Часть 4. Долгожданное предложение

Забрав пустую тарелку, сытая и довольная возвращаюсь домой. Пока мою посуду, на кухню входит Шамиэль. Немного сонно улыбается:

— Я пропустил завтрак?

Ставлю тарелку на сушилку и оборачиваюсь:

— Не только завтрак, но и обед.

Он недоверчиво хмурится:

— Но почему я тогда не чувствую себя голодным?

— Потому что тебе относили еду, которую можно есть руками. И ты её съедал.

— Вот оно что! Получается, я снова слишком увлёкся…

— Ничего страшного, — улыбаюсь я. — А над чем ты работал?

Шамиэль кусает губы:

— Давай, я тебе вечером покажу… Ханиэль же останется в больнице на ночное дежурство?

— Да. Он говорил, что сегодня его очередь.

— Тогда точно покажу вечером. Перед сном. Потерпи, пожалуйста.

Заинтригованная, пытаюсь выведать подробности, но Шамиэль отказывается даже намекнуть.

Домываю последнюю вилку и интересуюсь:

— Мы будем заниматься по расписанию, или тебе нужно прийти в себя?

— Не нужно. Если у тебя нет никаких других дел, идём сейчас.

— Дел у меня нет, так что я только за.

— Тогда пойдём?

— Пойдём.

Он дожидается меня, затем касается моих губ нежным приветственным поцелуем. Через минуту отстраняется и берёт меня за руку. Смотрит с таким обожанием, что сердечко начинает биться чаще. Вот только я уже по опыту знаю, что на время урока Шамиэль становится неприступной ледышкой, и пока занятие не закончится, никакого секса мне не светит. Конечно, на мои женские уловки Шамиэль отвлекается, но результат ещё ни разу не был таким, как мне бы хотелось. А вот после урока… Если выполню все задания быстро и правильно, можем и успеть.

Усаживаемся бок о бок за письменный стол в моём кабинете. Сперва Шамиэль проверяет, как я запомнила знаки, о которых он рассказывал во время прошлого занятия, а потом выборочно опрашивает по остальным темам. И только убедившись, что я не отлынивала, предлагает приступить к изучению нового материала.

Самое сложное, впрочем, как и всегда — правильное написание. Чуть скривишь чёрточку, и слово изменит значение. Например, вместо «воздуха» получится «удар». С программированием компьютерных игр было проще — в случае ошибки код не заработает, а если заработает неправильно, то и ничего страшного. А тут ошибёшься, и вместо того, чтобы укрепить стену, сожжёшь её. Я уж не говорю о лечении. Чем больше имею дело с магией, тем удивительнее мне кажется то, что среди эльфов вообще существуют лекари — мало того, что воздействие должно быть очень тонким с чётко дозированной силой, так ещё и в заклинании нельзя ошибиться. Это ведь такая ответственность! Из-за этого испытываю ещё большее уважение к Ханиэлю, ведь он не просто научился исцелять людей, но и стал одним из лучших лекарей эльфов.

Настолько увлекаюсь учёбой, что отрываюсь от листа только тогда, когда Шамиэль касается моего плеча и произносит:

— Ханиэль скоро вернётся на ужин. Нам пора.

С сожалением откладываю лист, и мы отправляемся на кухню. И вовремя — Ханиэль уже вымыл руки и усаживается за стол.

Тираэль раскладывает еду по тарелкам, и мы приступаем к ужину.

— Как работа? — интересуюсь я у Ханиэля и отправляю в рот идеально прожаренный кусочек оленины.

Муж вздыхает:

— Нам привезли много измельчённых листьев маркаи, так что мы несколько часов готовили из них заживляющее зелье. Хорошо хоть пришли практиканты, иначе бы до ужина точно не успели.

— Пациентов не было? — накладываю себе на тарелку немного овощей.

