Глава 7

Вера

Сергей Дмитриевич смотрит с некоторой озадаченностью изучает мой загран, как будто в нем есть что-то необычное. Может, он рассчитывал увидеть там целую гору виз и печатей, а там кроме прошлогодней Турции и позапрошлогоднего Египта и поглядеть не на что. Девственная чистота.

— Он настоящий, реально. — заявляю со знанием дела, когда пауза уж слишком затягивается.

— А я-то думал, всю ночь рисовала. — босс все-таки откладывает документ и поднимает на меня взгляд. — Значит, в Швеции ты не была?

— Как-то не сложилось. Нефтяная скважина по-прежнему не приносить желаемого дохода.

— И в Финляндии?

— И с ней не сложилось. — отвечаю, пожимая плечами, попутно отмечая, что у босса какие-то странные понятия о выходных в Европе.

За сегодняшнюю бессонную ночь с минералкой я успела подумать о Франции, Италии, Чехии и даже Испании. Но Швеция и Финляндия? К такому повороту я была как-то не готова.

Не сказать, что я вообще к Евротуру в столь странной компании подготовиться успела, но Скандинавия как-то совсем из колеи выбила. Ну, спасибо, что хотя бы не Бангладеш, а то от этой замечательной троицы можно чего угодно ждать.

— Ну, скоро побываешь. Думаю, тебе понравится. — босс закрывает мой паспорт и кладет его рядом с собой на стол.

Не сказать, что я очень рада с ним вот так вот попрощаться, но выбора, наверное, уже нет. Не отдаст же по-хорошему. Да и по-плохому не отдаст. Он банально сильней.

— Ладно, и какой у нас план? — отвлекаюсь от мыслей о паспорте.

— Никакого. — босс поживает плечами. — Знаешь, когда мы просто импровизируем все выходит как-то лучше.

Вспоминаю о кошачьем спа и с сомнением пожимаю плечами. Не сказала бы, что то, что мы делаем, и слово «лучше» вообще как-то между собой пересекаются.

— Допустим… — нехотя, но соглашаюсь. Спорить все равно бесполезно.

— Сегодня разберемся с визой и забронируем билеты. — босс утыкается взглядом в экран телефона, открывает мой паспорт, зачем-то фотографирует, потом что-то печатает и повторяет, кивая. — Да, точно разберемся.

— У меня, если что, ипотека и кредит на машину уже есть, вам много не дадут, если вы сейчас меня в еще какое рабство продать хотите…

— Даже в сексуальное? — босс коротко смеется, а я теряюсь.

Зачем-то вспоминаю вечера в баре с танцами на барной стойке, утро в его спальне и практически полное отсутствие одежды. Видимо, ход мыслей на моем лице написан, потому что уже в следующую секунду мужчина говорит:

— Вера, да хватит уже загоняться. Я, конечно, тоже не могу похвастаться идеальной памятью, но в том, что я не стал бы спать с кем-либо из подчиненных, уверен.

От его фразы я даже моргать на какое-то время перестаю. Ничего себе наглость!

Это он спать бы не стал?

Фыркаю, чем заслуживаю удивленно выгнутую бровь, приходится пояснить.

— Нет, ты что-то путаешь. Это я бы спать с тобой ни за что не стала, несмотря на то, что ты весь прямо такой большой босс! У меня на таких больших боссов вообще аллергия!

Так-то, будет знать, как важничать!

Сергей Дмитриевич складывает руки на груди, не отводя от меня взгляда, словно что-то прикидывает в голове. Если честно, мне такое выражение его лица совсем не нравится, он когда что-то задумывает, это пугает, но виду я не подаю.

— Аллергия, значит? — очень коварный тон.

Кто-нибудь, вызовите экзорциста, демон в кресле стопудово активизировался!

— Именно так я и сказала! — киваю, стараясь сохранять невозмутимость. С каждой секундой удается все сложней.

— Хорошо. — как-то слишком легко соглашается шеф. — Ты все запомнила? Время вылета скину вечером, перед самолетом заеду.

— Запомнила. — пожимаю плечами. И это все?

— Тогда можешь быть свободна. — Сергей Дмитриевич кивает и опускает взгляд, возвращаясь к очередной кипе бумаг на столе.

Реально все…

Ладно, оно и к лучшему. Пожимаю плечами и иду к выходу.

Босс окликает меня уже у самых дверей.

— Вера, подожди.

Тон, вроде, беды не предвещает, но я все равно напрягаюсь. Оборачиваюсь и зачем-то подпираю закрытую створку двери спиной, глядя на то, как мужчина приближается ко мне.

