Глава 14. Нечаянные откровения

Кеннет взглядом проводил метлу и двух сидящих на ней девушек. Переполох возле храма Лилит после их исчезновения только набирал обороты. Половина гостей, пришедших отпраздновать свадьбу, разбежалась, а другая с любопытством разглядывала немую сцену возле повозок Клана Смерти. Охранники под командованием Тахиса держались за эфесы мечей. Строго напротив каждого из них стояли ведьмы с мётлами в руках. Возможность использовать магию заглушили в ноль. Кеннету не хватало сил даже позвать Хельду через её зеркало-артефакт. Узнать, куда она полетела с Бояной, попросить воспитанницу не лихачить в небе. И успокоить уже Этана, что его свадьба состоялась.

— Сёстры! — раздался звонкий голос Верховной ведьмы. — Я прошу вас проявить уважение к богине и вернуться в храм. Свадебный ритуал требует завершения. Мои поздравления молодым и пожелания долгих лет счастья.

Толпа нестройно загудела, высказывая слова благодарности. Красные мантии жриц вспыхивали пламенем то в самой гуще гостей, то у главного входа в храм. Приказ “представление закончилось, расходимся” выполнялся со всем рвением. Но тех послушниц, что собрались сражаться с наёмниками клана, он явно не касался. Ведьмы шагнули вперёд, сжимая кольцо вокруг повозок.

— Прекрасные лины, давайте не будем ссориться, — миролюбиво предложил Тахис. — Сложите оружие, расступитесь, и мы просто уедем.

— Не спешите, лин капитан, — строго сказала Стана, появившись за спиной у послушниц.

На два шага позади неё шла Ведана. Кеннет видел рыжую макушку, но не слышал от Первой ни единого слова. Второй провал в обеспечении безопасности за три дня. В клане за такое разжаловали бы в рядовые. Но у сестёр, связанных магией круга, видимо, другие правила.

— Тёмных ночей, Стана.

— Не прикрывайся любезностью, Кеннет, — зашипела она, выходя к повозкам. Ведана осталась за границей оцепления из послушниц. — Ты всё-таки меня предал! После стольких лет заверений, что мы никогда не станем врагами, ты украл мою старшую дочь!

— Всего лишь помог сбежать, — глава клана обернулся к повозке и открыл дверь. — Бояна сама выбрала свою судьбу.

— Твоя жена надела ей на руку брачный браслет! — Верховная ещё не кричала, но воздух вокруг неё уже дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Она заключила нерасторжимый брак. Пошла против всего, что дорого истинной ведьме. И это полностью твоя вина!

— Согласен, — устало кивнул Кеннет. — И готов выслушать всё, что ты думаешь обо мне. Но раз уж я не могу повесить купол тишины, то предлагаю уединиться хотя бы в повозке. Иначе вся Фитоллия будет в курсе наших общих и твоих семейных проблем.

Верховная шумно выдохнула и подобрала юбки. Шла мимо воинов клана с царственной осанкой. Позволила подать ей руку и помочь подняться по трём ступеням приставной тумбы. Кеннет жестом велел Тахису продолжать следить за ведьмами. Нельзя терять бдительность. Пруст только завтра должен заступить на охрану дворца. Собственно поэтому Стана и перевезла Бояну в отдалённый храм именно сейчас. Не хотела, чтобы разведчик увидел её запертой в покоях. Выяснил, как устроена защита и помог главе Клана Смерти заключить брак между своим магом и уже не состоявшейся наследницы трона Фитоллии.

— Ты оставил королевство без следующей Верховной, — выцедила сквозь зубы ведьма, устраиваясь на сидении. Подушки, которые Хельда подкладывала под спину, она небрежно сложила в углу. — И ладно бы жених был знатного рода, имел титул и положение в королевстве, но простой артефактор! Кеннет, я не для того растила дочь, чтобы она резала баранов по локоть в крови и смотрела, как пляшут полуголые мужики, измазанные белой глиной!

— Этан по силе превосходит моих лучших боевиков, а по мастерству равных ему вообще нет.

— Он старик, — простонала ведьма. — Ты отдал мою девочку замуж за того, кто старше твоего отца!

— Ты сама выбрала в мужья опытного мужчину и двадцать лет твердишь мне, что ни капли не пожалела.

— Хватит! — она хотела его ударить. Сжала кулак и замахнулась, но продолжала говорить. — Никто не давал тебе права заключать брак! Бояна — не твоя дочь, как бы тебе не хотелось обратного. Всего лишь воспитанница. Как ты посмел решать её судьбу? Ломать девочке жизнь! Никто кроме…

— Тебя, Стана, — закончил за неё мысль Кеннет, — не может этого делать, верно? Ты захотела сделать дочь наследницей. Выпросить у Лилит метку. Заставить Бояну сесть на трон и стать твоей копией. Ведь только так должна поступать хорошая девочка. И плевать, чего она хочет на самом деле. Не важно, кого любит. Разлюбит, молодая ещё. Глупая, не понимает ничего. То ли дело её мать. Мудрая правительница, знающая, как будет лучше для всего королевства. Ты подмяла своих близких под себя и диктуешь, что им делать. Какие блюда выбирать за ужином, за кого выходить замуж. Где учиться, с кем дружить, как танцевать. Остановись, пожалуйста. Посмотри на себя. Ты теряешь семью.

