13 глава

Яна

Когда мы подъезжаем к дому Нимб и выходим из машины, Макс задерживает меня, схватив за локоть, в то время как Валерий и раздраженная донельзя Ами идут вперед к воротам. Водитель при этом бросает на нас со Звергом недовольные взгляды. Я киваю ему и слегка улыбаюсь, чтобы успокоить.

— Идите, Валер. Я быстро.

Поворачиваюсь к Максиму и аккуратно высвобождаю руку из его захвата.

— Ты что-то хотел?

— Да, — кивает парень, внимательно и как-то смущенно меня разглядывая.

Макс Зверг смущается? Вот это поворот!

— Я извиниться хотел, Ян. За то, что был такой свиньей и обидел тебя. Понимаю, что это не изменить, не исправить. И ты не обязана меня прощать и даже слушать. Но я должен был это сказать. Хочу, чтобы ты знала — сейчас я бы так никогда не поступил. Это было низко и жестоко с моей стороны. Я был неправ.

Слова звучат так неожиданно, что я не сразу нахожусь, что ответить. Говоря все это, парень выглядит искренним и по-настоящему стыдящимся прошлого. Много ли людей действительно способны осознать совю неправоту и попросить за нее прощения? Тем более, когда речь идет о чем-то серьезном.

— Спасибо, Макс. За то, что извинился. Я рада, что ты все понял. И… рада, что ты выбрал иной путь в жизни. Не как твой отец. Это достойно.

Его губы кривятся в усмешке, он кивает и небрежно проводит пятерней по волосам.

— Да. Это был трудный путь, но оно того стоило.

— За то, что помог мне и Рустаму, тоже спасибо.

— Не за что, — отвечает Максим, бросив взгляд в сторону Амилии. — Не знал, что у Багримова есть такая взрослая дочь. Когда он попросил о помощи своей жене и дочке, я сначала подумал, что у вас родился совместный ребенок. Потом Рустам объяснил. А вы еще не решились? — он стреляет глазами на мой живот. — На своего?

Мы решились. Я еле сдерживаюсь, чтобы не улыбнуться и не прижать ладонь к животу. Не хочу никому говорить про ребенка, пока о нем не узнает Рустам. Достаточно, что Валера и Ами в курсе. А ведь муж должен был узнать о малыше в первую очередь.

— Пока думаем, — уклоняюсь от прямого ответа, да Максим и не допытывается. Просто кивает и неловко улыбается.

— Яна Андреевна, идемте в дом, — сердито окликает меня Валерий. Я машу ему рукой, после чего прощаюсь с Максом.

— Еще раз спасибо и удачи тебе. Не будь больше таким, как в прошлом.

— Постараюсь, — усмехается парень. — И тебе, Ян, спасибо. Береги себя.

Он садится в машину и уезжает. Мы же вместе с Валерой и Ами заходим в дом, рядом с которым куча охраны. Дом у них просто огромный — Карим приобрел, когда Нимб еще беременна была. Вряд ли здесь всегда такое количество охранников. Думаю, Карим и Рустам позаботились об этом только сегодня из-за случившегося.

— Что хотел Зверг? — хмуро интересуется Валерий, понизив голос и наклонившись к моему уху.

— Просил отпущения грехов за прошлое.

— А, — водитель тихо посмеивается. — Прозрел, значит? Альфа-самец, бл*дь!

— Боже мой, Янка, привет! Я так волновалась! Мне когда Карим позвонил и объяснил ситуацию, я чуть от беспокойства ногти себе не сгрызла! — подруга встречает нас в прихожей, и как только мы переступаем порог, заключает меня в крепкие объятия. — Скорее проходите! Я чай заварила и приготовила свою фирменную фриттату.

Амилию Нимб тоже обнимает. Хоть они и нечасто встречались раньше, но все же виделись и Нимб даже сказала, что Ами чем-то напоминает ей себя в таком возрасте. Вполне верю…

— Валер, вы зайдете?

— Нет, мне ехать надо, — отрицательно качает головой водитель. — Яна Андреевна, вы, если что, на связи будьте.

Валера уходит, а мы с Амилией идем следом за Нимб в кухню. У девочки в руках пакетик, что отдал ей Макс. Она его еще не открывала, но и выбрасывать не стала, хотя я была уверена, что после саркастичных приколов Максима, она его выкинет, как только мы выйдем из машины.

— Пливет, — неожиданно раздается детский голос позади нас.

— Эй, — повернувшись, я сразу начинаю улыбаться. На нижней ступени лестницы стоит сын Карима и Нимб, Артурчик, и смущенно прячет лицо за перилами. — Привет, малыш, — я присаживаюсь на корточки и протягиваю ему руку.

