Глава 4

Пока Димис ел, размышляла. Сегодня точно не самый удачный день для долгих разговоров. Девочку стоит еще подпитать, а уже скоро нужно начинать сборы на праздник, время утекает сквозь пальцы. Может, позвать Тшани, попросить присмотреть за детьми? Заставила себя тоже поесть хоть немного. Нужно все же выяснить, где родители Димиса и Аннис. Их одежда, конечно, выглядит грязной и потрепанной, но вместе с тем сшита она не из дешевых тканей, это видно и по окраске, и по швам, да и по прочности.

— Димис, как вы с сестрой оказались на старом капище? — не выдержала я. — Что вы там вообще делали?

Мальчик тут же перестал есть, отложил ложку и уставился на меня испуганными глазами.

— Мы сбежали из дома, — наконец выдал он, втягивая голову в плечи.

— Ничего себе! — опешила я. — Так ваши родители, наверное, жутко беспокоятся! Что заставило вас так поступить?

— Родители не беспокоятся, — всхлипнул мальчик. — Их больше нет. Никому мы больше не нужны…

И разревелся, уронив лицо в ладошки.

Легко не будет, — угрюмо хмыкнула про себя. Присела рядом с мальчиком, обнимая, прижимая к себе. Дала ему выплакаться, уже жалея, что полезла с расспросами до того, как он поел.

— Все будет хорошо, — шептала я, вкладывая в голос частичку силы, успокаивая, заставляя малыша мне верить. — Вот увидишь, все будет хорошо. Аннис поправится, все образуется.

Через какое-то время маленький лотр успокоился, стал всхлипывать реже, а после и вовсе отстранился, растирая влагу по лицу.

— Мама умерла два месяца назад, — решительно выдохнул он, смотря в сторону. — Нас забрала тетя Пифис, мамина сестра. Она никогда не любила маму, когда приходила к нам в гости, они всегда ссорились. Последний раз она была у нас, когда родилась Аннис и больше ни разу. Аннис ее даже никогда не видела, ей было очень тяжело в новом доме. Тетя Пифис с нами и не разговаривала толком. Нашу нянюшку уволили, заменили на няню Амиру, учителя больше не приходили. Аннис поселили в другой комнате, меня к ней не пускали. Но все это можно было вытерпеть, пока… — губы Димиса снова задрожали, он отвернулся, сжимая кулаки, силясь справиться с эмоциями. — Я услышал, как тетя Пифис говорит с кем-то. Они обсуждали, как легко оказалось избавиться от мамы, и как удачно, что отец сгинул в Вейренаре. Я слышал каждое слово, сказанное тетей. Она сказала, что теперь только мы с Аннис мешаем ей получить наш дом и сбережения отца. Она еще говорила, что дурень Руаж ничего и не поймет.

— А Руаж это кто? — спросила, только чтобы не молчать, в полном шоке от услышанного.

— Ее муж, — спокойно пояснил Димис.

— Димис, прости за мои расспросы, — я и правда чувствовала себя неловко, заставляя мальчика переживать все снова, но мне просто необходимо разобраться и все выяснить, чтобы суметь им помочь. — Про маму я поняла, а папа где? Что значит «сгинул в Вейренаре»?

— Папа уехал в Вейренар на подписание мирного договора и не вернулся, — пояснил Димис, только понятнее не стало.

— Давно он уехал?

— В конце войны, — оторопело уставился на меня парнишка. — Два года назад, — пояснил медленно.

Мне нужна была небольшая пауза, чтобы обдумать его слова. Протянула мальчику кусок пирога, что Тшани испекла накануне и задумалась. Про войну я что-то уже слышала от Тревора, только вот кто с кем и когда так и не узнала толком. Раз отец Димиса и Аннис поехал на подписание мирного договора, значит, он не простой лотр, совсем непростой.

— Димис, — привлекла внимание мальчика. — Я не аквадийка. Жила очень далеко отсюда. Я… совсем ничего не знаю про прошедшую войну, можешь мне рассказать?

— Что именно? — не понял ребенок.

— Кто с кем воевал? Когда это было?

— Вы не слышали про войну с Обортаном? — Димис так удивился, что даже есть перестал, опустил руку с пирогом и принялся рассказывать. — Четыре года назад Обортан напал на Вейренар, — медленно начал парнишка, будто ожидая, что я вот-вот его прерву словами, что мол всё, поняла, вспомнила, не продолжай. Только вот о недавней войне я только догадывалась. Расспросить кого бы то ни было, не вызывая подозрений, было невозможно. — Они… очень жестокие, — подобрал мальчик нужное слово. — Обортанцы. А Вейренар — небольшая страна, мы там были с мамой и папой, я помню. И вейренарцы добрые очень, всегда здороваются и угощают чем-нибудь. А обортанцы злые. Они своих женщин в плену держат. Они очень плохие! — парнишка даже руки в кулаки сжал от возмущения. — В Вейренаре нет своей армии, они и защититься-то не могли. Так папа сказал, — поник он от воспоминаний. — Папа тоже хотел воевать, но ему не разрешили.

— Как это? Кто не разрешил?

— Диари аль Шарис его не пустил.

— Диари аль Шарис, это же… повелитель?

— Ну да, — Димис смотрел на меня с непониманием.

