Глава 16
Флора часто заморгала. Затем сглотнула и помотала головой, забыв, что обещала быть послушной. Это ещё зачем?!
Дракон хмыкнул. Сильные руки легли ей на плечи, усаживая на гладкий борт.
Сам же Летон опустился перед ней на высушенное дно ванной.
- Не заставляй меня повторять дважды, детка, - хрипло сказал он. - Я итак на взводе.
- Но, зачем…
- Я обещал, что сам подготовлю тебя, помнишь? А ты обещала слушаться. Ну же, раздвинь ножки. Дай посмотреть на тебя.
Если она сделает, как он просит… Ведь напротив его лица окажется самое… самое… Фло не знала, куда деваться от стыда. Даже при полном отсутствии опыта она понимала, что вряд ли это… передача эта, чтоб её!.. делается таким образом.
- Флора, - в голосе Летона зазвенел лёд. - Я не сторонник игр в наказания в постели, но, если не сделаешь, как я сказал, клянусь, гореть твоей сладкой заднице.
Чувствуя себя бесстыжей, развратной и вообще падшей, Флора медленно развела ноги в стороны и попыталась свести их снова, когда в руке дракона сверкнуло что-то металлическое. К своему ужасу, она узнала в этом предмете опасную бритву! Только какую-то сверкающую, словно изо льда!
Что он собирается делать?!
Дракон удержал одно её колено свободной рукой, и Фло чудом не соскользнула с бортика прямо ему на колени.
- Спокойно, детка. Я не собираюсь причинять тебе боль, - тихо сказал Летон, припадая губами к её коленке.
- А… это зачем…
Её вынудили развести коленки снова.
Пальцы Летона прошлись по золотистым завиткам, отчего внутри всё замерло, а по коже прокатилась волна мурашек.
- Я всего лишь хочу избавить тебя от этих милых кудряшек. Предпочитаю девушек без единого волоска на теле.
Флора зарделась. С тем, что касается волос на ногах и подмышках, она, конечно, расставалась без сожаления и регулярно. Но… брить там… зачем?!
- Можно… я сама? - тихо спросила она, чувствуя себя донельзя глупо.
Дракон широко ей улыбнулся.
- Не-а, - покачал он головой и признался: - Всегда хотел попробовать.
Флора вспыхнула.
Она затаила дыхание, когда он наносил густую ароматную пену. Ноздри защекотал запах свежести.
- А теперь, главное, не дёргайся, детка, - хрипло сказал дракон.
Фло замерла.
Прикосновение прохладного лезвия к коже. Медленное шершавое скольжение. Вид головы дракона, что склонился над её бесстыдно распахнутыми ногами. Чёткие, выверенные движения его пальцев…
Всё это было таким бесстыжим, таким развратным, таким… восхитительным что дыхание её потяжелело.
- М-м, - Летон отнял руку с бритвой и легонько провёл пальцем между нежных складочек. К щекам хлынул жар от осознания, как влажно у неё там стало… Это так и надо? Да что это с ней?!
- Да ты совсем грязная девчонка, детка, - прошептал дракон и медленно облизал свой палец. - Признайся, тебя это заводит…
- М-м… А-ах, - выдохнула Фло, когда палец его скользнул вглубь снова и нежно потеребил невероятно чувствительное местечко. Она и не подозревала о существовании такого в своём теле. - Я не… Я не… А-ах! Я не ожидала ничего подобного…
- Мы только начали, - подмигнул дракон, коротко припал губами к коленке и принялся орудовать бритвой снова.
Фло что есть силы вцепилась в борта ванной, когда он приоткрыл нежные складочки, провёл опасным лезвием с внутренней стороны.
Коктейль ощущений - опасности, бесстыдства, беспомощности и собственной развратности - был обжигающим, хмельным, невероятно возбуждающим. Тело вдруг наполнилось лёгкостью и звоном, пальцы на ногах поджались, хватка рук, которыми цеплялась за борт ванной - ослабла.
Дракон успел подхватить её в последний миг, прежде чем она соскользнула с бортика. Хрупкое тело содрогалось от крупной дрожи, чёрные зрачки затопили изумрудную радужку… Губы приоткрылись, хватая воздух.
Это длилось несколько долгих мгновений, а потом она обмякла в его руках, склонила белокурую головку на его плечо.
