Алиса 20.

- Какие красивые, - я не могу отвести взгляд от стен в танцевальном классе, на которых развешаны фотографии. Черно-белые и современные цветные снимки, запечатлевшие страстные объятия, трепетные касания и идеальную синхронность тел, отзываются во мне настоящим возбуждением.

- Эту коллекцию я собираю уже двадцать лет. Каждая фотография уникальна. Если присмотреться к изображённым парам, то можно увидеть, как прошёл день мужчины и женщины, какие чувства они испытывают к друг другу, и даже какое время они в отношениях.

- Невероятно! - я, как заворожённая, двигаюсь по залу, пока Рома замер возле двери, пытаясь справиться с напряжением. Он задумчиво переводит взгляд то на картины, то на меня, то на Александра, видимо, прикидывая возможную степень интимности нашего урока, и хмурит брови. Ревнует? А ведь всего пару часов назад этот собственник вливал в мои нежные уши что-то про доверие. Или оно у нас одностороннее? Тогда он ещё и шовинист. Мммм...

- Прошу Вас, Роман, - Александр подаёт ему руку, приглашая на середину паркета. Я еле сдерживаю смех, видя, как вытягивается лицо моего жениха.

- Эээ, - он пытается найти способ избежать тесных мужских объятий, - Я думал, что буду танцевать со своей девушкой, а вы просто покажете основные фигуры, как преподаватель.

- Молодой человек, - тангерос обезоруживающе улыбается, - Есть несколько версий происхождения танго. Одна из них гласит, что танец много лет был суровым и исключительно мужским. Танцем - дуэлью, можно даже и так сказать, в которой приз - внимание женщины. Основной задачей было наступить как можно больше раз на ноги оппонента. Иногда дело доходило и до поножовщины, ведь именно при тесном контакте легче всего всадить «перо» в бочину.

- Может быть, Алиса первая преступит к уроку, а я немного «втянусь» в атмосферу? - делает последнюю попытку отказаться. 

- Я понимаю ваши сомнения, Роман, но девушку учить я не буду. Ее научите Вы сами так, как понравится только вам. Женщина в танго всегда полностью ведома своим мужчиной, она должна почувствовать ваш контроль и покориться, - Рома ошарашено кивает и  все-таки идёт вслед за хореографом на исходную позицию.

- Два шага, затем поворот, - Александр включает музыку с пульта, - Четыре шага по линии и «качели», - опытный танцор ведёт мягко и твёрдо, - Ни в коем случае не смотрим под ноги. Вы должны быть уверенным в следующем действии. Иначе, как за вами сможет пойти женщина? Не понимая, что вы задумали, она будет постоянно спотыкаться и наступать вам на ноги, - он начинает двигаться на Рому, сокращая дистанцию до минимума, - Сейчас «скада» - я будто вторгаюсь в ваше пространство. Чувствуете? Теперь одна нога осталась свободной, опишите ею небольшой круг по полу «лапис». Так. Великолепно.

Удивительно. Странно и эстетично. Два высоких, сильных и совершенно разных мужчины держат друг друга, пытаясь не допустить вторжения на личную территорию. Для них цель движений не доверие, а компромис, законченный рисунок, целостность. Казалось бы, просто танец. Ну что такого? Но какая  глубокая в нем философия для обоих полов. Все, как должно быть в жизни. Состоялся ли наш урок? Я уже сейчас могу сказать, что определённо да.

- Я все правильно делаю? - спрашивает Рома, а Александр проводит ещё одну цепочку шагов и резким движением по оси разворачиваете его ко мне.

- Вот сейчас и узнаём, - тангерос вкладывает мою руку в ладонь Фетисова, и мы встречаемся с Ромой взглядами. Я чувствую, что пойду сейчас за ним, куда бы он не сказал. Хоть на край света,- Не разговариваем, - предупреждает наш возможный диалог хореограф, - Алиса, закройте глаза, отдайтесь своим чувствам.

Я послушно иду в центр зала, растворяясь в музыке, в любимом, узнаваемом с первых сандаловых нот, запахе, в нежных и твёрдых руках. Мне кажется, Рома чувствует, что я хочу быть ещё ближе к нему, делает поворот и впечатывает меня в свою грудь спиной. Он контролирует мое равновесие, а я не могу даже выровнять собственное дыхание. Грудь вздымается под тонкой тканью, Рома мажет по ней взглядом. Я ощущаю, как напрягаются и покалывают от возбуждения соски. Шаг, второй, мозг превращается в кисель. Мои бёдра скользят по его. Вдруг он резко прогибает меня назад, в последний момент уберегая от падения и удерживая на весу, обводит полукруг, медленно возвращая к своей груди. Теперь мужчина успокаивает, горячие ладони скользят по моим плечам вниз, по рукам до колотящихся пульсом запястий. Чуть склоняет голову, и опалив дыханием шею, отступает от меня, заставляя следовать за собой, желать, искать его опоры. Когда тяжёлые ладони возвращаются на мою оголенную спину, меня накрывает какое-то необъяснимое чувство эйфории. Рука в руке. Снова глубокий прогиб на грани моего равновесия, и я оплетаю оголенной ногой его бедро. Нежная кожа горит от интимного прикосновения к ткани брюк. Тот, кто придумал для танго каблук высотой в девять сантиметров, совершил последний сокрушительный удар по женской самостоятельности в этом танце.

