Часть 13

Чемодан был настолько наполнен вещами, что колесики с трудом катились по старинной каменной кладке.

— Черт! — вырвалось вслух, когда в микрофон объявили о прибытии нужного мне поезда. — Черт-черт-черт! Ничего не успеваю…

Дело наладилось на асфальте, стало немного проще. На губах появилась облегченная улыбка, когда на горизонте замаячил двадцать первый вагон. Тот самый, на котором я должна была уехать навсегда в столицу. Все дела в городе были завершены… Оказалось, что бабушка успела оставить завещание, передавая мне все свое имущество. Так же она просила продать квартиру с домом после ее смерти и начать новую жизнь так, как я всегда мечтала.

«Знаю, ты винишь себя во всех бедах нашей семьи, — прочла я в посмертно переданном письме, — но ты не просто не сделала ничего плохого, Ирочка, ты — единственное, что держало меня на плаву все эти годы. Проблемы с сердцем у меня начались еще до гибели твоей мамы. И только ты со своим оптимизмом, поддержкой и заботой давала мне сил жить. И теперь я хочу дать тебе то, что ты заслуживаешь — светлое будущее!».

Я читала и плакала… Много добрых слов сказала мне бабуля, много хорошего пожелала. Когда эмоции стихли, я сделала все так, как она просила... Квартиру купила молодая семья, где девушка собиралась вскоре родить первенца, а дом приобрела женщин с тремя детьми.

— Можно ваш билет? — милая проводница протянула руку, и я вздрогнула от полного ощущения, мол что-то забыла. Нервно ощупала себя по карманам, заглянула в сумку и оглянулась по сторонам. — Билет забыли или паспорт?

— Нет, это есть, просто… — задумчиво прикусив губу, я вдруг застопорилась. Чего-то явно не хватало.

Взгляд упал на начало пирона. Память унесла меня далеко в прошлое, где юная и наивная Ира ждала свой поезд в столицу. Та маленькая, неопытная девушка высматривала Игоря и верила: «Он любит меня! Он придет!». И сейчас часть меня тоже ждала Его.

С надеждой оглянувшись по сторонам, я никого не увидела. Это было ожидаемо, но все равно по щеке скользнула непрошенная слеза. Незаметно ее утерев краем кофты, дала билет проводнице и вошла внутрь. Спустя пару минут поезд тронулся, двери закрылись.

— Он не пришел… — с тоской прошептала я в никуда, сжимая руками паспорт до побеления костяшек. — Снова… Чертов «День сурка!».

Стоя с чемоданом у главной двери, я смотрела, как перед глазами проносятся зеленые деревья, и умирала от тоски, чувствуя себя одинокой. Когда-то давно у меня были брат, мама, бабушка и любимый мужчина. Жизнь отняла всех, хотя я ничего никому плохого не делала. «В чем тогда справедливость?», — подумала я, тяжело вздыхая.

— Девушка, — мягко коснулась моей руки проводница. Я подняла на нее испуганный взгляд, слишком глубоко провалилась в душевные баталии. Та смотрела на меня с сочувствием. Оставалось лишь догадываться, как жалко я выглядела, — мне очень жаль, но вам придется пройти на место. Это непреложное правило.

— Конечно-конечно! Я тут еще пять минут постою и пойду, — мягко попросила, пытаясь выдать подобие улыбки.

— Вы тут уже десять стоите, — пожала плечами та, а после сама схватила мой чемодан и покатила его к купе. — Пойдемте! Сейчас чайку вам принесу с лимончиком, и все пройдет.

— Спасибо, — отмахнулась я, собираясь спрятаться под одеялом от случайного попутчика и проспать до самой столицы, — не нужно.

— За счет организации, не переживайте! — весело подмигнула мне та, закатывая чемодан внутрь.

Моим попутчиком оказался мужчина. Я лишь слегка мазнула взглядом по его кроссовкам, потому что лицо оказалось скрыто за раскрытой бумажной картой метро столицы. Спокойно усевшись у окна, я подперла лицо ладонью и задумалась о своем.

