Глава Тринадцатая

Шанталь

Мы летели в никуда. Испытывая не просто страх, а настоящий первобытный ужас, я не сомневалась, что это конец. А потому не билась в истерике, не рыдала и не молила о помощи. Лишь мысленно посетовала: «Как мало я успела!», а следом подумала, что Ясель больше не о чем волноваться. Себастьян очень скоро станет вдовцом, они быстро поженятся, и ребенок родится в законном браке.

«Ну вот, даже на пороге смерти я снова беспокоюсь о других. Наивная дура!» — одернула себя.

Но если я сдалась, то у Лорана на этот счет имелись другие планы. Поняв, что тени и магия нам не помощники, он резко дернул меня за руку, притягивая вплотную к себе. А потом стремительно развернулся, в результате оказавшись внизу, а я наверху. Нос к носу. И пусть здесь царила тьма, но я все равно увидела, как блеснули его глаза.

— Я не позволю тебе умереть, — пообещал Элай, крепко прижимая меня к своему телу.

И пусть в ушах громко свистел ветер, но мне удалось услышать его голос.

— А ты? — спросила я, зная, что и он постарается уловить мои слова.

Лоран лишь улыбнулся. Так, как умел только он: отчаянно и немного сумасшедше. И я почему-то сразу поверила: еще не все потеряно, у нас есть шанс на спасение.

В следующую секунду нас неожиданно тряхнуло, потом огромной воздушной волной подбросило вверх и почти сразу опустило на пол. Ну как опустило… бросило. Не сильно, но весьма ощутимо.

Лоран упал на землю спиной, продолжая обнимать меня. Судорожно вздохнул и зашипел, пытаясь сдержать рвущиеся наружу проклятия. Почувствовав, как ослабла мужская хватка, я быстро скатилась с него и принялась лихорадочно осматриваться.

В этом месте было темно, прохладно и сыро. Высоко над головой очень тускло, едва заметно мерцали небольшие точки, создавая ощущение большого пространства.

Элай слабо застонал и попробовал подняться. С первого раза не получилось. Я тут же подползла к нему и поддержала, помогая.

— Ты как?

— Жить буду, — отозвался он, присаживаясь и слегка встряхивая головой. — А ты? — Сильные руки коснулись моих плеч, провели до локтей. — Ты в порядке?

— Да. Где мы?

Элай тоже огляделся по сторонам. Темнота никуда не делась, но в спутники мне достался маг, который мог видеть намного больше, чем я.

— Кажется, это какая-то пещера, — наконец неуверенно произнес он. А затем пальцами протер глаза и снова осмотрелся. После чего странно хмыкнул и произнес: — Надо же.

— Что? — не поняла я, на всякий случай придвигаясь к нему ближе.

— Я не вижу.

— Чего не видишь?

— Да почти ничего. Темно кругом.

— Подожди… — я помедлила, собираясь с мыслями и подыскивая подходящие слова, — но ты ведь маг. Разве маги не видят в темноте?

— Я маг, — согласился Элай. — И в темноте вижу. По крайней мере видел до этого момента.

Подняв руку, он щелкнул пальцами. В тишине пещеры этот звук прозвучал особенно громко и резко. Не знаю, какого именно эффекта добивался Лоран, но ничего не произошло.

— Хм, — многозначительно протянул он.

Я терпеливо ждала продолжения или хоть каких-то пояснений. Но их не последовало. Зато Лоран вновь как-то многозначительно, даже немного кровожадно улыбнулся.

— И что это значит? — наконец не выдержала я.

— Здесь магии нет, — как-то странно усмехнулся он и снова щелкнул пальцами.

— А можно поподробнее?

— Можно, — охотно согласился Элай. — Не знаю, что это за место, но оно полностью заблокировало магию. Нет теней, потоков силы и всего остального. Здесь я тоже… человек.

— Подожди. Но как такое может быть?

— Не знаю. Всегда существовали способы блокирования магии. Это специальные ошейники или магические парные татуировки. Есть даже блокирующие дар зелья.

— Слышала, — кивнула я.