- Кхм - Кхм, - раздаётся за моей спиной тактичное покашливание и я вздрагиваю. Александр! Совсем забыла, что мы не одни, - Мне очень жаль вас прерывать, господа, - он с удовлетворённой улыбкой смотрит на наши будто приклеенные к друг другу тела. Рома после остановки не отпустил меня от себя ни на шаг, а только крепче прижал, прошептав на ухо какую-то убийственно эротичную нежность, которую мой поплывший мозг уловил разве что настроением, но ни как не смыслом, - Через час начнётся представление в «Доме Карлоса Гарделя». Нам пора выезжать, если мы хотим сегодня вкусно поужинать и продолжить знакомство с национальным танцем Аргентины. У вас есть несколько минут, чтобы прийти в себя. Я подожду внизу.- Александр, подмигнув нам, выходит из танцевального класса.

- Девочка моя, - губы Ромы находят мои и едва ощутимо прикасаются в поцелуе, - Ты знаешь, меньше всего на свете я сейчас хочу есть и смотреть спектакль, - от его откровенного, порочного взгляда, меня заливает стеснением. Что здесь сейчас происходило? Проходит минута, прежде чем, я сама отстраняюсь от его груди, чувствуя в себе силы разорвать тесный контакт.

- Может быть, - голос дрожит от пережитых эмоций, - Все-таки стоит поехать? Александр говорил, что люди покупают билеты за три месяца, наверно, оно стоит того.

- Да! - Рома выдыхает и дарит мне улыбку искусителя, - Ты права, но ночью... - я даже прикрываю глаза от того, на сколько чувствительно мое тело реагирует на сексуальные вибрации в его голосе, - Ночью я хочу продолжить наш танец.

Он не выпускает мою руку из своей весь оставшиеся вечер. Я обезоружена, покорена, влюблена, растворившись в нем, как сахар, в обжигающем чае. Рома часто, едва сдерживая себя, касается губами моей открытой ладони, не позволяя себе более откровенных ласк при посторонних. Постоянно ловлю восхищенные взгляды на нашей паре.

Едва за нашими спинами закрывается дверь номера, Рома прижимает меня к ней с обратной стороны и жадно целует, отпуская тормоза.

- Я так долго ждал, - развернув к себе спиной, он спускает тонкие бретели с моих плеч, покрывая каждый сантиметр оголенной кожи поцелуями. Платье падает к ногам. Я переступаю через него, оставаясь в нижнем белье, которое на самом деле ничего не прикрывает, - Алиса, - чуть шершавые ладони ложатся на мои бедра, - Хочу, чтобы ты сегодня продолжила подчиняться мне, - его руки скользят вверх по животу и накрывают грудь. С моих губ срывается нетерпеливый стон, - Моя отзывчивая, любимая девочка, - жарко! Я горю от его слов, от хриплого голоса, который проникает в мое сознание и заставляет соглашаться на все, лишь бы ласки не заканчивались, - Ты уже привыкла к повязке на глазах? - он отходит в сторону, и мне резко становится холодно.

- Рома...- губы сами шепчут любимое имя.

- Подойди, Алиса, - в его руках знакомая темная лента. Рома ждёт  моего решения, не давит, а предлагает выбор. И я подхожу, потому что отступать назад уже поздно.

Он завязывает мне глаза. Его пальцы зарываются в волосах и массирующими движениями спускаются к шее.

- Никогда не думал, что буду сходить с ума от женщины. Ты похитила мое сердце, разум, заставила пересмотреть свои привычки...- горячее дыхание бежит волной от затылка по позвоночнику, отдаётся внизу живота сладкой истомой, а я начинаю глубоко дышать, чтобы не начать умолять взять меня прямо сейчас, на этом месте, около стола.

Скользнув по спине, мужские руки ложатся на застежку лифчика, без колебания расстёгивают его и отбрасывают в сторону. Грудь обдаёт прохладой движения, а соски болезненно напрягаются.

