Глава 30

Меня повели в самое сердце леса. Мы долго ступали по замёрзшему, покрывшемуся ледяной коркой снегу. Деревья становились гуще, а солнца попадало меньше. Кроны выше и шире, а лес, будто бы, громче. Шелестели ветки. Хрустел снег. Покрикивали птицы вдали. Помимо прочего, я ощущала странное гудение, но не могла понять, откуда оно раздаётся.

Юки шёл впереди, указывая путь. Мы некоторое время шагали вдоль высокого оврага с крутым склоном. Поговаривали, что внизу, заполнив собой всё пространство, расположилось болото. Никто не стремился спуститься на дно оврага. Никто, в принципе, не стремился сходить с протоптанных многими людьми троп. Юки, нащупав твёрдые, устойчивые выступы, принялся спускаться. Однако отойдя от меня лишь на два шага, юноша остановился и с улыбкой обернулся ко мне, подал руку.

— Держись крепко и не упадёшь, — заверил меня.

Ухватившись за протянутую ладонь, я с большей уверенностью принялась спускаться следом за Юки. Ноги скользили, но юноша всегда ловил меня. Мы ступали всё глубже. Здесь не росло деревьев, лишь кривые ветки кустарников торчали из-под снега подобно костлявым рукам, готовым в любой момент схватить свою жертву. Мы не встречали животных и птиц. Перед нами сгущался странный туман. Я слышала от деревенских, что он стоит здесь круглый год, а всему виной болото внизу. Неужто Юки хотел, чтобы мы прошли сквозь густую, непрозрачную дымку?

Чем ниже мы ступали, тем выше казались тени, а воздух холоднее. Туман обволакивал ноги, тело, дошёл до головы. Гудение нарастало, слабое, но заметное. Я ощутила, как по телу побежали мурашки. Пугливо вцепилась сильнее в тёплую ладонь, невидимую, но ощутимую в тумане. Оступилась. Ледяная корка хрустнула под ногой. Я вскинула руки в неуклюжей попытке удержать равновесие и повалилась на Юки. Завизжала, но мы всё равно скатились куда быстрее, чем намеревались спускаться.

Приземлились мы плашмя. Туман оказался над нами, словно в овраге имелась граница, отделявшая низ от верха. Юки оказался на спине. Он жмурился. Я лежала поверх, лицом к лицу, а вокруг нас сквозь влажную землю пробивались первые травинки. Снега на дне не оказалось. В ужасе я подскочила и ухватилась за торчащую сбоку ветку. Юки приподнялся на локтях и непонимающе посмотрел на меня.

— Скорее, хватайся, пока не затянуло, — я протянула руку к нему.

— Ая, — выдохнул Юки и ласково улыбнулся. — Мы не в болоте. Это дно высохшей реки.

— Нет здесь реки и не было.

— Была, но давно, — поднявшись, Юки отряхнулся. — Земля местами влажная, но глубже, чем по щиколотку, не затянет.

— А это тоже владения моей бабушки? — нехотя я отпустила ветку и опасливо подошла к юноше.

— Понятия не имею, — честно признался Юки. — Никогда не интересовался людскими желаниями поделить между собой природу и то, что появилось задолго до них. Пошли, немного осталось.

Взяв меня за руку и переплетая пальцы, Юки повёл за собой. Всё вокруг гудело, а в воздухе стоял отчётливый аромат родниковой воды. До меня доносились тонкие запахи цветов и шум листьев, шелестящих на слабом ветру. Чем дальше мы шли, тем больше я хотела ахнуть от удивления и восторга. Мы продолжали спускаться глубже в овраг, оставляя всякие отголоски зимы за спиной. Здесь не нашлось места снегу, зато вовсю цвели ромашки, зверобой, грабельки, прострел-трава, горечавка и много других. Я уже пожалела, что не взяла с собой корзинку или хотя бы платок, чтобы нарвать немного и снести домой.

Юки растениями не интересовался, словно не понимал, какое чудо поселилось в лесном овраге. Я же видела вокруг своё спасение от долгов, свою возможность доказать матушке, что сделала верный выбор, своё безбедное будущее.

— Сюда, — сказал Юки, не притормаживая ни на секунду.

Моргнув, я подняла взгляд от разноцветного поля, чудесным образом соседствующего с клюквой и голубикой, плакун-травой и вереском. Перед нами находился резкий склон, вернее, подъём из оврага. На нём, на высоте около полутора метров взгромоздилась кривая плакучая ива. Она росла будто пригнувшись, не доходя до странного тумана нескольких сантиметров. Ветки её свисали низко-низко и явно что-то за собой скрывали.

Юки поклонился дереву и ласково попросил его нас пропустить. Я сглотнула и сильнее прижалась к юноше, когда ветви разошлись в стороны, явив нам вход в светящуюся изнутри пещерку.

Едва мы ступили внутрь, как в лицо мне ударили брызги воды и прохладного воздуха. На стенах пещеры росли поблескивающие в полутьме грибы и разноцветные мхи, а в сердце её находилось блестящее озеро. Звук капель эхом расходился во все стороны, зато наши шаги меркли в мягком покрывале изо мха.

— Пришли, — сказал Юки, показывая мне то ли остров, то ли другое какое возвышение посреди озера.

Я подошла к краю берега, потянулась вперёд и внимательнее вгляделась в него. В самом центре озера над водой показались прозрачные, едва светящиеся кристаллы. Вода сверху медленными каплями падала на вершину кристаллов, но не ломая их, а, словно бы, наоборот, выращивая.

Это кристаллы гудели, поняла я.

— Это за ними пришёл Леманн, — высказала то, что, скорее всего, уже решил и Юки. — Ему плевать, где строить свою фабрику. Он хочет источник.