Часть 2

На улице стояла знойная летняя жара. Только в родном маленьком городке я могла искренне наслаждаться летом. Приятный холодок даже в тридцать градусов, вместо вечной духоты от огромного количества машин… Множество деревьев и палисадников, до которых еще не добрались предприниматели со своими однотипными новостройками… Дети, весело и беззаботно перебегающие дорогу в неположенном месте, потому что отсутствие активного движения внушает обманчивое ощущение полной безопасности. Я любила свой город, где почти про каждого жителя можно было с уверенностью сказать: «Знаю, но лично не знаком».

Неторопливо вышагивая по тротуару, лениво лизала мороженное, глядя на облака в форме горсти винограда. Сумка после базара стала такой тяжелой, что прожигала руку. Приходилось время от времени перекладывать ее в другую. В какой-то момент замечтавшись, я не заметила порожек тротуара и споткнулась, полетев вниз.

Встретиться носом с острыми колышками оградки было не суждено. Крепкие мужские руки сомкнулись на моей талии, потянув на себя, позволяя устойчиво встать на ноги.

— Осторожно, растяпа! — басистый мужской голос вызвал мурашки. — Ты как всегда в облаках летаешь, ничего не меняется…

Испуганно оборачиваясь к своему спасителю, я до последнего надеялась, что показалось. Нет. Это был он. Снова Игорь. В особенно жаркий день на нем была белая майка, насквозь мокрая. Четко прорисованные кубики пресса немного скрывали черные грязные разводы. Свободные брюки, чуть приспущенные на бедрах, тоже оказались в строительной пыли.

— Я у твоей бабушки тогда два часа сидел, а ты так и не вышла поговорить. Вот и сейчас зову-зову, а ты не отвечаешь. Разве так старые друзья поступают? — неодобрительно поцокал языком тот, когда молчание затянулось. Понимая, что в наглую разглядываю тело Игоря, я резко подняла голову к его лицу. Щеки пылали, а пульс знакомо сотрясал тело.

— Не слышала, — даже лгать не пришлось, так что ответ звучал на редкость честно и холодно. Игорь с надеждой смотрел на меня, будто только и ждал, мол я подкину тему для разговора. Но вместо этого я скептически осмотрелась, с подозрением протянув: — Около базара строится торговый ряд. Это три квартала назад. Ты что ли оттуда за мной шел?

Поморщившись, тот отвернулся в сторону и почесал затылок.

— А если и так, то что? Поздороваться хотел, — выпалил он, оставляя ладонь на волосах.

Мой взгляд против воли опустился на стальные бицепсы рук. Набухшие от постоянного тяжелого труда, они заставляли вены вылезти наружу. В памяти тут же всплыли непрошенные кадры. Именно этой рукой когда-то он сжимал мои взмокшие в порыве страсти волосы. Накручивал их на кулак, оттягивая назад до приятной жгучей боли, отдающей новыми спазмами между ног. Именно этой рукой помогал себе насаживать мое тело на свой член. Снова и снова вколачивая в старый матрац. Его хриплые мужские стоны и мои звонкие, оглушающие, стали такими явными, живыми… Ноги свело от знакомой судороги, бросило в пот.

— Вот и поздоровались, — глядя ему прямо в глаза, я хотела быть сильной. Не той жалкой девочкой, которую бросили, а она после всю оставшуюся жизнь бегает за презирающим ее парнем. Нет. Я хотела показать Игорю, что совершенно не нуждаюсь в его поддержке и дружбе. Хотела доказать: впредь мы чужие друг другу люди. А я — другой человек. — Все? Могу идти.

Глаза мужчины округлились, между бровей залегла глубокая морщина. Явно не такого диалога ожидал тот, когда шел за мной по улице. Почему только не решался подойти? Неизвестно. Загадка! Сделал бы он это, не упади я по пути?

— Иди, — пожал плечами Игорь, и я спокойно обошла громоздкую фигуру, мечтая о том моменте, когда смогу нормально дышать; когда не придется контролировать каждое слово и эмоцию, дабы не выдать так и не утихший в душе пожар. Но не успела я обрадоваться, как он накрыл мою руку. Стоило нашим телам соприкоснуться, как электричество пронзило позвоночник. Испуганно взвизгнув, я отпустила пакет. В ту же секунду Игорь непринужденно подхватил его. — Только сумочку донесу. Не стоит девушке пятнадцать килограмм тащить... Тебе же еще рожать.

Непрошенный смех вырвался из груди, саркастичный и грубый:

— А это уже не твое дело, знаешь? Мой мужчина должен о таком переживать.

Спорить с Игорем всегда было делом гиблым, и сейчас поступать так не стала. Не отбирать же с криками у него сумку? Ускорив шаг, я отсчитывала время до квартиры бабушки, когда Игорь снова заговорил. Хриплый бархатный тон пронзил судорогой, вызвал колики в желудке:

—Так ты нашла себе кого-то? Парня? А быть может даже мужа уже?

Глядя перед собой, я все равно не могла чувствовать себя спокойно. Между нами была связь. Я ощутила легкое покалывание с той стороны, где шел Игорь. Чувствовала запах его легких дешевых духов и рабочих материалов.

