Глава 39. Дела насущные

Режим сна сбился окончательно. Накануне очередной атаки на логово медведей глава клана бодрствовал ночью, присутствуя на совете клана, а днём урывками пытался вздремнуть. Не получалось. Словно специально повылезали мелкие проблемы, благополучно отложенные на потом. До конца истории с элезийцами. То кузнецы нервничали на счёт поставок металла, то кессанийский принц письмами забрасывал. Вился, как коршун, над головой Кеннета, свободного от клятвы меча.

“Почему бы нам не съездить вместе на охоту, лин Делири?”

Да без проблем, Ваше Высочество. Я как раз собираюсь на Проклятый остров, чтобы пострелять из арбалета в медведей. Не желаете составить компанию? Вряд ли жених Велены согласился бы. Кессанийская знать всегда была слишком далека от сражений. Интересно, а когда принц догадается “зайти с другой стороны”? Через невесту. Велена уже рассказывала ему про дядю Нэта?

Глава Клана Смерти свернул в трубочку послание из Кессании и поднёс к пламени свечи. Бумага лениво разгоралась, буквы чернели и осыпались пеплом. Дым наполнял кабинет в особняке. А ведь поэтому операцию с рассвета перенесли на середину дня. Разведчики видели много женщин возле логова и даже двух детей. Кеннет побоялся, что если их ночью поднимать дымовухой с постели, то паника будет сильнее. Вдруг свет не смогут сразу зажечь, запутаются сослепу в своём лабиринте и задохнутся. Не было цели уничтожить всех. Хотелось ограничиться опасными оборотнями-медведями, а мирное элезийское население пусть живёт. В идеале их нужно заставить принять законы Фитоллии и власть Верховной ведьмы. Но вот незадача, женщин нельзя оставлять на Проклятом острове. Лишившись боевой мощи в лице мужчин, они станут лёгкой добычей для дриад. Зеленокожие сожрут их с наслаждением. В пропорции “две элезийки за одну убитую сестру”. Что тогда? Выселить оставшихся иномирных гостей на необитаемый остров?

Кеннет кивнул своим мыслям и потянулся за листом бумаги. Выделять земли — прерогатива Станы. Она, конечно, будет недовольна просьбой на фоне интриг диких ведьм, но помочь должна. Элезийки безобидны. Разрешить им построить общину, нагрузить полезной для королевства работой и можно не волноваться за их судьбу. Со временем ассимилируются с местным населением. Выйдут замуж и, если бесплодие у них касалось только мужчин, и всему виной были эксперименты Плиния, то нарожают детей.

“Кстати о детях”. Кеннет замер, не дописав фразу до конца. Вспомнил, что на проклятом острове, кроме дриад, жили маги-отступники и сумасшедшие учёные. Джамис Кайссен, ага. Тёмный маг, создавший Ловец Душ и превративший Доротею в овощ на грядке. Стана призналась, что похитила его и спрятала на острове, надеясь на продолжение экспериментов. И если так, то Джамису пригодятся подопытные. Элезийские вдовы, например. Раздавленные горем женщины, согласные на что угодно, лишь бы прокормить себя в чужом мире. Если на них не действует местная магия, то они способны стать идеальным сосудом для младенцев, зачатых от тёмных лордов. Ребёнок просто не сможет вытянуть силу из матери. Не сможет её убить. Стана клещами в них вцепится. Какой шанс щёлкнуть по носу Хельду и вернуть расположение Тёмного императора. “Лорд Дииссен, зачем вам сомнительные ритуалы из старых легенд, когда у меня готова маленькая армия суррогатных матерей?”

— Нет-нет-нет, — зацокал языком Кеннет, разрывая недописанное письмо. — Элезиек я тебе не отдам. Сначала спрячу у себя, а затем постепенно выдам замуж за воинов клана.

И не обязательно докладывать Верховной, что после зачистки логова по заказу дриад кто-то выжил. “Мы же Клан Смерти. Убили всех”.

Глава шумно выдохнул и потёр ладонями лицо. Груз незавершённых дел грозил придавить могильной плитой. Одной почты Галия навыгружала из шкатулки на две огромные стопки. Кеннет не глядя снял сверху первое попавшееся письмо и чуть не рассмеялся. Герб Тёмной империи. Но вместо Сарвальда ему писал Урил.

“Ясного неба, лин Делири. Спешу поблагодарить за образцы от дриад и поделиться результатами экспертизы. Никогда раньше таких интересных костей не видел. Откуда они у вас? Где нашли? А ещё там что-нибудь есть?”