Он делает несколько шажков вперед и вкладывает свою маленькую ладошку в мою, пожимает. Удивительно — у него такие же кудрявые волосы, как у Нимб, но при этом темные, как у Карима. И глаза разного цвета — один карий, а второй голубой. Ну и сотворили же они чудо.

— Ух ты! — вскрикивает Амилия, присаживаясь рядом со мной. Артура она раньше не видела. Нимб, в основном приезжала к нам в гости одна, а когда с Артурчиком, то Амилии не было. — У него разные глаза, Ян! Такое бывает?!

— Да. Это называется гетерохромия, — смеется Нимб, подойдя к сыну и ласково потрепав его по голове. — Малыш, познакомься с Амилией. Это дочка дяди Рустама.

— Пливет, Амилия. Я Алтул Калимович, — важно отвечает мальчик, отпустив мою ладонь и протянув руку к волосам Ами. — Лозовые. Смешная, — хихикает Артур, а затем звонко засмеявшись, убегает в сторону кухни.

— Ну хоть хренью не назвал, — буркает Ами, пожав плечами.

*********

Пока Нимб раскладывает еду по тарелкам и разливает чай, я иду в туалет, чтобы проверить нижнее белье. Нет ли на нем крови? Слава богу, нет. Боль стихла, что успокаивает меня. Кажется, все обошлось. Теперь главное больше не нервничать и не попадать в опасные ситуации. Я улыбаюсь, глядя на свое отражение в зеркале над раковиной. Бледная и уставшая. Надо бы поспать. Надеюсь, удастся, учитывая, что я понятия не имею, где именно Рустам, когда вернется, и все ли будет в порядке? Мало ли, на что этот Северов еще способен.

Быстренько умываюсь прохладной водой, после чего выхожу из туалета и направляюсь в кухню.

Амилия сидит за обеденным столом и пьет чай, вокруг нее бегает Артур, то и дело показывая ей какую-нибудь очередную игрушку. Я вдруг отчетливо представляю картину, как наш с Рустамом ребенок будет также бегать возле нее, пытаясь вырвать у сестры кусочек внимания. Надеюсь, к моменту его рождения Амилия примет и полюбит ребенка. Потому что, как строить с ней отношения в ином случае, я не представляю.

Перевожу взгляд на подругу, которая крутится возле плиты, посматривая на сына через плечо и улыбаясь. Нимб нашла свое призвание. Первое — быть мамой и женой. Второе — быть поваром. Кто бы мог подумать, что девушка, не умеющая даже яичницу готовить, однажды научится создавать такие потрясающие, как на вид, так и на вкус, кулинарные шедевры. На столе стоит один из них — фриттата.

Слышу урчание в своем животе — реакция на приятный запах еды и аппетитный вид. Несмотря на то, что в машине у Макса мы поели, я все еще голодна. Конечно, одного перекуса фактчиески за целый день определенно недостаточно.

— Ян, ты чего зависла? — выгибает розовую бровь Амилия, вертя на пальцах какую-то розовую резинку.

Нимб тут же поворачивается ко мне, отложив ложку, которой что-то мешала в кастрюле на плите.

— Давай, садись и ешь. Ты нормально себя чувствуешь? Что-то ты бледная какая-то.

Я машу рукой и усаживаюсь за стол.

— Все нормально. Просто устала. Сейчас поем и прилягу спать, если ты не против, — отрезаю кусочек фриттаты и, насадив на вилку, отправляю себе в рот.

— Конечно нет! Поболтаем завтра. Представляю, какой денек у вас сегодня был.

Артур забирается на колени к матери и обхватывает ее шею руками. А ведь Нимб однажды чуть не потеряла ребенка. И вот он сидит у нее на коленях, обнимает и шепчет "мамочка". Разве это не счастье?

— И не говори…

— Я бы тоже поспала, — встревает в наш разговор Амилия. — Хоть я и не устала вроде, но ощущение такое… странное, в общем.

— Это из-за перевозбуждения, — отвечает Нимб. — А чай я с ромашкой сделала. Он успокаивает. Вам такой как раз сейчас кстати.

Я благодарно смотрю на подругу и делаю небольшой глоток сладкого и ароматного чая. Ами свой уже допила. Она хватает пустой стакан, отодвигает тарелку с почти не тронутой фриттатой, и идет со стаканом к раковине.

— Спасибо, но я, наверное, правда пойду отодхнуть.

— А почему не поела? Не понравилось? — спрашивает Нимб, бросив взгляд на полную тарелку девочки.

