Глава 31. Опасения

Амали

Внутри «Факир» был ещё прекрасней, нежели снаружи: никакой кричащей роскоши, но всё лаконично, дорого, функционально и ультрасовременно. Про некоторые технологии я даже не слышала. А как работал его двигатель! Это басовитое урчание… в общем, я влюбилась.

— Нам начинать ревновать? — с лукавой улыбкой неожиданно спросил Сэт.

Ой! Я что, последнее сказала вслух? Не важно.

«Пусть делают, что хотят, только не мешают получать эстетическое удовольствие» — решила я, разглядывая вместе с Тарком консоль ручного управления системами корабля. Первый же запущенный импульс проверки выдал вполне однозначный диагноз — сто процентов систем исправны и работают в штатном режиме.

— Постой. Вы же говорили, что есть какие-то неполадки с системой жизнеобеспечения кают? — уточнила я.

— Когда мы такое говорили? — деланно удивился Тарк, но при этом отвёл взгляд и его резкие скулы покраснели.

— Тогда, когда я предлагала переночевать на вашем шаттле, а потом отправиться в академию, — напомнила я, пытаясь понять, зачем они меня обманули.

— Это был коварный план по твоему соблазнению. Мы бы останавливались на каждой станции и пытались очаровать свою игнию. У тебя не было шансов устоять, Ами, — раскрыл свой замысел Сэт, при этом нагло улыбаясь.

Обидно. То есть они с самого начала не планировали разводиться? Рассчитывали долго брать крепость, а я просто так взяла и сдалась… даже до второй станции не дотерпела.

— Сэт! — строго прикрикнул на старшего из мужчин Рейлин, ощутимо стукая его в плечо.

— Она должна знать. Я против того, чтобы начинать наши отношения со лжи, — пояснил он, но моего настроения это не улучшило.

Наивная идиотка, я думала, что это мой выбор.

— Спасибо за экскурсию. Я пойду в одну из кают, раз уж с ними всё в порядке, — едко сказала я, поворачиваясь спиной к этим интриганам.

— Я тебя провожу, — робко предложил Таркос, но я только сверкнула на него недовольным взглядом.

— Я запомнила схему. Не заблужусь, — ответила, направляясь в самую дальнюю и маленькую из пяти кают.

К счастью, за мной никто не последовал. Уверенно двигаясь по коридору, я почувствовала мягкий толчок, означавший начало движение шаттла.

Выбранная мной комната оказалась не такой маленькой, как казалось на схеме. Здесь была полноценная кровать, а не откидная полка, тумба для личных вещей, встроенный аквариум с живыми растениями и очистительная кабина. Немало и вполне уютно.

Оставшись наедине с собой, я ощущала себя глупой и потерянной. Даже чувство обиды на этих заговорщиков если и было, то какое-то неубедительное. Почему-то мне подумалось о том, что они честно говорили, что не хотят развода, а я всячески это игнорировала, зацикленная на идее поскорее освободиться от них.

Что меняло признание Сэта? В принципе — ничего, но как я должна была на него реагировать? Посмеяться над собственной глупостью? Устроить скандал? Проигнорировать? У меня не было ответов на эти вопросы. Жизнь в любящей семье не подготовила меня к таким ситуациям. Как бы то ни было, я сильно досадовала только об одном — я уступила им слишком быстро. Никогда не умела себе врать, поэтому, почувствовав притяжение между нами, просто уступила этим эмоциям. А вдруг я ошиблась? Что будет, если я встречу кого-то ещё и почувствую то же самое? Мы практически незнакомы, а я собираюсь лететь на край галактики, чтобы связать свою жизнь с тремя мужчинами. Хотя, о чём это я? Мы уже связаны!

— Идиотка! — в сердцах обозвала я себя, испытывая до боли знакомые чувства страха и беспомощности.

— О чём бы ты ни подумала — выбрось эти глупости из своей хорошенькой головы, цветочек, — строго сказал Сэт, заставляя меня подпрыгнуть от неожиданности.

— Я не слышала, как ты вошёл, — сказала я, отодвигаясь дальше, позволяя мужчине присесть.

— Рассказывай, — безапелляционно потребовал Сэтар, притягивая меня в свои объятия.

И снова это дурацкое чувство! Стоит этому пиру прикоснуться ко мне, как я забываю обо всём, наслаждаясь его силой и уверенностью.