То ли Димис рассказывал как-то не так, то ли я чего-то недопонимаю, а только белых пятен в этой истории для меня еще полно.

— А в Вейренар вы зачем ездили? — спросила, просто чтобы не молчать.

— Бабушка, льяра Ауриссия, она из Вейренара, — пояснил Димис.

— Льяра Ауриссия мама твоего папы или мамы?

— Мамы.

— А дедушка, получается, аквадиец?

— Нет, — покачал головой мальчик. — Дедушка — Хэшшэр Суот, тоже из Вейренара, он знаменитый мореплаватель. Неужели тоже не слышали? — удивился Димис, глядя в мои непонимающие глаза. — Он бабушку украл! — гордо сообщил парнишка, впервые улыбнувшись. — Я тоже украду себе жену, как дедушка, — радостно выдал свои планы маленький лотр.

— Димис, думаю, тебе пора отдыхать, — выдохнула устало. История непростая, нужно разбираться. — У меня вечером важные дела, еще нужно подготовиться, но я постараюсь раздобыть для вас с Аннис какую-нибудь одежду. Тебе нужно хорошенько отдохнуть сейчас, чтобы, когда твоя сестренка проснется, ты мог о ней позаботиться. Хорошо?

— Льяра, вы… уйдете? Оставите нас? — испугался Димис.

— Меня зовут Лисанна, Димис. Зови меня так, ладно? Я уйду сегодня, это так. Но для Аннис оставлю необходимые снадобья, а тебе расскажу, как их ей дать. Здесь, — обвела кухню рукой, — найдете, что поесть. Пирог еще остался, суп, в подполе, — кивнула на лаз, — есть молоко. Разберетесь, ты ведь уже большой, правда? А завтра мы продолжим разговор. И про вашу тетю тоже. Никто не знает, Димис, что вы здесь, — решила добавить я. — Тебе нечего бояться. Главное, сами из лавки не выходите, оставайтесь внутри. Если кто стучать станет — тоже не открывайте, к дверям просто не подходите и все. Договорились?

Мальчик важно кивнул, но было видно, что ему не по себе. Представляю. Но и не пойти во дворец не могу, будет куча вопросов, лишнее внимание и интерес со стороны Тревора.

— А Аннис скоро проснется? — так и не став доедать кусок пирога, с тревогой спросил маленький лотр.

— Аннис сейчас лучше поспать подольше, так она скорее поправится. Но, думаю, что к вечеру она уже должна проснуться.

— Но она точно поправится? — с тревогой уточнил Димис.

— Совершенно точно!

— Тогда и я могу поспать немного, я так устал, — признался мальчик, вставая и едва снова не падая. Подхватила тощего парнишку и помогла дойти в спальню.

— Сколько тебе лет, Димис?

— Десять, — зевнул он. — Или одиннадцать… Сегодня какое число?

— Шестой день третьей недели злотра, — машинально ответила я. — Двадцатое, — уточнила вдогонку.

— А, — равнодушно кивнул Димис. — Тогда уже одиннадцать. Два дня как.

Больше я не стала его ни о чем расспрашивать, уложила в кровать, укрыла тем же покрывалом, что и сестру. Погладила по мягким волосам. Поддавшись порыву, наклонилась и поцеловала парнишку в лоб. Нежно-нежно, у меня аж слезы выступили от испытываемых чувств. Димис заснул, кажется, едва только его голова коснулась подушки. Проверила состояние Аннис. Жара нет, дыхание спокойное, она просто спит. Все к лучшему, пускай набирается сил.

Прошла в банную, подняла с пола вещи Димиса. Да уж, стоит признать, восстановлению не подлежат. Проверила еще раз детей — спят. Тихонько вышла из спальни, притворив за собой дверь. Торговый зал выглядел непривычно пустым без Тшани и ее детей.

Эта обортанка быстро стала мне близка, но отдых всем нужен, она и так все время у меня. Лавка ее стараниями просто блестит, на кухне полный порядок, о готовке я вовсе не думаю, на рынок за продуктами не хожу. Но я уже разговаривала с Тревором насчет школы для Харишаф и Харша с Тшейром. Детям нужно учиться. И пусть Тшани сколько угодно твердит, что ее дочь уже взрослая, чтобы работать, по моим меркам это не так. Девочка должна учиться, чтобы ее будущее не зависело только от мужа. В культуре обортанцев женщина — лишь сосуд для продолжения рода. Тшани тоже так считает и переубедить ее непросто. Обортанка рассказывала, что они с мужем и детьми переехали в Аквадию еще до рождения мальчиков, больше шести лет назад. К сожалению, муж Тшани погиб, подробностей она не уточняла, лишь скупо упомянула об этом, и мия осталась одна с тремя детьми. Вот уже несколько лет она выживает в чужой стране, ей пришлось устроиться на работу. Только вот предел мечтаний Тшани — снова выйти замуж, переложить ответственность за себя и детей на сильного мужчину. Она и Харишаф готова выдать замуж хоть прямо сейчас, только, к счастью, в Аквадии не принято так рано вступать в союзы.

Заварила крепкий успокаивающий травяной напиток, отрезала большой кусок пирога и позволила себе насладиться минуткой тишины и покоя.