- Как?! - только и мог вымолвить дракон. - Ну ты быстрая, детка…
- Я… Я не думала, что оно так бывает, - прошептала она сыто и виновато одновременно. - Я вообще не поняла, что это было…
- Ты - чудо, - прошептал Летон, поднимаясь и подхватывая её на руки.
Он сам слабо понимал, как такое возможно, но несмотря на собственный каменный стояк и чувство болезненного распирания внизу, ощущал нечто вроде облегчения.
Раньше он особо не задумывался об удовольствии партнёрш. Нет, оно было всегда, чем-то самим-собой разумеющимся, естественным и лестным для его самолюбия… но сейчас…
Когда эта хрупкая беленькая девочка с зелёными глазами и белоснежной кожей осела прямо ему на руки, так доверчиво и открыто содрогалась от оргазма в его руках… Оргазма, которого достигла от одних лишь его прикосновений, Летона буквально затопило от противоречащих чувств, ощущений, эмоций… Дикого, кипучего желания и какой-то лихорадочной, исступлённой нежности.
Драконы не чувствуют. Драконы - господа мира. Драконы - высшая раса, сотканная из стали и магии… Драконы выше любых проявлений слабости…
Какими же глупыми и неестественными казались ему незыблемые постулаты родного мира, когда он нёс, прижимая к груди, хрупкую фигурку наверх. Как у него замирало сердце, когда она, в блаженной полудрёме, доверчиво прижималась к его груди, когда обвивала тонкой рукой его шею…
Он опустил её на кровать и отстранился, наслаждаясь зрелищем. Тоненькая обнажённая фигурка, светлые локоны разметались по чёрным простыням.
Опираясь на локоть, Летон провёл пальцами по нежной щеке, едва касаясь, обвел подушечкой большого пальца вокруг искусанных, распухших губ… Она доверчиво приоткрыла свой розовый ротик и он выпил её дыхание, чувствуя, как жгучая, обжигающая жажда, что переполняет его, становится нестерпимой. Она здесь, в его руках, в полной его власти, доверчивая, открытая… Эта её доверчивость распаляла больше всего.
Летон накрыл губами бледно-розовый бутончик соска, понежил его языком.
- А-ах, - она задрожала, обхватывая его голову руками, выгибаясь ему навстречу.
Робкая ласка её маленьких пальчиков пьянила, а тихие стоны и вовсе сводили с ума.
Он втянул губами второй сосок, первый же продолжил ласкать пальцами, сжимая и оттягивая и она завозилась под ним, захныкала, инстинктивно распахивая бёдра.
Когда он прекратил терзать её грудь, она разочарованно всхлипнула. Летон усмехнулся: кто бы мог подумать, что в этой хрупкой человеческой девчонке столько страсти и нетерпения.
- Ещё, - робко выдохнула она и он проложил дорожку из поцелуев по нежному впалому животу.
- А-ах, - она выгнулась, сминая пальцами чёрные простыни, когда его язык скользнул между нежных складочек и коснулся бесстыдно влажного, набухшего бугорка.
Фло попыталась свести ноги вместе, остатки стыда и рассудка твердили, что так неправильно, это слишком… слишком интимная ласка, но прокатывающиеся по телу сладкие волны рвали стыд в клочья, обессиливали, утягивали всё глубже и глубже в пугающую своим бесстыдством пропасть.
- Тише, девочка, - его тёплое дыхание облизало самое чувствительное местечко, и она всхлипнула, сжимая простыни.
Умелые пальцы уверенно развели нежные складочки, чуть натягивая кожу и нахлынувшая волна желания захлестнула с головой. Дракон тихонько подул на бесстыдно обнажившийся влажный бугорок, и когда Фло выгнулась в его руках, накрыл чувствительное местечко губами, принялся посасывать и нежить языком.
Фло растерянно ахнула, когда кончик языка дракона вдруг опалил льдом. В следующий миг ледяной укус сменила хмельная горячая влага.
Она дрожала, билась в сильных руках, прижимающих к постели её бёдра, ахала и стонала в голос, когда самые интимные, самые откровенные ласки, которые только можно себе представить, кусались морозцем или сводили с ума жаром.
- А-ах! А-аа! Летон! Летон…
Тяжело дыша, дракон подводил её к вершине, но взобраться туда не давал, укусом льда отбрасывал обратно. Она инстинктивно пыталась поднять бёдра ему навстречу, насадиться на терзающий её язык, потереться местечком, в котором собралась вся её суть… Но он, усмехаясь, отстранялся и по щекам её тянулись влажные дорожки от бессилия.