— Что тебе рассказать? Что чувствую себя дурой? Забавно было играть со мной? Отпусти меня, не могу нормально думать, когда ты рядом, — призналась я раньше, чем успела прикусить свой длинный язык. Я оттолкнулась от груди Сэта, стараясь увеличить между нами расстояние, но он не позволил, крепче прижимая меня к себе.

— Мы тоже сходим по тебе с ума, Амали. И нет — не смешно. Никто не играл, но и отступать мы не планировали. Тебя правда злит именно это? Чего ты испугалась? — допытывался пир, глядя в мои глаза.

— Всё это безумие! Ты и парни — я практически не знаю вас, а вы меня. Что будет, если мы остынем друг к другу? А если кто-то из вас влюбится в другую или я… — но договорить Сэт мне не дал.

Он ловко перевернул меня, прижимая к кровати своим телом и, глядя прямо в душу своими серебряными глазами, заговорил:

— Ты влюбишься в меня, Таркоса и Рейлина, никого другого не будет ни у нас, ни у тебя. Наш огонь тебя принял, он уже живёт внутри тебя, согревая нас и даря нам счастье. Прекрати думать человеческими категориями. Мы пиры, и не изменим своей игнии, просто не сумеем. Всё, что происходит между нами — правильно. Можешь обижаться, обзывать меня, можешь даже запретить греться у твоего огня, но я всегда буду говорить тебе правду, Амали. С тех пор, как ты коснулась моей руки в том баре, у тебя не было ни единого шанса от нас отделаться — ты наша!

Его слова звучали почти угрозой, а я радовалась, как дурочка. Мне нужна была эта его уверенность в том, что всё правильно, что я нужна, что я, наконец, обрела свою семью, пусть и немного не в том составе, на который рассчитывала. Вместо ответа я потянулась и коснулась его губ поцелуем.

Я целовала Сэта без нежности — жадно, нетерпеливо, как будто наказывая нас обоих за те чувства, что этот невозможный мужчина во мне будит.

— Что ты творишь, девочка? Я же не могу больше сдерживаться, — с каким-то отчаянием шептал мне в губы Сэтар, продолжая целовать.

— И не надо. Ты мой, — сказала я, не давая нам одуматься.

Сэт был прав: я не смогу такое чувствовать ещё к кому-то, кроме этих троих мужчин. Это было слишком… остро, как будто мы связаны чем-то гораздо большим, чем та случайная встреча в баре. Меня давно окружают красивые парни, но ни на кого я так не реагировала.

— Только твой, цветочек, а ты наша, — как заклинание шептал Сэт, торопливо срывая с меня брюки вместе с бельём, пока я возилась с застёжкой на его штанах.

Магнитный замок раскрылся, и я скользнула ладонью под эластичную ткань белья, высвобождая его напряжённый член. Легонько сжав ладонь, я приласкала его по всей длине, наслаждаясь прерывистым вздохом Сэта.

— Прости меня, крошка… не могу больше ждать, — сдавленно признался он, начиная проникать в меня.

Я уже достаточно возбудилась, но всё равно было туго и так ярко, что я вскрикнула, впиваясь пальцами в рубашку Сэтара. Мы так спешили, что даже не разделись до конца. Одежда мешала, но одновременно ощущения в том месте, где сливалась наша плоть, усилились. Горячее влажное трение, наше сбитое дыхание, треск ткани и резкие толчки, каждый из которых заставлял желать ещё: ещё больше, ещё сильнее, ещё быстрее.

Мы напоминали двух животных, застигнутых инстинктом врасплох. В этом действе не было нежности — дикая страсть, жажда, потребность. Он был нужен мне, как воздух, как сама жизнь.

— Сэт! — вскрикнула я, чувствуя приближение разрядки.

Чего я просила? Я сама не понимала, но это знал Сэтар. Он немного изменил угол и ускорился, заставляя мир рассыпаться и снова возродиться в ярких языках пламени, что плясали по нашей одежде, в протяжном стоне Сэтара, его дрожи и взгляде, полном нежности, что оставил в моей душе гораздо более яркий след, чем татуировки на руках или груди.

— Я люблю тебя, Амали. Никогда не сомневайся в этом, — убийственно серьёзно сказал мужчина, прижимая меня к себе.