Глава 8

Штаб «Вольных охотников». Таверна «Для своих».

— Костя, у тебя есть семья?

Простой вопрос Борова вызвал у меня затруднение.

— Здесь всё неоднозначно. У Кости… у меня её нет. Меня бабушка воспитывала.

— С которой вы демонов ходили резать вместо того, чтобы ягоды в лесу собирать? — Боровиков заржал и опрокинул в себя половину кружки пива. — Не смеши, Костяра. Хоть моя башка является продолжением шеи и отбита неоднократно, но мозги присутствуют. Ты с демоном лицом к лицу вышел и не дрогнул, а я вот чуть в штаны не припустил, хотя робким себя не считаю…

— Тёма, был день, солнце ярко светило, а он только из лёжки поднялся. — Стоило пояснить нюансы, пока меня в спасители мира не записали. — Около минуты каффер слепой, главное — на расстояние, эм, трёх метров не подходить, иначе почувствует вибрацию от шагов, и если подойдёшь ближе — размажет. Впрочем, при определённой сноровке его можно убить обычным железным ножом. Второго Молчун в одиночку завалил из громовой пушки. И он был больше на двадцать сантиметров того, что я упокоил. Вот кого чествовать нужно, а не меня! Алексей может это с большого расстояния делать!

— Ты мне сказал куда стрелять, и я стрелял. Ваше здоровье. — Худощавый мужчина с серыми безжизненными глазами флегматично стукнул краем своей посудины по нашим бокалам. — Будем живы, друзья. А они пусть подохнут. Мы поможем.

Около нашего столика нарисовался высокий мужик с глубокими залысинами и круглыми глазами на простоватом лице. Он обвёл нас взглядом, отдельно остановившись на мне, и усмехнулся, поглаживая седоватую бороду.

— А здесь весело. Турик, я смотрю, вы даже «мусорщикам» вступительную церемонию устраиваете и одним днём в команду зачисляете? Походу, херовые у вас дела…

— Дюк, иди мимо, — даже не поднимая взгляда, указал направление Артур, опуская пивную кружку. — Если хочешь нарваться, то я всегда готов, ты знаешь.

— Чего ты так сразу? — захмелевший бородач поднял обе руки, демонстрируя открытые ладони. — Просто захотелось узнать, достойную ли замену ты нашёл своим двум… Как их звали? Кажется…

— Их звали «Спутник» и «Митяй», — отчеканила Мара, сверкая глазами. — Заткнись, Дюк, иначе пожалеешь…

— Да я так! Что вы сразу напряглись? — Дюк продолжил ехидно ухмыляться. — Интересно, почему «мусорщика» на «постоянку» в группу берут? Сами чахлые? Ещё и торжественную церемонию устраивают.

— Так я могу рассказать, любезный, — опередил я Борова с ответом, вставая с мягкого дивана, прижав рукой к креслу взрывного здоровяка. — Пройдём на улицу? В правилах написано, что здесь нельзя драться. Лишь с…

Бум! Бум! Бум! — все, кто сидел в «Для своих», вдруг начали стучать бокалами, стопками и кружками по столам.

— Видишь? Окружающие не против, чтобы мы всё выяснили здесь, — стал подначивать меня Дюк, жестами подбадривая начавшую заводиться толпу.

— Лично мне ничего выяснять не нужно, всё и так понятно. Я просто тебя убью, можно? — Простой вопрос поставил седоватого здоровяка в тупик. — Чего молчишь? Мне можно тебя убить, чтобы без последствий? Не горю желанием увеличивать срок принудительных работ, не собираюсь выяснять отношения, упражняться в красноречии и устраивать поединки — я просто тебя убью… Чего замолчал? Отвечай, я могу тебя убить?

— Ёбнутый! Как и ваша группа. Связываться с такими… — стремительно трезвеющий Дюк рванул к выходу.

— Не обращай внимания, Костя, — Артур мягко взял меня за плечо и усадил на место. — Это зависть… Трезвый он вменяемый мужик. Их трофей на стене почёта сейчас висит, а скоро наш будет.

— Это так важно?

