Роман 11.

- Ромыч, мать твою! Ты же понимаешь, что вестись на ущемлённую гордость Назира - это тупо. Откажись. Давай накинем килограмм, ты в пограничном весе, - Ярослав рассекает раздевалку, как клетку. Я его понимаю, он мне не верит. Не верит в спортивный интерес и если бы он знал правду, что я иду добровольно получать в голову из-за девчонки, сам бы мне навешал прямо здесь.

- Нет, я сказал, - встаю с массажного стола, - Бой будет. Я уже не сольюсь. Возвращай сюда всех, люди под дверью стоят.

- Ну как знаешь, - цедит сквозь зубы друг. Выдыхает и подаёт мне кулак, по которому я бью своим, - Раскатай его.

- Не сомневайся, - чувствую, как вены разрывает возбуждение. Оно примерно такой же силы, как от запаха, от одного безумного запаха Алисы. Единственное, что сейчас способно меня остановить - это войти в ее тело. И чтобы она клялась мне чертовой любви. Только так. Я хочу прав на эту женщину, полных, неоспоримых прежде всего ею самой. Хочу ее капитуляции, преданного взгляда, каждую ночь и не согласен на меньшее.

- Выход, Ром, - мне на плечи ложится халат, чтобы не остыли мышцы, и мы выходим в коридор, где нас тут же окружает стена охраны. Напрягает, что в этот раз все слишком серьезно. В первый с Назиром бой все вышло «по-ребячьи», вышли, махнулись. Я выиграл.

- Не ведись, - мне подают в рот капу, - Назир любит побегать. Подсекай при первой возможности и в партер уводи, - киваю головой в ответ на все наставления.

Лучи прожекторов на несколько секунд меняют положение и освещают зал, открывая моим глазам картину, от которой хочется убивать. Алиса стоит рядом с Ярославом и держит его за рукав пиджака. Бл*ть! Сука! Когда они успели познакомиться? Он накрывает ее руку своей. Освещение снова меняется, и теперь я могу только отпустить срывающуюся с катушек адекватность. Давление глушит уши, по-хорошему, мне надо остановить бой. Но она смотрит.

- Бой! - соперник кружит. Это бесит. Рывком сокращаю расстояние между нами и бью двойку. Ай! Хорошо зазвенела. Назир бывший боксёр, поэтому , расстояние вытянутой руки для него комфортное. Стоит очень уверенно, знает, что я его свалю сразу же, как только он ошибётся. Пробивает. Отвлёкся. Я не могу выбросить девушку из головы. Злость затапливает, и я пру сериями на оппонента. Чего блин? Какие нахрен локти? Не было их! Ритм боя сбивается, и я пропускаю хлесткую плюху. Скулу сводит. Да ладно? В прошлый раз сила удара была меньше. Делаю захват, подсекаю, и мы улетаем в партер. Болевой. Ёрзает гад, скидывает меня. Судья возвращает в стойку. Прожекторы снова меняют фокус, и я вижу Алису с Ярославом на том же месте. Гадство... Он целует ее руку. Висок обжигает тяжестью удара. Я плыву. Ну пиз*ц... Предметы меркнут и расплываются...

Перманентный яркий свет и запах нашатыря сводят с ума, но глаза открыть я не могу.

- Говорите с ним, - уверенный мужской голос вклинивается в сознание, - Он в отключке третьи сутки. Мы должны сделать все возможное, чтобы не допустить кому, - хлопает дверь, а под ногами человека мерно поскрипывает пол.

- Ты как, мужик? - Ярослав подходит ближе, - Что тебе, блин, там такого снится, что ты к нам назад не хочешь... - голос усталый. Реально переживает? Трогает мою женщину и печётся о моем здоровье? Делаю титаническое усилие и привожу язык в движение, разлепляя пересохшие губы.

- Нахрен пошёл, - сил больше нет, провариваюсь снова в темноту. Туда, где мне хорошо, где она - моя.

Чувствую запах отца, он с кем-то тихо разговаривает в коридоре. В голосе резкие, нервные ноты, да я знаю, что он сейчас думает. Ну и пусть. Снова накатывает сон, но не темнота, и этот момент меня сильно радует.

