Глава 12

Разряды молнии в центр груди. Второй. Третий. Прицельные, в одно и то же место. До остановки сердца и перекрытого дыхания. Кожу опаляет обжигающими искрами. Фил меня целует. Чужой язык во рту. Чужие вкус и запах. И ощущения незнакомые. Ошеломительные и дикие по своей силе. Пальцы давят на подбородок, вынуждая открыть рот еще шире. Вгрызаясь, наполняет меня собой. Смешивая нашу слюну, скользит вдоль моего языка. Я не отвечаю. Не могу. Даю послушно то, что он требует и горю от эмоций. Тёма целует меня внизу. Фил терзает губы. Отстраняется ненадолго, чтобы посмотреть в глаза и снова целует, на этот раз, касаясь рукой моей груди. Тихо стону ему в рот и чувствую язык Тёмы на своем клиторе. Боже… я умерла… все, что происходит со мной – происходит не в этой Вселенной и не в этой жизни. В реальности такого случиться не могло. Но… Моя рука взлетает и обнимает Эйне за шею. Мой язык совершает встречное движение – ладонь Фила нетерпеливо мнет мою грудь. – Крис… – шепот Тёмы, – давай снимем это, детка… Чуть приподнимает мои бедра и стягивает по ним трусы. Филипп прерывает поцелуй и смотрит. Они оба туда смотрят. – Смотри, Фил… смотри, какая красивая… Снимает белье, отбрасывает его в сторону и разводит мои ноги в стороны. Меня пронзает насквозь. В голове туман, а внутри пожар. И кажется… кажется, я готова кончить прямо сейчас. – Она идеальная… – проникает в уши бормотание Тёмы, – смотри, какая… Я вонзаюсь ногтями в шею Фила, но он смотрит туда. Крылья носа трепещут, губы чуть приоткрыты. И я мысленно молю, чтобы не делал этого, чтобы снова поцеловал. Но он смотрит! –Тё-ма… – свожу колени вместе, но мне не дают. – Зайчон… не надо… пожалуйста… не закрывайся. Мягко, но настойчиво раздвигает бедра и взглядом просит Эйне, чтобы помог. Тот, бросив взгляд на мое лицо, поддевает мою правую ногу под коленом. Вторую держит Артем. Болезненный глубокий вдох и дробный выдох. Я вижу только Фила. Сквозь дурман похоти начинает пробиваться ледяной ужас. Царапаю его шею ногтями. Тёма что-то торопливо шепчет. Склоняется ниже и снова целует. Добавляет пальцы. Гладит, нежно раздвигая складки. – Розовая… шелковая… – Филипп, – выдавливаю я. Короткий острый взгляд в глаза, и в следующее мгновение рука Артема исчезает, а в меня врываются пальцы Эйне. С такой силой, что меня подкидывает вверх. Одновременно с этим он затыкает меня поцелуем. Я в ступоре. Перебираю руками в воздухе. То за трахающую меня руку хватаюсь, то ладонями в грудь упираюсь. – Бля… бля… – сиплый шепот Тёмы, – это ох*еть, бл*дь!.. Но голос его теряется в звонком гуле нарастающего между нами с Филиппом электрического напряжения. Он жарко влажно целует меня и жестко имеет пальцами. Я теряюсь в нем, в его энергетике, путаюсь как в паутине и вязну по самую макушку. Обнимаю шею его обеими руками и подтягиваюсь к нему всем телом, но вдруг чувствую Тёмину руку на своем бедре. Она удерживает меня в прежнем положении и не дает повернуться к Эйне. – Фил, дай мне… Мы отстраняемся друг от друга, и уже в следующее мгновение Тёма вгоняет в меня член. – Филипп… – вылетает на выдохе. Я смотрю в его глаза. В них темень и страшная буря. Исходящие от него волны агрессии бьют по нервным окончаниям. Мы оба застываем, и я буквально чувствую, как внутри с хрустом что-то ломается. Распрямив спину, Эйне поднимается на ноги. Несколько мгновений смотрит на то, как яростно Артем вбивается в меня. А потом медленно снимает свитер, расстегивает ремень, ширинку и избавляется от джинсов. Закрываю лицо руками, но мне не позволяют. – Крис… – возбужденно шепчет Бурковский, – зайчон… тебе понравится… клянусь… Вдвоем снимают с меня сорочку и вместе набрасываются. Артем продолжает то, на чем остановился, а Фил становится коленями на кровать около моей головы и прежде, чем я успеваю что-то сообразить, в мои губы упирается головка его члена. Меня сковывает паралич. Я не шевелюсь, а Тёма, словно сорвавшись, усиливает толчки, мнет мою грудь руками, щиплет соски. – Давай… детка… – с хриплым стоном в унисон своих движений, – Крис, пососи ему. Я поднимаю взгляд на Эйне. Он возвышается надо мной как скала. Темный, неприступный и опасный. Но лице каменная маска, и черная подавляющая аура, что заставляет разомкнуть губы и позволить ему толкнуться в мой рот. Сразу резко и глубоко. Закашливаюсь. – Полегче, Фил!.. – рычит Артем. И да. Такого больше не повторяется. Зафиксировав руками мою голову, он четко