— Да, Костя, — кивнул Панарин, делая глоток пива. — Существует очерёдность взятия заказов. Теперь, прежде чем они попадут к другим командирам групп, их буду просматривать я. Поэтому появится возможность выбрать что-то получше.

— Вот как… Так это прекрасно! Заберём себе сразу все.

— Какой шустрый! — Мара с Боровом захихикали, а потом она продолжила: — Только один заказ можно взять в работу, и пока его не выполнишь, новый не дадут. Не забывай, что на нас ещё старый свинарник в Куликах висит, куда мы сегодня не пошли.

— Ну, у нас была уважительная причина, — Артур поднял бокал, остальные последовали его примеру. — За нового члена нашей группы! — Стукнувшись кружками, мы выпили, а Панарин обратился ко мне. — Послушай, Костя, я заметил: ты частенько говоришь, что твари, которых мы убивали, это не демоны. Раз так, то какие они, ну, «настоящие демоны». Они сильные? Сильнее, чем тот же «Земляной бык»?

— Да! Мне тоже это интересно, — воодушевился Боров, жестом показывая бармену, чтобы наполнил ещё две кружки. — Демонов можно врукопашную одолеть?

— Боюсь, что нет. Без магии или зачарованного оружия не получится.

— Зачарованное оружие… Эм, ладно. Они настолько мощные ребята⁈ Здоровенные, небось? А если группой навалиться?

— Низшего демона, думаю, уничтожим, но возможны потери. — Не хотелось, чтобы мои новые товарищи питали иллюзии. — На обычного демона, даже самого младшего чина, идти — самоубийство. И они не здоровые… Они как мы — люди, только со звериными чертами, вроде хвоста, копыт, чешуи и прочего… Да и те исчезают, когда демон достигает уровня развития «чистокровный». Единственное что остаётся, так это рога. У молодых «чистых» они вообще могут быть не видны из-за волос. А если и видны, то есть магия сокрытия, которой владеет даже часть низших.

— Подожди, Костя, — Кроха почесал затылок, слегка хмурясь. — Если они как люди, то почему такие сильные?

— Врождённые демонические способности и инфернальная магия. Как я только что говорил, уже низшие демоны способны её применять. И сражаются они не зубами и когтями, а полноценным оружием.

— Оружие ещё ладно, а вот магия — это очень скверно, — выразил общее мнение Артур. — Странно, что мы таких не встречали. Лишь тварей, да уродцев всяких, но без магии. Хотя мы не один год в деле, но даже рассказов от других охотников не слышали. Пьяные бредни о голых крылатых демонических бабах, что мужиков совращают, не в счёт.

— Тут как раз всё понятно. То, что творится сейчас — это не вторжение демонов, как это преподносят ваши, эээ… слово забыл. Мне его книгочей Сёмкин говорил. Ну те, что доводят новости до населения.

— Средства массовой информации? — предположила Мара.

— Точно! Они самые! Те люди заблуждаются, не ведая, о чём говорят. Вторжение — это когда легионы владык приходят. То, что сейчас — всего лишь подготовка «плацдарма», но могу ошибаться… Где-то уже встречались «погонщики»? — Верно трактовав явное замешательство товарищей, пояснил: — Твари, что объединяют низшие порождения инфернала в группы и руководят ими. Такое уже где-то было?

— Было, — кивнул Артур. — Но не здесь. Рязанское, Владимирское и Тверское княжества. Вроде так. В сводках читал.

— Значит, скоро разведку начнут, если уже не ведут. Попутно с этим стартует фаза террора, призванная сеять хаос и неразбериху. Таковы методы пятнадцатого владыки инферно — Великого герцога Элигоса, что знает все премудрости ведения войн. Только под его командованием находится шесть десятков легионов.

— Легион это шесть тысяч, а значит… — Боров присвистнул, а его глаза округлились. — Неслабо! Это же целая прорва демонюг!

— Девять тысяч. Демонический легион равняется девяти тысячам.

От моих слов охотники приуныли ещё сильнее.

— Вы как хотите, — подал голос Молчун, отодвигая пивной бокал. — А я, пожалуй, водки…

— Солидарна, — поддержала инициативу Мара, постукивая короткими ногтями по краю стекла.