— Проклятье, — выругался Кеннет. — Как я мог забыть?

Накануне первой атаки на логово и захвата Рикона он просил Бояну написать дриадам письмо. “Если кем-то из гибридов успели закусить, то пусть отдадут кости”. Воспитанница просьбу выполнила, и глава клана, ещё не зная об иномирном происхождении вороноящериц, отправил их отцу Ильгерта. Надеялся, что тёмный лорд расскажет о странных существах немного больше, чем то, что они летают через портал под куполом бессалийского собора. Научное исследование, как водится, затянулось. Но теперь Урил не скрывал восторга.

“Мои индикаторы с ума сходят. Шлейф пёстрый, спектр ответных реакцией невообразимый. У меня десяток гипотез, кому эти кости могли принадлежать, но точно не нашим воронам. Признавайся, Кеннет, что ты хочешь за возможность поучаствовать в научной работе? Я готов практически на всё”.

— Поздно, — усмехнулся глава клана. — Момент упущен, и уже я на многое готов, чтобы сохранить прибытие элезийцев в тайне.

Но что-то помешало ему немедленно составить для Урила вежливый отказ, подумать захотелось. Заглянуть в перспективу на несколько лет вперёд. Плиний ведь прятался за пределами логова медведей. Если не ударился в отшельничество, то существовало второе поселение. Возможно, там прятались те, кто отказался превращаться в оборотней. Что тогда? Война с элезийцами неизбежна? И раз уж так, то стратегически важно изучить их магию со всех сторон. В первую очередь понять, как ставятся и снимаются защитные чары. Энергетическая сеть на четырёх покойниках в бессалийском зверинце впечатляла. Свои некроманты у Плиния были. А, значит, Урил с его знаниями весьма пригодится. Кеннет взял перо и склонился над бумагой..

“Приезжай вместе с Ильгертом на праздник инициации, как собирался, — написал он тёмному лорду. — Многое расскажу”.

Запечатал конверт, положил в шкатулку и тут дверь открыла Хельда.

— Прости, что отвлекаю, но Тахис принёс украшения для Мисы и Эрики. Заседание суда окончено, виновные наказаны, самое время поощрить тех, кто помогал с расследованием. Я собрала слуг и детей, чтобы награждение прошло в торжественной обстановке. Подумала, ты захочешь принять участие, — объяснила жена и зацепилась взглядом за письмо из Тёмной империи. — Новости от Сарвальда? Что-то не так с источником?

— Нет, с источником всё в порядке, — ответил Кеннет, раздумывая, стоит ли подключать к иссследованиям Урила кого-то ещё. Этана и Бояну, например. С Ловцом Душ они быстро разобрались. — Договорённости с императором в силе. Письмо пришло от отца Ильгерта. На празднике инициации у нас будет важный разговор, и я хочу, чтобы ты присутствовала. Найдём какой-нибудь уединённый шатер?

— Да, я специально распланировала поляну с шатрами так, чтобы гости пересекались как можно реже. Правда, расчёт был не на разговоры о делах, — призналась Хельда. — Я очень переживаю, что кто-то из ведьм распознает в браслете Бояны фальшивку.

— Это возможно, — согласился Кеннет. — Бывшая наследница трона Фитоллии стала невестой мага Клана Смерти при скандальных обстоятельствах. Ведьмы практически обязаны высверливать взглядом проклятый браслет, прощупывать его силу всеми доступными артефактами. А если им разрешат, то понюхать, попробовать на зуб и соскоблить золото на анализ. Так что раскрытие нашего обмана — вопрос времени.

— И что будет дальше? — нахмурилась жена. — Бояну заберут во дворец и заставят пройти тот обряд, что мы прервали?

— Да, Хельда. Дикие ведьмы нацелились на фитоллийские острова, где-то возле Станы есть предатель. Вероятно, целый заговор. Так что получить законную наследницу с меткой Лилит ей как никогда актуально. Но знаешь, какой бред только что пришёл в мою голову? Он удивительно логично вытекает из той лжи, что я успел произнести на совете клана.

— Ты имеешь в виду предположение, что Дамиан Аринский — глава заговора?

— Да, — улыбнулся Кеннет. — Глупость несусветная, но старейшины в неё поверили. И раз уж я, по их мнению, собрался свергать Стану, то клану выгодна свадьба Бояны с Этаном. Настоящая свадьба с настоящим браслетом.