Слухи действительно ходили, и я их слышала. Правда, сама не готовила. Создание, распространение и приобретение таких зелий приравнивалось к государственной измене и наказывалось по всей строгости закона.

— Но ничему такому я не подвергался. Значит, твоя прапрапрабабка нашла еще один способ заблокировать магию.

Судя по голосу, Элай ничуть не испугался. Скорее его разбирало любопытство.

— С чего ты взял, что это сделала моя прапрапрабабка? — тут же насупилась я, не забывая озираться по сторонам.

Не нравилось мне это место. Вот совсем. Холодное, темное, непонятное. Того и гляди, кто-нибудь или что-нибудь выскочит из темноты и ка-а-ак…

— Это точно проделки Корнелии Кромвей, — легко поднимаясь, сказал Лоран и подал мне руку. — Кажется, она решила наконец-то дать тебе возможность активировать артефакт.

Приняв помощь, я осторожно встала и отряхнула юбку. После чего поинтересовалась:

— Получается, мы сейчас под академией?

— Не уверен. Скорее всего, в академии находился портал, — задумчиво произнес Элай. — Который и перенес нас сюда.

— Куда сюда? — насторожилась я.

— Не знаю. Под землю.

— Подожди! А как же артефакт? Он ведь столько бед натворил. Эти всплески силы, огромные грызухи. Если артефакт находился не в академии, то как он мог такое устроить?

— Как раз благодаря порталу. Знаешь… — Лоран задумался на мгновение, подбирая слова, — вот представь: ты создала зелье, поместила его в закрытый сосуд, из которого вывела длинную-длинную трубку и поставила на горелку. Зелье начало нагреваться и выделять пар.

— И?

— Так как сосуд у тебя герметично закрыт, то единственный способ пару попасть наружу — это пройти путь по стеклянной трубке. Так и здесь. Портал оказался единственным способом выплеснуть взбунтовавшуюся магию. Это как раз объясняет то, почему артефакт не отреагировал сразу, как только ты появилась. И то, что его никто не мог найти. Его просто не было в академии.

— Был лишь портал. То есть нас могло занести вообще на край мира?

— На край мира — это далековато, — покачал головой Элай. — Хотя да, мы можем сейчас находиться на задворках столицы или вообще в другом городе. Но не сильно далеко. У каждого портала есть предел и радиус действия.

— То есть… Себастьян и остальные понятия не имеют, где нас искать?!

При упоминании мужа Лоран ощутимо напрягся. Я не увидела, но каким-то чудом почувствовала.

— Выходит, что так. Ты себя точно нормально чувствуешь? Ничего не болит, не тянет? Мне не хотелось бы объясняться с другом из-за… потери.

— Все хорошо, — нетерпеливо перебила я. — Лучше скажи, как нам поступить дальше? Так и будем сидеть и ждать, когда придет помощь или сами поищем?

— Артефакт? — предположил он и повернул голову куда-то вбок.

Неужели что-то услышал?

Я замолчала и тоже прислушалась. Однако вокруг царила тишина.

— Идем, — велел Элай, хватая меня за руку.

Вырываться я не стала. Наоборот, испытала благодарность. Мне сейчас сильно не хватало поддержки и вот этого пожатия.

— Почему в эту сторону?

— Оттуда тянет сквозняком.

А вот это был довод!

— Хорошо, пошли туда, — согласилась я.

Мы сделали всего пару шагов, когда Лоран вдруг споткнулся и тихо выругался.

— Что там? — встревожилась я.

— Да гриб какой-то, — с досадой ответил он. — Переросток. Огромный просто. Еще и испачкал.

Выглянув из-за плеча Элая, я опустила глаза и увидела странную голубую кляксу, которая будто светилась в темноте, окрашивая его сапог.

— Ну конечно! — воскликнула я.

Бросив его руку, приблизилась и опустилась перед раздавленным грибом на колени.

— Шанти, ты что делаешь?

— Неужели не догадался? — улыбнулась я, чувствуя, как возвращается потерянная уверенность. — Это же флюоресцентные грибы! Грибы-светляки! Их выращивают в шахтах. Они хорошо освещают пространство, не требуют подзарядки и абсолютно невзрывоопасны к тому же.

