Ася

Независимость и самодостаточность Аси породили у её коллег твёрдое убеждение, что она бунтарка по духу. На самом же деле, она никогда не бунтовала из глупого принципа "а Баба-Яга против". Но если она не была согласна с чем-то, то тут уж даже мнение большинства не могло послужить для неё авторитетом.

Во время знаменитой акции после расстрела редакции французского сатирического журнала, когда все её коллеги нацепили футболки с названием издания в контексте "я - это они, они - это мы", Ася отказалась сделать то же самое.

- Ты что, - с ужасом спросила её главная редакторша, - поощряешь терроризм? Ты радуешься этому массовому расстрелу журналистов?

- Я не поощряю терроризм и не радуюсь расстрелу, - спокойно отозвалась Ася. - По-человечески мне безумно жаль погибших и их семьи. Но я не собираюсь носить футболку с названием их журнала, потому что он сам по себе - воплощение пошлости и дурного вкуса. Он вульгарен. На чувства террористов лично мне глубоко наплевать. А вот на чувства других людей, которые ни в кого не стреляли, но тоже стали героями их мерзких карикатур...

- Только примитивные и ограниченные люди не видят глубокого смысла в этих карикатурах... - с пафосом начала было главредша, но Ася перебила её, рассмеявшись прямо в лицо. Она вообще никого и никогда не боялась.

- Да нет там никакого смысла. Просто вам всем ну очень уж хочется его увидеть, - отрубила она. - По сути же эти рисунки - не лучше картиночек в журнале "Крокодил", где топорно обличались человеческие пороки. Вот лежит пьяница в луже, а рядом валяется свинья - всё на поверхности, никаких скрытых слоёв. Отвратительно...

После этого случая об Асе потом ещё долго сплетничали в кулуарах, но ей было глубоко наплевать. Она знала, что является для редакции крайне ценным, практически незаменимым сотрудником, и они не станут её наказывать.

Постоянного любовника после развода она так и не завела, однако частенько завязывала на светских тусовках знакомства со звёздами, которые время от времени перерастали в романы на одну ночь.

В редакции же ей всегда готов был подставить своё дружеское плечо (не совсем, впрочем, дружеское... и вовсе не плечо) спортивный журналист Пашка. Он уже пару лет неровно дышал к Асе, но не мог предложить ей ничего серьёзного, поскольку был давно и прочно женат, воспитывая двоих детей.

"Ничего личного, просто секс", - смеялась над их отношениями Ася, и, похоже, так это и воспринимала. Для Пашки же было немного обидно и странно такое поведение - ему казалось, что если он сгорает от любви и страсти, то Ася и подавно должна сходить от него с ума.

Однажды, сразу после очередного страстного совокупления прямо на Асином столе в её персональном кабинете, она невозмутимо вытерлась влажными салфетками, подняла с пола упавшие трусики с юбкой, натянула их обратно и немедленно закурила в открытое окно.

- В тебе совсем отсутствуют такие черты, как романтичность и сентиментальность, - отдышавшись, укоризненно заметил Пашка. Ася тем временем уже принялась кому-то звонить, словно забыла о его присутствии.

- Такое ощущение, - с досадой продолжил он, - что ты меня тупо для разрядки используешь.

Ася усмехнулась, не выпуская изо рта сигарету и продолжая тыкать в кнопки телефона:

- Прямо как в анекдоте про искусственное осеменение коров, знаешь - "а поцеловать"?

- Не, ну нельзя же так, ёлки-палки! - возмутился Пашка. - Я человек или корова?

Ася приложила палец к губам, давая ему знак заткнуться.

- Я лишь хотела уточнить, - сказала она в трубку, - насколько это важное мероприятие и обязательно ли ехать мне лично... может быть, послать кого-то из наших корреспондентов?.. У меня приглашение на два лица... Что?.. Поняла, ладно.

Она отключила телефон и с раздражением процедила сквозь зубы:

- Чёрт знает что!

- А что случилось? - заинтересовался Пашка.

- Да какая-то частная вечеринка... нужно взять интервью у одного парня, восходящей звезды питерского цирка... И сделать это должна непременно я. Тьфу ты, с детства ненавижу цирк. Надеюсь, эта восходящая звезда - хотя бы не клоун.

- Возьми меня с собой! - загорелся Пашка. - Я слышал, что у тебя есть два приглашения на эту вечеринку.

- Отвали, - отмахнулась она. - Твоя миссия в моей жизни на сегодня исчерпана. Дуй домой - к жене и детям! А я лучше подругу с собой позову. Хоть выпьем и пожрём на халяву.

- Какая же ты всё-таки сука, - пробурчал он негромко.