Глава 30

Вайолет косилась на невозмутимого Леннарда и лихорадочно анализировала сложившуюся ситуацию. Мысли сходились в одном: нужно во что бы то ни стало переговорить с Дауром. Сделать это девушка могла, лишь согласившись на условия Леннарда. До сих пор не верилось, что преступник именно он. Вежливый, беззлобный, не слишком интересовавшийся магией. Хотя именно его «тихость» должна была насторожить с самого начала. Темные маги заносчивы и амбициозны, а тут идеальный «правильный мальчик».

Леннард насвистывал, наслаждаясь возможностью ненадолго заполучить Вайла. Келпи безропотно подчинялся ему, лишь однажды взбрыкнул, но маг произнес всего одно слово, и Вайл затих, только недовольно прижал уши к голове. Фактически уткнувшись в его гриву, – лишь бы оказаться подальше от спутника! – Вайолет гадала, довериться ли водному духу. Стоит попытаться. Леннард ничего не заподозрит. Девушке страшно, она и раньше льнула к лошадиной шее. «Скажи Дауру, что Леннард предатель», – быстро шепнула Вайолет. Конь мотнул головой. Оставалось только гадать, понял ли он.

– После вы меня убьете?

Вайолет нашла в себе силы посмотреть на Леннарда. Красивые бездушные глаза отразили ее – растерянную и беспомощную.

– Может, и нет. После рассказа Эдмона ты стала мне интересна.

– А вы мне – отвратительны!

Жутко хотелось плюнуть ему в лицо, но девушка опасалась злить лорда. Если половина того, что он сказал, правда, от нее не останется даже пепла. Тогда Вайолет точно никого не спасет.

– Обычное дело, – пожал плечами Леннард и за талию притянул ее к себе. – Хватит шептаться с Вайлом! – беззлобно пожурил он. – У меня хороший слух. К тому же он под заклятием.

Затянутая в перчатку рука погладила щеку. Вайолет передернуло от отвращения. Поддавшись эмоциям, она замахнулась для пощечины и вскрикнула от боли, когда пальцы Леннарда сомкнулись на ее запястье.

– Я с легкостью могу сломать твою руку, – предостерег он, – равно как все остальные кости. Заметь, безо всякой магии. Но лучше сохранить их целыми, верно? Мы вернемся в замок, поставим Вайла в конюшню и кое-куда прогуляемся. Ночь ты проведешь с Дауром, а с утра придешь ко мне. Отобранную энергию нужно отдать.

– Нет!

Мысль о близости с Леннардом вызывала омерзение. Она не позволит к себе прикоснуться, расцарапает лицо, опрокинет на постель лампу. Луше умереть, чем отдаться врагу!

Леннард укоризненно покачал головой и чуть ослабил хватку, однако не выпустил ее руки.

Предоставленный самому себе, келпи трусил в сторону родной конюшни.

– Мы заключили сделку, – напомнил Леннард. – Тебе придется исполнить ее условия. Развернуть Вайла и перерезать тебе горло несложно. Хочешь?

Вайолет опустила глаза. Она явственно ощутила прежний холод клинка на горле, липкий страх и поняла, что не сможет. Не выйдет из нее героини, с достоинством принявшей свой конец. Будто прочитав ее мысли, Леннард заметил:

– Смерть – это грязно. Ты будешь вся в крови, уродливая, изнывающая от боли. Долгожданное избавление придет не сразу, с последней каплей. Кто-то мучается час, кто-то дольше.

– Но я неправильная суккуба, я не забираю силу у магов, – напомнила Вайолет, отгоняя нарисованное Леннардом видение. Оно алой пеленой застилало глаза, тошнотой подступало к горлу. – Я всего лишь впитываю энергию из источников.

– Та, к которой мы отправимся, исправит эту досадную оплошность, – улыбнулся темный маг и, к облегчению Вайолет, наконец разжал пальцы. Однако она по-прежнему сидела слишком близко от него, словно возлюбленная, а не пленница. – Всего на один раз, ради Даура. А потом я осуществлю твою мечту, заодно порадую маркиза Сонкса. Бедняга отчаялся увидеть внуков.

– То есть вы?..

Слова Леннарда прозвучали однозначно, но противоречили логике. Интуиция кричала, что Вайолет проживет на одну ночь дольше Даура.

