Глава 26. Дикая малышка

Злобно зыркающую на всех женщину привязали подручными средствами к стволу дерева. Я с тревогой ждала, что Ксанир достанет нож и будет её резать, но свёкор начал с того, что нежно погладил её по щеке.

— Познакомимся, красавица? Если ты лезла в спальню, не зная, кто стоит на защите, то вот тебе моё имя. Ксанир Делири.

— Ты ждёшь ответной любезности? Предлагаешь вывалить моё генеалогическое древо до седьмого колена?

— Ты явно не из отребья, раз уж знаешь такие вещи.

Женщина облизнула губы и потянулась к нему, насколько позволяло связанное тело.

— Да, мы могли бы славно развлечься лет эдак двадцать назад. Встретиться на каком-нибудь приёме, пофлиртовать. Ты бы всячески намекал на свой длинный и толстый меч, а я ломалась бы для виду.

— Ведьма, — фыркнул кто-то из охранников, но под взглядом Ксанира замолчал.

— Так давай наверстаем упущенное, — предложил свёкор, поглаживая её пальцем по щеке. Как мне обращаться к благородной лине?

Они даже были чем-то похожи. Смуглый, темноволосый Ксанир и моя несостоявшаяся убийца. Я только сейчас заметила её кудрявые волосы, стянутые в хвост на затылке.

— Ты уже начал. “Дорогая, солнышко”. Зови меня малышкой.

— Без проблем, — улыбнулся он. — Кто заказал тебе убийство лины Хельды Делири?

И глаза у неё такие же. Почти чёрные.

— Наклонись ниже, милый, — женщина потянулась к нему губами. — Я шепну тебе на ушко.

Свёкор наклонился к ней и позволил обхватить накрашенными перламутром губами мочку своего уха.

— Демоны из бездны, — сказала она. — Ждут тебя там, урод.

— Хорошо, — ответил он и взял её за горло. — Передавай им привет.

Убийца захрипела, выкатив глаза. Так дёргалась в своих путах, что воины из охраны невольно сделали шаг вперёд, но верёвки выдержали. Когда Ксанир убрал руку, я увидела след от его пальца на подбородке женщины. Он обладал настолько чудовищной силой? И почему синяк красный? Посмотреть бы, что там на горле, но мешал туго намотанный шарф.

— Мне нужно имя, малышка. Иначе мы тут с тобой застрянем надолго.

Она кашляла и со стоном пыталась втянуть воздух. В уголках её губ появилась алая слюна. Я боялась своего мужа, когда он в гневе? Какое счастье, что не пришлось по-настоящему ругаться с его отцом.

— Слушаю, — глухо сказал Тахис, отвернувшись от нас. — Говори громче, тут все свои.

— Мы нашли мешок любовницы конюха, — прозвучало из зеркала. — Там плащ, кружевное жабо и метла.

— Повтори, — попросил Тахис. — Я не понял последнее слово.

— Метла, — отчётливо произнёс воин. — Уж очень похоже, что она летает.

У меня ёкнуло где-то под сердцем. Все догадки слились в одно слово — ведьма. Хотелось встряхнуть её и кричать: “Стана! Тебя послала Стана!” Но допрос вёл Ксанир.

— Жабо, — пробормотал он, потянувшись к шарфу на шее ведьмы. — Она не просто так его носила.

Полноценно сопротивляться пленница не могла. Хрипела и пыталась укусить свёкра за руку, пока он разматывал ткань. Я сощурилась, пытаясь лучше разглядеть такие же красные следы от пальцев, как на её подбородке, но ярче всего на смуглой коже горела метка. Проклятье, что это? Клеймо?

 — Энигма, — сказал один из охранников

— Перечёркнутая, — добавил Ксанир. — А ты у нас дикая, малышка.

— Что это значит? — спросила я, шагнув к ним. — Вы можете объяснить?

Свёкор поправил пару перстней на левой руке и начал:

— Охотно. Это само по себе даёт нам след. Дикими называют тех ведьм, кто не пожелал при создании королевства Фитоллия признавать власть Верховной.

