26 Ночной переезд 2

Стелла

Тихое вибрирование в стороне отвлекает и мы оба поворачиваем голову в ту сторону. На экране девушка с темными прямыми волосами и в очках. Ванесса. Сестра. "Сестра" — сестра или "сестра" — отмазка для меня.

— Мне надо ответить, — шепчет и тянется к мобильному.

Разочарованно выдыхаю и убираю руки от Бруклина. В ответ даже в темноте ловлю сомневающийся взгляд. Словно могу услышать больше, чем надо. Но фигушки я уйду. Сама.

Бруклин проводит большим пальцем по экрану, отвечает на вызов и тут же подносит телефон к уху. Чтобы ни один бит информации не просочился и не дал мне повод для размышлений.

— Привет, Несс, — негромко отвечает, поглаживая одновременно большим пальцем второй руки кожу на бедре. — Да, все хорошо. У нас ночной переезд и сейчас два часа ночи. — Слышу женский голос в ответ. Но он такой тихий, что разобрать слова не могу. Она что-то ему рассказывает, а он расплывается в такой улыбке словно он так долго чего-то ждал и это наконец произошло. Резко взгляд на меня. По распахнутым глазам понимаю речь обо мне или по крайней мере о ком-то рядом с ним. — Нет, — отводит стыдясь себя глаза, — давай не будем об этом.

Так значит. Моя интуиция не может дать такую осечку. Знаю, что про меня. Знаю, что меня будто нет сейчас рядом на его коленях. Знаю, что кто-то сейчас поплатится за это.

Кладу руку ему на грудь и скольжу вниз. Специально медленно. Специально, чтобы прочувствовал, что с ним кто-то есть.

В темноте нащупываю пуговицу на брюках и лёгким движением освобождаю металлическую брендовую кнопку от удавки. Бруклин продолжает о чем-то говорить, а мне уже плевать.

Знаю, что смотрит на меня. Чую, что уложил бы меня тут на сидениях будь мы одни. Тяну за берунок молнии на ширинке. У него нет шанса сбежать. Особенно от разговаривающий без умолку сестры.

Запускаю руку ему в боксеры и нащупываю Бруклина-младшего, с которым мы уже встречались прошлой ночью.

Кадык парня нервно дёргается от моего лёгкого поглаживания. Сильнее сдавливает пальцами бедро. То ли хочет остановить, то приказывает не останавливаться.

— Несси, давай поговорим, когда у меня будет день. Все спят в автобусе мне неудобно, — пытается от нее отделаться, чем вызывает только смешок от меня. Приходиться приподняться, чтобы спустить его брюки вниз. Женский голос будто не слышит его и продолжает щебетать что-то рассказывая.

А я хочу забить в его мозгу другую связь. Чтобы каждый раз разговаривая с ней, вспоминал, что меня. Как я слезла с его колен и села перед ним. Как влажным от слюны ртом обхватила его и скользнула по всей длине, надавливая языком на венку.

— Здорово, я так рад за него, — дежурными фразами пытался закончить разговор, пока я окунала его в себя. И, судя по размерам, ему это чертовски нравилось. — Все, я не могу больше говорить, передавай привет родителям. Целую тебя.

Бросает телефон на сидение и зарывается пальцами мне в волосы. Пропускает пряди между волос, чтобы стянуть их и сильнее надавить на голову.

Хотела бы услышать его хрипловатый стон сейчас, но знаю, что это слишком дорогое удовольствие.

Помогаю себе рукой, двигая пальчиками то вверх, то вниз. А сама отпускаю член и касаюсь губами кожи на животе. Оставляю языком влажную дорожку. Он должен заполнить эту поездку и мучаться без меня каждый раз когда будет кататься на заднем сидении любого транспорта. Хочу чтобы у него все стояло и рвало ширинку только от одного вида автобусов.

Сам направляет мою голову заставляя взять в рот и сам же не понимает, что уже на крючке. Ускоряю движение рукой, чувствуя как он ещё больше увеличивается в размерах и наполняет сладким ядом мой рот. Проглатываю, облизывая губы, и поднимаю глаза.

Бруклин с закрытыми глазами, откинув голову на подголовник, часто дышит. Усмехаюсь, понимая, что эффекта я добилась.

Когда поднимаюсь, распахивает глаза и буравит своими. Тянет за кончики кудряшек к себе, чтобы шепнуть в губы:

— Знаю это звучит глупо, но останешься у меня?

— Бруклин, — тихо смеюсь в ответ, — нет. У тебя, конечно, места больше, но это лишнее. Ты же помнишь, о чем мы договаривались.

Оставляю лёгкий поцелуй на губах и, поправив платье, возвращаюсь к себе на сидение.

Сжимаю губы до боли и закрываю рот ладошкой, чтобы никто не услышал, как мне хочется плакать. Выть. Как больно внутри. Как мечтаю сделаться невидимкой и исчезнуть из автобуса.