– За хорошее поведение могу сделать императрицей, – улыбнулся Леннард и поправил зацепившуюся за сапог девичью юбку. – Мы отлично дополним друг друга. Обычная женщина – это скучно, женщина, которая может сделать меня сильнее, – оптимально. Благодаря тебе я получу всю магическую энергию Легии. Да что там Легии – Призрачного мира! Подарить взамен десяток бриллиантов и парочку детей – сущие пустяки. Ты ведь амбициозная девушка, Вайолет, соглашайся. И можешь называть меня просто по имени, мы же договорились в столовой. «Выкать» будущему мужу – извращение. Знаю, у обычных людей так принято, но я не хочу. И любить тебя в постели обещаю хорошо, к обоюдному удовольствию.

Вайолет молчала, обдумывая услышанное. Серьезен он или шутит, что из слов Леннарда правда? Вдруг маг дурил голову всем, включая Ма’И? Леннард не похож на фанатика. В беседе все время звучало «я», «мне», тогда как одержимые идеей о себе не думали.

– Что притихла? – Леннард натянул поводья.

Волна паники поднялась из желудка к горлу, когда он снял перчатки. Если на кончиках пальцев вспыхнут искорки магии, Вайолет погибла. Вряд ли Леннард убьет ее, скорее накинет заклятие подчинения, как на Вайла. Этого нельзя допустить, нужно срочно придумать, как усыпить бдительность врага.

– Мысленно выбираю фасон свадебного платья, – с фальшивой беспечностью отозвалась Вайолет. – Ты… Вы ведь сами просили говорить «ты». Так вот, ты сделал мне столь щедрое предложение, что у меня закончились аргументы. Императрица! Это не любовница, не донор энергии, только слепая дура упорствовала бы. А еще я никак не могу решить, как поступить с герцогом Берилом. Некогда он счел меня недостойной, разорвал помолвку.

Именно так – заговаривать зубы, не выходить из образа прежней глуповатой аристократки.

Леннард усмехнулся и снова надел перчатки. У Вайолет отлегло от сердца. Она выторговала себе несколько часов жизни.

– Не так давно ты мне отказала, – ядовито напомнил темный маг, пустив коня легкой рысцой, – но я не злопамятен, женюсь. О своем герцоге можешь не беспокоиться: от Гранцидов и их родственников ничего не останется. Асвейг с радостью примет подарки.

Имя полудемоницы бичом ударило по лицу. Сжав кулаки, Вайолет медленно выдохнула, мысленно повторяя: «Не думай!» Сложно забыть то, что случилось в Старой башне по милости Леннарда, но задача девушки – предотвратить повторение кошмара.

Ни с того ни с сего маг внезапно остановился и поднял руку. В его ладонь врезался блестящий шар, превратившийся в обычный конверт.

– Магическая почта, – пояснил Леннард и глянул на печать. – Ага, от двоюродного братца.

Темный маг углубился в чтение, не забывая приглядывать за Вайолет. Та и не собиралась бежать, вытянув шею и пытаясь разобрать хоть слово.

– Да дам я тебе прочитать, успокойся! – устав от ее ерзанья, рыкнул Леннард.

Даст? Если бы Леннард обещал сдаться властям, девушка удивилась бы меньше. Однако он сдержал слово. Короткая записка сообщала, что Даур отыскал тело Эдмона и задержится рядом с трупом до вечера.

– Как видишь, времени у нас немного, но ничего, справимся. Пока Асвейг с тобой возится, успею отследить портал «тайных» и позабочусь, чтобы они сгинули. От несчастных случаев никто не застрахован. Маг торопился, не сбалансировал заклинание – в итоге мгновенная смерть без возможности воскрешения.

– Ты действительно способен изменить чужие чары?

Слова Леннарда попахивали бахвальством.

Маг усмехнулся и, спрыгнув на снег, потянул за собой Вайолет. Она вцепилась в луку седла, но Леннард оказался сильнее.

– Доказать, что я лучше Даура? Изволь!

Он повел девушку прочь от дороги, к берегу реки. До смерти перепуганная Вайолет упиралась. На помощь не звала: бесполезно.

– Кузену требуется арфа, я пользуюсь другим методом.

Леннард остановился у дерева, ничем не отличавшегося от прочих. Морщинистый ствол чуть присыпало снегом, ветви куполом раскинулись над головой.

– Предупреждаю, – от мелькнувшей в зеленых глазах угрозы на миг остановилось сердце, – любая попытка помешать мне закончится плачевно. Ты ценный экземпляр, но не настолько, чтобы поставить тебя выше моих целей. Вдобавок, подумай сама, зачем мне жена, к которой нельзя повернуться спиной.

