37. Всё неправильно

Стелла

— Ты что тут делаешь? — говорю так тихо, чтобы не проснуться или мираж не растворился.

Бруклин вытягивает губы вперед и довольно улыбается.

— Хотел позвать тебя в тур по Мексике, а ты тут оказывается валяешься и отдыхаешь. Видите ли устроила себе внеплановые каникулы.

Кажется, он все знает иначе не был бы таким довольным.

— Знаешь, автобусные туры очень утомительны, — закатываю глаза, — спина затекает жутко.

- Почему не рассказала? — кивает на живот и переводит взгляд на глаза.

Как же я скучала по этим марианским впадинам. Смотрит не отрываясь.

— Не хотела вмешиваться в твою семью.

— Если бы ты не злилась, а разблокировала меня, то так бы не говорила.

— Бруклин… — выдыхаю, понимая, что он прав и я просто не успела.

— Я не знаю, что ты там себе напридумывала, но уверен это эпизод из середины Санта-Барбары. Да, у меня есть ребенок, и я не обязан был рассказывал тебе состав своей семьи. Но, если бы открыла сообщения, то узнала, что я живу со своими родителями и сестрой, которые помогают мне воспитывать и смотреть сына. Один бы я не справился.

— Я не хочу быть четвертым лишним, когда появится мама твоего сына.

— Она умерла. При родах. Ее нет. Она никогда не появится. — Опускает глаза и я чувствую, как дрожат его руки. — Да, я ее помню и я ее любил сильно. Я даже к ребенку своему не мог долго подходить, потому что не мог простить ему то, что она ушла. Но там в Европе понял, что жизнь идёт дальше. И у нас на пути встречаются испытания, которые мы должны преодолеть. А потом люди, которые как награды даются за всю победу со своими страхами и болью.

— Я не знала, — поджимаю губы и сама готова расплакаться.

— Теперь знаешь, — пожимает плечами и смотрит в глаза. — Скажи, в какой момент нашего знакомства я должен был вывалить это на тебя? Ты приехала отдыхать, зачем тебе знать драму моей семьи?

— Я тебе рассказала про свою семью.

— Да, но твоя трагедия она в прошлом и научилась жить с этим. Как ты говорила: “Они всегда тут”, - прикладывает кулак к сердцу. — Но моя еще со мной. И всегда, когда смотрю на сына, мне больно. — Вижу, как ему больно и тяжело, потому что знаю, что такое терять близких. — Поехали со мной?

Вот так просто. Предлагает перевернуть жизнь, не давая гарантий.

— И оставить все тут?

— Тебе есть что оставлять?

— Тут у меня тетя, учеба, дом, друзья.

— С учебой мы что-нибудь придумаем, тетя уверен будет за тебя рада, дом можно продать, а друзей найдешь новых, да и со старыми можно общаться.

— Если я не понравлюсь твоим родителям?

— Если понравилась мне, значит понравишься и им.

— У тебя все так просто, Бруклин. То есть я должна все бросить и уехать неизвестно куда?

— Ты же не хотела ничего заканчивать там, в аэропорту? — Поджимаю губы и качаю головой из стороны в сторону. — Давай так, я познакомлю тебя со своим сыном и сестрой. Они развеят твои сомнения.

— Почему я должна согласиться?

— Потому что я хочу, чтобы ты была со мной, и потому что ты беременна от меня. — Вскидывает бровь, молча ожидая подтверждения.

— Да, оказывается нельзя было пить и заниматься сексом. Таблетки дают осечку.

— Давай я познакомлю тебя со своей сестрой и сыном. Они приехали со мной.

— Бруклин, это как-то… неправильно что ли. Люди встречаются, влюбляются, женяться, потом заводят детей. А не встречаются, заводят детей, а потом все остальное.

— Когда у тебя все было правильно? Может когда мы через полгорода шли, чтобы рассмотреть Берлинскую стену, или когда чуть не опоздали на автобус, или когда решили переспать без отношений? Ты мне нравишься и, если бы не сбежала тогда в аэропорту, я бы предложил тебе встречаться и дальше.

— Если вдруг я потеряю ребенка?

— Не думай об этом. Скажу тебе честно, я боюсь больше. Я потерял уже одного дорогого мне человека при родах, вторых родов я боюсь еще больше.

— Вы были женаты?

— Нет, не успели. Хотели после родов. — Усмехается и переплетает наши пальцы. — Выйдешь за меня?