— Да нет. Я просто яйца не очень люблю. И мясо, и рыбу тоже.

— Ооо! — вскидывает брови подруга. Я тоже вскидываю свои и развожу руками — мол, как есть, так есть. Ничего не поделать.

— Ну, теперь буду знать… Артурчик, покажи Ами ее комнату. Помнишь, где я тебе показывала? — просит Нимб сынишку, когда Амилия ставит чистый бокал на решетку.

Тот довольный тем, что ему доверили столь важное дело, спрыгивает на пол и тут же хватает Ами за руку.

— Быстлей пойдем! У тебя комната лядом с моей!

— Какое счастье, — беззлобно бурчит Ами, и спокойно уходит вместе с Артуром.

Мы смотрим им вслед, улыбаясь.

— А ты как, Ян? Не решилась еще на своего? — ухмыляется Нимб, а мне так безумно хочется ей рассказать, что я уже беременна, но я молчу. Сначала Рустаму скажу. Удивительно, что Ами ничего Нимб не доложила, пока я в туалете была.

— Решилась. Думаю, пришла пора.

Мы еще недолго болтаем с подругой, делясь последними новостями. Я объясняю насчет сегодняшнего "приключения", потому что муж толком не успел ей ничего поведать. После чего мы тоже отправляемся спать. В доме есть несколько гостевых спален. Одну из них Нимб приготовила для нас с Рустамом. Другую для Ами.

— Ну не поедете же вы домой ночью?! Кто знает, во сколько они вернутся? Выспитесь здесь.

Нимб права. Куда нам спешить, да и зачем? К тому же я действительно очень устала.

Перед тем, как лечь в постель, отправляю Рустаму сообщение, что очень его люблю и желаю спокойной ночи, но ответа не дожидаюсь, так как засыпаю сразу, как только опускаю голову на подушку.

Просыпаюсь из-за сильной тянущей боли в животе и пояснице, а еще ощущения влажности между ног. Сны мне никакие не снились, поэтому возникает чувство, будто я только-только глаза закрыла.

Резко поднимаюсь на постели и отбрасываю одеяло в сторону. С ужасом замечаю растекающееся красное пятно на нижнем белье.

— Нет, нет… нет… нет, только не это…

Ребенок. Боже…

Мое тело и разум будто парализует. Я никак не могу сообразить, что делать, как быть?! Господи… скорая. Нужно взывать скорую. Мне срочно надо в больницу!

Вскакиваю с постели, набрасываю на себя халат и выбегаю из комнаты. Телефон при этом хватаю с тумбочки и сразу набираю 112.

Вызов принимают быстро. Я начинаю тараторить, объясняя, что именно со мной происходит. Голос срывается от тревоги, в носу щиплет от подступающих к глазам слез.

Я не могу потерять ребенка. Я его не потеряю. Нет. Нет!

Диспетчер пытается меня успокоить, сообщает, что вызов принят и скоро приедет неотложка.

Я прижимаюсь спиной к стене в коридоре и просто сползаю на пол.

Господи… Боже… Как же так… Утром врач проверяла меня. Сказала, что все в порядке. И боль вечером была такая же, как утром. Почему же кровь?! Неужели все так плохо? Но крови так много… Ее так много… Простыня ведь тоже была в крови… Мне нужно что-то делать… Я не могу потерять ребенка. Меня это убьет, Рустама это уничтожит…

Переодеться, сменить белье. Я должна быть готова сразу ехать! Надо разбудить Нимб, чтобы она одолжила мне что-то из своих вещей. И объяснить ей все придется.

А что я скажу Рустаму? Как я ему это скажу? Я не смогу! Не смогу… боже…

Медленно поднимаюсь с пола, прижимая руку к ноющему животу. Слезы градом текут по щекам. Нужно собраться, успокоиться. Иначе только хуже будет.

— Ян? Ты не спишь? — неожиданно раздается голос Нимб со стороны лестницы. — А Рустам и Карим прие… Ян?! Что с тобой?! — она бросается ко мне, заметив, в каком я состоянии. — Что случилось?!

Девушка приобнимает меня и разворачивает к себе так, что лестница оказывается позади меня.

— Я… я была беременна, Нимб. И, кажется… я потеряла ребенка… — всхлипываю, глядя на подругу. — Рустам не должен знать. Его это убьет. Он и так злится на Ами, ведь из-за ее выходки мы с ней оказались в опасности. Про мою беременность я ему еще не успела сообщить. Я не знаю, что делать! Господи, как мне быть?!

— Что ты сказала?! — за спиной раздается гневное рычание.