— Замолчи! — крикнула ведьма и бросилась на него с кулаками.

Била, не глядя, куда попадает, выплёскивала боль. Всё, что копилось так долго и не имело выхода. Ей было нельзя. В тот день, когда Ядвига убила тысячу ведьм, молодая Стана запретила себе быть слабой. Ошибаться, просить помощи, отпускать.

Кеннет держал её, слушая, как боль звенит в голове, чувствуя, что немеют плечи. Ведьма выдохлась и заплакала. Обмякла в его руках, упала на грудь.

— Я устала, Нэт. Пекло, как же я устала.

— Я знаю, — прошептал он, осторожно поглаживая её по спине. — Всё хорошо. Я с тобой, я рядом.

Платье зашуршало, когда он посадил её на колени и обнял. Маленькую девочку в теле взрослой женщины, которой так не хватало любви. Вся её жизнь была сплошной битвой. За себя, за других. А власть и богатство не давали главного. Защиты. Безопасности.

— Нас с детства обманывали, что за золото можно купить что угодно, — тихо говорил ей Кеннет, продолжая качать на руках. — Что власть достаётся сильным, что нужно всегда побеждать. Вот мы и воюем с тобой. Я на поле боя, ты в тронном зале. И кажется, это никогда не кончится. Но Бояну нужно отпустить. Она любит своего артефактора. А Этан отдаст всё, чтобы сделать её счастливой.

— Надеюсь, ты прав, — всхлипнула Верховная. — И мне потом не придётся исправлять твою ошибку.

— Возьми платок, — улыбнулся Кеннет на ответ упрямой ведьмы. — Ты почему-то решила, что разучилась плакать и перестала носить его с собой.

Стана забрала лоскут белой материи и спустилась с колен главы клана. Чёрный карандаш потёк вместе со слезами и размазался по лицу.

— Я похожа на чучело, — жаловалась ведьма, пытаясь оттереть тёмные пятна под глазами.

— Так сними магическую защиту и вспомни о бытовой магии.

Верховная метнула в него недовольный взгляд, но подчинилась. Что-то мысленно приказала Ведане, уставившись в пустоту.

— И ты не прав. Я плакала, когда думала, что ты мёртв.

“Неужели?” — крутилось на языке, а в груди разливалось тепло. Хотелось снова обнять ведьму и потрепать её по волосам. Влечение к ней, как к женщине, кончилось много лет назад, а дружба постоянно испытывалась на прочность. Но за такой момент открытости и душевной близости он был готов простить ей многое.

И тут же ядовитый червь сомнений дал о себе знать. Ворочался в глотке противнее живого осьминога. Подозрения Пруста нужно подтвердить или опровергнуть прямо сейчас. Иначе в федеративном договоре и жизни клана на землях Фитоллии не было смысла.

— Моей семье действительно угрожала опасность, — Кеннет начал издалека. — Если бы Паучиха добралась до Хельды…

— Бессалийская королева преступного мира мертва, — Стана комкала в руках платок. — А Сокол выжил и неплохо выглядит. Я за тебя переживала.

— И тем не менее. У меня есть информация, что Паучиха скрылась из логова и до сих пор мечтает отобрать у Хельды источник.

Ведьма хмуро посмотрела на главу Клана Смерти.

— Её же сожгли. Или она умудрилась инсценировать свою смерть?

— Возможно, — Кеннет словно по хрупкому льду шёл. — Как думаешь, она могла подсунуть нам вместо себя сестру-близнеца или как-то иначе изменить подставной девушке внешность? Без магии.

— Сложно сказать, — Верховная не спешила возвращать платок. Убрала им перламутр с губ и рассматривала блестящие пятна на белой ткани. — Я слышала, что из ткани научились делать маски с лицами других людей. Получается правдоподобная и стойкая иллюзия.

— Нет, мы нашли бы её. Паучиху осматривали перед тем, как сжечь.

— Тогда не знаю, — к Стане возвращалось раздражение. — Всё остальное даёт яркий магический след. Твою куклу бессалийского короля не раскрыли только из-за работающих глушилок. А вообще так себе подделка.

— Да, работа топорная, но кукла свою роль выполнила. Чего не скажешь о Паучихе. Скажи мне честно. Как старому другу. Зачем тебе на самом деле источник возле трактира “Медвежий угол?”

— Ты знаешь, — Верховная повела плечом. — Источник нужен для решения проблемы тёмных. Но, если хочешь откровенности, я не собиралась его отдавать. Такой рычаг давления на Сарвальда найти уже не получится. А ведь Тёмная империя — единственное государство, которое для нас опасно.

— Я в курсе, — ответил глава клана, стараясь не позволять себе резких выпадов. — Но земля принадлежит моей жене. Что ты собиралась делать с Хельдой после всех её “нет”? Как хотела оставить себе источник?