— Точно, — пробормотал Элай, присаживаясь рядом. — Никогда их в столице не встречал.

— Конечно. До шахт-то далеко. А в другом климате и при свете они не выживают, просто превращаются в прах.

Я осторожно ощупала длинную ножку и большую шляпку гриба.

— Их можно как-то активировать?

— Да. Все грибы связаны между собой цепочкой. Если мы активируем один, то остальные потянутся, — кивнула я, продолжая касаться гриба.

В отличие от различных магических изделий, у него не имелось кнопки или рычага, который смог бы запустить реакцию. В книгах вообще очень скупо рассказывалось о грибах. И явно специально умалчивались данные об активации. Владельцы шахт всегда очень ревностно охраняли свои тайны.

— И как успехи? — нетерпеливо спросил Элай, которому явно надоело ждать.

— Подожди немножко. Ты мне мешаешь.

— Прости.

Я даже не успела порадоваться его извинениям, когда обнаружила небольшую прорезь в ножке гриба. Очевидно, это был не результат вредительства мага, а строение самого гриба.

— Отлично, — пробормотала я и запустила пальцы вглубь, ощущая слегка неприятную и склизкую субстанцию.

Пробираясь вперед, я наконец достигла центра и толстой будто натянутой нити. Ее-то я и коснулась, тут же убрав пальцы.

Пару мгновений ничего не происходило, а потом гриб начал потихоньку светлеть и наливаться бледно-голубым свечением. А следом за ним принялись загораться и остальные. К слову, здесь, в пещере грибов оказалось очень много. Разных размеров и возрастов, одни светились голубым, другие светло-зеленым, нашлись так же и крохотные нежно-розовые и бледно-лиловые. Но самые крупные, те, что росли на потолке, горели чистым белым светом.

— У тебя получилось! — широко улыбаясь, выдохнул Элай. — Шанти, ты смогла.

Кивнув, я подняла на него взгляд и так и застыла.

— Что? — сразу же напрягся он.

— Твои глаза, — пробормотала я. — Они… зеленые.

Утратив черноту ночи, радужки Лорана действительно стали зелеными. Это был удивительный и неповторимый цвет. Не столь яркий, как изумруд. Чуть приглушенный. Без лишних примесей коричневого или серого. Чистый светло-зеленый оттенок. Совсем как… как ягоды спелого винограда или листья кралствении — крохотного лекарственного растения, которое я холила и лелеяла на своем огородике дома.

— Надо же.

Элай поднял руку и неосознанно провел пальцами по чуть прикрытым глазам. На губах заиграла улыбка. Но как же сильно она отличалась от привычных кривых, язвительных и нахальных ухмылочек! Эта была тихая, легкая и даже немного смущенная.

Один взгляд на эту улыбку, и мое сердце ухнуло куда-то вниз. А затем сделало кульбит, который отозвался грохочущим пульсом в ушах и слабостью в дрожащих пальцах.

Впервые за все недели, что мы были знакомы, передо мной стоял не грозный маг, повелитель теней и вершитель судеб, а просто красивый мужчина.

— Я уже и забыл, каково это, — тихо признался он.

— Что? — едва слышно поинтересовалась я, продолжая сидеть на коленях на влажной и прохладной земле.

— Жить без теней, — отозвался Элай. — Они со мной больше двадцати лет. А сейчас… — тихий вздох и снова эта мягкая улыбка, — сейчас на удивление легко и свободно.

Наверное, именно в этот момент я полностью, до конца осознала, что влюбилась. Я и раньше догадывалась, но сейчас… точно, влюбилась. В этого противоречивого, невозможного, порой вредного и жутко замкнутого мужчину. Единственного, кто не душил меня заботой и правилами. Конечно, в этой свободе имелись и свои минусы. Например, ситуация с ядом. Но Элай… он все время старался находиться рядом, поддерживал, помогал, направлял. Пусть в грубой манере, но я готова была ему простить и это.

