Глава 37. Наследие

Амали

Суета заняла гораздо больше времени, нежели обещанные Реем пара минут. Брюнет не отлипал от своего коммуникатора, сосредоточенно и чётко отдавая кому-то приказы. Суть их сводилась к тому, чтобы обеспечить нам инкогнито, не давать никому информации о месте нахождения «Факира» и круга Фао, а также просьба помощникам отправиться на те встречи, которые Сэтар и парни планировали посетить сами.

Вся эта активная деятельность, вкупе с неизвестностью, изрядно пугали. Я отчаянно пыталась стянуть с себя браслет, но чем больше я пыталась, тем более плотно он сидел на запястье, а может просто опухла натёртая рука.

Сэт вернулся только через полчаса. Он влетел в каюту вместе с встревоженным Тарком и сразу набросился с вопросами на Рея, который отчитался ему о проделанной работе.

— Вы объясните мне, что случилось? Что не так с этим браслетом? — резко спросила я, теряя терпение.

— Рей, ты не рассказал ей? — с укором спросил Таркос, подхватив меня на руки. Красноволосый присел на софу, расположив меня своих коленях, и, покрутив в руках медальон, висевший на моей шее, заговорил: — Амали, похоже, что ты не человек, — изрёк он, заставляя меня прыснуть от нервного смешка.

— А кто я тогда? Птеродактиль? — удивлённо спросила я. Глупо, но почему-то на ум пришёл именно доисторический ящер.

— Я понятия не имею, о ком ты говоришь, но, скорее всего, ты пирианка, по крайней мере, наполовину. Этот браслет… в общем, это не просто украшение, а родовой символ круга, считавшегося утерянным, — сообщил Тарк, вызывая у меня недоверие, не мужчине, а сказанным словам.

— Глупости! Мама с отцом много путешествовали, наверняка он попал к ним случайно. Я не знала, что его нельзя носить, — сказала я, в очередной раз дёргая непослушную полоску металла.

— Не надо, Ами, — попытался успокоить меня муж, накрывая своей большой ладонью моё запястье. — Это не ошибка и браслет не снимется. Он состоит из фейров, по-вашему — нанитов, они реагируют только на того, в ком есть наследственные признаки рода, создавшего такое украшение. Снять его практически невозможно. Браслет откроется только со смертью носителя, — окончательно поразил меня Тарк.

— Но как? Откуда? Это невозможно! — растерянно бормотала я, не в силах принять этот факт.

— Это так, Амали. На тебе символы наследницы клана Аэро, — добил меня Рей.

Некоторое время я просто молчала, пытаясь осознать всё, что только что узнала.

— Даже если всё так, как вы говорите, и я такая, как вы, то почему это плохо? Из-за чего вся эта суета? — задала я основной вопрос, мучивший меня, хотя до конца я не приняла мысль о своём пирианском происхождении.

— Это не плохо. Просто опасно. Наш клан Фао… он состоит только из нас, мы не принимали вассалов. Это и хорошо, и не очень. С одной стороны, нам не нужно тратиться на второстепенные ветки клана и решать их проблемы, а с другой, нас тоже никто не поддерживает. Ты единственная законная наследница огромного капитала. Те фамилии, которые до сего дня распоряжались твоим имуществом, они не захотят терять свои позиции и наверняка попытаются отнять тебя и связать со своими сыновьями, — как всегда прямо ответил Сэтар.

— Не пугай малышку, — сказал Рей, буравя Сэта тяжёлым взглядом.

— Так! А теперь по порядку: во-первых — что значит отнимут? Разве у пиров бывают разводы? Во-вторых — я не нужна вам со всеми этими проблемами? — дрожащим от волнения голосом, но я заставила себя спросить обо всём, что меня тревожило.

— Никогда не говори такого! Ты наша игния. Что значит — не нужна?! — вскинулся Сэт.

— Разводов нет, Ами. Но нас могут просто убить и выдать тебя снова замуж, — сказал Тарк, заставляя меня вздрогнуть.

В комнате снова повисло тяжёлое молчание, разбавляемое только моим сосредоточенным сопением.

— А мы не можем не сообщать никому об этом? Ну, не было никакой наследницы и пусть дальше не будет, а браслет будем скрывать. На крайний случай, можно остановить мне сердце, а потом снова завести, когда браслет спадёт, — предложила я подходящий выход из ситуации, но, глядя на побелевшие лица мужей с явными признаками ужаса на лице, поспешно добавила: — В присутствии медиков, конечно. Умирать я не собираюсь, — поспешно добавила я.

— Ни за что! Никаких экспериментов с твоей жизнью! — гаркнул Сэт, отнимая меня у Таркоса.

— Ой! Ты чего? — пискнула я, когда Сэтар почти задушил меня своими объятиями. Стальные обручи рук разжались, но ладонь мужа зарылась в моих волосах.

— Интересные тебе мысли в голову приходят, Ами. Но теперь я, кажется, начинаю понимать, как твоя мама сбежала двадцать два года назад. Ты можешь показать мне фото своих родителей? — спросил Рейлин, глядя, как Сэт успокаивает свои нервы, поглаживая мои волосы.

— Конечно. Коммуникатор. Он там, — указала я на столик. Тарк потянулся и передал мне средство связи.

Я набрала код, и в памяти устройства быстро отыскала наш семейный альбом. Смотреть на застывшие минуты беззаботного счастья было больно, но я листала изображения, показывая своих родителей. Няню, что много лет жила с нами, а заодно промелькнуло несколько фоток со мной и Марком, где мы совсем ещё дети.

— Это точно она. Сафаира Аэро. Ты похожа на отца, Ами. Похоже, он всё-таки человек, — сказал Рейлин.

— Но маму звали иначе. Она Фаина Нэвис, — вяло протестовала я, не в силах смириться с тем, что я почти ничего не знала о своей семье.

— Похоже, менять имена — это ваша фамильная черта, — хмыкнул Сэт.

— Вы так и не ответили: почему нельзя умолчать о том факте, что браслет на мне замкнулся? Закрыть его коммуникатором — и всё, — предложила я, пытаясь понять, зачем мужчины устроили срочную мобилизацию с элементами паники.

— Потому что этот символ содержит передатчик, который с точностью до светового года определяет местонахождение наследника на карте главного магистериума. Они уже знают, что ты есть, Ами. И даже твоё изображение и анатомические особенности им уже известны, как и то, что ты наша игния, — добил новостями Таркос, заставляя меня длинно и витиевато выругаться.

— Амали! — в три голоса воскликнули мужья, вынуждая меня устыдиться.

— Простите. Нервы, — отозвалась я, лихорадочно думая, как быть дальше.