Глава 32
Тамир понял, что не выдержит. Не в силах дождаться вечера.
Он посмотрит на неё, буквально одним глазком, сверху. Даже оборачиваться не будет. Больше не позволит этому сводящему с сума желанию ослепить себя. С этих зануд станется опять разныться о каких-то нелепых чувствах гринки, которые непременно надо беречь. Не хватало, чтобы они вздумали ещё раз отодвинуть «расписание». Больше он на это не поведётся.
Дракон сделал круг над Зелёным корпусом, затем приземлился на одну из смотровых площадок и немигающим взглядом уставился вниз. Вон сверкающие в солнечных лучах двери разъехались в стороны, выпуская хрупкую фигурку в зелёном. Она замешкалась, не спешит спускаться с лестницы.
Маленькая, тоненькая, беззащитная.
В груди неприятно шевельнулось. Как каждый раз, когда видел её или думал о ней.
Захотелось камнем броситься вниз, подхватить её, такую маленькую, хрупкую, унести далеко-далеко… укрыть, запереть, спрятать, наконец, от всего мира! Этот её невинный взгляд, розовые губки, юное упругое тело… всё это должно принадлежать ему, ему одному. Но самое главное - её доверие, покорность, согласие. В тот единственный раз, который даже разом не назовёшь, так, детские игры - она отзывалась, всем своим существом, взглядом, телом… гринка и вправду хотела выполнять всё, что он ей ни скажет, что бы там потом ни говорил умник. И после, когда встретились с ней втроём… Чего Тамиру стоило тогда сдержаться, не раскидать стихийника с телепатом в разные стороны, не сграбастать малютку в охапку и не унести… Но тогда его остановил её взгляд. Робкий. Манящий. Призывный, демоны его дери! Невинный и порочный до одури. Когда умник сказал, что ей нужно отдохнуть, она посмотрела обижено! Причём на Тамира. Значит, несмотря на эту деланную робость, даже страх, ждала, когда они окажутся наедине. Хотела, чтобы он настоял. Хотела его. Может даже, сама себе не призналась. Но он, Тамир, заметил. Как умник сказал? Женщинам нравится подчиняться разящим?! Что ж, и в его бубнеже бывает смысл. Тамир тогда решил: раз так - пусть гринка подождёт. Потерпит. Это сделает её ещё более послушной и сговорчивой. Тогда он казался себе чуть ли не героем. С самоконтролем и стальной волей. Он и представить не мог, как это окажется на деле… нет, вообще невыполнимо.
Без неё время затвердевало, как янтарь, минуты длились часами, а часы казались вечностью.
Данные экспериментальных исследований показали, что на других он даже смотреть не может. Если бы мог… Да он бы только и делал, что…
В итоге все три дня Тамир провёл на полигоне. Изводил себя до потери пульса, до темноты в глазах, до лихорадочного оцепенения. Снова и снова выгорал магически, но резерв по какой-то непонятной для него причине восстанавливался чуть ли не мгновенно. Преподы хвалили, ставили в пример, а Тамир почти не разбирал их бормотанья. Чужие лица сливались для него в одно, блёклое, расплывчатое… Тамир даже не старался различать его черты. Всё это время его преследовало другое лицо.
Юное, нежное, какое-то трогательное. С бледно-розовым пухлым ртом, нежным румянцем на щеках, с широко распахнутыми зелёными глазищами, что так и искрят жизнью.
Тамир с усилием оторвал взгляд от фигурки в зелёном.
Нет, уж на этот раз он сможет дождаться вечера!
Чёрный дракон уже подошёл к краю площадки и расправил крылья, когда в голове прозвучал знакомый голос.
- Адепт Та’Амиро ар Анкаллон, - Тамиру показалось, голос у ректора усталый, как будто даже непохожий на обычный, равнодушный и уверенный в собственной правоте. - Вы вовремя. Уделите мне несколько минут. Жду вас у себя в кабинете.
Помянув демонов, Тамир сорвался с края площадки и направился в кабинет магистра Рэгхарда.
Внезапную мысль связаться с Телепатом отогнал, как нелепую. Просить помощи у умника? Ещё чего не хватало. Да и что ректор сделает одному из лучших адептов и к тому же наследнику правящего клана? Ну, побрюзжит немного о недопустимости такого поведения, как в Стальной Пантере и на яхте… Магистр знаменит своей страстью к чтению нотаций. Ничего, Тамир как-нибудь справится. В первый раз, что ли.
Магистр Рэгхард и вправду выглядел усталым, каким-то бледным. И обескураженным. Не здороваясь, жестом пригласил Тамира занять место напротив.
И было что-то в его высоком, чуть сутулом силуэте, в зелёных глазах, которые смотрели задумчиво, в тонких поджатых губах такое, что у Тамира засосало под ложечкой и мысль обратиться к умнику уже не казалась такой уж нелепой. Но было поздно.
К тому же ректор первыми же своими словами буквально выбил из-под него кресло.