Он не останавливается в метре, не останавливается и в полуметре, подходит вплотную, заставляя пару раз забыть сделать вдох.

Мысли, которые вообще-то должны сейчас собраться в кучу, разбежались в разные стороны. Вместо того, чтобы ответить на такое действие что-то едкое, я молчу и только глазами хлопаю, а шеф улыбается.

Смотрит мне прямо в глаза, замерев в паре десятков сантиметров.

Соберись, Вера! Безуспешно.

А Сергей Дмитриевич тем временем поднимает руку и аккуратно проводит ей по моим волосам, а затем…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Затем делает шаг назад и широко улыбается.

— У тебя перышко в волосах все утро болтается. Весь деловой вид портит, не могу на него спокойно смотреть.

В доказательство своих слов, все так же улыбаясь, мужчина демонстрирует трофей. А мне хочется сквозь землю провалиться. Ну и прибить его.

Даже не знаю, что больше.

Сперва прибить, а потом провалиться!

— Благодарю. — выдергиваю из его рук перышко, как будто оно мне чертовски нужно. — Очень мило с вашей стороны!

После чего разворачиваюсь, слыша, как шеф тихо посмеивается.

Война, значит?! Ну ладно, посмотрим, кто-тут еще будет победителем!

Я еще докажу, что это мне на него все равно, а вот ему…

Не на ту напал!

Не на ту ведь? Конечно не на ту, что это вообще за нелепые сомнения?!

Единственным человеком, с которым я контактирую до дня вылета, увы, является Рома. Сергей Дмитриевич не подает признаков жизни, что настораживает. По-любому же задумал что-то, гад.

Я бы, конечно, хотела верить и надеяться в то, что он ударился головой о какой-нибудь коварный косяк и напрочь забыл о моем существовании, но что-то подсказывало, что такие чудеса случаются лишь в сказках, поэтому сумку я все-таки собирала.

Собирала под бесконечные вопросы братца. Он вообще какой-то кладезь вопросов. Вот бы Рома тоже встретил на своем жизни волшебный косяк, который разучил бы его задавать вопросы. И творить фигню.

Да, очень волшебный косяк…

Но, к сожалению, пока я не придумала, где его взять, приходится терпеть вопросы.

— А куда ты собираешься?

— От тебя отдыхать.

— От меня невозможно устать! А куда конкретно?

— За полярный круг, к медведям.

— Фу, не лучший выбор! — три секунды тишины, и все по новой. — Так куда ты собираешь?

Как я еще не завыла — загадка. В отличие от Ромы я уже не считала путешествие за полярный круг такой уж плохой идеей. Уж лучше с медведями, чем с ним.

— Систер, ну серьезно, расскажи.

— Ром, когда ты уже съедешь? — вздыхаю, глядя на распахнутый шкаф.

Интересно, мне купальник понадобится? Наверное, лучше взять, места он все равно много не занимает. Достаю из шкафа оба имеющихся варианта — демократичный слитный черный и ярко-красный раздельный.

Один держу в правой руке, другой — в левой. Почему-то сомневаюсь и не отдаю предпочтение адекватному варианту в виде черного купальника, мозгу что-то мешает принять решение.

Что именно, я понимаю через несколько секунд. Перед глазами ярко вспыхнула картинка нашей последней встречи с боссом.

Хитро улыбаюсь и бросаю в сумку красный купальник, хотя скромная часть меня надеется, что он все-таки не понадобится. Ну, а та часть, которая не надеется, хочет верить в то, что Валерию или Игоря от лицезрения меня в бикини удар не хватит.

А вот Сергея Дмитриевича пусть хватает!

— Верунчик, ну у тебя ведь точно кто-то появился!

О существовании Ромы я совсем забыла. Представляю, как я сейчас со стороны выглядела. Ну да ладно.

— Да, появился, только отстань! — надеясь, что хотя бы так он от меня отстанет.

О том, что я сделала только хуже, понимаю уже в следующую секунду, но уже слишком поздно — глаза у братца горят, а в глазах миллиарды новых вопросов.

— Кто он? Как вы познакомились?! А родители в курсе? А, может, ты хочешь к нему переехать, а квартиру оставить мне?

Под шквалом вопросов застегиваю сумку и лишь затем смотрю на источник шума.

— Ром, он гробовщик, в свободное время подрабатывает мясником, потому что в тюрьме, где он работал раньше, было сокращение. Я вас скоро обязательно познакомлю!