- Вау! - слышу, как Рома громко сглатывает,- Я клянусь тебе, милая, что в жизни не видел ничего совершеннее, - он бережно берет потяжелевшие полушария в ладони, приподнимает и обводит каждую ареолу языком по очереди. Отстраняется и немного грубо прижимает соски большими пальцами. Вскрикиваю от неожиданности и затопившего меня острого желания. По телу рассыпаются мурашки, а тонкое кружево между ног пропитывается влагой, выдавая мое состояние.

- Как же я люблю, когда ты такая, - шепчет мужчина. Я не вижу его, но чувствую обжигающий взгляд.

- Какая? - выдыхаю, сдерживая дрожь в голосе.

- Возбужденная, доверчивая, моя девочка...

- Обними меня, пожалуйста, - мне хочется спрятаться на его груди. Почему-то я чувствую себя очень уязвимой с завязанными глазами, не имея возможности контролировать ситуацию.

Рома берет мою правую руку в свою ладонь, слышу легкий щелчок, и на безымянный палец садится кольцо. Металл тяжелого украшения холодит кожу.

- Так лучше? - его губы касаются кольца,  а рука подхватывает меня под поясницу, впечатывая в мужское возбужденное тело.

- Да... - выдыхаю тихо и трусь щекой об его грудь, царапая кожу пуговицами на рубашке.

- Я хочу, - в голосе серьезность, неприкрытое желание и... надежда? - Чтобы ты прислушалась к себе. Какие ощущения вызывает у тебя мысль, что ты станешь моей женой? - ооо! Голова идёт кругом. Он что? Всерьёз думает, что я могу отказаться?

- Ощущения...- я медленно провожу руками вверх по его плечам. Перебираю кончиками пальцев по щетине на скулах, губам, которые опаляют рваным дыханием, тянусь к ним своими губами и жарко шепчу, - Что я самая счастливая женщина во вселенной, - прижимаюсь в коротком поцелуе и отстраняюсь, пока Рома не успел перехватить инициативу, - Что люблю, что любима. Я очень хочу стать твоей женой.

Земля резко уходит из-под ног, мир начинает кружиться, как в калейдоскопе, но мне не страшно.

- Моя любимая лисичка, - Рома кладёт меня на кровать и придавливает собой, - Я безумно счастлив от мысли, что ты будешь принадлежать только мне. Юридически в том числе.

- Я уже твоя, Рома, - он целует, Господи, как он целует! Страстно, несдержанно, умело. Сердце отзывается приступом тахикардии на каждое касание губ. Колотится, мешая сделать вдох на полную грудь и заставляет кровь приливать к низу живота.

- Ты доверяешь мне? - он перехватывает мои ладони, пытающиеся нащупать пуговицы рубашки, и поглаживает большими пальцами пульсирующие вены.

- Да...- отвечаю на выдохе и выгибаю спину, - Мммм, - чувствуя, как Рома всасывает в себя сосок, слегка прикусывая его.

- Умница, моя девочка, - он заводит руки мне за голову, и по ним скользит холодный шелк.

- Что ты делаешь? - интерес в голове борется с паникой.

- Тссс, - завязывает узлы на запястьях, - Расслабься, отдай мне своё равновесие.

- Рома! - в голосе появляются испуганные ноты, а тело начинает нервно подрагивать, - Ты... , - пытаюсь подобрать слова, - Ты тоже любишь необычный секс? - он резко останавливается, и я чувствую, как между нами сгущается воздух, - Рома... Не молчи.

- Все хорошо, маленькая, - его пальцы подрагивают, пульс зашкаливает, но он нежно гладит мой живот, успокаивая, - Ты ведь все мне рассказала?

- Да...но твои предпочтения мы не обсуждали. Я понимаю, что далеко не первая женщина в твой жизни... Черт! Сними с меня хотя бы повязку! - Рома накрывает истерику поцелуем.

- Тише, - губы прокладывают дорожку по щеке к шее и прихватывают нежную кожу, ставя метку, - Прости, милая, я очень ревнив до всего, что касается тебя, и в свою очередь могу пообещать, что никогда не притронусь к другой женщине. Мне нравится обычный секс, но и игры в нем - это прекрасно. Ты ещё доверяешь мне? - прислушиваюсь к ощущениям.

Нервы искрят, но я все равно тихо отвечаю:

- Да...

- Никогда не бойся меня, - пальцы поддевают резинку трусиков и тянут их вниз, царапая кружевом по коже. Рома подхватывает мои бедра, раздвигает и устраивается между ними, упирая ногу себе в плечо.