Не прошло и пяти минут, как мужчина напротив зашевелился. С тяжелым вздохом он сложил карту и обратился ко мне:

— Простите, а вы случайно не знаете?..

Он замолчал на полуслове, я тоже затаила дыхание. В отражении стекла на меня смотрели знакомые серые глаза Игоря. Но даже не разгляди я силуэт, точно не спутала родной и знакомый хриплый бас.

— Ты?.. — не решилась обернуться, внутри сковал страх. Лишь пальцы до побеления обхватили край столика, а сердце бешено ускорило ритм. — Но, что?..

На Игоре были черные спортивные штаны и мятная безразмерная футболка. Но даже они не скрывали мощь его натренированного тела, гору мышц. Против воли опустив глаза на сомкнутые руки, я вздрогнула. А ведь совсем недавно они гладили меня в душе, а теперь совершенно недоступны…

Горечь подступила к горлу, стало нечем дышать.

— Зачем ты здесь? — прошептала тихо, едва слышно за гомоном в вагоне. — Ты меня преследуешь?

— Не поверишь, случайно так вышло, — усмехнулся Игорь, и я-таки обернулась, скептически поднимая бровь. Улыбка тут же опала на его красивом лице: — То есть, место купил первое, что попалось. Не следил за тобой, как какой-то маньяк. Судьба, Ириш!

Неосознанно я кивнула, потому что верила Игорю. Он никогда не отличался настойчивостью в отношениях с людьми.

— Едешь на заработки? — предположила я, все более неуютно себя ощущая. — А где отец? Если нужно, могу уступить ему свое место. Поменяться, так сказать…

Игорь поднял вверх ладонь, вытягивая перед собой, и мягко прошептал:

— Ир, погоди, папы со мной нет. Потому что я не на работу ехал.

Сглотнув тяжелый ком, я напряженно протянула:

— А куда?

Мужчина не сводил с меня пытливых требовательных глаз. Они пробирали меня насквозь, как рентген, заставляли пот выступить на спине.

— К тебе. Ты же подруге свой столичный адрес оставила на всякий случай, я выпросил, — краткий короткий ответ и что-то во мне надорвалось. Я задохнулась с широко распахнутым ртом. Выдыхая кислород так яростно, словно испускала дух. Резко вскочив с места, Игорь вдруг оказался совсем близко. Только вот он не сел рядом, а опустился на колени. Его лицо оказалось на уровне моей груди, а руки упали на колени. — Ир, мы не договорили.

Не думала, что спустя все произошедшее не смогу справиться с эмоциями. Тщетно пыталась сдержать слезы, от чего позорно затряслась нижняя губа. Прикусив ее зубами, я покачала головой:

— Игорь, ты все мне сказал и…

— Нет, не все! — зарычал он так раздраженно и яростно, что я подпрыгнула на месте. Его руки вдруг принялись нежно гладить мою кожу, словно ценную и хрупкую фарфоровую статуэтку. Тело в этих местах покрывалось мурашками, — Ир… Ирочка… Ты ведь спрашивала меня, правду ли я тебе сказал столько лет назад. Так вот, я не полностью ответил, хочу дополнить.

— Игорь, — усмехнулась я, — это не экзамен. Дополнительных баллов за развернутый ответ не будет.

Он зарычал сквозь стиснутые зубы, мол, молчи, я рот и захлопнула. Было в нем что-то мужское, заставляющее цепенеть и сдаваться.

— Я был голым и босым байкером без байка, Ир! Ну, куда бы я поехал с тобой в столицу? Что бы тебе дал? Что за издевательство? — первый раз в жизни я слышала от Игоря так много слов, да еще и личных. Он не был мужчиной, что делится чувствами. Из-за этого момент стал более ценным. Прикусив язык, я боялась сбить его настрой. — Я любил тебя слишком сильно, чтобы обречь на такую тяжелую жизнь. Поэтому пришлось отпустить.