— Ты в порядке? — спросил он, обеспокоенно меня рассматривая.

Особенно живот, который я поспешно прикрыла. Взгляд стал еще более выразительным. А я с трудом сдержалась, чтобы не выругаться.

— Да. Все хорошо.

Срочно требовалось сменить тему, поэтому я решительно поднялась с колен и огляделась. Глаз зацепился за проход в стене, который сейчас в неярком свете грибов выделялся особенно четко.

— Нам туда?

— Да. Но с тобой точно все нормально?

— Говорю же, да.

— Ты побледнела.

А сейчас еще и покраснею от смущения и совершенно новых для меня чувств.

— Просто немного устала. А так все нормально.

Элай не поверил, но настаивать больше не стал.

— Хорошо, тогда давай выбираться отсюда, — сказал он, протягивая мне руку.

Наверное, стоило бы отказаться. Сделай так, я поступила бы правильно. Только вот соблазн оказался слишком велик. И противостоять ему было просто невозможно.

Я вложила ладонь в его руку, и наши пальцы тут же переплелись.

— Пойдем.

И мы двинулись вдоль светящихся грибов.

Впереди виднелся длинный тоннель, который так же освещался грибами. Однако он был узким, потолок низким, а воздух более влажным и спертым. Иногда тишину нарушали капли воды, которые падали с потолка и собирались в небольшие глянцевые лужи, которые мы аккуратно обходили.

Спустя минут пять нашего путешествия по тоннелю, я поинтересовалась:

— Как думаешь, почему она создала все это?

— Это проверка.

— Для меня?

— Для любого, кто случайно или специально попадет сюда. Корнелия знала, что ее потомок будет травницей. Поэтому и устроила мини-экзамен.

— Выходит, мы прошли лишь первое испытание, — догадалась я. — Впереди еще?

— Скорее всего. Не переживай, мы справимся. Тем более, впереди виднеется просвет. Мы выходим.

Покинув тоннель, мы вновь попали в пещеру. Но эта разительно отличалась от предыдущей.

Во-первых, здесь было куда больше света. Не от грибов. Они остались за нашими спинами в темноте душного тоннеля. Здесь под самым потолком, высоко-высоко висели самые настоящие пушистые светящиеся облака. Явно магические.

Я перевела взгляд на Элая, который стоял рядом со мной. Тот словно прочитал мои мысли и покачал головой.

— Нет, магия не вернулась.

Во-вторых, эта пещера напоминала сказочную лесную поляну, полную сочной зелени и множества трав и кустарников, усыпанных яркими, крупными ягодами.

А еще здесь обнаружилось целых три ручейка.

— Хм… как вовремя. Я бы не прочь попить, — заметил Элай, делая шаг вперед.

Но я удержала его за руку.

— Стой.

— Что? — Элай обернулся и недоуменно на меня посмотрел. — Я не собираюсь есть ягоды. Понятно, что они появились тут не просто так и скорее всего смертельно опасны. Просто хотел набрать нам воды.

— Думаю, эти ручьи тоже не так просты, как может показаться, — ответила я, настороженно озираясь и чувствуя себя глупой мышкой, которая попалась в огромную мышеловку с кучей разных, но неизменно опасных приманок.

Взгляд упал на ближайший куст, весь усыпанный большими крупными ягодами, очень похожими на ежевику. Просто один в один. Только при ближайшем рассмотрении это оказались ягоды фарации, смертельно ядовитого растения, которое росло лишь в немногочисленных оазисах среди бескрайней пустыни. Сколько же людей оно погубило!

— Испытание номер два?

— Да, — кивнула я. — Весьма изощренное, я бы сказала. Видишь вон то растение впереди? С красными прожилками на листьях и крупными сочными ягодами фиолетового цвета?

Элай уставился в указанном направлении и кивнул.

— Вижу.

— Это далынайская ягода. Сами ягоды совершенно безвредны, но достаточно одного прикосновения к листьям и кожа в одно мгновение покроется жуткими ожогами и нарывами. Начнет слезать кусками. И если вовремя не принять противоядие, конец может быть весьма и весьма печальным, — сообщила я и сделала шаг вперед.