- Туфли... ммм, - проводит языком по клитору, я подаюсь вперёд, полностью раскрываясь под ласками любимого мужчины. Хорошо, что каблуки не острые - проносится последняя осознанная мысль в моей голове. И Рома входит в меня пальцами, продолжая играть с чувствительной точкой. 

Руки невольно сжимаются в кулаки, от накатывающих острых ощущений, ленты врезаются в кожу, мне хочется запустить пыльцы в волосы на голове Ромы, гладить его плечи, впиваться ногтями в твёрдые мышцы. Я забываю дышать, срываясь на громкие, несдержанные стоны, меня кроет только от одной мысли, на сколько пошло я сейчас выгляжу с растрёпанными по подушкам волосами, с распухшими губами и полностью открытая для любых наглых действий. Перед глазами плывут яркие круги, а Рома бессовестно тормозит меня, прикусывает кожу, останавливается в последний момент, отрезвляя и не давая сорваться в оргазм. Когда он в очередной раз отстраняется, я не сдерживаюсь и начинаю хныкать, прося продолжения. Но уже через несколько секунд контраст обжигающего холода и разгоряченной ласками плоти разносит мое сознание на кусочки фантастически ярким удовольствием. Меня продолжает трясти и раскачивать на волнах эйфории, пока Рома развязывает ленты на руках, разминает на коже следы узлов и целует запястья, переворачивая меня на живот. Я слышу, лязг пряжки ремня, треск ниток, стук рассыпающихся по полу пуговиц, шорох одежды и, наконец, ощущаю на себе вес мужчины.

- Дааа, - срывается с моих губ, и я слышу его довольную усмешку.

- Моя сладкая, - он распинает меня на кровати, прикусывает кожу на загривке, как у кошки и замирает, упираясь каменным членом в истекающее влагой лоно.

- Войди в меня, Рома, - потеряв всякий стыд, шиплю, приподнимаю бедра и стараюсь насадиться на него самостоятельно.

- Замри, Лисичка, - он целует меня в поясницу, - А то я снова тебя привяжу, - жмёт мне на спину между лопаток, прижимая к кровати, и я вскрикиваю, когда на мой позвоночник ложится первый ледяной кубик.

- Мммм, вот, что это было, - обалдело шепчу и вздрагиваю от следующих, зарываясь носом в подушки. Я не сразу замечаю, что последним кусочком Рома рисует дорожку вниз до самой попы и проходит им между ягодиц, - Нет! - испуганно вскрикиваю, тело подкидывает вверх от нового контраста температур, Рома, предвидя это, властно удерживает бедра, приподнимает их и резко входит в меня, заполняя собой до основания. Жестко вколачивается, слишком страстно, слишком глубоко, вырывая из моей груди громкие крики. Сейчас я хочу, чтобы он брал именно так, по-животному, на голых инстинктах и никак иначе. Ставит меня на четвереньки, слизывает дорожки воды, оставшиеся от свалившихся на кровать кубиков, берет за волосы и наматывает их на кулак, прижимая мою спину к своей груди. Его дыхание врезается мурашками в шею.

- Да, Алиса, - прихватывает губами мочку уха, покусывает, играет с ней, кладёт руку мне на горло и слегка сжимает пальцами. Меня начинает коротить, реальность глохнет, - В следующий раз это будет твоё «Да». И ты будешь сама просить меня, как сегодня. Черррт! - его рык отдаётся вибрациями во всем теле, входит в резонанс с сердцем, растекается лавой внизу живота, - Я обожаю, когда ты просишь взять тебя! -  я кончаю, содрогаясь в его крепких объятиях. Рома делает ещё пару резких движений и со стоном изливается в меня, ловя мои губы в глубокий поцелуй. Разворачивает к себе лицом, срывает с глаз повязку и, жадно впиваясь в них взглядом, «пьёт» отголоски нашего безумия.

- О Господи, - падаю на постель, сворачиваясь калачиком и пытаюсь восстановить дыхание.

- Так меня ещё не называли, - ухмыляется Рома, притягивая за талию к себе, - Ты - невероятная, не могу тобой насытиться.

- И не надо, - я заливаюсь смущением, - Хочу с тобой ТАК каждый раз.

- Я знал, что ты - плохая девочка - целует в макушку и я чувствую, что он улыбается, - Только МОЯ девочка, - ради этого факта, я уже заранее согласна на все, - Спи, завтра у нас вылет в двенадцать.

- Вылет? Домой? - я оборачиваюсь на Рому.

- Нет, милая, нас ждёт Стамбул и твоя мама с новыми родственниками, - он тянется к моим ногам, освобождает их от туфель и возвращается.

- Спасибо, - шепчу, ложусь щекой к любимому мужчине на грудь и засыпаю абсолютно счастливой  под стук его сердца.