— Тяжелую жизнь?! — настала моя очередь взорваться, гневно сверля мужчину взглядом. — Да я любила тебя до умопомрачения! В рот заглядывала, молилась буквально! Мне было плевать на все! — закрыв глаза, откинувшись на спинку, я глухо прошептала откуда-то из недр души: — Знаешь, скажи ведь ты тогда: «Останься со мной», и я бы даже не думала. Я бы осталась с тобой навсегда.

— И что бы тебя ждало? — одарил меня не скрываемым сарказмом Игорь, грубо рассмеявшись. — Ты вообще знаешь, как я жил все эти годы? Да, сейчас у меня есть квартира, машина, отложенные деньги, но все эти годы я батрачил, как раб, Ир! Меня могло дома месяцами не быть. И не потому, что я шляюсь по телкам, а потому что пытался что-то заработать.

Распахнув глаза, я уставилась на Игоря, пытаясь донести до него простую суть:

— Мы бы виделись раз в месяц-два, Игорь. Но виделись, — махнув рукой вокруг, пожала плечами: — А так лучше? Теперь мы просто чужие люди. Попутчики в одном вагоне.

Тишина, казалось, длилась вечность. Незаметно Игорь переплел наши пальцы, словно так и надо. Словно это что-то естественное… А после сжал руку так, что я взвизгнула от неожиданности. Его голос был жестким, ставящим перед фактом:

— Мы не чужие люди, Ира. Никогда не были и не будем.

— Брось, — неосознанно попятившись вперед, я позволила себе коснуться кончиками коготков его волос. Все еще безумно густых и мягких. — Все позади, Игорь. Прошлое не вернешь.

— Я скучаю по тебе, вспоминая… — с тоской прошептал мужчина, зарываясь лицом в мою ладонь. Он яростно вдыхал запах моей кожи, напряженно кривясь. — Но не надо его возвращать, ладно? Ты получила образование, о котором мечтала. Думаешь, я бы смог тебя этого лишишь? А в свободные отношения не верю, их нет… Да и я достиг чего-то в этой жизни, теперь могу спокойно нести ответственность за тебя и нашу будущую семью, — его серые бездонные озера смотрели на меня так, словно пытались прочесть мысли: пытливо и требовательно. — Знаешь, ради тебя я готов бросить все к чертовой матери. Хочешь жить в столице? Будем!

— Игорь! Остановись… — вскочив на ноги, я отошла к двери в купе, нервно кусая ногти. — Дело не в городе, мне плевать, где жить! Дело в том, что мы уже опоздали. Ты не видишь?

Он не касался меня, но стоял прямо за спиной. Я ощущала горячее дыхание на своем плече и электричество, что волнами исходило от его тела и окутывало с ног до головы, словно пледом.

— Почему ты так решила? — и все же он коснулся меня, измученно и резко, будто не сдержав порыва. Проведя кончиком носа по шее, он поднялся к волосам и замер, руками разминая предплечья. — Ничего не поздно. Я любил тебя всегда, сейчас ничего не поменялось. У тебя по-другому?

Это было выше моих сил, выше понимая. Не походило на реальность! Я забывала дышать, легкие начинало жечь от недостатка кислорода.

— У тебя есть… — «другая» — хотела сказать я, но слова так и не вырвались с губ. Не смогла произнести, поэтому высказалась иначе: — будущий ребенок. Разрушать семью я не стану.

Игорь резко потянул меня за руку, заставляя крутнуться к нему лицом, и сжал по швам, не позволяя больше отвернуться:

— Хочу, чтобы ты знала: несмотря на ребенка, я не буду с Валей, потому что ничего к ней не чувствую.

