182

Они привычно выслушали все слова, что традиционно были сказаны.

Ева, Диана и мама традиционно прослезились.

Наконец, на тарелочке им подали кольца.

— Сначала жених, — сказала женщина.

Слава кивнул.

— Согласны ли вы… — начала она.

Честно говоря, он не слышал ни слова, сосредоточившись на том, что должен сделать.

Посмотрел на дока. Тот кивнул.

Слава опёрся на подлокотники кресла и… встал.

— Да, — ответил он в гробовой тишине. — Согласен.

Потрясённая не меньше остальных сотрудница ЗАГСа сглотнула, но, видимо, ей приходилось видеть и не такое.

— А вы, невеста, — повернулась она к Диане.

Она смотрела на Славу, задрав голову, и боялась моргнуть, словно держала его на ногах своим взглядом.

— Согласны ли вы…

— Да, — не дав ей договорить, ответила его девочка. — Согласна.

— Можете обменяться кольцами, — казала женщина и шагнула ближе, словно готова была, если понадобиться, подхватить жениха.

Но не понадобилось. Стоя на ногах, Слава надел Диане на палец кольцо.

И когда ободок его кольца тоже лёг как родной на знакомое место, поднял глаза.

Ди, конечно, плакала. И плевать хотела на то, что течёт тушь, на то, что им ещё что-то говорят.

На то, что он должен её поцеловать.

Но эту часть Слава пропускать не собирался.

Он шагнул. Обнял её, подхватил за шею. И коснулся губами её солёных от слёз губ.

— Ты, — прошептала она в его губы.

— Да, — ответил он. И накрыл её губы своими.

Им аплодировали. Их обнимали, поздравляли.

Но они видели сейчас только друг друга, глядя глаза в глаза.

Ради неё он убил. Ради неё чуть не умер. Ради неё выжил.

И ради неё встал.

Нет силы в этом мире сильнее силы любви.

И Вячеслав Адамов знал это точно.

Пусть он не мог ещё ходить достаточно уверенно, пусть мог сделать всего пару шагов, и ноги его ещё не слушались. Но он встал, чтобы назвать её своей женой, и она ответила «Да».

***

Их церемония закончилась.

Зал нужно было освобождать и уступать место другой паре с их многочисленными гостями.

Слава не стал рисковать и вернулся в коляску.

Они уже почти добрались до выхода, когда Слава обернулся.

Отец стоял рядом и гаже улыбочки, чем на его лице, Адамов не видел.

— Ты знаешь, что делать. Сто миллионов. Или её никогда не найдут, — шепнул тот ему на ухо, прежде чем его спина крылась в проходе.

— А где Аринка? — резко повернулся Слава. — Диана, где Арина?