— Не нужно унывать раньше времени. Перебросить даже один легион из инфернального плана не так просто. Если не вдаваться в долгие объяснения, то это длительный процесс. Временный корпус сформировать, снабжение обеспечить, удержание позиции, концентрация сил… Это небыстро, друзья.

— А бабушка твоя из тамбовской глубинки знала толк в военном деле, — решил пошутить Боровиков, похлопав меня по спине. — И этого хера, как его… Ну тот, важный графский чёрт.

— Пятнадцатый владыка Элигос.

— Ты говорил о нём так, будто он к вам на чай со зверобоем захаживал. — Тут уже засмеялись все, кроме Молчуна, а здоровенная рука Борова легла мне на плечо. — Слушай, дружище… Не люблю лезть в душу, но до одури интересно. Взгляд у тебя ясный, не безумный — уж поверь, поехавших в своей жизни я видел немало. Ты не из их числа… Костя, кто ты, демон тебя дери, такой?

— Эм… — я скосил глаза на мужскую руку на своём плече. — Я не по этим делам. Предпочитаю исключительно «чистокровных» демониц, не ниже третьего чина, и хорошеньких суккубов. — Глядя, как увеличиваются диаметральные размеры очей моих слушателей, на лицо непроизвольно наползла улыбка. — Я уже немного понял местные нравы, поэтому нет смысла строить огромную тайну о своём происхождении. В худшем случае, либо вы станете пациентами дома для душевнобольных, либо я. Не буду перечислять все свои регалии, скажу только о самых главных. Давайте познакомимся ещё раз: имя моё Константин. Фамилии у меня нет. У того, кого возвели в сан «Святого» её не может быть, а вот прозвищ достаточно. В мире Арс Ноторис, откуда я родом, меня как только ни величали: «Меч Бога», «Палач Бога», «Богоизбранный», «Герой первой Великой войны людей и демонов» и прочее, прочее, прочее… Назревала вторая война, но я отказался её возглавить. В конечном итоге, церковь испугалась моего могущества, но больше — того, что я могу стать новым Богом, а они потеряют власть…

Я помолчал, собираясь с мыслями, затем коротко выдохнул и продолжил рассказ.

— Они меня предали, убить не смогли, но заточили в темницу при помощи запретных ритуалов «алхимии душ». Долго бы мне сидеть, если бы не одна молоденькая демоница, что помогла завершить ритуал божественного уровня. Так получилось, что я освободился не только от сдерживающих оков, но и сбросил оковы своего мира, оказавшись в вашем. Тело, которое вы видите, принадлежит Константину Ерёмину, зарезанному кем-то на помойке. Моя трансферация излечила умирающее тело, уничтожив разум этого парня. Теперь я тень своего былого могущества в незнакомом мне мире. Растерял почти всю силу и утратил источник бесконечной святости. Хорошо, осталась власть над всеми составляющими души. Пока осваиваюсь здесь. К вам вот прибился, чтобы понемногу развивать силу за счёт инфернальных тварей. Магия — это власть, и я следую этой аксиоме. Можете представить, каково познать истинное могущество, а потом свалиться с этой вершины на самое дно? Больно падать, уверяю. Чувствую себя ущербным, но счастливым. Хах… Даже как-то душой помолодел. Когда-то в Арс Ноторис никто не мог и подумать, что мальчик-сирота, которого приняла церковь, станет «Святым». Сейчас чувствую себя так же, будто я в самом начале пути. И так оно и есть, с той разницей, что мне не указывают, куда идти — я иду сам. Решил начать с малого…

Сказав столь длинную речь, я прервался и, взяв бокал с пивом, сделал внушительный глоток. Всё это время слушатели не проронили ни слова, не сводя с меня потрясённых взглядов.

— Например, кровать купить хочу… А ещё у меня из-под оконных рам дует, и замок на двери сломан. Да много чего! Если проводить параллель, то сейчас я нахожусь по самые плечи в куче Моракса, что предпочитает существовать в боевой демонической форме. Двадцать первый владыка, Великий граф и губернатор может себе позволить… Представьте огромного быка с человеческим лицом, который страдает запором. Постоянно злой, но иногда его «прорывает» — куча размером с вашу «Торпеду» получается… Артур, ты чего?

