94

Дальше отец сделает что угодно, чтобы добиться желаемого. А хочет он денег. И точно знает, что они у Славы есть, а если нет, то Слава знает, как их заработать.

В ход пойдёт всё: угрозы, манипуляции, шантаж, метод кнута и пряника, а затем и физическое насилие. Издеваться над инвалидом не сложнее, чем над ребёнком, а защитить его больше некому — деда больше нет.

В детстве только дед мог это остановить.

Мать была перед отцом практически бессильна, за что и поплатилась. Когда отец на что-то разозлился и ушёл очередной раз, была зима. Она побежала за ним раздетая, по снегу, босиком, простыла и умерла. Не стал лечиться, не хотела без него жить.

И Слава остался один. С дедом и Витольдовной.

И пусть ему было всего десять, он понимал, что чувствует Ева, когда возвращается к Жерому, хоть и подозревал, что Диане она говорит не всё. И прекрасно понимал, почему Диана с ней поехала.

После прихода полиции с вечеринками отец завязал.

Причиной тому отчасти был страх (тюрьма не прошла даром), отчасти у отца, видимо, закончились деньги. Отчасти он переходил к следующей части своего плана (если у него такой был, скорее, он поступал по наитию).

— Меня не будет денька три, — предупредил он Славу за несколько дней до этого.

И Слава решил — время пришло.

Нужная сумма у него есть. Что делать, он знает.

Сегодня утром отец уехал.

Но Слава уже подготовился.

Он заказал инвалидную коляску, в которой действительно нуждался (она — его ноги, на неё Слава и зарабатывал, для этого ему и понадобилось время). И пока коляску собирали, помылся, привёл в порядок щетину, сменил растянутые треники на костюм и пальто, что тоже привезли с утра, собрал сумку (все его вещи помещались в неё без труда), взял ноут. И выехал из квартиры.

— Отлично выглядишь, — сказала Катя, увидев Славу на лестнице. — Всегда знала, что ты Принц, только заколдованный. Готов?

Он спускался, она поднималась. Уйти незамеченным не получилось, но у них всё равно был уговор — Катерина должна забрать его старую коляску. Глупость, конечно, но пусть отец хоть недолго думает, что Слава просто сбежал, а на этой рухляди с голой жопой далеко не уедет, значит, скоро вернётся. Самоуверенность отца часто становилась его слабым местом. Впрочем, это было неважно.

— Почти, — кивнул он. К возможностям новой коляски — она сама спускалась по ступенькам, сама поднималась, — ещё предстояло приноровиться.

Но возвращаться Слава не собирался.