— Лучше тебя, Игорек, сложно кого-то найти, — саркастично отмахнулась я, скрывая за юмором правду. Каким бы чудовищем не предстал в моей судьбе этот мужчина, за годы мне так и не удалось найти парня, которого бы смогла к себе подпустить. Всех сравнивала с Ним. Все были не такие.

Неожиданно он шагнул в мою сторону, заслоняя дорогу. Развернулся лицом к лицу. Пришлось вскинуть испуганный взгляд на его серьезный и хмурый.

— Я спросил тебя, Ира, — потребовал он, не моргая. Стальной бас заставил нервно сглотнуть слюну, переставая лизать мороженное. — Сложно ответить?

Знала, что не обязана. Знала, что он не заслуживает ответа, но прекрасно ощущала влияние, что оказывал на меня Игорь. Словно скала прижимала к стенке, перекрывая кислород, не давая увильнуть.

— Сейчас. Никого. Нет, — сдалась я, решив не открывать карты полностью. Тайна о том, что Игорь стал моим первым и пока последним, должна была уйти со мной в могилу. — Доволен?

Зря я решила, что это его успокоит. Сжав челюсти до хруста суставов, Игорь почернел от злости. Лицо вытянулось, а крылья носа затрепетали. Раздувались, как у быка в корриде.

— А сколько было после меня? — снова потребовал ответа мужчина, но здесь я уже сдалась. Отвечать такое кому бы то ни было верх неприличия. — Знаю я ваши столичные нравы! Небось из клубов не вылезала.

Удивленно ахнув от наглости Игоря, я все же обошла его, продолжая непринужденно лизать мороженое. Но не успела сделать и шагу в сторону, как путь снова оказался перегорожен.

— Некультурно не отвечать на вопросы, Ирочка, — отчеканил он каждое слово от зубов, разглядывая меня сканирующим взглядом.

— Не культурно такое спрашивать у постороннего человека, Игорек! — в тон ему процедила я, начиная порядком закипать.

Цепкий взгляд мужчины опустился с глаз на мои губы. Что-то в Игоре переменилось по щелчку пальцев. Злой, раздраженный взгляд стал иным. Потерянным, дезориентированным и темным. И без того горячий воздух вдруг закипел, словно мы возле раскаленной лавы.

— Мы не посторонние и… Ты… — он задохнулся, сбился с мысли. Хриплый севший в миг голос стал гортанным и незнакомым. — …Так аппетитно ешь мороженое… Так и тянет попробовать на вкус…

В голове порядком помутилось, мир вокруг словно перестал существовать. Я снова ощутила ту легкость в теле, эйфорию в каждой клеточке, пьянеющую негу… Словно и не было всех тех лет. Словно вернулась в прошлое.

Дрожащей рукой протянув рожок мороженного Игорю, я зачем-то прошептала:

— Хочешь?

Путанно и нервно он махнул головой:

— Нет. У меня так вкусно не получится, — немного помолчав, он качнулся вперед, сокращая расстояние между нами. Почему-то я не отшатнулась, хотя была должна. — Я просто вспомнил, как эти губы когда-то…

— Так, все! — словно ошпаренная, я отпрыгнула в сторону. От Игоря, от болезненно-сладких воспоминаний. Неужели он думал, мол я сама не помню, чем мы занимались в рабочей подсобке его отца? Вряд ли я смогу войти в эту комнату еще когда-либо… Выдернув пакет из рук Игоря, я быстрым шагом направилась в сторону дома бабушки. Теперь я начинала жалеть, что решила прогуляться пешком, ведь до ее дома осталось идти еще минут пятнадцать. — Прости, мне пора. Да и тебе, Игорь… Работа «стынет»! Ты же теперь у нас нарасхват, да? Так вот не подводи людей.

Он ничего не предпринял, чтобы остановить меня. Это радовало ровно в той же степени, что и огорчало. Я точно знала, что Игорь не тот мужчина, что станет за меня бороться. Он просто не тот. Но это не мешало моему сердцу вырываться из груди от одного его вида.

Перебирая ногами, я с удивлением замечала, как быстро хмурится небо. В какой-то момент обернулась, а Игорь все еще идет за мной на расстоянии.

— Мне нельзя с тобой по одной улице идти? — удивился тот, разводя руками и указывая мне пальцем на подъезд, расположенный буквально в двух шагах. — Я тут живу, Ирочка.

Раздраженно зашипев себе под нос проклятия, я развернулась на пятках и ускорилась. Но вдруг случилось то, чего я предвидеть не могла… Низ пакета разорвался, продукты принялись рассыпаться по полу: яблоки, мука, картошка, огурцы с помидорами… Не зная, в какую сторону бежать, я судорожно сгребала все в одну кучу, пока не поняла, что Игорь занимается тем же самым.

— Иди домой! — взмолилась я, закатывая глаза. Именно этот момент выбрал гром, чтобы разверзнуть небо. Следом за ним полился проливной непроглядный дождь. Мой розовый узкий комбинезон вмиг промок до нитки, а черные волосы облепили лицо. Продукты на полу медленно смешивались с землей, а нового пакета под рукой не было.

— Уверена, — усмехнулся парень, в который раз указывая взглядом на подъезд, — что моя помощь не нужна?