Просыпаюсь уже утром от обыкновенного холода. Открываю глаза, прислушиваясь к ощущениям. Голова болит, но не внутри, а снаружи, не тошнит и хочется есть. Замечаю справа движение, и ко мне подбегает немолодая медсестра.

- В себя пришёл, хороший ты мой, - она помогает укрыть ноги, - Я сейчас врача позову. Девочка твоя ушла только, но ей поспать пора. Четверо суток около тебя, почти не евши.

- Девушка? - сердце ухает, оно не отказалось от своих предпочтений ни на секунду, пока я мозгом ненавидел любой образ любимой женщины.

- Конечно, - медсестра кивает и смотрит на меня с подозрением, - У тебя не амнезия случаем? Как зовут помнишь?

- Роман Фетисов.

-Ну и слава Богу, а то тут все вокруг тебя с ума посходили.

Значит, это не бред? Алиса была со мной... Она сплетала наши пальцы, что-то шептала на ухо, а я не мог разобрать ни слова, мне было просто хорошо и жизненно необходимо растворяться в ощущении ее близости. Сознание качало в эйфории, как на волнах, иногда на руки падали редкие тёплые капли слез. Ощущал ее нежные губы на своих щеках. Я все это придумал? Или нет? Ты - помешан, чувак, ты - болен... Зачем я купил этот чертов клуб?

На завтрак приносят пустой куриный бульон, корзинку хлеба и сладкий чай. Пока молоденькая медсестричка сервирует прикроватный стол, медленно раскладывая на нем приборы и тарелки, в палату заходит Ярослав в небрежно накинутом на плечи белом халате.

- Ну, Ромыч, ты даёшь! - недобро слежу за ним глазами, пока он берет стул, придвигает его ближе ко мне и садится, - Я должен, наверно, извиниться перед тобой... Что так все вышло, - стискиваю зубы и ничего не отвечаю. В голове сверлит только один вопрос и я, не выдерживая, цежу его сквозь зубы.

- Спал уже с ней?

- С кем? - друг удивлённо вскидывает брови, черт почти искренне у него выходит, - Я вообще о Свете пришёл поговорить... Отправил ее к родителям, пусть голову полечит. А ты будешь знать, как больных баб трахать! Дура решила посмотреть, как ты по клетке будешь летать от перчаток с утяжелителем...

- Нахрен твою сестрицу! - я дёргаюсь, задеваю стол с завтраком, и он с грохотом летит на пол. Меня скорчивает от резкой боли в затылке, и я опускаюсь на подушку, прикрывая глаза.

- Выйди отсюда. Живей давай. Пришли через десять минут санитарку и новый завтрак. Сама больше не появляйся, - Ярослав с пренебрежением выпроваживает за дверь нерасторопную медсестру, которая рисовалась перед нашими лицами последние пару минут в надежде привлечь внимание, - Я понял о ком ты, - делает паузу и возвращается к стулу, - Не стану отрицать, что девочка мне «зашла». Познакомился с ней минут за десять до твоего боя, она мне отказала в близком общении. Алису привёл в клуб один парень, кажется, ее брат, чтобы она поставила мне экшен - шоу.

- У неё нет братьев, - шиплю в ответ, открывая глаза. Там бл*ть ещё и брат какой-то нарисовался. Ну просто охренительно!

- Фетисов! В себя приди! - повышает голос друг, - Ты кто ей? Муж? Совсем головой поехал? Она от тебя четыре дня не отходила, мылась и ела только в то время, когда приезжал я или твой отец! А ты девчонку в шлюхи записал? Думай лучше, чем обидел ее! Ты отсюда выйдешь, а я подожду пока она по тебе перебесится, и заберу себе! Думал, что у тебя глюки были, когда ты меня в отключке послал... Идиот! - он подрывается и идёт к двери, - Будь здоров! - жмёт ручку двери...

- Погоди, Ярый, - его рука замирает, а я сжимаю голову пальцами, - Черт, болит то как, капец! Привези ее.

- Нет!

- Ярый! - с нажимом повышаю голос, - Нам с ней очень надо поговорить, ты просто себе не представляешь КАК!

- Я попробую, - он кивает и выходит из палаты.

- Спасибо, - отключаюсь.

Глубоко вдыхаю запах ее духов. Моя девочка здесь, но не подходит. Стоит у окна ко мне спиной и тяжело дышит.

