Глава 7. Проклятие

Я лежала, завернувшись в плащ, и не могла уснуть, хотя усталость валила с ног. Каждой клеткой я чувствовала его присутствие. Теон стоял на страже у входа в расщелину, его силуэт вырисовывался на фоне усыпанного звездами неба. И все же, его сил оказалось недостаточно. В воздухе почувствовался внезапный, резкий всплеск чего-то чужого и холодного. Магия в моих жилах встрепенулась, и я села, в нехорошем предчувствии. От Теона донесся сдавленный стон. Он согнулся пополам, схватившись за грудь. Его теневая магия вырвалась на свободу. Черные прожилки поползли по его рукам, по шее, извиваясь, как живые. — Прочь... Все... — выдохнул он с таким усилием, что слова прозвучали как предсмертный хрип. Солдаты, застывшие в напряжении, отступили в темноту, растворившись в тенях. Они знали, что в таком состоянии он был опасен для всех вокруг. Мы остались одни. — Теон? — тихо позвала я, уже поднимаясь на ноги и делая шаг в его сторону. Он не ответил. Его дыхание стало хриплым, прерывистым. Он пытался сдержать проклятие, вцепившись пальцами в каменный выступ, но его тело выгнулось в мучительной судороге. Сомнения длились лишь мгновение. Видеть, как кто-то умирает в агонии у тебя на глазах, было невыносимо. Я бросилась к своему мешку, но тут же замерла. Никакие коренья и травы здесь не помогут. Это была не болезнь, а битва магий. Его собственная тьма сходила с ума, сражаясь против проклятия. Но у меня была своя магия, которая сейчас так и тянулась в его сторону. Собрав всю свою волю, я встала перед ним. — Теон, — позвала я твердо, заставляя его сфокусировать на мне лихорадочный взгляд. — Я не знаю, что нужно делать, но я чувствую, что моя сила тянется помочь тебе. Я попробую. Не ожидая ответа, я протянула руки, но не коснулась его и представила себе не борьбу, не атаку. А как сила идет от меня медленным потоком к Теону. Представила, что его тело — это иссохшая почва, а моя сила, живительная влага. Мои зеленые волосы вспыхнули мягким изумрудным сиянием, озарив его искаженное болью лицо. Тепло разлилось по рукам. Я положила ладони на его грудину, там, где чернота была самой густой. — Дыши спокойно, — прошептала. Я не боролась с проклятием, а вплетала в него жизнь. Чувствовала, как сила проклятия, холодная и острая, бьется против моей, теплой и упругой. Это было похоже на попытку обвить плющом лезвие бритвы — больно, опасно, почти невозможно. Но я чувствовала, как где-то в самой глубине, под проклятием билась другая сила. Пот стекал по моим вискам. Я дрожала от напряжения, чувствуя, как мои силы тают с каждой секундой. Но я не отступала, не могла. Его теневая магия, вместо того чтобы оттолкнуть мою, внезапно обвила ее. Потянула к себе. Не как враг, а как утопающий, с отчаянной силой хватается за протянутую руку. Внезапное единение было шокирующим. Это не было простым прикосновением двух сил. Это было слияние. Я почувствовала его боль — острую, режущую, как тысячи осколков льда. Его ярость, его отчаяние и бесконечную, одинокую силу. И сквозь все это — упрямую, неистовую волю к жизни. От неожиданности я ахнула, но не отдернула руки. Наоборот, я потянулась к этому контакту, позволила потоку своих ощущений встретиться с его. Теон тоже вздрогнул всем телом. Его глаза, полные боли, широко раскрылись, глядя на меня с немым изумлением. Он чувствовал это. Чувствовал меня. Мою тревогу, мое упрямство, мое сострадание. Его рука, все еще покрытая черными прожилками, медленно поднялась и накрыла мои руки. В тот миг боль в его глазах отступила, уступив место чему-то невыразимо сложному. Шоку, признанию и жажде. Я попыталась отдернуть руки, разрывая магический контакт. Свет в моих волосах погас, оставив после себя лишь покалывание на коже. Но Теон не отпустил. Наоборот, его хватка усилилась, удерживая меня в том энергетическом вихре, что все еще висел между нами. Я стояла перед ним, тяжело дыша, сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках. Он тоже дышал неровно, но узоры на его коже отступили, став бледнее, менее агрессивными. Теон не сводил с меня глаз, в которых больше не было боли. Мы пересекли некую грань, и пути назад уже не было. — Алиена, — прошептал он хрипло, и прежде чем я успела что-то понять, его губы нашли мои. Его губы, обжигающе горячие, были властными и безжалостными, они не спрашивали — они требовали ответа. И я ответила. Тот самый канал, по которому секунду назад текла моя магия, теперь пылал, превратившись в проводник совсем иных ощущений. Я вцепилась пальцами в его одежду, отвечая на поцелуй с отчаянным, жадным согласием. Его руки скользнули на мою спину, прижимая к себе так плотно, что я чувствовала каждый мускул его тела, каждое биение его сердца. Остатки теневой магии, уже успокоившейся, вились вокруг нас, как бархатный, но живой мрак. Они обвивали мои запястья, щекотали шею, и моя собственная, зеленая и живая сила, вспыхивала под кожей в ответ на каждое прикосновение, тянулась к его тьме. Одной рукой он все еще прижимал меня к себе, а ладонь второй скользнула от моего виска вниз. Грубая кожа его пальцев провела по линии челюсти, заставив меня вздрогнуть, медленно и властно прошлась по чувствительной коже от шеи к ключице. А затем опустилась ниже. Его ладонь легла на мою грудь, прижимаясь к тонкой ткани платья, и от этого простого, такого интимного жеста, по мне пробежала ослепительная молния желания. Жара расходилась от точки его прикосновения, пульсируя в такт бешеному стуку сердца. Наша магия сплеталась в непонятный, неконтролируемый клубок. И это отрезвило меня. — Нет! — вырвалось у меня. Резко оттолкнула его, вырвавшись из объятий. Силы, только что покинувшие меня в битве с проклятием, окончательно иссякли. Ноги подкосились и в глазах поплыли темные пятна. Я упала на землю, и в тот же миг, с глухим стоном, потеряв точку опоры, на колени приземлился Теон. Мы сидели друг напротив друга, тяжело и прерывисто дыша, разделенные парой шагов. Воздух трещал от напряжения, а на моих губах все еще горел вкус его поцелуя.