— Свободные, — хрипло огрызнулась она.

Как по мне, не было особенной разницы. Ведьмы, что дикие, что "домашние" оставались ведьмами. Я начинала понимать свекровь в её стремлении вырастить сад алых роз. Пожалуй, мне тоже стоит дать поручение своему садовнику, чтобы разбил небольшой розарий.

— Инквизиция Фитоллии не трогает диких ведьм, пока они не становятся отступницами, — продолжил Ксанир. — Верховная делает вид, что их не существует.

— Так они враждуют? — уточнила я.

— О, да. Все двадцать лет после переезда на острова.

Не знаю, почувствовала ли я разочарование. Уже почти привыкла считать своей убийцей Стану, а тут её соперница. Какой у неё мотив? Не помню, чтобы я переходила дорогу кому-то, кроме членов круга Верховной.

— Что-то я не чувствую твоей силы, малышка, — нахмурился свёкор, разглядывая один из перстней. — Порошок нейрина выпила?

— Ой, какой умный у меня кавалер, — цокнула языком она. — Слишком умный. Или в Фитоллии всем известно, как можно ведьму без сил оставить?

— Нет, не всем. И уж тем более не все понимают, зачем это нужно. Ты ведь не просто так притворилась обычным человеком. Знала, что когда в клане объявят тревогу высшего уровня, маги поставят защиту в том числе от ведьм. Знала? Отвечай!

Убийца кокетливо повела плечом и выше подняла подбородок с отметиной.

— Допустим знала. Не очень-то у вас принципиальные слуги, лин Делири. За звонкую монету готовы любой секрет продать. Даже про купол ваш защитный рассказать с тем самым артефактом. Признаюсь, долго не могла отойти от шока. Слышала, что можно умертвие отличить от живого человека, но чтобы на ведьму сигнализацию поставить... Лихо.

“Да, Этан и не такое мог”, — крутилось на языке, но я молчала. Злость на Сандру поднималась с новой силой. Денег ей не хватало. Написала письмо Ксаниру, он отказал, так она решила в отместку меня под нож наёмного убийцы подставить?

— Это соучастие, да? — шёпотом спросила я у Тахиса.

— Это измена, — отрезал он. — Будет суд на совете клана и казнь, если обвинение подтвердится.

— Мальчик мой, любовниц первых лиц клана не судят, — рассмеялась ведьма. — Тем более беременных. Убьёте мать возможного наследника? Сильно сомневаюсь.

Я тоже. Казнить Сандру сам Ксанир не позволит. Поперёк совета пойдёт, с Кеннетом разругается, но младшего сына будет защищать до последнего. Он знает, что я жду дочку. И, если сочтëт необходимым, раскроет соклановцам эту тайну. Народ потребует назвать наследником ребёнка Сандры. О каком наказании тогда может идти речь? Верно. Экономка-изменница получит статус, равный моему. Она станет неприкосновенна.

— Суд на совете тебя не касается, — выцедил сквозь зубы Ксанир и сжал в кулаке конец шарфа, под которым убийца прятала метку. — Не пытайся увести разговор в другую сторону. На кого ты работаешь?

— На себя, — с вызовом ответила она. — И попробуй доказать обратное.

— Да легко, — пообещал свёкор и всё-таки достал нож. Не прекращая говорить, разрезал штанину, стягивающую бедро ведьмы. — Одну подельницу ты уже сдала и заказчика долго скрывать не будешь. Мой дар причинять боль не просто оставляет ожоги на коже. Рану невозможно залечить. До самой казни будешь на стену тюремного каземата лезть, умоляя облегчить страдания. Я оставлю голое мясо и кости. Хочешь?

В глазах ведьмы появился страх. Какой бы громкой не была её бравада, всему есть предел. Что ей даст упрямое молчание? Шанс на спасение?

— Кстати, о затягивании процесса, — сказал Ксанир, продолжая оголять её бедро. — Я знаю, чего ты ждёшь. Нейрин в крови долго не держится, он уже понемногу отпускает твою силу. Но воины клана — ребята подготовленные. Тахис, наручники.