Хельда замерла, обкатывая мысль в голове, как ягоду на языке.

— Подожди, дорогой. После свержения Станы по законам ведьм место на троне должна занять её старшая дочь. А она выйдет замуж и станет частью Клана Смерти. Но разве ведьмы не собрались исключать её из ковена?

— Из ковена они её исключат, да, но если Бояна не подпишет бумаги об отречении, то будет по-прежнему претендовать на трон. Нашим старейшинам этого хватит, чтобы разрешить Этану в виде исключения создать ещё один брачный артефакт и заключить нерасторжимый брак со всеми привилегиями. В том числе с правом воинов на месте убивать обидчиков Бояны. Всё ради возможности захватить власть в Фитоллии.

— Ловко, — выдохнула Хельда. — А если Стана раскроет заговор, подавит мятеж или объявит официальной наследницей Велену?

— Тогда её младшая дочь будет безмерно счастлива, — расхохотался Кеннет. — В ту же минуту расторгнет помолвку с кессанийским принцем и пошлёт в бездну надоевшую учёбу. Мне кажется, Велена, в отличие от Бояны, с рождения мечтала занять трон матери. А наши старейшины поскрипят зубами и проглотят. Ещё и рады будут, что моё несостоявшееся предательство никак не отразится на клане.

— Лишь бы слухи не поползли, — жена продолжала нервничать. — А то Верховная снова примчится в клановый дом и потребует тебя к ответу. “В чём дело, Кеннет? Мне доложили, ты собрался меня свергнуть!”

— Всего лишь поддержать заговор Аринского, — глава клана обнял жену и нежно поцеловал. — И то в фантазиях старейшин. Их ненависть для Станы давно не новость, так пусть сработает, как мне нужно. Соберу завтра тайный совет клана. Выбью из стариков разрешение и отправлю Этана доделывать браслет. А то слишком много фальшивок развелось.

— Мою бы ещё спрятать, — Хельда отстранилась и привычно натянула рукав до кончиков пальцев. — Не ведьмы, так из своих кто-нибудь разглядит.

Кеннет почувствовал укол совести. Отговорил мать от развода, помог отцу, а сам по меркам клана фактически сожительствовал с бывшей супругой. Без статуса, без магических привилегий и без защиты. Дорого обошлась его семье клятва меча. До сих пор рассчитывался.

— Пойдём, — позвала Хельда, взяв его за руку. — Дети ждут, работники отвлеклись от ежедневных обязанностей. Забудь о браслете. На дворе зима, я хожу в перчатках. Никто специально не полезет проверять мой брачный артефакт. Повода нет. Я же не принцесса ведьм, отказавшаяся от трона матери ради любви…

— Ты моя жена, — Кеннет прижал её к себе так крепко, как позволял беременный живот. — С браслетом или без него. Я разобью морду любому, кто в этом усомниться. Я люблю тебя, слышишь? Я люблю тебя и нашу дочь. А когда она родится, мы сыграем вторую свадьбу и я верну настоящий браслет на твою руку.

“Сделаю свою дочь наследницей, — добавил он мысленно. — И двенадцати старикам придётся проглотить ещё и это. А если откажутся, то совет клана можно и распустить”.

Хельда замерла в его объятиях, но сердце продолжало учащённо биться.

— Мне неспокойно, Кеннет. Я понимаю, что ритуал объявления наследника нужен ради того, чтобы воины клана не заподозрили неладное, когда почувствуют общий для всех магический удар. По-другому метка особого статуса жены не вешается. Но подумай, как мы поступаем с дочерью. Вдруг она сама не захочет власти? Не проклянёт ли она нас и не сбежит ли потом, как Бояна от матери?

— Статус наследника — тоже метка, — объяснил глава. — Завязанная на кровь правящей семьи, но метка. Её можно передать нашему сыну, родившемуся после дочери. Их внукам или моему единокровному брату. Любому, в ком есть кровь Делири. Но если наша дочь захочет отказаться от власти и передаст магическую метку, то статус наследника себе больше не вернёт. Тут так же, как с главенством. Так же, как со мной и Ксаниром.

— Хорошо, — она улыбнулась. — Предсказание дриад — это здорово, но у нашей дочери должен быть выбор. А то получится как с Бесо — я его в управляющие трактиром тащу, а парень уже решил стать воином. Боги! Кеннет, мы же опоздаем на награждение! Весь приют собрался, идём.

И она решительно потащила мужа прочь из кабинета.