— А как же ребенок и… — поморщилась я, но Игорь оборвал на полуслове:

— Ребенок должен жить в гармонии, Ира! Валя прекрасно знала, что детей я не хочу. Могу поклясться, что наша связь была более чем защищена. Уверен, что ребенок не от меня. Если он от меня каким-то чудом — я не отказываюсь, но на Вале не женюсь, как бы ей этого не хотелось. И тут не важно: простишь ты меня или нет. Решение менять не стану, — замолчав ненадолго, Игорь с прищуром в меня вгляделся: — Не хочешь себе мужчину с прицепом, да? Понимаю. Ты девушка молодая, оно тебе сто лет не надо…

Сглотнув тяжелый ком, я не верила самой себе, что говорю это вслух:

— Я хочу прояснить кое-что, Игорь.

— Да? — он лишь вздернул бровь, а бабочки в моем животе едва не вспороли желудок.

— Ты, положа руку на сердце, со всей ответственностью клянешься, что любишь меня? — адреналин зашкаливал, от чего в глазах темнело.

Игорь посмотрел на меня, как на умиляющего его котенка и улыбнулся:

— Конечно, Ирочка. Всегда.

— И клянешься, что никогда больше не бросишь меня? — не унималась я, пока непрошенные слезы почему-то принялись течь по щекам. Видимо, от переизбытка эмоций.

— Слышишь? — он взял мою ладонь, положил к себе на грудь, и я услышала безумное сердцебиение. — Больше не смогу. Ты только моя.

Игорь потянулся к моим губам, но я снова отстранилась, задав последний, важный для меня вопрос:

— И впредь будешь советоваться, прежде чем принимать какое-либо важное решение?

— Определенно, — ответственно кивнул мне Игорь. — Клянусь, госпожа. А теперь можно горько?

Игриво изобразив бровями волну, я покачала головой, и Игорь измученно застонал, театрально закатывая глаза.

— Раз обещаешь советоваться… — внимательно изучая мужчину, я увидела искры заинтересованности в его серых глазах. — Я не хочу, чтобы ты переезжал из-за меня в столицу. Да, это хороший город, там куча возможностей. А еще это муравейник и помойка. Мне там не понравилось.

— А я не хочу жить в нашей деревне, — задумчиво почесал бороду Игорь, а потом странно посмотрел на меня: — Ну, что, используем старый проверенный метод? Карту и твой волшебный пальчик?

Подхватив мой указательный палец, от поднес его к своим губам, нежно целуя. В этот момент вектор мыслей сместился, и низ живота стянуло спазмом. Испустив несдержанный стон, я позволила Игорю зарыться ладонью в моих волосах, притянуть к себе и поцеловать.

Он делал это жадно, ненасытно и дико, словно впервые. Его руки властно, по-хозяйски блуждали по телу, сминая и поглаживая все на своем пути.

Дверь в купе открылась после одного лишь стука, не давая нам даже возможности разойтись на безопасное расстояние. Все равно ни я, ни Игорь поцелуй разрывать не захотели. Слишком сильно ждали этого момента, слишком долго терпели.

— А вот и ча-а-ай! Сейчас поднимем вам настроение и… — девушка застопорилась на входе, чашка в ее руках дрогнула. Лица проводницы я не видела, но голос ее был удивленным и смущенным: — Вот так познакомились с попутчиком… Ну, зато настроение подняла, а чай я сама тогда попью!

И женщина просто ушла, посильнее прихлопнув за собой дверь. Молниеносно, с жадным рыком Игорь впечатал меня в нее. Пока его губы орудовали на моей шее, грубо засасывая нежную кожу, он закрыл дверь купе на замок.

— Попала, Ирочка? — его коварный взгляд охотника навсегда впечатался в душу, заставил комок между ног стянуться и запульсировать. — Теперь никуда тебя не отпущу, поняла?

— Почему, — откинув голову назад, старательно сдерживая вырывающийся наружу стон, я все же не сдержала рвущиеся наружу мысли, — ты не сказал мне это тогда, много лет назад… Все могло сложиться иначе, Игорь.

