Глава 4

Ударный крейсер «Мстительный» прилетел в эту точку пространства ещё вчера и второй день висел на одном месте. Пилоты получили такой приказ капитана и выполнили его.

— Как думаешь, зачем мы здесь? — спросил первый пилот второго, который только зашёл в рубку, чтобы сменить его на вахте.

— Не знаю. Что, так и не поступало никаких новых вводных?

— Нет. Не нравится мне это. Висим в самом центре ничейной системы. Хотя бы спрятались за одной из планет, а так не понимаю.

— Может, ждём кого. Наверно, в этом месте назначена встреча.

— Почему здесь? Вокруг всё открыто?

— Да ладно, не психуй. Кого нам бояться? У нас ударный крейсер, а не эсминец, на котором ты служил раньше.

— Хочешь сказать, что ударные крейсеры не уничтожают?

— Уничтожают, но пускай нас попробуют.

— На эсминце можно удрать. Если пиратский линкор сейчас выйдет из гиперпространства, то быстро нас разберёт на запчасти, куда ты на нём удерёшь? Висим здесь как мишень посреди системы.

— Иди отдохни. Ты что-то нервный сегодня.

— Говорю же, не нравится мне всё это, — с этими словами первый пилот покинул рубку.

Капитан крейсера в этот момент находился рядом, в своей каюте, и собирался напиться и забыться. Он открыл бутылку дорогого вина. Эту бутылку он специально заказал для такого случая и долго хранил. Плеснул его себе немного в бокал и слегка пригубил. Всё тот же запах — запах детства. Ласкового и беззаботного детства.

Планета, где он родился, была одной большой виноградной плантацией. Каждый год там производили миллионы различных виноградных напитков, которые быстро разлетались по соседним станциям и системам. Родители держали небольшую мастерскую по ремонту техники для плантаций. Они были хорошими техниками и заказов у них всегда было в достатке. Фермеры часто привозили в подарок вино за хорошо выполненною работу и дома всегда его водилось много. Однако родителям нравилась марка Шарле. Вино именно этой марки стояло сейчас на столе капитана. Ему исполнилось восемь лет, когда его жизнь резко изменилась.

В одну из ночей загорелась мастерская, которая находилась рядом с домом. Сгорело всё оборудование для ремонта техники. Ремонтировать технику стало нечем. Вначале банк отказал родителям в новом кредите, а после забрал дом за долги, но всё равно родители остались должны банку. Тогда они собрали оставшиеся вещи и записались в колонисты. Родители считали, что так они смогут заработать и рассчитаться с банком. Только потом он выяснил, что колония, куда они летели, находилась за пределами империи Аратан, и родители сделали это специально. Они решили на время покинуть империю, чтобы избавиться от преследующих их долгов. Вот только до колонии они тогда так и не долетели, да и не существовало никакой колонии. Были незаконные рудники на одном спутнике планеты в ничейной системе, где они собирались работать. Всё это он выяснил позже, а тогда корабль, в котором они летели, встретился с пиратом. Именно в этой системе и именно в этом месте пират догнал удирающий от него транспортник и загнал болванку ему в трюм. В трюме транспортника находились криокапсулы, в которых они летели к новой жизни. Именно в этом месте погибли его родители, и он очень жалел, что не погиб тогда вместе с ними.

Пираты бросили здесь разграбленный и разобранный транспортник вместе с криокапсулами с детьми. Без подзарядки содержимое криокапсул должно было быстро погибнуть. Однако через систему тогда пролетал другой транспортник. Радар обнаружил разграбленный транспортник, и пилот решил проверить брошенный и разграбленный корабль. Теперь капитан искренне ненавидел того пилота, спасшего его тогда. На ближайшей станции его извлекли из криокапсулы и вместе с другими выжившими детьми отправили в приют на ближайшей планете. Потом был флот и офицерское училище.

Сегодня исполнилось ровно двадцать лет, как родителей нет больше с ним. Капитан знал, что нарушил с десяток флотских инструкций, когда прилетел сюда. Он хотел прилететь раньше и не на боевом корабле, но всегда что-то мешало ему это сделать.

— Покойтесь с миром, — он залпом опустошил бокал, сразу налил второй и опустошил его.

Неожиданно кто-то постучал в дверь.

— Капитан, откройте, — услышал он голос первого помощника за дверью.

— Я ведь приказал меня не беспокоить.

— Пришёл срочный приказ от командования, а вы не отвечаете.

— Что им от нас нужно?

— Не знаю, у меня недостаточно полномочий и я не могу его открыть.

— Сейчас буду.