Прижавшись к соседнему дереву, Вайолет следила за творимой Леннардом магией. Она полностью захватила ее внимание. Порезы на коре вяза вспышками фантомной боли отзывались на девичьих ладонях. Маг безжалостно кромсал древесину, выводя ножом только ему ведомый узор. Сначала он казался бессмысленным набором линий, но постепенно линии начали складываться в символы. Воздух под руками Леннарда стремительно сгущался, его пронзали разряды магии. Небо над головой потемнело. Его затянуло лиловыми грозовыми тучами. Земля под ногами Вайолет заходила ходуном. Она завизжала, в отчаянии метнулась к кустам, когда из-под корней вяза высунулась костлявая рука.

Сколько же вокруг мертвецов! Теперь роща напоминала кладбище. Покойники взрывали снег, помогали откапывать друг друга, вставали плечом к плечу. От них не сбежать, разве только в реку прыгнуть. Но спасет ли келпи, вытолкнут ли русалки? В студеной воде дольше пары минут не продержишься.

Леннард словно не замечал происходящего. Увлеченный работой, он скинул куртку и засучил рукава рубашки. Вены на его руках вздулись, кожа светилась ровным голубым светом.

– Уже скоро, – пробормотал он. – В полевых условиях всегда дольше. Мертвецы – так, побочный продукт. Не дергайся, и они не тронут. Потом обратно закопаю – брать замок штурмом я не намерен.

Тогда чего же он хочет? Вайолет пока не понимала.

Мертвые перестали прибывать, но спокойнее от этого не стало. Десятки пустых глазниц пялились на Вайолет, противно хрустели, щелкали челюсти. Девушка с трудом держалась. Еще немного, и она постыдно грохнется в обморок. Не успела. Облака над рекой сгустились почти до вековечного Мрака, и в дерево с руническими символами ударила молния. Вайолет подбросило, швырнуло в руки Леннарду и унесло в пустоту. Немой крик застыл на губах.

Комнату девушка узнала сразу. Белый кожаный диван и светильники-черепа еще долго станут являться к ней в кошмарах.

Асвейг стояла возле камина. Сегодня она изменила традиции, предстала перед гостями в глухом темно-синем платье с длинным шлейфом из клубящегося пара.

– Привел?

Полудемоница мельком глянула на Вайолет. Девушка до сих пор не отошла от потрясения, не могла поверить, что можно вот так, запросто, попасть в Призрачный мир.

– Ты произвел на нее впечатление. – От улыбки хозяйки Старой башни на мгновение перехватило дыхание.

Вайолет не могла отвести взор от ее бледных губ – губ мертвеца, существа, питавшегося чужой кровью и плотью. Она практически физически ощущала, как Асвейг склоняется над ее телом, вонзается зубами в кожу. Вайолет передернуло. Пытаясь справиться с рвотным позывом, она перевела взгляд на стену. Теперь, пробудив свою сущность, Вайолет видела заключенную в ней силу, темную, плотную, неукротимую. Хлебнешь такой и больше не сделаешь ни вздоха.

Леннард презрительно усмехнулся:

– Люди, подобные ей, понятия не имеют о рунической магии.

Ощутив на себе его взгляд, девушка обернулась и почти сразу уткнулась взглядом в черную татуировку на запястье темного мага: двойная пентаграмма, заключенная в круг. Она сочилась фиолетовой кровью, но Леннард будто не замечал боли. Так вот каким образом он их сюда перенес!

– Моя госпожа, – Леннард учтиво поклонился Асвейг, – помогите мне! Нужно на один раз превратить девчонку в обычную суккубу. Взамен обещаю вам души всех обитателей замка Даура. Там есть неплохие маги, дополнят основное блюдо.

Основное блюдо… Волосы Вайолет встали дыбом. Стало холодно, очень-очень холодно, словно девушка очутилась без одежды в самой крайне точке севера.

Владелица Старой башни задумалась и согласилась.

– Учти, – предупредила она, – выпить девочку сможешь только после рассвета и сразу же отдашь мне Даура Лар’Ирена. Спасибо за брата, – плотоядно улыбнулась она. – У него вкусная кровь.

– Всегда пожалуйста, – снова поклонился Леннард. – Рад услужить госпоже. О вас тоже незаслуженно забыли, как и обо мне.

– Это верно, – медленно кивнула Асвейг и шагнула, нет, поплыла к Вайолет. – Пришло наше время.

Как дышать, когда горло сковано спазмом? Как не упасть, когда ноги превратились в кисель? Вайолет казалось, будто она умерла. Она не могла двигаться, даже ее сердце билось по чужой указке. Полудемоница милостиво оставила возможность думать, взяв под полный контроль остальные чувства и функции. Физически Асвейг не притронулась к добыче, но Вайолет явственно ощутила ее пальцы, коснувшиеся кожи, проникшие, будто это возможно, в душу.