— Я хотел, как лучше. Прости, малыш… — тихий шепот сменил тяжелый измученный вздох. Рука Игоря, уверенно приспускающая мои спортивные штаны, замерла. — Хотел лучшей жизни для тебя. А потом был уверен, что все у тебя прекрасно, потому что в родной город не приезжаешь.

Жадно и раздраженно я стянула с Игоря футболку, отшвыривая ее на сидение. Его стальной мышечный рельеф был ничем в сравнении с умопомрачительным, будоражащим запахом мужского тела.

— Лучшее для меня — это ты, — робко посмотрев на мужчину, я увидела столько нежности и любви в его глазах, что смутилась. Но все же протараторила быстро, чтобы не передумать: — И я любила тебя всегда, Игорь.

И тогда ему словно снесло башню, слова стали излишни…

Руки, блуждающие по голой мокрой коже… Сдавленные стоны, тонущие в сладких поцелуях… Грубый, животный, дикий секс… Стоя, с приспущенной одеждой… Хлопки смешались с гудением поезда…

— Боже! — застонала я, обессиленно и довольно. Запрокинув голову назад, Игорю на плечо, пыталась скинуть с себя мокрые, облепившие лицо волосы. — Черт, я уже не могу…

Его член монотонно вбивался в меня, снова, снова и снова. Будто отбойный молоток, спокойно выполняющий запланированную рутину. Мы старались не шуметь, не привлекать внимания. Вряд ли кто-то мог догадаться, что именно делали пассажиры мест номер тридцать и тридцать один.

— Быстрее не стану, — сжимая зубами мочку моего уха, Игорь нежно рисовал узоры пальцем у меня между ног, пока вторая ладонь сжимала шею, слегка придушившая, — будет громко.

Медленный секс — самая жуткая пытка. Слишком хорошо, чересчур остро. Каждый раз на грани. Каждый раз слегка не хватает для разрядки.

Я чувствовала, как Игорь увеличивается внутри меня. Как его член начинает подрагивать, становится тяжелее, горячее. Одни лишь мысли о мужчине заставили задрожать от оргазма, словно в приступе эпилепсии. Я повисла на Игоре, содрогаясь каждый раз, когда он входит и выходил.

— Люблю тебя, — были его слова во время финала, и я растаяла, как мороженное на солнце. От счастья, чувства полной удовлетворенности по щекам поползли слезы, а на губах застыла блаженная улыбка. — Как много времени мы потеряли, Ир… Прости меня…

Два места в купе нам не понадобилось, хватило и одного. Игорь служил для меня удобным матрасом с бортиками, плотно фиксирующим ягодицы. Видимо, чтобы не убежали.

— Игорь, — спохватилась я поздно, когда уже стемнело, — а куда же мы тогда едем?

— В столицу, — равнодушно пожал плечами мужчина, поближе прижимая меня к себе. Я удивленно вздернула бровь, а тот чмокнул меня в лоб, как малое дитя. — А что? Я там никогда не был. Заберем твои вещи, погуляем, поженимся, выберем город для дальнейшей жизни…

— А? — растерянно проморгалась я. Внутри все замерло, свернулось тугим узлом. — Что ты там третьим пунктом сказал, а ну-ка повтори?

— Поженимся, — вальяжно пожал плечами мужчина, будто мы завтрак обсуждали, — говорю. Готовишь ты отлично, убираешь еще лучше — беру.

От шутки Игоря я не рассмеялась. Не такого предложения ждала и, тем более, не так скоро.

— А может, — вздернув подбородок, самодовольно хмыкнула, — я вообще не хочу, ты не подумал?

— Не подумал. Поздно, Ирочка. Капкан уже захлопнулся, — я только отрыла рот, произнеся протяжное: «А?!», как Игорь тут же перекрыл мне кислород поцелуем и, когда мозг окончательно превратился в кашу, мягко шепнул: — По ходу разберемся. Ты, главное, паспорт всегда с собой носи.