выверяет свои движения. На языке растекается его вкус. Терпкий солоноватый и совершенно незнакомый. И запах. Рецепторы будоражит запах его кожи, который вкупе с энергетикой, вкусом и взглядом сверху вниз рвут в клочья остатки моей защиты и нагло крадут мою душу. Тело безвольно, но я поднимаю руку и обхватываю ладошкой его член. – Бл*дь… Бл*дь, Кристина… давай, покажи, как ты умеешь, детка… Я сосу. Принимаю каждый толчок и обнимаю губами член на выходе. Все это, не разрывая с ним зрительного контакта. Между нами напряжение такой силы, что, кажется, воздух трещит. И аура его, вплетаясь волокнами в мое сознание, приводит к ошеломляющему осознанию, что мне нравится это делать. Нравится лежать под ним распластанной. Смотреть вот так, снизу вверх и чувствовать, как скользит во рту его каменный член. Нравятся шелковая гладкость тонкой кожи и выпуклые пульсирующие вены, крупная головка, что с каждым погружением упирается в небо и вкус… Боже… его вкус я не забуду никогда. – Крис, твою мать! – выкрик Тёмы, и до меня с опозданием доходит, что он уже не первый раз зовет меня, – на меня смотри, сказал!.. Мы с Филом замираем, разрываем зрительный контакт и смотрим на Артема. Меня будто холодной водой окатывает. Словно выдернули внезапно из сладкого сна, а до конца не разбудили. Но длится это всего секунду. Эйне отходит и поворачивается ко мне шикарным задом. Слышу шелест упаковки, скрип латекса. Все это время Тёма смотрит мне в глаза. – Нормально все, зайчон? Не понимаю смысла его слов. Я не с ним сейчас, я с Филиппом. Поднимаюсь на локтях с намерением сесть, но Фил, развернувшись, отодвигает Тёму в сторону и одним слитным движением насаживает меня на себя до упора. Глухо вскрикиваю. Падаю назад и хватаюсь руками за изголовье. Ощущения дикие, за гранью реальности. Мы снова спаиваемся в одно биополе, взглядами врезаемся, в одном ритме двигаемся. Плотные потоки энергии, ежесекундные обмены эмоциями. Общее безумие. – Крис… – шепот Артема у самого уха, – тебе нравится, детка? – Да… – Пздц… сладкая… хочу тебя… Мимо. Я утонула. В черном омуте. Вязну глубже и глубже. – Пососи, Крис… – молит Тёма. Я моргаю. Раз – два. Боковым зрением замечаю, как совсем близко от моего лица он быстро водит рукой по члену. – Фил?.. – всхлипываю тихо. Глава 13. – Фил?.. Он дергает меня за бедра на себя так, что я съезжаю вниз по простыни. – Кристин… – тень Артема надо мной, и я чувствую, как моих губ касается головка его члена, – возьми в рот, зайчон… Из недр души, той самой, что сейчас во власти темных глаз Эйне, поднимается волна животного ужаса. Все мое существо корчится и вопит о помощи. Держась взглядом за Филиппа, я увожу лицо в сторону. – Бл*дь!.. – сдавленно сквозь зубы, – съебись, Тёмыч… Рывок вперед, жесткий захват на моем затылке и мощный толчок члена внутри меня. От разряда сверкнувшей между нами молнии сотрясает все тело. Эйне не нежничает, но и вижу, что делиться не любит. Еще ближе меня к себе. Так, что между нашими лицами не больше пятнадцати сантиметров остается. Зрительная сцепка, сорванное дыхание. Так, где он в меня врезается горячо и мокро. Пульсирующий сгусток в низу живота быстро увеличивается и заполняет собой все пространство в области таза и бедер. Мышцы крутит наслаждением. – Ты ох*енна, детка… – слышу в ухо и вдруг замечаю, что Тёма устроился сбоку от меня и теперь пытается обнять за плечи. Я не хочу. Только не сейчас. Его ласки воспринимаются как отвлекающий и сильно раздражающий фактор, но он влажно целует в шею и, положив мою ладонь на свой член, удерживает ее пальцами. – Нравится, Крис?.. Хорошо тебе? Скажи… Елозит моей рукой по члену в бешеном темпе, и через пару секунд на мою руку выплескивается горячая сперма. – Бл*дь… бл*дь… – трясется весь, зубами в шею мою впивается. – Урод… – рычит Фил, выходит, быстро переворачивает меня к себе спиной и ставит на колени. Мы оказываемся с Артемом лицом к лицу. Он еще содрогается от оргазма, лоб покрыт испариной, грудь часто и высоко поднимается. В глазах полнейшее безумие – восторг вперемешку с растерянностью и тревогой. – Тебе нравится?.. Я молчу. Смотрю в его глаза, незаметно вытирая перепачканную его спермой руку о постель. Тяжелая ладонь Филиппа на моей пояснице и резкий толчок до упора. Глаза Тёмы кружат по моему лицу. – Детка?.. Проводит рукой по моей щеке и тянется с поцелуем, но в этот момент Эйне обхватывает меня рукой под грудью и ставит в вертикальное