– Раздень ее, положи перед камином и крепко держи, – приказала хозяйка Старой башни.

Темный маг в точности выполнил указания Асвейг и прижал девушку к каменному полу. По губам Леннарда блуждала легкая улыбка, взгляд то и дело обращался к родинке под грудью.

– Хочешь ее?

Над Вайолет нависла тень полудемоницы.

– Еще успею! – фыркнул Леннард. – Утром покувыркаемся.

– Напоминаю: держи крепко.

В следующий миг на тело Вайолет полился обжигающий черный воск. При соприкосновении с кожей он вспыхивал темным пламенем. Девушка кричала и извивалась, но Леннард не давал вырваться. Казалось, воск повсюду, один сплошной ожог. Сквозь слезы боли Вайолет видела лицо Асвейг – та получала удовольствие от происходящего. Леннард – нет, хоть что-то человеческое в нем осталось. Он хмурился, а потом и вовсе смело, даже дерзко перехватил руку полудемоницы:

– Хватит, моя госпожа! Превращение уже совершилось.

Лицо хозяйки Старой башни перекосила судорога гнева.

– Не смей меня касаться! – разнесся ее голос под сводами гостиной.

– Простите, моя госпожа. – Леннард повинно опустил голову.

Но главного он добился: пытка закончилась. Оставалось только гадать, не пожалеет ли об этом Вайолет, не стала бы смерть желанным исходом.

– Одевайся!

К ногам девушки полетела одежда. Вайолет потянулась за ней и тоненько застонала. С нее будто заживо сняли кожу! Внешне никаких изменений, все такая же светлая, идеальная, но малейшее движение причиняло страдания.

– Ладно, не мучайся, помогу.

Покосившись на повернувшуюся к парочке спиной Асвейг, Леннард сгреб одежду Вайолет и принялся ее одевать. Он не путался в завязках, делал все быстро, словно работал камеристкой у знатной дамы. Наверное, дело в магических практиках, требовавших идеальной моторики.

– Закончили? – стоило последней пуговице войти в петлю, раздраженно поинтересовалась полудемоница. – Тогда убирайтесь!

Дважды повторять не требовались, оба не горели желанием задержаться в Старой башне.

– Поищем брата, – оказавшись за пределами жилища Асвейг, предложил Леннард. – У меня есть для него крошечное задание.

Поддерживая Вайолет – она не возражала, так как не могла передвигаться самостоятельно, – темный маг запустил руку в мгновенно сгустившийся подле него туман.

– Ага! – довольно улыбнулся он, выудив серебристую нить.

Леннард дернул за нее, и из молочного марева показался Эдмон. Он походил на себя прежнего, живого, даже презрительно поджал губы при виде Вайолет, но обзавелся кожей с неестественным синим отливом и алыми радужками. Казалось, будто зрачки плавали в море крови.

– Привет, братец! – издевательски поздоровался Леннард.

В ответ Эдмон плюнул ему под ноги. Вернее, попытался, потому что слюны у мертвеца не было.

– Бесись сколько влезет, все равно ничего не изменишь. Отныне я твой хозяин.

– Сволочь ты, последняя мразь! – от души выругался покойник.

Леннард лишь усмехнулся.

– Когда Даур вызовет твою душу, скажешь то, что велю.

– Обойдешься! – огрызнулся Эдмон. – Хочу полюбоваться на то, как кузен порежет тебя на кусочки.

– Не изображай жертву! Ты по уши в дерьме, братец. Ты жаждал власти не меньше меня, только оказался слабее и глупее, именно поэтому господин сейчас я.

В подтверждение своих слов Леннард намотал на руку призрачную нить. Она вела к груди Эдмона, к месту, где некогда билось его сердце. Сейчас вместо него темнел непонятный сгусток. От натяжения нити он проступил сквозь полупрозрачную синюю кожу, начал кровоточить. Эдмон зашипел, скрючился от боли.

– Будь ты проклят!

В порыве гнева он потянулся к горлу убийцы и отлетел на пару метров.

– Не бойся, – обратился Леннард к парализованной страхом Вайолет и стряхнул с пальцев голубые искорки, – ничего он не сделает. Отныне братец – мой слуга. Чудесный лич, который еще послужит на благо империи. Я вас познакомил, чтобы не пугалась. Немного доработаю его на досуге и приставлю тебя охранять. Прости, невестушка, не доверяю я тебе, хочу убедиться в верности и лишь потом подарю колечко. А теперь нам пора, нужно готовиться к романтичной ночи. Асвейг перестаралась, но я неплохой целитель, быстро приведу тебя в надлежащий вид.