.

— Мерзавец! Негодяй! — закричала она.

— Да, — застонал Павел. — Вот так! Люблю страстных кошечек!

— Мяу, — улыбнулась женщина.

«Ты ещё пожалеешь!» — подумала про себя Маша и обвила его шею руками.

— Умница, — похвалил её мужчина, увлекая в водоворот страсти.

Через полчаса женщина выскользнула из постели.

— Ты куда? — разнеженным голосом спросил Павел.

— Пойду куплю тебе чего-нибудь вкусненького. Ты вроде, мяса просил.

— Иди, — улыбнулся он. — Только шею прикрой.

— Хорошо, — кивнула она головой.

Женщина надела нижнее бельё, юбку и блузку. Чуть подкрасилась.

— Долго не задерживайся, — напомнил ей мужчина.

Мария вышла из спальни, дошла до входной двери, руками растрепала волосы, размазала помаду по лицу, сняла трусики и бросила их у входа, маникюрными ножницами, которые незаметно захватила из спальни, сделала несколько разрезов на блузке и разорвала их. Она босиком вышла из квартиры и принялась стучать к соседям. Маша точно знала, что там живёт Юлия Сергеевна, пенсионерка, бывшая учительница, которая сейчас занимается расфасовкой семян на дому.

— Кто там? — услышала Мария голос женщины.

«Кошечку захотел, — скривила лицо Маша, как будто ей было больно, — получи тигрицу».

— Помогите, — просипела молодая женщина.