Пока братик переваривает, беру сумку и иду в спальню, традиционно искренне надеясь, что услышанного хватит для того, чтобы он от меня отстал.

А на следующее утро я меняю один раздражающий элемент на другой.

Сергей Дмитриевич все-таки не забывает о моем существовании, приезжает минута в минуту, и вот я уже плетусь к его машине с осознанием, что поездке все-таки быть.

Босс — сама галантность. И из салона вышел, едва заметив меня, и с сумкой помог. Я даже не сразу поняла, что это он так бдительность мою усыпляет. Доперла, лишь увидев хитрую улыбочку, от лицезрения которой хочется зарядить в шефа чем-нибудь тяжелым.

— Готова к незабываемому путешествию?

— Уверена, забуду его сразу по возвращению. — улыбаюсь в ответ.

— Готов спорить об обратном, Вера.

Сергей Дмитриевич еще пару секунд смотрит на меня, а затем отворачивается и обращает внимание к дороге. Вот и правильно, пусть рулит внимательней, а я пока мысли в порядок приведу.

В том, что шеф даже не подумал зарыть топор нашей очень странной войны, нет никаких сомнений. Что ж, я сдаваться тоже не намерена. Главное — быть уверенной в себе, ну и держаться поближе к Игорю с Валерией, с ними как-то безопасней.

В принципе, я с успехом эту миссию выполняю. Ровно до того момента, пока не занимаю свое место в самолете. У окна. Рядом с, вы не поверите… Да-да, Сергеем Дмитриевичем. Выбраться нет никаких шансов.

Ладно, выработаем новую стратегию — буду прикидываться мебелью и изучать спинку сидения впереди. Очень интересная спинка! Крайне!

— Ты случайно летать не боишься? — зачем-то спрашивает Сергей Дмитриевич. Как будто, если бы я страдала аэрофобией и сейчас в этом призналась, он бы приказал экипажу не взлетать. И экипаж бы послушался.

— Не боюсь. — отвечаю, по-прежнему не понимая, к чему был вопрос.

— А жаль. — пожимает плечами босс, озадачивая меня еще сильней.

— В смысле? — я даже отвлекаюсь от рассматривания спинки кресла и теперь смотрю на мужчину, который натягивает хитрую улыбку.

Ну, ту самую, которая заслуживает отдельной порции избиений.

— Ну как, ты бы боялась, а я бы тебя успокаивал. Про способы успокоения рассказать?

Нет, все-таки вот эта улыбка.

— Оставь свои способы кому-нибудь другому. — стараюсь улыбаться не менее раздражающе.

— Ну зачем же мне кто-нибудь другой, когда есть ты?

Вместо ответа закатываю глаза, а затем отворачиваюсь к иллюминатору.

Да уж, как не прискорбно признавать, босс прав. Это будет просто незабываемое путешествие!

Кажется, мне удалось разгадать стратегию Сергея Дмитриевича.

Не сказать, что от получения разгадки мне хоть немного полегчало, но по крайней мере теперь я знала, с чем предстоит бороться.

Подавляющее большинство времени босс вел себя, как ни в чем не бывало, однако в момент «икс»… Хотя, какой еще «икс», назовем его момент «хрень», так и более по-отечественному, да и подходит куда лучше. Так вот, в момент «хрень», наступления которого я совершенно не ожидала, демоническое начало шефа брало верх, и он начинал исполнять… Хрень, да.

Говорю же, очень подходящее название момента.

В аэропорту по прилету в Стокгольм я стояла и разрывалась от двух несочетающихся между собой желаний — умереть от стыда самой или все-таки убить босса, когда он на глазах у Игоря и Валерии решил разыграть сцену нежности. С моим непосредственным участием.

Без всякого моего на то желания, между прочим!

Я даже не сразу поняла, что именно происходит, сперва Сергей Дмитриевич забрал у меня сумку, что в общем-то преступным действием не является, затем перекинул ее в ту же руку, в которой нес свою, а потом освободившейся приобнял меня.

Мы как раз ждали Валерию и Игоря, и я уже даже успела повернуться к боссу, чтобы спросить какого собственно, он опять вытворяет, как заметила появившихся на горизонте супругов.

Мало того, что я вынуждена была отставить резкие движения, так еще и разговаривать пришлось, натянув на лицо идиотскую улыбку. Валерия и Игорь смотрели на нас во все глаза.

С умилением, естественно. Ну как тут не умилишься, когда такой разговор идет.

— Ты что творишь? — шиплю на босса.