Теперь пришла очередь Элая удерживать меня от опасного путешествия.

— Ты туда не сунешься, — заявил он, вставая у меня на пути.

— У нас нет выбора, — тихо, но твердо ответила я. — Проход на противоположной стороне. Мы должны пройти через эту поляну. Иначе никак.

— Это опасно.

— Я травница, и это моя стихия. Моя жизнь. Я справлюсь, правда.

Лоран смотрел на меня секунд тридцать, а потом неожиданно отступил.

— Хорошо.

И принялся стягивать с себя черный сюртук, который тут же передал мне.

— Но зачем? — прошептала я.

— Ткань зачарована. Ни одно растение не причинит тебе вреда своими листьями или колючками.

— А ты? — принимая сюртук, осведомилась я, но надевать не спешила.

— За меня не бойся. Главное, чтобы ты не пострадала, — беспечно улыбнулся он и даже подмигнул.

— Хочешь вернуть меня в целости и сохранности Себастьяну, — горько усмехнулась я, надевая неожиданный дар.

— Хочу, чтобы с тобой все было в порядке, — возразил Элай. — Командуй, куда нам идти. Уверен, здесь есть безопасная тропинка. Осталось лишь найти ее.

— Я тоже так думаю, — согласилась я, вновь осматривая кусты. — Иди за мной след в след.

— Хорошо.

Отыскать нужную тропинку оказалось не так-то легко. За столько лет кусты настолько тесно переплелись друг с другом, что протиснуться между ними получилось с трудом. Приходилось останавливаться, внимательно изучать листья, ягоды, побеги, выбирая самый безопасный путь. А потом еще расплетать ветви, стараясь не поранить пальцы. Права на ошибку мы не имели, поскольку находились не в лаборатории или на каком-то там экзамене. Здесь ошибка могла стоить жизни. Не только моей, но и мужчины, который послушно следовал за мной. Мужчины, который защищал мою спину, готовый в любой момент прийти на помощь.

Мы двигались шаг за шагом. От перенапряжения сводило мышцы, перед глазами все расплывалось, превращаясь в жуткий пестрый кисель. А ручейки пота неприятно щекотали кожу, медленно стекая по позвоночнику. То ли из-за сюртука, то еще по какой-то причине, но на поляне с каждой минутой становилось все жарче. Может, облака под потолком не только освещали, но и давали тепло?

Спустя полчаса, а может и больше, мы почти достигли середины поляны, где приветливо журчали три ручья. И лишь тогда я позволила себе немного выдохнуть и расслабиться. Вода мелодично журчала, соблазняя своей прохладной влагой, предлагая утолить жажду. Я невольно облизнула губы, пить-то действительно хотелось. А еще не помешало бы умыться, чтобы смыть пот и прояснить голову.

Я уже собралась направиться к первому источнику, но внезапно заметила небольшие заросли невысокой, с виду совершенно обычной травки с длинными узкими листочками и крохотными белыми цветами-звездочками.

— Дурман, — прошептала я.

— Что? — спросил остановившийся рядом Элай.

Благо местность позволяла. Здесь, у ручьев, росло минимум кустарников.

— Там дурман. Полное название говорить не буду, слишком оно длинное и сложное. И толку от него никакого. Его листья используются для различных курительных смесей. Цветы в лекарственных целях. А вот корни — это чистый яд. И они в воде, — сказала я и пояснила: — Эта вода пропитана ядом.

— Значит, отсюда пить не будем, — бодро проговорил Лоран, сохраняя удивительное спокойствие. — Ничего, не расстраивайся. У нас есть еще два источника.

Я кивнула и начала поворачиваться ко второму. Даже успела увидеть кусочек небольшого затона с кристально чистой водой, сам ручеек и… чьи-то костлявые фаланги.

В следующую секунду Элай схватил меня за плечи и резко повернул к себе. Поймал взгляд, не давая отвернуться, и быстро, даже немного требовательно произнес:

— Не смотри.

— Это же… — прошептала я, только сейчас осознав, что именно обнаружила в зарослях густой травы.