- Лисичка, - зову чуть слышно. Медлит, не реагирует , - Иди ко мне, маленькая, - руки обхватывают хрупкие плечи крест на крест, и она поворачивается.

- Я не твой трофей, Фетисов, чтобы меня доставляли к тебе и увозили по щелчку пальцев, - вздрагивает, нервно ведёт плечами, - Я думала, что сойду с ума здесь, - всхлипывает, - Когда увидела тебя среди проводов, - голос дрожит, вся на эмоциях.

- Подойди, пожалуйста, и сядь рядом, - сейчас я могу пробить ее только своей уверенностью. Делает шаг, ещё, подходит к краю кровати, - Ближе, Лисичка. Садись, - опускается на матрас и смотрит в пол. Беру ее ладонь и подношу к губам, целуя каждый пальчик, - Ты - не трофей, ты - ценность. Мое сокровище, моя любимая, единственная и глупенькая девочка, - пытается вырвать руку - не отпускаю, - Моя Банши, - притягиваю к себе, не соображая от чего меня сильнее кружит : от головной боли или от того, что моя любимая не сопротивляется и рвано дышит.

- Даже не надейся помереть, Фетисов, ты будешь жить долго, - она уже сама тянется ко мне. Вкусная, нежная... - Только ответь мне честно, - останавливается и серьезно вглядывается в глаза, - У тебя со Светой был ребёнок? Я расстроила вашу свадьбу?

- Откуда этот бред? - напрягаюсь, в ожидании ответа.

- Та женщина сказала утром, и Света крутила кольцом перед моим носом...

- Сууки!- у меня подлетает пульс, а голову моментально сковывает в стальные тиски. Боль вызывает непроизвольный глубокий выдох со стоном, - И ты поверила...

- Рома? - она пугается и хватает мою руку, - Тебе плохо? Я сейчас позову врача, - вскакивает, но я успеваю перехватить ее в самый последний момент и укладываю головой себе на грудь.

- Алиса, я не буду тебе врать. Со Светой спал, вытворял многое и разное, но ребёнок между нами не возможен. Собственно, как и брак. Такой вопрос никогда не поднимался, - она пытается что-то возразить, - Тихо! - чуть рычу на неё, - Только от тебя детей хочу. Жить с тобой хочу.

- Прости меня... - она поднимает голову и смотрит в глаза. Преданно, влюблённо, да... Моя маленькая, - Я все испортила? - закусывает свою припухшую губку. Прижимаю девушку к своим губам, она, подчиняясь порыву, целует сама.

- Это ты скажи мне, - отстраняю от себя, а Алиса прикрывает веки. Длинные ресницы порхают по скулам, на губах следы поцелуев, и уголки рта дергаются в улыбку.

- Я тебя люблю, - прячется, целуя в ключицу. Дышит, опаляя мне шею, губы скользят дорожкой до груди.

- Алиса...- пах наливается тяжестью и начинает ощутимо пульсировать , - Остановись, милая. Мне нельзя, но клянусь, что сделаю это.

- Я не буду, - она, смутившись, отстраняется.

- Хочу, чтобы ты переехала ко мне. Пока не ясно, когда меня выпишут, но мне нужны гарантии, что мы вместе, - девушка краснеет и отрицательно качает головой.

- Нельзя, - на лице появляется хитрая улыбка, - Ты ведь не знаешь, как шкалили децибелы, когда Арслан узнал, что я остаюсь в России ради тебя. Он до сих пор пророчит мне в мужья почтенного турка.

- Ты будешь моей женой, Алиса, - я не спрашиваю, а утверждаю. Говорю немного жестко,  - Свыкнись с этой мыслью. Но это не предложение. Не здесь и не сейчас. Хочу, чтобы день, когда я задам тебе вопрос, а ты ответишь согласием, стал для тебя особенным.

- Мне нравится твоя уверенность, Фетисов, - она игриво прорисовывает кончиками пальцев мышцы груди, - Я обещаю подумать.

- Зараза! - я расслабленно улыбаюсь.

- А кто сказал, что будет легко? - она прижимается и прикусывает мой сосок.

- Держись детка! - со свистом выдыхаю, стискивая ее талию и вжимая в себя, - Дай только отсюда выйти, и тебе будет горячо. Кстати, можешь сразу забыть о всех вариантах контрацепции.