— Обнимаю тебя.

— Я догадалась!

— А что тогда спрашиваешь?

— Ладно, перефразирую. Зачем ты это делаешь?

— Если ты успела забыть, мы тут влюбленных играем, и будет очень странно, если мы продолжим держаться на расстоянии пушечного выстрела. — всю эту фигню босс несет с абсолютно невозмутимым выражением лица. Ему-то в отличие от меня дебильно улыбаться не приходится. — Ты, кстати, так мило улыбаешься.

Гад! Стопроцентный, нет, двухсотпроцентный гад!

— Мы вполне успешно играли влюбленных на расстоянии. Думаю, стоит продолжать в том же духе. — игнорируя реплику про улыбку, говорю я.

— Позволю с тобой не согласиться. Нам срочно нужны перемены в отношениях, больше нежности. Может, вернём милую и дорогого? Или дорого и милую? Тебе как больше нравится?

Откровенно издевается, ладно.

— Как насчёт сладенького?

Кривится, значит ещё не всё потеряно, предпринимаю попытку закончить все миром.

— Слушай, там же в куче контрактов наверняка должен быть пункт про дистанцию или что-то в таком духе?

Да-да, совершенно точно помню, что насиловать босса мне нельзя. Интересно, а ему меня?

Смотрю на мужчину с надеждой, ну давай же, нам ведь не по пятнадцать лет!

— В контрактах? Что-то не припомню такого пункта…

Трехсотпроцентный гад!

Ну ладно…

Улыбаюсь максимально широко, а затем чуть тянусь к боссу, приподнявшись на носочки.

— Вот и прекрасно, сладенький!

Наслаждаюсь выражением лица шефа, который наверняка думает над достойным ответом. Жаль, что зря.

— А вот и мы! — сообщает Игорь.

— Успели заскучать?

— Было не до скуки! — не стягивая с лица свою лучезарную, отвечаю за двоих.

Валерия с улыбкой качает головой:

— Эх, молодежь!

— Автомобиль подан! — сообщает, к несчастью, пришедший в себя Сергей Дмитриевич. — Отправляемся в отель?

Предложение принимается единогласно. Несмотря на наличие в микроавтобусе премиум класса восьми мест, боссу удается зажать меня и там. Кажется, мы дошли до четырехсотпроцентного гада.

А затем шеф с легкостью перепрыгивает через тысячу, когда с улыбкой сообщает.

— У вас двести шестой, а мы будем в двести восьмом!

И уже в номере, когда мы оказываемся вдвоем, с притворной обидой сообщает.

— Ну ты же понимаешь, если бы мы жили в разных, это вызвало бы кучу подозрений.

— Да ничего страшного, переночуешь на диване.

Шеф смеется.

— Ну уж нет, сдавать кровать без боя я не намерен. И вообще, зачем кому-то уходить на диван?

Вместо ответа просто отмахиваюсь, хотя, признаюсь, хочется показать совсем другой жест. Забираю свою сумку, расстегиваю, достаю чистую одежду, а затем поворачиваюсь к Сергею Дмитриевичу.

— В душе тоже компанию мне составить хочешь? — разыгрываю полную невозмутимость.

Босс на секунду вскидывает бровь, но практически сразу берет эмоции под контроль. Но я-то успеваю заметить это мгновение слабости. То-то же! Мысленно торжествую.

Недолго, правда, торжествую.

— А ты приглашаешь? — снова эта кошачья улыбка. Поломать бы ему улыбальник!

Бесит моментально. Уходят почти все силы на то, чтобы сдержаться.

Мысленно посылаю босса и грозно заявляю: «Не дождешься!», а вслух как можно более ровно:

— Не заслужил. Может быть как-нибудь в другой раз. — подмигиваю и, пользуясь тем, что Сергей Дмитриевич, кажется, удивлен моим ответом, прошмыгиваю в ванную.

С Ромой эта схема тоже работает, жаль, правда, что шефа отпускает куда быстрее, чем братца. Хотя с другой стороны, в нынешней ситуации я хотя бы уверена, что ко мне никто не вломиться. В случае с родственником я бы не стала зарекаться.

Закрываю дверь на замок и оседаю прямо на пол. Да уж, если так пойдет и дальше, все заработанные за время поездки деньги по возвращению уйдут на мое лечение. Пока ситуация не стала слишком запущенной, нужно быстро начинать терапию. Интересно, здесь можно купить какие-нибудь доступные успокоительные?

О'кей, Гугл, как будет «вино» по-шведски?