Там лежал человеческий скелет!

— Кто-то оказался менее умен, удачлив и сообразителен. Вот и все, — сухо обронил Элай, продолжая удерживать зрительный контакт.

— Сколько он тут лежит? Десятилетия? — едва слышно спросила я.

— Не знаю. Сдается мне, эти растения сами по себе весьма прожорливы и быстро… переработали несчастного.

Я вздрогнула. Фантазия работала исправно, и картинка перед глазами предстала очень яркая.

— Не думай об этом, — приказал Элай, сильнее сжимая мои плечи.

Я судорожно вздохнула, но все равно поинтересовалась:

— Но как он сюда попал?

— Не знаю. Но мы обязательно это выясним. Потом. Когда выберемся отсюда.

Я кивнула. Но Элаю этого показалось мало.

— Шанти, обещаю, я все узнаю.

— Получается, где-то еще существует проход.

— Возможно, — согласился он, а потом быстро и четко велел: — Шанти, мы здесь пить не будем. Поняла меня?

— Да, — кивнула я, зачаровано таращась в светло-зеленые глаза мага.

— И есть тоже. Как бы сильно нам этого ни хотелось.

При мысли о еде меня замутило.

— Хорошо.

— Умничка. А теперь мы медленно поворачиваемся и выбираемся отсюда. Как можно скорее. Договорились?

— Да, — снова кивнула я.

— Вот и молодец.

Элай несколько секунд смотрел на меня, словно не желая отпускать, а потом медленно разжал пальцы и отстранился. Я развернулась, запрещая себе даже мельком взглянуть... туда и начала выискивать путь выхода с поляны.

Элай был прав: тут оставаться нельзя. Это могло быть очень опасно. Здесь словно сам воздух пропитался ядом.

Только вот яркая и сочная поляна не желала нас отпускать.

Жажда и чувство голода становились все сильнее.

И это явно неспроста. Скорее всего, очередные проделки леди Корнелии. Я читала о том, что существуют такие травки, которые усиливают аппетит. Их даже не надо есть, достаточно вдохнуть аромат их душистых цветов. Очевидно, их тут посадили немало. И пыльца летала в воздухе, сводя с ума путников. Главное было не поддаваться.

Но как же велик оказался соблазн!

Одна я точно бы не справилась. Не хватило бы силы воли. Это испытание далось мне с огромным трудом. Каждый шаг причинял боль, голова кружилась, перед глазами все плыло, а чужой сюртук болезненно оттягивал плечи. Безумно хотелось лечь под куст, съесть сладкую ягоду… такую сочную, терпкую и вкусную.

— Не смей, — раздался над ухом голос Элая.

Не злой и требовательный. Понимающий, мягкий и в то же время сильный.

— Ты же не сдашься, Шанти… не сдашься им. Ты сильнее.

— Трудно… не могу, — выдохнула я, на мгновение прикрывая веки.

— Можешь. Я рядом.

За пару метров до конца, когда уже виднелся вход в темный тоннель, освещенный множеством грибов-светляков, силы наконец оставили меня. Ноги подкосились. Я точно рухнула бы на траву, не подхвати меня Элай. Поднял, взял на руки и прижал к себе.

— Командуй. Куда дальше идти?

— Туда, — вяло взмахнула я рукой. — Между двумя кустами с шипами и розовыми цветами. Они безвредны.

— Держись, — прохрипел он, невесомо касаясь губами моего взмокшего от пота лба.

Всхлипнув, я закрыла глаза и спрятала лицо на его груди.

Как же сильно я устала!

Элай прижал меня покрепче и рванул сквозь кусты. Меня защищал его сюртук, а вот ему немного досталось. Острые шипы порвали тонкую ткань рубашки, порезали кожу, оставив на ней красные полосы.

И вот она свобода.

Стоило нам войти в прохладный влажный тоннель, как разум постепенно начал проясняться. Вернулись силы. А жажда и голод, наоборот, пропали.

— Отпусти, — тихо попросила я.

— Точно?

— Да.

Не став спорить, Элай осторожно опустил меня на землю.