— Пожалуй, я тоже водки выпью.

— И я, — подпирая подбородок рукой, сообщил бледный Кроха, но командир второй группы отрицательно покачал головой.

— Нет, Коль. Ты себя плохо ведёшь, когда напьёшься.

Город Орëл. Четвëртое отделение полиции.

— Гражданин, остановитесь! Участок закрыт.

Дежурный контрольно-пропускного пункта с удивлением смотрел на визитёра, шествующего неторопливой вальяжной походкой к шлагбауму, держа в каждой руке по увесистой канистре. Лишь после того, оклик повторился, незнакомец в балахоне, чьё лицо скрывалось в тени глубокого капюшона, остановился и поставил канистры на асфальт.

— Участок закрыт! Работают только…

Договорить дежурный не успел. Незнакомец выбросил в его сторону руку, пальцы которой тут же полыхнули алым пламенем. По телу охранника скользнули разряды красных молний, сковав мышцы.

— Знаешь, человек, какая самая ужасная смерть? — казалось, хриплый скрипучий голос режет по нервам. — В огне… Жертва умирает либо от болевого шока, либо от отравления продуктами горения.

Сделав пару шагов в сторону оцепеневшей жертвы, неизвестный извлёк из рукава балахона блестящий прямоугольник. Щёлкнула откидываемая крышка бензиновой зажигалки. На тыльной стороне правой ладони визитёра вспыхнул сигил Великого губернатора Авнаса — 58-го инфернального лорда. Чиркнуло колёсико, высекая искры из кремня, воспламеняя фитиль.

— Огонь… Разве можно им когда-нибудь налюбоваться?

Незнакомец приподнял голову и из-под капюшона на человека уставилась пара жёлтых, неестественно ярких глаз.

— Ммм… Как же ты воняешь страхом, а ведь я ещё не начал.

Сигил вспыхнул ярче. Демон поднëс зажигалку к своему лицу, подув на пламя. Вместо того, чтобы потухнуть, случилось прямо противоположное: из-под капюшона вырвался столб огня, ударив в несчастного.

Объятый огнём, он рухнул на асфальт и начал кататься, пытаясь сбить пламя. Будто в насмешку, огонь вспыхнул ещё ярче, набирая силу. Совершенно не обращая внимания на происходящее, демон захлопнул крышку зажигалки и спрятал обратно в рукав.

Напевая, демон поднял канистры и неторопливо зашагал к шлагбауму.

Одним грациозным прыжком демон перемахнул через препятствие и, мягко приземлившись, продолжил своё неторопливое шествие через внутренний двор к главному входу в управление.

На крыльце появилась пара оперативников, нёсших ночное дежурство.

— Она угаснет за секунду,

но не исчезнет навсегда,

и из короткой яркой вспышки,

Лёгким движением руки, будто пушинку, поджигатель швырнул вспыхнувшую в его руке пузатую пластиковую канистру под ноги полицейским.

— Родится океан огня!

Пара алых росчерков незримых когтей разрезали ëмкость с бензином ещё на подлëте. Горючее вспыхнуло, заливая крыльцо и служителей закона.

Пламя резко усилилось, завыв подобно зверю, и повинуясь чужой воле, увеличило силу, охватывая свои жертвы.

Оставив пару обгоревших дымящихся тел, пламя следуя воле демона, собралось в ревущий огненный вихрь, что будто живой, стал взбираться по ступеням участка.

Вторая канистра полетела в огонь. Вихрь увеличился в размерах, выдавливая массивные входные двери.

— Что ж, пора начинать — прохрипел демон, вскидывая руку, перед которой возник магический круг алого цвета. — «Обитель ифрита».

Окутавшись саваном пламени, демон вошёл в огонь, который гудящим потоком ринулся вслед за ним в здание. Не прошло и минуты, как из окон управления показались рыжие всполохи. Через пару минут гость инфернального плана вышел из огня совершенно невредимый, источая едва заметную дымку. Повернувшись, он швырнул что-то в пламя, после чего поспешно скрылся.

Константин

Открыв рот, я уставился на экран, чуть не пронеся ложку мимо рта. Пленённая в ящике душа делилась экстренными новостями.