положение. Темин взгляд перескакивает мне за спину, верхняя губа агрессивно поднимается. Я не хочу этого видеть, не хочу вникать, я, может, вообще последние мгновения живу. Поэтому закрываю глаза и откидываю голову назад, на плечо Филиппа. Упругое скольжение, максимальная наполненность, каменная грудь за моей спиной и сбитое дыхание в волосы. Оргазм подступает. Это шокирует, но желание настолько сильно, что я ожидаю взрыва в любую секунду. Каждым толчком он опаляет бедра искрами, словно промежность лижут языки пламени. Под кожей течет лава. Почувствовав губы и язык Тёмы на своей груди, резко распахиваю глаза. – Не надо-о-о… – ною, упираясь рукой в его плечо. – На*уй иди, – раздается рык Фила. – Она так не кончит… И тут же к губам добавляются его пальцы, что принимаются кружить вокруг клитора. Но не хочу. Отвлекает. – Тём, не надо… пожалуйста… – Руки убери! Убирает. Замирает. Затаив дыхание смотрит на меня, а я из-под взгляда его уйти хочу, потому что все… кроет меня. Мощный толчок. Хриплый выдох. Ладонь Филиппа на моей груди… И взрыв!.. Ошеломляющий по своей силе. Замыкающий все органы восприятия. Я разлетаюсь на атомы, даже в такой момент понимая, что это последнее мгновение моей жизни. Теряю контроль над собственным телом, трясясь в судорогах так, что Фил с трудом удерживает меня. – Кончает, мать твою… – сдавленный шепот Тёмы, – она кончает, Фил… Ох*еть!.. Эйне внезапно дергается, замирает ненадолго, и мы вместе валимся вперед. Я зажата под ним со всех сторон, его член во мне по инерции двигается, совершая финальную серию аритмичных толчков. Потом мы затихаем. Тёмы не вижу и не слышу. Тишину разбавляют лишь наше с Филом шумное дыхание, да вой полицейской сирены за окном. Все. Теперь тебе с этим жить, Крис. – Давай, Фил, все… на выход… – голос Артема как издалека. Он начинает шевелиться. Выходит из меня, скатывается и сразу поднимается на ноги. Мою кожу тут же обдает холодом. Я собираюсь тоже перевернуться, но место Фила моментально занимает Тёма. Вытягивается рядом и накрывает своей рукой. Судя по звукам, Эйне уходит в ванную. – Как ты? – шепчет, целуя в ухо. Цепенею рядом с ним. Не могу заставить себя даже шевельнуться. Смотрю поверх его головы в точку на стене. Шок, и в то же время абсолютное осознание свершившейся катастрофы. – Крис… – ласково тычется носом в мое лицо, – не молчи… – Я спать хочу… – Сейчас он уйдет, и будем спать, – мягкий поцелуй в лоб, потом в щеки и губы, – Крис… зайчон, все нормально, не забивай голову… я тебя никому не отдам, слышишь?.. Мой душевный иммунитет блокирует эмоции. Вообще никак его слова не откликаются. Я действительно хочу в душ, пить и спать. – Просто опыт… эксперимент… – продолжает говорить тихо, – тебе понравилось, я видел. До слуха доносятся звуки из нашей маленькой прихожей, и вскоре комнату заполняет его энергетика. Артем садится на кровати и смотрит на Эйне. А я не могу. Никогда уже не смогу. Сердце медленно насаживается на острый шип. Они не говорят, но что-то явно что-то происходит. Я чувствую исходящее от Тёмы напряжение. – Он уже уходит, – склонившись, шепчет в ухо, – я в душ… я быстро. Что?.. Услышав это, резко переворачиваюсь на спину, запоздало понимая, что это действие вынуждает функционировать мой организм и обнажает меня в прямом и переносном смысле перед Филиппом. Едва за Тёмой закрывается дверь, натягиваю одеяло до подбородка и безуспешно пытаюсь сделать вдох. Кислород выжигает в груди все живое. – Не ожидал от тебя, – звучит справа тихий низкий голос. Заставляю себя повернуть голову в ту сторону и упираюсь взглядом в плоский живот. Натянув джинсы, Филипп застегивает ширинку. – Я от тебя тоже, – выдавливаю первое, что приходит в голову. Что бы я сейчас не сказала, не изменит того, что больше я для него не существую. Усмехнувшись, щелкает пряжкой ремня и поднимает свитер с пола. – Рад был помочь разнообразить вашу интимную жизнь, – говорит, просовываю голову в ворот, – зовите, если надумаете повторить. Я знала. Примерно этого и ожидала и даже не пытаюсь прикрыться от летящих в меня дротиков. Главное, дотерпеть до того момента, когда за ним закроется дверь. – У нас все по записи, Фил. Ближайшие два месяца заняты. – А сегодня мне, значит, свезло? – удивленно заламывает бровь. – Да, появилось окошко… Кивнув, он забирает с тумбы свой телефон и ключи от машины. Пересекает комнату, но перед выходом оглядывается. – Зря ты со мной тогда не пошла.