— Видите, даже сейчас не получается побыть наедине с вами, — обратился он к невидимым собеседникам. — Клянусь, я найду их и отомщу за вас.

Он решительно встал и пошёл в рубку, на ходу застёгивая мундир.

Помощник капитана находился уже там, сидел в своём кресле и думал о несправедливости жизни. Он уже восемнадцать лет отслужил на флоте и до сих пор оставался помощником капитана. Многие уже давно капитаны кораблей, а некоторые командиры соединений, а ему почему-то не везёт. Ведь в начале всё казалось таким радужным. Тогда он мечтал о блестящей карьере. Ему сразу повезло, потому что после тестирования его отобрали в офицерскую учебку, которую он закончил с отличием. Однако по непонятной причине искин флота распределил его на старый эсминец, который постоянно ломался, и он как первый помощник капитана был вынужден постоянно заниматься его ремонтом и выбывать запчасти для него, которых уже не осталось на складах флота.

Непонятно, почему эсминец не списывают, когда почти все эсминцы этой серии уже давно списаны с флота. Только через три года службы корабль списали. После списания он думал, что теперь его ждёт назначение на капитанскую должность. Однако его вновь назначили помощником капитана на другой эсминец. На нём он прослужил пятнадцать лет, пока у капитана эсминца не закончился второй контракт, и тот не стал его продлевать. Вместе с капитаном эсминец покинула почти половина экипажа всё по той же причине — у них закончились контракты.

После ухода капитана его назначили исполнять обязанности капитана, и тогда он стал считать себя полноценным капитаном нового эсминца, который он должен был получить на верфи. Вот только на верфи его ожидало два сюрприза. Вначале ему вместо эсминца выдали ударный крейсер, а следом и нового капитана. Он отправил несколько жалоб командованию флота, что он всё время служил на эсминцах, но их даже не стали рассматривать. Прислали отписки и забыли. Ему оставалось два года до окончания контракта и для себя он уже решил, что не станет его продлевать. Требовалось как-то протянуть эти два года. Вот только с таким капитаном это сделать непросто.

Он посмотрел на зашедшего в рубку капитана и почувствовал запах вина. Опять напился. «Да, не везёт мне. Напьётся и из каюты носа не кажет. Нет бы вышел, поскандалил. Глядишь и сняли бы с капитанов», — подумал он. Капитан тем временем подошёл к большому экрану, открыл сообщение, полученное от командования флотом, и быстро прочитал его. После чего прочитал повторно, решив, что что-то неправильно понял. В сообщении говорилось:

«Внимание всем кораблям, находящимся в секторах пространства В-18, В-35. Станция «Оливия» подверглась пиратскому нападению и запрашивает срочную помощь».

Такой странный приказ он получал впервые. Точнее, это был не приказ, просто информационное сообщение. Вот только это засекреченное сообщение, и они находись в секторе В18. Что это значило — непонятно. Он вывел на панель систему с этой станцией и внимательно стал её рассматривать. Первый помощник капитана тоже успел прочитать сообщение и сразу всё понял.

— Что скажете, капитан? Это аграфская станция и нейтральный сектор. Там не наша зона ответственности.

— Знаю.

— Это не приказ. Мы не должны туда лететь!

— А что ты предлагаешь? Удрать, поджав хвост? Система находится рядом с нами.

— Мы не можем там действовать. Это не территория империи.

— Там пираты, напавшие на мирную станцию, и командование решило отправить нас туда, чтобы мы разобрались с тем, что там происходит.

— Там аграфская станция. У нас будут серьёзные проблемы с аграфами, если мы там появимся.

— Для решения этих проблем у меня есть ты. Вот ты и будешь разбираться с ними. Пилот, начинай разгонять крейсер для прыжка в эту систему. Всему экипажу боевая тревога. Занять места согласно боевому расписанию. Мы летим на помощь!

— Принято, капитан, — ответил второй пилот.

Взвыли сирены боевой тревоги по кораблю. Коридоры ударного крейсера заполнились бегущим экипажем.

— Капитан, это не разумно, мы не знаем, сколько там пиратов.

— Вот на месте и разберёмся. У нас новейший ударный крейсер, а не погремушка.

— Но экипаж не слажен. Мы меньше месяца вместе.

— Не бойся, мы на месте проверим экипаж в деле.

— Я не боюсь. Мы там потеряем новейший ударный крейсер, и вы будете в этом виноваты.

— Буду виноват — отвечу, но я считаю, что пора проверить броню этого крейсера в деле.

— Капитан, это ошибка, остановитесь, пока не поздно.

— Пристегнись. Жалобы на меня ещё успеешь настрочить. Знаешь, помощник, почему ты никогда не станешь капитаном?