Она снова и снова хныкала, всхлипывала, умоляла.
- А-ах! Пожалуйста! Пожалуйста! Ещё! А-ах! Ещё-о! Сильнее, пожалуйста, совсем чуть-чуть сильнее… Ну, пожа-алуйста…
Но дракон был безжалостен. Снова и снова дразнил, в самый последний момент сменял одну ласку на другую и Фло обиженно закусывала губу и мотала головой из стороны в сторону.
Сдерживая себя из последних сил, он думал лишь об одном: принять дракона, особенно в первый раз… Тем более для такой хрупкой девочки… Только от него зависит сейчас, как она запомнит это ночь. Встретит ли его утром с благодарной улыбкой, или наоборот, отведёт взгляд…
Наконец, скорее ощутив, чем поняв, что от накатывающих волн желания сознание Фло подёрнулось дымкой, он подтянулся на руках и завис над ней.
Она всхлипнула, когда между разведённых ног упёрлось что-то огромное, горячее, пульсирующее.
- Разведи ножки шире, детка, - хрипло приказал он. - И дай мне свои губы.
Она подчинилась, чувствуя, как от того, что разводит ноги шире, низ живота пронзает первым долгожданным сладким спазмом.
Но вот дикое, невероятное желание сменилось чувством распирания изнутри.
Фло слабо вскрикнула и дракон выпил её крик, скользнул языком в рот, принялся совершать ритмичные поступательные движения, вынуждая посасывать его. От этой ласки и собственной покорности желание вернулось с новой силой, захлестнуло, завертело, зашвыряло, как щепку по волнам в бурю.
Балансируя на грани возбуждения и невероятной силы разрядки, она закричала, когда дракон принялся двигать бёдрами.
Мимолётное чувство страха и ощущение распирания изнутри сменило оглушающее чувство растворения, проваливания в мир, причём сразу во все стороны, стремительного полёта каждой своей частицы, ввинчивание в плотное, загустевшее пространство.
На какое-то время она просто перестала существовать, распалась на атомы, исчезла, наполняя собою мир.
Пришла в себя от горячих, настойчивых поцелуев дракона, который всё ещё находился в ней и стоило ей снова обхватить руками его могучую шею и ответить на поцелуй, с полурыком-полустоном забил бёдрами снова.
И вновь тело практически сразу пронзила огненная, всесокрушающая стрела желания, снова она провалилась в мир, сразу во все стороны… Сознание её чья-то невидимая рука вздёрнула высоко-высоко, и она с изумлением прислушалась к крикам и стонам, раздающимся снизу, в которых узнала свои собственные.
Он снова привёл её в себя поцелуями, а потом одним рывком перекатился на спину, так, что она оказалась распластана на его широкой груди. Выдохнув, приподняв и чуть раздвинув её ягодицы, забил бёдрами снизу, вколачиваясь в нежное податливое тело, наполняя его снова волшебным звоном, легкостью, хмельной негой.
Флора давно потеряла счёт времени, давно перестала находить себя в пространстве.
Она исчезла, растворилась окончательно, осталась только в ощущениях, жарких, пылких, кипучих, полных невероятной нежности и обжигающего, неистового пламени.
А когда и ощущения закрутились в каком-то радужном водовороте, растворяясь и исчезая в мерцающем разноцветном свете, Фло провалилась в сон.
Ей снилось, что она сидит на залитом солнцем лугу, лёгкий тёплый ветерок треплет её волосы, нос щекочут ароматы прелых луговых трав и нежные ноты цветов. Свет сразу двух солнц ласкает лицо, заставляет губы растягиваться в улыбке.
И рядом с ней Летон. Обнажённый, как и она… Умытый рассветом, окружённый ореолом первых солнечных лучей. Он что-то говорит ей, что-то нежное, весёлое и она смеётся. И у неё как будто есть что-то для него. Что-то, что нужно ему отдать, она знает, это просто жизненно необходимо. Но что это? И как это сделать?
Она складывает ладони лодочкой и в углубление тут же стекается свет. Он щекочет, искрит, покусывает за пальцы. Она привстаёт на колени и разрывает ладони над головой дракона, опрокидывая на него этот светящийся, струящийся поток.