- Около месяца тому назад, кажется, - начал он. - Когда одну небезызвестную адептку Зелёного факультета перебросило на экспериментальную площадку, где вы находились вместе с Лет’Онхгаром ар Иллоратхаром и моим племянником… Думаю, вы прекрасно помните.
- Помню, - подтвердил Тамир.
Внутри головы приятно, но при этом пугающе похолодело. Когда Аур «взламывал» его ментальную защиту в весёлом доме, особо не церемонился. Его дядя, похоже, готовился сделать то же самое, причём подошёл к вопросу основательно, судя по наложению ментальной анестезии…
Но ментальное сканирование без согласия запрещено!
И Тамир, конечно, и не подумает давать это самое согласие!
Нет, он ожидал, что ректор рано или поздно сообразит, что не так всё чисто с этой историей с малюткой, мужик умный… Но не в стенах же академии, где везде считывающие вибрационное поле сканеры! Да если станет известно о запрещённом воздействии… Дальше Тамир не успел подумать.
Глаза ректора потемнели, превратились в омуты, утягивая в свою глубину.
Тамир сопротивлялся. Стоял насмерть. Его магический потенциал вырос за последние дни. В крайнем случае он просто вырубится. Но тогда и его сознание закроется от проникающего в самое нутро взгляда ректора.
- Кажется, адепт Та’Амиро ар Анкаллон, вы тогда что-то говорили о Грин-Итаи.
Стараясь казаться невозмутимым и удивлённым одновременно, Тамир пожал плечами.
- Разве? - спросил он хрипло. - Возможно. А это запрещено?
Ректор улыбнулся одними губами.
- Вы взаимодействовали с Гранями? - задал он следующий вопрос.
Что будет, если магистр Рэгхард узнает об их временном «заимствовании» священных артефактов, Тамир знал. Их просто-напросто выпрут из академии. Поэтому решил держать защиту до конца. Демоны! Кажется, сообщить умнику о вызове его родственника было не такой уж плохой идеей.
- Я, - выдавил он. - Я не буду отвечать.
Магистр Рэгхард понимающе кивнул.
- Что ж, - он деланно развёл руками и изнутри головы Тамира щекотно забегали маленькие лапки. - Другого ответа я и не ждал. В таком случае, позвольте заглянуть в вашу память.
- Не позволю, - выдавил Тамир.
- Зря, - сказал ректор. - Я всё равно узнаю то, что мне нужно. Но так будет больнее.
Кабинет ректора качнулся перед глазами Тамира вместе с самим ректором, но в следующую секунду его словно окатили ледяной водой. Стало так холодно, что непроизвольно застучали зубы.
А потом удар огромной силы обрушился под дых, в тот же миг виски сжало раскалёнными клещами.
Непривычно бледное лицо ректора отчего-то раздвоилось. Приглядевшись, Тамир увидел, что это раздвоение не похоже на зеркальное отражение. Одно лицо тяжело дышало, хватая воздух ртом, второе презрительно кривило губы.
- Теряешь хватку, братец, - прозвучало в голове Тамира. - Хорошо, что я задержался тут, у вас... Значит, это и есть один из счастливой троицы, из-за которой мой университет пополнился на одну гринку? Ну-ну, не трепыхайся ты так, вопрос решённый. Что тут у нас? Несанкционированное проникновение в память? Лично я одобряю, хоть и удивлён. Ты всегда был таким чистоплюем. А знаешь, я тебе даже помогу. По-родственному, так сказать. А то глядишь, умру от любопытства. Интересно, что нашли в человечке сразу три наследника...
Тамир заорал, когда виски пронзило калёным железом, а потом эта самая железка принялась орудовать внутри головы, точно поварёшка, которой помешивают в кастрюле.
Как он ни старался, новой, свежей и очень агрессивной волне воздействия противостоять не смог.
Воспоминания хлынули наружу - в тот же миг в кабинете ректора потемнело, как ночью, а потолок замерцал отблесками лун, что проглядывают сквозь грозовые тучи.
Словно со стороны Тамир увидел три фигуры, извлекающие из своих тел Грани, их странный танец в воздухе, столп зелёного света и обнажённую фигурку в нём. Затем зелёное сияние Грин-Итаи центрируется в районе её груди, втягивается с невероятной скоростью и вот уже лишь одинокие сполохи тлеют на молочно-белой коже. Затем открывается портал и появляется ректор.
- Хм. Так радикально развеять скуку я и не думал. Значит, извлечение Грин-Итаи из иномирянки? Это будет весело. Прощай, братец. И спасибо за подарок.
Тамир сидел, откинувшись на спинку кресла, тяжело дышал. Как и после воздействия Аура, он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой.
Сознание «плыло», как и мир перед глазами. Вот один высокий силуэт склонился над другим, скрывая от Тамира лицо магистра Рэгхарда. Руки, что до этого лежали на подлокотниках, вцепились в них изо всех сил, а затем пальцы безжизненно разжались.
Когда Тамир пришёл в себя окончательно, они снова были с магистром Рэгхардом одни.
Точнее, ректор неловко завалился набок и не подавал никаких признаков жизни. Аура его была серая, бесцветная, как у покойника.