— Спасибо.

— За что?

— Если бы не ты… я бы не справилась.

Он некоторое время молчал, а потом тихо, но твердо произнес:

— Запомни, Шанти, я всегда буду рядом. Всегда помогу. И ничего не потребую взамен.

И я знала, что это не просто слова. Как же мне хотелось все ему рассказать, все объяснить. Но я не могла. Клятва никуда не делась. А я слишком сильно погрязла во лжи.

— Пойдем дальше или здесь отдохнем? — спросила я.

Посмотрев вперед, я выяснила, что выхода из тоннеля не видно. На долгие метры нас ждал все тот же полумрак, низкие стены и грибы, которые расцвечивали окружающее пространство причудливыми красками.

— Наверное, лучше посидеть и отдохнуть. Знать бы еще куда сесть. Земля влажная.

Элай быстро осмотрелся.

— Смотри, там большие валуны. Можем там отдохнуть.

И действительно, чуть дальше у стены тоннеля располагалось несколько крупных валунов. Лоран снял с меня сюртук, постелил на один из них — самый крупный, — и сел. После чего призывно похлопал рядом с собой.

— Присаживайся, Шанти. Нам надо отдохнуть.

Сидеть рядом с ним. На таком крохотном камешке. Прижавшись друг к другу максимально тесно. И пусть еще пару минут назад Элай держал меня на руках, тогда ситуация воспринималась иначе. Сейчас я поняла, что не смогу. Только вот как сказать об этом…

— Без тебя я бы не справилась. — Я оглянулась на волшебный сад. — Корнелия явно переборщила с травами и ядами. Одному здесь не выжить.

— Скорее всего, виной тому годы забвения и близость к древнему артефакту, — предположил Элай. — Растения мутировали, стали сильнее, выносливее и опаснее. Это практически невозможно предугадать.

— Наверное, ты прав, — согласилась я, вновь поворачиваясь к нему.

Молчание затягивалось, а взгляд Элая становился все красноречивей. Он догадался, почему я не спешу садиться рядом.

— Так и будешь стоять?

— Надо осмотреть твои раны. — Я указала на рваные лохмотья его рукавов.

— Это всего лишь царапины, — отмахнулся Элай.

— Я просто посмотрю, — ответила тихо, подходя ближе, и деловито добавила: — Снимай рубашку.

Я ждала споров, возражений или язвительных замечаний. Но он некоторое время внимательно смотрел на меня, а потом принялся расстегивать пуговички на рубашке. Никаких вопросов, уточнений и сомнений. Я попросила — он сделал.

Еще бы не таращился так, что в горле пересыхало и начинала кружиться голова. Огромных трудов мне стоило удержать равнодушное выражение на лице и не отвести взгляд.

Элай снял рубашку и замер, не зная, куда ее деть.

— Давай мне, — предложила я, стараясь не глазеть на его обнаженный торс, освещенный светло-голубым цветом от растущего рядом гриба.

— Держи.

— Спасибо.

Отвернувшись, я быстро оторвала изувеченные рукава и вернула ему остатки рубашки.

— Можешь надеть назад, — не глядя на Элая, проговорила я и направилась к ближайшей глянцевой луже.

Пить из нее я бы не решилась, но для обработки ран вода должна была подойти. Чистая, без каких-либо отравляющих корней и ядовитых трав.

Смочив остатки рукавов, я быстро их выжала, слегка встряхнула и только тогда повернулась к Элаю. Он уже выполнил мою просьбу и вновь надел рубашку. Точнее то, что от нее осталось. Сейчас она больше походила на странный жилет, который отлично подчеркивал развитую мускулатуру на руках и предплечьях.

— Позволишь осмотреть твои царапины? — осведомилась я, подходя ближе.

— Смотри, — разрешил он. — Правда, я не знаю, что ты там хочешь увидеть.

— Я знаю, что увидеть не хочу, — спокойно ответила я, стараясь, чтобы мысли текли в правильном направлении.

Я — травница, которая чего только не видела за свою короткую, но весьма насыщенную жизнь. Вот и сейчас следовало думать о работе, а не о чем-то другом.

