Глава 27

– Уверен, ты справишься, – проговаривает Фил, нажимая кнопку старта справа от руля. – Когда у родителей был ресторан, я еще в школе училась, – отвечаю, чувствуя, как от волнения сводит живот и потеют ладони. Мне снится сон? Скоро я проснусь?.. Я не хочу! Я хочу спать как спящая красавица. Сто лет и еще сто дней! Он словно не слышит меня. Принимает входящий на телефон, бросает короткое «скоро буду» и трогает машину. – С жильем точно проблем нет? – Нет… Кивнув, какое-то время ведет машину молча. Я же, не шевелясь, глохну от грохота собственного сердца. Работать у него?.. Видеться каждый день?.. Господи… – Только, Крис… – вдруг раздается его низкий голос, – ты познакомишься с… Соней. Медленно поворачиваю голову. Вдох – выдох. Срываюсь в свободное падение. – Она моя девушка, – внимательный взгляд в глаза, – надеюсь, мне не о чем беспокоиться? Девушка?.. Какая девушка, черт возьми?! Прокатившаяся по телу волна удушающей ревности вмиг лишает мой мир красок и перекрывает дыхание. Соня. Даже не Ярослава, о которой я и думать забыла после случившегося между нами, решив, что ничего серьезного там нет. Скобля зубами нижнюю губу, отрицательно мотаю головой. – Не скажу. Можешь спать спокойно. – Я серьезно, Крис… – Я тоже, – отзываюсь прохладно, – не беспокойся, я найду, с кем посекретничать. Отвернувшись к окну, замолкаю. Очень хочется домой. Сегодня никого из соседок не будет и там, тишине комнаты, с ноутбуком и в объятиях одеяла я смогу договориться со своими чувствами и уговорить себя не убиваться по этому поводу. Эйне молчит тоже. Видимо, расслабился, убедившись, что его отношениям с Соней ничего не угрожает. Плевать. Правда. Я считаю себя человеком здравомыслящим, и ни секунды не романтизировала то, что тогда случилось. И ни за что бы не хотела повторения. То, что мне от него крышу сносит – мои личные проблемы, верно? Может, если мы будем видеться ежедневно, со временем прикатается, притрется, уйдет острота ощущений, и я привыкну, что он чужой. – Когда ресторан открывается? – Через три недели. Предупреди, что ты увольняешься. – У меня преддипломная практика в январе… две недели… – Решим. Не проблема, – осекает в свойственной ему манере, – я позвоню, когда нужно будет приехать, чтобы снять мерки для пошива униформы. – Хорошо. И скинь мне список документов, – цепляюсь взглядом за расслабленно лежащую на руле руку, – я же официально работать буду? – Официально. Деловой разговор. Ни шага вправо, ни шага влево. Этой тактики и нужно придерживаться. – А какой график работы? – Два через два. Устроит? – интересуется, не отрывая взгляда от дороги. – Да, вполне. – Такси до дома за счет работодателя. – О!.. – усмехаюсь, проводя ладонью по лбу, – какой щедрый у меня работодатель. Я снова ляпнула что-то не то, потому что атмосфера сразу же неуловимо меняется. Становится жарко и душно, дышать тяжелее. Прикрываю глаза рукой, веду ею по щеке, тихо вздыхаю. Выбранная тактика дала сбой. Попридержи язык, Кристина! Это действительно твой работодатель и начальник. Что ты несешь?! – Щедрый и строгий, – выговаривает сухо, – на рабочем месте соблюдай субординацию. – Хорошо. – Потянешь?.. Если нет, скажи сразу. – Ты о чем? – вскидываюсь я, – думаешь, приставать стану? Хмыкнув, скашивает на меня ироничный взгляд. Что?! Он правда так думает? Что глазками в него стрелять буду и томно улыбаться?.. – Расслабься, Фил. Тебе нечего опасаться. С моей стороны никаких посягательств не будет. Ни на тебя, ни на твои отношения с Соней. Мне неинтересно. – Именно это я и хотел от тебя услышать, – отзывается, кивая, – надеюсь, больше к этому разговору не вернемся. – Я