— До того, как ты надел на неё браслет, было проще, — выдержав паузу, ответила она. — Есть сотни способов получить подпись на купчей против воли "продавца". Не обязательно убивать, достаточно найти болевые точки. Но с той секунды, когда ты объявил лину Беринскую своей невестой, мне пришлось пересмотреть подход. Я собиралась предложить ей перевести весь приют на территорию Фитоллии. В новое здание. А уж за стипендии для сирот в наших академиях теперь уже твоя жена отписала бы мне участок бесплатно. Вмешались инквизиторы, планы снова изменились. И потом Хельда узнала, насколько источник ценный. Всё. Я больше не знаю, что делать. Разве что зелья тёмным продавать на выгодных для нас условиях. Но и тут твоя жена мягко говоря поучаствовала в сделке. Не моя вина, что она стоит костью в горле.

Глава клана еле сдержал усмешку. Обе женщины отказывались признавать, что похожи как две капли воды. Да и Кеннету их сходство было крайне неудобно. Словно отчаявшись добиться любви от ведьмы, он нашёл ей замену. Нет. Ему нравились сильные женщины. Смелые, авантюрные, готовые рисковать собой ради других. Во главе Клана Смерти трудно представить изнеженную леди, занятую вышивкой и падающую в обморок от вида крови. И ему ещё долго бороться с желанием дать жене немного свободы и страхом за её жизнь. История с Соколом показала, как быстро он проиграл. Теперь ещё и от Бояны новостей нет. Где они укрылись от погони? Почему до Хельды по магической связи клана до сих пор не достучаться?

— Кое-кто из Совета Первых не стесняясь говорит, что я проявила слабость, оставив лину Делири в живых после аферы с тёмным императором. Я ненавижу себя за это. И я ненавижу твою жену-торгашку. За двадцать лет ты мог найти более достойную женщину, но выбрал почему-то её, — проговорила Стана скороговоркой, а затем замолчала, обдумывая что-то. Продолжила она привычным твëрдым голосом. — Хельда носит под сердцем твоего ребëнка. И я не стану ей вредить, несмотря на то, что она забрала у меня дочь. Тебя же это волнует? Буду ли я мстить вам за Бояну? Повезло. За десятилетия дружбы ты научился говорить о своих подозрениях вслух. Лет через сто, возможно, перестанешь считать меня монстром.

— Возможно, это случится раньше. Так мне искать ядовитых змей в постеле прежде, чем ложиться спать или нет?

— Нет, — улыбнулась она. — Но можешь поискать скользких лягушек. Без лапок. Их повар забрал.

Кеннет рассмеялся и осторожно коснулся руки ведьмы.

— Спасибо. Обещаю, что в клане к твоей дочери по-прежнему будут относиться как к принцессе. Я не хочу отпускать Этана, но и не буду ограничивать их, если захотят путешествовать или куда-то переехать с его острова.

— Бояне придётся покинуть ковен, — Верховная устало прикрыла глаза. — Хотя бы временно. Она заявила о своём намерении прилюдно, а раз так, то пусть выполняет. Скрева не упустит возможности напомнить о брошенной со злости фразе.

Ещё бы главная конкурентка Станы промолчала. Кеннет наблюдал за враждой ведьм столько, сколько жил на островах. Никогда особо не вмешивался, но раз уж взял на себя ответственность за Бояну, то стоило ожидать беды и с этой стороны тоже.

— Хорошо. Так что насчёт церемонии? Свадьба состоялась, но никто не мешает отпраздновать её позже.

— Пусть устроят полноценную, — Стана скривилась. — Позорище. Принцессу Фитоллии взяли замуж без торжества. Да и без жениха, кстати. Как у вас принято? Полгода длится помолвка? Я как раз успею заткнуть рты всем недовольным. Главная жрица прочитает речь о важности любви для ведьмы, напомнит, что мы вольны сами выбирать свою судьбу, и процитирует какое-нибудь священное писание о прощении. А я, как любящая мать и мудрая правительница, приеду на свадьбу старшей дочери и верну её в ковен. Сам знаешь, ведьма-одиночка всегда в опасности.

“Гениально”, — рвалось с языка, но Кеннет опасался что в подобном настроении Верховная сочтёт его похвалу насмешкой и смягчил фразу:

— Сделай так, как будет лучше для Бояны, я согласен. А когда мы её найдём, спустим с метлы и убедим, что никто не заставит расторгнуть брак хотя бы на бумаге, ты ведь не откажешься познакомиться поближе с женихом?

— Придётся, — вздохнула Стана. — Куда улетели наши авантюристки? Если ты прав насчёт Паучихи, им лучше не путешествовать без охраны.

Верховная на мгновение замерла и остекленевшими глазами посмотрела поверх головы Кеннета. Губы приоткрылись, кожа побледнела до синевы.

— Можешь не отвечать, — шепнула она. — Веда нашла их. Хельда затащила Бояну на Проклятый остров.