«Кто же ей все эти события подсказывает? И ведь как оперативно! Разобрать бы этот ящик, да на устройство посмотреть, но Семеновна не одобрит. Она вообще никого к нему не подпускает: боится, что сломают».

— Мда… Делааа… — Сëмкин поправил толстенные окуляры и покачал головой. — Демоны, и почти в центре Орла. Немыслимо!

— И не говори, Иваныч.

Пленённая в коробке душа повествовала о сгоревшем полицейском участке, но не это было самым интересным. Вопросы вызывало то, как это случилось. Диспетчеру службы спасения поступил звонок. Приехавшая на место бригада пожарных — здесь так дружину огнеборцев называют — размотала рукава, собираясь приступить к привычному делу, но не тут-то было! Они даже не успели начать сбивать пламя, как из здания отделения полиции повалили «огненные демоны». Это определение вызвало у меня внутренний смех. Вероятно тот, кто предоставлял душе в ящике сведения, так же руководствовался местной аксиомой: «Мерзкий уродец? Значит, демон!».

Нужно отдать дань уважения дружине огнеборцев. Они не растерялись и дали супостатам отпор, используя воду из шлангов, распыляемую под высоким давлением. Отбросив инфернальных тварей, огнеборцы ретировались, сообщив о случившемся. На место прибыли экзорцисты князя Воротынского. Здание спасти не удалось, но с демонической угрозой было покончено. К сожалению, среди сотрудников полиции оказалось семь погибших, остальные патрулировали улицы или находились на вызовах.

В рассказе беспокойной души меня озадачила одна деталь.

— Иваныч, а что такое бензин? Горючее какое-то?

— Да, Костя. Это топливо для автомобилей. — Сëмкин привык к моим вывертам, так что его не смутил очередной странный вопрос. — Очень хорошо воспламеняется.

«А! Те повозки, что по дорогам носятся», — сразу понял я, задумавшись. — «Интересно было бы посмотреть на тех „демонов“, что маги Воротынского положили. Уверен, это инфернальные твари, которые также, как и я, понятия не имеют, что такое бензин. Скорее всего, это так… А значит, появляется один закономерный вопрос…».

С улицы раздался гудок демонической повозки.

— Что-то рано за мной. Всё, мудрец! Я на работу.

— Давай, Костя. Аккуратней там! Не рискуй зазря.

— Не буду.

Выйдя на улицу, я слегка удивился. Вместо старой повозки, зовущейся «автобусом», меня ждала «Торпеда». Непонятное название, учитывая, что на передней части начертана надпись гласящая, что данный транспорт наречён «КАМАЗом».

— Запрыгивай в кабину, — сидящая Мара указала назад.

Не успел опомниться, как дверь сбоку, ниже которой шла лесенка с двумя ступеньками, открылась.

— Мда уж… Ну и райончик! Только демонов на улицах не хватает, — Артём ухватил меня за руку и одним рывком втащил внутрь. — Не волнуйся, мы предупредили Прохорова, что сами тебя заберём. Как голова после вчерашних посиделок? Тяжёлая?

— Не… Шумела немного, — данный факт было глупо отрицать после такого количества выпитого. — Но мудрец дал мне алхимическую пилюлю, что «Цитромон» зовётся, и всё! Головную боль, как Марбас — пятый владыка, отшептал.

— Раз так, то принимай обновки, — включился в разговор Артур, протянув мне большой чёрный пакет, доставая ещё один поменьше. — Кое-что тебе положено, а это лично от меня. Уверен, что пригодится, учитывая твои «увлечения».

— Ого! Форма как у вас… И ботинки! — Я заглянул в другой пакет. — А это что?

— Это разгрузочный пояс с подсумками. Хоть ты оружие не используешь, но можешь хранить в них когти, зубы и прочую требуху с тварей… Костя? Ты какой-то бледный стал. С тобой всё хорошо?

— Забыл… — вымученно произнёс я, чувствуя как накатывает лёгкое головокружение, а содержимое желудка поднимается к горлу. — Повозка! Меня… Дышать… Дышать… Боже, помоги мне это пережить! Нееееетт…