тоже на это надеюсь, – приправляю ответ каплей сарказма и до самого дома больше не раскрываю рта. В груди печет обида и душит ревность, но я точно знаю, что никогда не покажу ему этих своих эмоций. Даже если он будет целовать свою Соню на моих глазах и свадьбу в своем ресторане сыграет. – Я наберу, – раздается голос Эйне, когда машина останавливается у моего подъезда. – Хорошо. – Кристина… – Что?.. Ждет, когда я посмотрю на него, и ловит мой взгляд, едва я оборачиваюсь. Ровно дышу, дежурно улыбаюсь. – Обидеть не хотел. – Я не обиделась. Пока. Дождь закончился, но я все равно несусь к дому, перепрыгивая через огромные грязные лужи. Влетаю в подъезд и бросаюсь вверх по лестнице, надеясь, что бешеный стук сердца вытеснит собой все дурные мысли из головы. У него есть девушка, о которой он беспокоится. Отношения, которыми он дорожит. Соня. Наверняка, порядочная, образованная и из хорошей семьи. Такая, которую не стыдно с родителями познакомить. И которая от словосочетания «секс втроем» в обморок грохается. Если так, то осудить его сложно. Я б своему сыну тоже такую в жены хотела. Жанны нет, у нее сегодня работа. Из комнаты Лизы и Насти доносится музыка. Повесив мокрую куртку на спинку стула у батареи, переодеваюсь в трикотажные трико и футболку и иду на кухню заварить чаю. Заодно решаю приготовить еды на нас с Жанной. Варю суп и запекаю шарлотку. Занимаю себя делами до самого вечера а, потом, закрывшись в своей комнате, решаю все же позвонить Артему. Я не хочу, чтобы он подал в розыск. Усаживаюсь на кровати и набираю его номер по памяти. По сравнению с тем, что происходит с моей соматикой во время встреч с Филиппом, я не чувствую даже малейшего волнения. Бурковский отвечает на пятом гудке. – Слушаю, – голос холодный и почти чужой. – Привет, Тём… Это я. – Крис?! – секундная пауза, – Кристин, зайчон, ты где?! – У меня все хорошо, Тёма, – улыбаюсь сама себе, – решила набрать, чтобы ты не переживал. – Переживал?.. Крис!.. – восклицает глухо, – это, бл*дь нихрена не так называется! Я чуть с ума не сошел! Я думал, с тобой случилось что-то!.. – Что со мной может случиться? – смеюсь в трубку, – я взрослый человек, не пропаду… – Ты где сейчас? Адрес скажи, я подъеду! – Эмм… нет, не надо… давай в другой раз… – Адрес говори! – Нет! – повторяю твердо, – у меня все отлично, я не бросила учебу, нашла хорошую работу и снимаю комнату в квартире. – Давай встретимся… – Но, Тёма… я к тебе и в бар не вернусь. – Крис, детка… – Мы встретимся, но давай, немного позже, о’кей? Нам есть, что обсудить. – Я тебя очень люблю. – Например, через неделю или две, я закончу кое-какие дела и… – И очень скучаю, – перебивает убитым голосом, – я понял, почему ты ушла, зайчон… Это пздц… Прости меня. Его извинения и раскаяние неожиданно меня совсем не трогают. За тот месяц, что мы не виделись, я поняла, что он неисправим. Он косячит от души, и так же искренне от души раскаивается. Для того, что потом снова круто накосячить. – Я простила, Тём… просто мне нужно еще немного времени. – Времени для чего, чтобы вернуться ко мне?.. Ты вернешься? – Нет. – Почему? У тебя кто-то появился? – Никто не появился, – отвечаю ровно, – я не хочу сейчас отношений. В трубке проносится тяжкий вздох. – Я номер сохраню. Звонить-то тебе можно будет? – Эмм… думаю, да, но лучше писать, я могу быть на работе… – И что за работа? – осведомляется с интересом. – Потом при встрече все расскажу. Пока, Тём. – Крис! Не теряйся больше. Будь на связи. Мама переживает. Мысленно усмехаюсь. А, представив, как Кристина Дмитриевна мечется из угла в угол, от тревоги заламывая руки, и вовсе смеюсь. – Хорошо.