— И что же? — тут же вскинулся Элай.

— Воспаления, язвы и нарывы. Так что посиди спокойно, я постараюсь все сделать быстро.

Я не стала устраиваться рядом с Элаем на камне. Вместо этого присела перед ним на корточки. Одну тряпку отложила в сторону, а другой принялась осторожно стирать кровь с пораненных рук, внимательно осматривая царапины.

Все оказалось не так плохо, как я думала. Да, ранки имелись, но незначительные и они уже начали зарастать.

— У тебя хорошая регенерация, — заметила я, промывая и очищая вторую руку.

— За это, полагаю, стоит благодарить леди Корнелию.

— А причем тут она? Неужели моя прапра опять что-то натворила? — удивилась я, поднимая на него взгляд.

— Решила помочь.

Элай раскрыл левый кулак. На его ладони лежал гладкий полосатый серо-коричневый камешек с белыми прожилками.

— И что это? — спустя какое-то время поинтересовалась я.

Элай взял камень двумя пальцами — указательным и большим, — и продемонстрировал мне.

— Нургина полосатка. Слышала о такой?

— Нет, — пожала я плечами и вновь принялась за работу.

— Ах да, ты же у нас специалист по травам и о камнях с волшебными свойствами мало что слышала, — понимающе кивнул Лоран.

— И какие свойства у этой полосатки?

— Ускорение регенерации. Я маг и быстро восстанавливаюсь, но этот камень в несколько раз увеличил скорость. Их тут, кстати, много.

— Полосаток? — удивилась я.

Теперь, когда удалось смыть кровь, я смогла рассмотреть царапины и убедиться в том, что они безвредны, а потому немного успокоилась.

— Не только.

Элай, продолжая сжимать в левой руке камень, слегка наклонился, чтобы поднять с земли еще один. На этот раз практически черный, глянцевый с красными разводами в глубине.

— Например, вот этот камешек чаще всего коротко называют видящим. Потому что он реагирует практически на все известные нам яды. В моем браслете есть такой камешек. Весьма полезная штука на моей работе.

Он продемонстрировал мне свой браслет, который висел на правой руке и состоял из десятка самых разных камней. Видящий я нашла сразу.

— Интересно, — улыбнулась я. — Наверное, ты прав. Просто так столь полезные камни здесь валяться не могут. Похоже, леди Корнелия оставила их здесь специально. Как помощь тем, кто выберется с поляны.

— Похоже на то, — кивнул Элай.

— И много здесь камней? — поинтересовалась я, вновь изучая землю под ногами.

— Очень. Можно сказать, на все случаи жизни. Некоторые полезные, некоторые бесполезные. А есть просто камни.

Мое внимание привлек симпатичный камешек красивого жемчужно-перламутрового цвета. Вытащив из земли, я аккуратно вытерла его и поднесла поближе к глазам, чтобы хорошенько рассмотреть.

Внезапно из жемчужного он стал прозрачным и слегка засиял.

— Ой, а это что за камешек? — спросила я, поднимая глаза на Элая.

И едва не отшатнулась. Уж очень пристальным и немного жестким показался мне взгляд светло-зеленых глаз.

— Интересно, — глухим и странно чужим голосом произнес он. — Позволишь?

Я послушно отдала ему камень, который из прозрачного опять вернулся в жемчужный цвет.

— Этот камень называется девичья слеза, — возвращая мне странный камешек, сообщил Элай. В моих руках он снова стал прозрачным и засиял. — Хочешь знать почему? — все тем же странно хриплым голосом спросил он.

Каким-то шестым чувством я ощутила, что ответ мне не понравится, но и отказать не могла.

— Да, хочу.

— Раньше ожерелье из этого камня надевали девушкам на свадьбу. Чтобы продемонстрировать чистоту невесты. Камни меняли цвет и начинали сиять, словно самые настоящие звезды. Вот только… каким образом жена моего лучшего друга, — Элай замолчал на мгновение, продолжая прожигать меня взглядом, а потом поправился: — беременная жена моего лучшего друга может быть невинна?