Капитан ловко вытащил откуда-то из-за пояса штанов зеленоватые браслеты, видимо, из того самого металла, и протянул их бывшему главе клана. А он защёлкнул их на запястьях ведьмы.

— И раз уж я такой умный, то буду сыпать догадками дальше. Ты собиралась сжечь спальню и сбежать верхом на метле. Поэтому спрятала её в мешке и протащила под забором. Но что-то пошло не так. Действие порошка не рассчитала?

— Да, иначе ты бы меня не догнал.

— Во-о-от, — улыбнулся свёкор. — Можешь же говорить правду, когда хочешь. Даю последний шанс. Как зовут заказчика убийства?

— Ненавижу останавливаться на прелюдии, — преступница медленно выдохнула и вздëрнула подбородок. — Давай, жги.

Я была готова зажмуриться и закрыть уши. Кажется, дикая ведьма решила перетерпеть любые пытки, чтобы сохранить имя заказчика в тайне. Почему? Верность и честность мешали мыслить здраво? Или тот, кто её послал, имеет в арсенале оружие страшнее таланта Ксанира?

— Хорошо, — выдохнул он. — Уступаю желанию прекрасной лины.

Ладонь мага легла на оголённую кожу. Раньше всех нервы сдали у меня. Беременной женщине категорически запрещено смотреть на пытки. Лучше уйти прямо сейчас, а имя узнать у Кеннета.

— А-а-а-а-а! — закричала ведьма под зловещее шипение. — Стой. Хватит. Перестань, я сказала! Её зовут Дайна. А-а-а-а-а.

— Всё, всё, я убрал руки, — сказал Ксанир, показывая пустые ладони, но преступница продолжала стонать.

— Дайна, Дайна. Пекло, как больно. Дайна. В Бессалии её называют Паучихой. Наши примкнули к ней, когда совсем прижало. Меня отправили… Убить.

По её щекам градом катились слёзы. Кожа на бедре краснела отпечатком ладони, но ничего по-настоящему ужасного произойти не успело.

— Паучиха, — повторил свёкор. — И ты знаешь, где она сейчас прячется?

— Да-да, — ведьма задёргалась. — Не трогай больше, скажу. Сама лично забрала её из убежища в зверинце. Посадила на метлу, и мы полетели на острова. Архипелаг в океане. Дашь карту, отмечу где. У них там стража — медведи. Причём оборотни. Дальше поляны меня не пустили. Сам её там ищи. Лилит, как же больно!

Ответ преступницы оказался настолько очевидным, что я удивилась. Не врёт ли? Зачем было скрывать причастность Паучихи изначально, если не для кого не секрет, что она мечтает от меня избавиться? Королева преступного мира Бессалии надеялась, что мы до сих пор считаем её мёртвой? Поэтому и перестала осторожничать. Отправила в клан ведьму, знающую, где искать заказчицу. Слишком большой просчёт. Паучиха… Дайна допустила ошибку или расставила очередную ловушку?

Сомнения жалили роем пчёл, не позволяя порадоваться новой зацепке. Медведи переплелись с заговорщиками окончательно. Срослись намертво. Неизвестным оставался лишь покровитель. Кто спас интриганку от клана дважды? Почему она так ценна? Разве не разумнее отказаться от неё после стольких ошибок?

— Кеннет, — позвал свёкор, доставая из кармана зеркало.

— Как Хельда? — спросил муж.

— Жива и здорова, слава предкам, — отмахнулся Ксанир. — Сандру не отпускай, я допросил её подельницу. Много интересного мне рассказала дикая ведьма.

— Дикая ведьма? Уверен?

— На шее знак — зачёркнутая Энигма, — привёл аргумент бывший глава клана. — Территорию парка прочесали, нашли мешок с метлой. Собиралась улететь, пташка, да крылья подвели. Отправлю к тебе, послушаешь сказки про злых медведей на поводке у Паучихи.

— Жду, — сухо ответил мой муж.