Глава 6. Лучшая новогодняя ёлка

Мне бы подстегнуть лошадь и умчаться отсюда, пока меня не заметили, но я боялась, что кто-то пострадает, – вокруг было так много людей. Да ещё мой сбежавший сурикат неизвестно где. Я заметила слева пустой экипаж миссис Берч, а значит, моя опекунша с дочерью уже внутри. И судя по всему, Сват тоже.

Придётся войти в ратушу, чтобы забрать непослушного зверька домой.

Я раздражённо скрестила руки на груди, на размер которой граф при всех нахально обратил внимание, и следила, как Белянка, цокая копытами, топает прямиком к лестнице. При виде столичного гостя все расступались, некоторые горожане даже кланялись, а слуги поспешили отогнать экипаж, освобождая место вне очереди.

Клоуфорд лениво бросил поводья человеку в ливрее, а сам протянул ко мне руки.

– Спускайтесь, мисс Рилесс.

– Ни за что, – покачала я головой. – Я приму помощь от любого другого, но не от вас.

– Вы не оставляете мне выбора, – заявил этот нахал и дёрнул меня за ногу.

Вскрикнув от неожиданности, я соскользнула с дамского седла и рухнула к нему в объятия. По губам Клоуфорда скользнула победная улыбка.

– Второй раз за день вы оказываетесь в моих руках, – тихо сказал он.

– И оба раза не по своей воле, – холодно парировала я и гневно потребовала: – Отпустите. На нас все смотрят!

«А если увидит Ирма, то придушит меня подушкой этой же ночью!»

Я уже придумала парочку угроз, как граф неожиданно послушался и аккуратно поставил меня, но руки не отпустил. Положив мою кисть себе на предплечье, прижал её ладонью.

– Не вздумайте сбежать.

Я лишь хмыкнула в ответ, планируя сделать это при первой же возможности. Но сейчас была вынуждена, улыбаясь, неторопливо подниматься по лестнице к распахнутым дверям ратуши. Как только мы оказались наверху, кто-то воскликнул:

– Смотрите! Снег идёт!

Я запрокинула голову и, заметив кружащие в темноте вечера ослепительно-белые снежинки, радостно потянулась к ближайшей, чтобы поймать на счастье.

– Поцелуй! – вдруг потребовал мужчина, следующий за нами.

Раздались одиночные хлопки, перерастающие в аплодисменты, и я попятилась, но граф держал крепко. Повернувшись ко мне, мужчина ослепительно улыбнулся, ярко-голубые глаза его насмешливо заблестели.

– Неужели в Лумине до сих пор принято целоваться у дверей ратуши во время первого снега? Вам невероятно везёт, мисс Рилесс!

– Только посмейте – и попрощаетесь с носом! – пригрозила я.

– Я сделаю это, даже если под вашей шубой скрывается целая стая грызунов, – ехидно ответил Клоуфорд. – Поскольку уважаю традиции и готов поплатиться за это.

Он наклонился, и я порывисто отвернулась, тут же ощутив, как к щеке прикоснулись тёплые губы, а кожу пощекотала бородка мужчины. Сердце заколотилось словно сумасшедшее, а перед глазами поплыли разноцветные пятна.

Мой первый поцелуй…

Этот хам украл его!

– Эй, я всё видел! – засмеялся следующий за нами мужчина. – Девушка схитрила!

Я даже ответить была не в силах, потому что вспоминала, как дышать, и перебирала в мыслях все возможные кары, которым подвергну бесцеремонного графа.

– Не судите строго, она смущена, – пояснил Клоуфорд и повёл меня внутрь ратуши, а следующая за нами пара подарила толпе настоящий поцелуй, если судить по аплодисментам, свисту и восторженным крикам.

Граф скинул пальто, а помогая мне снять шубку, наклонился и шепнул:

– Не говорите, что до меня вас ни разу не целовали.

Я судорожно дёрнулась, не зная, куда деваться от охватившего меня жара, а голубоглазый хам рассмеялся, сильнее сжимая мою кисть.

– Что же… – Положив ладонь другой руки на мою талию, сразу же повёл меня в танце. – Должен заявить, что очень приятно быть первым.

Мы закружились среди других пар, а я, прищурившись, смотрела в глаза человека, который полностью испортил мне праздник. Мечтая отомстить за всё, что случилось по вине графа, ледяным тоном поинтересовалась:

– Вы всегда так в себе непробиваемо уверены, или сегодня у вас обострение? С чего вы решили, что это мой первый поцелуй? Потому что я смутилась? А разве девушка должна радоваться, что к ней на виду у всех пристаёт человек, которого она ненавидит?

Улыбка его растаяла, глаза сузились.

– Ненавидит?

«Что? Не нравится? Никто так не говорил до меня?» – порадовалась я.

– Удивлены? – приподняла брови и окинула зал быстрым взглядом в поисках маленького юркого зверька. – Подумайте сами! В первую же встречу вы предложили девушке уединиться…

– Вы сами бросились мне на шею, – с лёгким раздражением напомнил он. – Глазки мне строили.

– Я поскользнулась! – воскликнула я. – И это правда. Глазки вам строила Ирма, но вы решили, что понравились мне. Ошиблись девушкой, граф. Я предпочитаю скромных и достойных молодых людей, которые не считают себя центром мира!

– Вот значит как? – процедил он и остановился. Поклонившись, бросил, не глядя на меня: – Сожалею, что доставил вам столько неприятных минут. С наступающим праздником, мисс Рилесс.

Круто развернувшись на каблуках, он исчез в толпе любующихся танцами. Мне подумалось, что я немного переборщила с язвительностью и болезненно задела его гордость. Ведь на самом деле Клоуфорд ничего плохого мне не сделал. Да, он тоже много чего лишнего наговорил.

Но танцевал мужчина изумительно!

Вёл так легко и непринуждённо, предугадывая каждое моё движение, что я впервые не боялась наступить партнёру на ногу. Кажется, это был самый прекрасный танец в моей жизни…

Решив как-нибудь при случае поблагодарить Клоуфорда и извиниться за излишнюю резкость, я побежала на поиски непоседливого суриката.

– Сват, – шептала, заглядывая в каждый укромный уголок. – Сват, иди ко мне…

Но вдруг музыка смолкла, и пары остановились.

– А сейчас губернатор выберет лучшую ёлку среди тех, что вы привезли с собой на праздник!

Гости потекли живой рекой к небольшому возвышению, на котором сверкала золотистыми игрушками ароматная лесная красавица. А в её подножии стояли искусные поделки, среди которых и будет разыгран ежегодный ценный приз. Исполнение желания!

Я знала, что миссис Берч привезла вязаное деревце и искренне рассчитывала на победу, а значит, она с дочерью будет у возвышения. Мне же следовало держаться подальше. Но, опасливо обернувшись, я застыла на месте.

В ряду ёлочек, исполненных из бумаги, ткани, ниток и даже камней, неподвижно стоял мой сурикат! В пасти он держал позолоченную звёздочку, а в каждой лапке – по сверкающему шарику.

– О нет… – простонала я.