Глава 20

Его поцелуи обжигали. Кожа горела от чувственных прикосновений, а дыхание перехватывало от пугающей смеси нежности и грубости.

Демьян дерзко исследовал мое тело, сжимая грудь широкими ладонями. Он принципиально не касался моих губ, словно наказывая. Обрушился сверху, как стихийное бедствие, жестко пресекая любые попытки сопротивления. Он действовал настойчиво, оставляя на шее и ключицах болезненные отметины. Помечал. Присваивал. Клеймил меня перед всем миром.

Я пыталась бороться. Царапала ногтями его мощные плечи, шипела разъяренной кошкой в ответ на бесцеремонность. Цеплялась за непослушные пряди волос, стараясь отодвинуть от себя этого мудака. Я осыпала его ругательствами, задыхаясь от осознания, что нас в любой момент могут увидеть. Пыталась удержать платье, не давая оголить себя полностью, но услышала отчетливый звук рвущейся ткани. И тогда, действуя на инерции, я залепила ему оглушительную пощечину.

Демьян замер. Медленно поднял голову. Полоснул меня диким, взбешенным взглядом, и я невольно сжалась. В его глазах читалось откровенное желание сделать больно. Было видно, с каким трудом он сдерживается, чтобы не сорваться окончательно. Его укусы вместо поцелуев и цепкая хватка были лишь способом выплеснуть накопленную ярость.

- Лучше заткнись, - глухо предупредил он.

И я послушно умолкла, проникаясь этим новым Демьяном. Нетерпимым, напористым тираном. Хотя, скорее всего, он всегда был таким. Раньше я видела лишь одну сторону, душа компании, ироничный, язвительный и подчеркнуто безразличный ко мне. Безразличие закончилось, пришли чувства. И оказалось, что мы оба психи. Бескомпромиссные, не терпящие полутонов.

Если секс, то до сорванных связок. Если любовь, то до срыва всех тормозов и прыжка в обрыв. Если ненависть, то до глубоких ран и полной капитуляции. Мы были необычайно похожи, оба преданные в прошлом, циничные, огрызающиеся на ростки чувств, до последнего удерживающие рубежи.

Нам обоим было страшно открыться, но я сдалась раньше. А он, нет. И именно сейчас, вдыхая его запах и изнывая от его касаний, я поняла, он боится. Боится этой зависимости. Она выбивает у него опору из-под ног, заставляет тянуться ко мне вопреки логике. И он в ярости от этого. Близко быть невыносимо, а далеко невозможно.

Я грустно улыбнулась своему открытию, утопая в этой горькой правде. Почти не среагировала, когда он приподнял меня за талию, усаживая на холодный стеклянный стол. Бедра обожгло холодом, я поморщилась. Придурок заметил мой дискомфорт, задрал платье еще выше и притянул меня к себе, заставляя ощутить его возбуждение через плотную ткань джинсов.

Его ладони медленно скользили по моим ногам, заставляя меня распаляться вопреки воле. Я дрожала в его руках, теряясь в ощущениях от этой простой ласки. Он подобрался к белью, бесцеремонно отодвигая кружево в сторону. Проверял, насколько я готова.

Я была на грани, но его жесткий напор и место действия не располагали к нежности. Демьян хмыкнул, недобро прищурился и, поймав мой взгляд, вызывающе облизал пальцы. Я не смогла сдержать предательский стон, когда он настойчиво ввел их в меня, массируя, посылая жаркую волну к низу живота. Я заставила себя ерзать, продираясь руками под его толстовку, сжимая мышцы пресса и скрещивая ноги у него за спиной. Я просила большего.

Щелчок ремня, звук молнии и я вожделенно уставилась на него, мечтая поскорее ощутить его внутри.

- Не спеши, - успела выдохнуть я, напоминая о его размерах и моем долгом воздержании.

Но кто меня слушал? Он ворвался в меня большой, твердый, выбивая из легких воздух, а из горла хриплый вскрик. Задвигался быстро и мощно, рыча от наслаждения и шепча что-то пошлое и бессвязное.

Я чувствовала каждое его движение. Хотела заглянуть в глаза, но он закрыл их, полностью отдаваясь моменту. Первоначальная боль сменилась сумасшедшим удовольствием. Я впивалась пальцами в его плечи, притягивая на себя, кусала его за шею, оставляя свои следы на его теле. Впитывала его вкус, тая от осознания так, как с ним, не было никогда и ни с кем. Никаких запретов, никакого стыда.

Он вцепился рукой в мое горло, по-прежнему не целуя. Перехватывал дыхание, заглядывая в глаза своими нереальными, темными, за которыми была бездна. Я не выдержала этого напряжения и взорвалась. Мой крик заглушил его глухой стон освобождения. В меня.

Когда я нашла в себе силы приподняться, он уже отстранился. Отрешенно приводил в порядок одежду, отвернувшись спиной.

- Что всё это значит? - мой голос сорвался, в нем послышались слезы. - Ты о последствиях подумал? Где ты шлялся всё это время, Демьян?

Он зло выдохнул, не оборачиваясь. Он всё еще тяжело дышал, но его молчание я восприняла как пощечину.

-Я не заслуживаю объяснений? Кто я для тебя? Девочка на ночь? Та самая поверхностная, которую стыдно с родителями познакомить? Что ты думаешь обо мне сегодня, Демьян?!

Он стоял неподвижно. Напряженный, как натянутая струна.

- Уже нет.

- Какая честь! Спасибо. Так кто я сегодня? Каким эпитетом наградишь на этот раз?

Демьян наконец повернулся.

- Сегодня я просто тебя люблю. Этого достаточно?