— Я уже был капитаном.

— Потому что ты трус, Финли.

— Трусость и осторожность — это разные вещи, Хади, — помощник знал, что капитан не любит это сокращение его имени, но специально назвал его так. Полное имя капитана — Хадигард и помощник это отлично знал.

Капитан в ответ никак не прореагировал на эту провокацию.

— Пилот, сообщи на базу, что мы разгоняемся для прыжка и летим на помощь аграфам.

— Принято, капитан.

Вскоре крейсер ушёл в гиперпространство, и капитан сразу после этого покинул рубку. Первый помощник отменил боевую тревогу и также покинул рубку.

— Тупой придурок. Болван, — он крыл капитана подобными эпитетами, всё время пока шёл к себе в каюту. — Этот болван, похоже, так ничего и не понял. Ведь не просто так командование не отдало прямой приказ лететь туда. Наверняка аграфы попросили помощи и не прореагировать на просьбу командование не могло, но и отправлять им помощь не хотело. Тогда они отправили это сообщение. Вроде бы они прореагировали, но всё на усмотрение капитанов. Однако не могли представить, что этот болван всё поймёт прямолинейно и полетит туда. Вот зачем мне всё это? Мне осталось дослужить всего два года и потом почётная отставка.

Капитан зашёл к себе в каюту, привычно повесил китель на спинку кресла и посмотрел в зеркало.

— Вот так. Говорили мне, что мне не повезло с первым помощником, но не думал я, что так, — сказал он своему отражению в зеркале. — Он трус! Привык на своём эсминце по всяким щелям прятаться и удирать, едва обнаружится на радаре пиратский крейсер. Ничего, я из тебя сделаю нормального боевого офицера!

Он налил себе немного вина в бокал и залпом выпил. Впрочем, сейчас не время для вина, и он отодвинул бутылку. Скоро он начнёт мстить и должен быть предельно собран и трезв. Он прошёл долгий и тяжёлый путь, и теперь он — карающий меч мщения. На базе флота он специально выбрал этот сектор пространства, чтобы проверить, как действует экипаж в боевых условиях. Вот только все местные пираты как вымерли, а ему очень был нужен хоть какой-нибудь дохленький пират, чтобы проверить экипаж в деле. Ведь часть экипажа была с эсминца, часть с флотской учебки без боевого опыта, и только четверо пришли вместе с ним с крейсера, где он раньше служил первым помощником капитана. Требовалось сделать из них ударную боевую машину, когда они и корабль — единое целое.

В рубке, когда он увидел сообщение на экране, не поверил своим глазам. Мысленно поблагодарил родителей за этот подарок. Ведь они уже целый месяц находились в свободном поиске и скоро должны вернуться на базу, а он так никого и не встретил. Вот оказывается, почему их не было — они готовились к нападению на станцию. Только сообщение от командования немного смущало его. Почему не было прямого приказа? Скорее всего, система хотя и значилась как ничейная, но станция там была аграфов, и они не хотели, чтобы кто-то совал нос в их дела.

Об этой станции ходили нехорошие слухи. Болтали, что аграфы там занимаются экспериментами над хуманами. Он не верил этим слухам. Вероятно, эти слухи основаны на том, что аграфов многие недолюбливают. Однако один раз в баре его однокурсник по офицерскому училищу рассказал, что они решили проверить транспортник, летящий на эту станцию, и в трюме у него обнаружили криокапсулы. Пилот транспортника тогда утверждал, что не знал, что перевозит. Через несколько месяцев он поинтересовался у приятеля, чем там всё закончилось, но он ничего не знал или делал вид, что не знал. Оказалось, СБ засекретило всё связанное с этим делом.

Он никогда не боялся хороших драк, но ситуация с аграфами его немного нервировала. Он не знал, как с ними поступить. Был бы приказ, всё было бы гораздо проще.

Однако по непонятной причине командование поступило так, как поступило, предоставив ему возможность самому сделать свой выбор. Кроме того, была опасность, что это ловушка. Вот только в это слабо верилось. Крейсер не должен был находиться там, где находился. Капитан на свой страх и риск принял решение слетать туда. Это была только его тайна. Он никому из экипажа не сказал, по какой причине они почти сутки провисели в той системе. Он посмотрел на обратный отсчёт. Как же быстро пролетело время. Пора! Застегивая на ходу китель, он направился в рубку. Все уже заняли свои места согласно боевому распорядку.

На экране искин отсчитывал последние секунды.

— Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один. Все щиты на нос. Готовность по команде открыть огонь головными калибрами.

— Принято, капитан, — ответил первый пилот.

— Выход!