— Были, но ничего серьёзного: несколько неглубоких порезов у воинов, а ещё пришлось подлечить малыша с ушибом. Ночью я буду один, так что лягу спать в ординаторской и поставлю сторожку на входную дверь: если придёт пациент, она меня разбудит.

— Понятно…

— А как твои уроки магии?

— Замечательно! — довольно улыбаюсь я. — Уже дошла до составления стихийных заклинаний. Столько всего нужно учесть! Очень увлекательно!

— Ты всё ещё не передумала насчёт практических уроков? — уточняет Шамиэль, нарезая мясо. — Я по-прежнему считаю, что тебе не стоит от них отказываться.

— Уметь делать что-то самой — это очень увлекательно, но всё-таки мне хочется как можно быстрее освоить все магические знаки и их сочетания. Магов у вас и без меня хватает, а вот тех, кто составляет новые заклинания — только ты и твой учитель. Думаю, в этом от меня будет больше пользы.

— Но куда ты так торопишься? Заклинание над долиной хоть и не совершенно, но вполне надёжно.

— Знаю. Но если я выучу все знаки, смогу его улучшить, — упрямо поджимаю губы я.

— Я не сомневаюсь в твоих способностях, но всё же… Ладно. Если не хочешь, вернёмся к этому вопросу позже.

— Хорошо, — благосклонно киваю я.

— Завтра у меня нет дежурства, так что до завтрака можем позаниматься, — предлагает Тираэль.

— Давай! — воодушевляюсь я.

— Тебя разбудить, или сама поднимешься?

— Попробую сама, — с сомнением произношу я. — А когда у тебя следующее дежурство?

— Послезавтра. И снова уйду до рассвета, потому что мы отправимся на охоту.

— Понятно…

После ужина Ханиэль возвращается обратно в больницу, а мы разбираемся с грязной посудой и перемещаемся в гостиную. Усевшись в кресло, произношу:

— Я придумала, о чём хочу узнать сегодня! Вы никогда не рассказываете о своих снах. Они вам не снятся? Или у вас не принято разговаривать на эту тему?

Мужчины пожимают плечами, и Шамиэль произносит:

— Никакого табу по этому поводу нет, просто не думал, что тебе это интересно. Но ведь ты тоже ничего не рассказываешь про свои сны.

Пожимаю плечами:

— Как-то к слову не приходилось.

Тираэль улыбается:

— Вот и у меня так же. Но мне сны почти не снятся. А если снятся, то это или охота, или что-то по службе. Правда, последнее время мне снишься ещё и ты. Но эти сны я рассказывать не буду — лучше покажу, как и что в них было, на практике, — и обжигает таким горячим взглядом, что содержание снов мне становится примерно понятным.

Улыбаюсь:

— Договорились!.. А что снится тебе, Шамиэль?

Он пожимает плечами:

— Во сне я часто оказываюсь в просторной комнате, на стены которой нанесены заклинания. Но комната не похожа на ту, что есть в Магических Залах, потому что стены словно из тумана. Во сне я чаще всего думаю над той же формулой, что и днём. Иногда меня озаряет, как сегодня. Тогда я, проснувшись, сразу отправляюсь в свой кабинет, чтобы всё записать. Но такое бывает редко.

— Ничего себе! — удивляюсь я. — Как необычно! Но если ты во сне работаешь с заклинаниями, не может ли случиться так, что ты случайно что-то пробормочешь и оно сработает?

— Нет, что ты! Пробормотать мало, нужно вложить силу… Я разговариваю во сне?

— Нет, — успокаиваю его я.

— А что снится тебе?

Улыбаюсь:

— Первое время после того, как я попала в ваш мир, мне снилось, что я просыпаюсь у себя в квартире, и оказывается, что мне всё приснилось, что вас на самом деле никогда не было. Настоящий кошмар! Иногда снится что-нибудь из обычной жизни, только в том ключе, будто у меня что-то не получается. Например, я куда-то опаздываю. Или бегу за кем-то, но никак не могу его догнать. Или готовлю, потому что скоро кто-то из вас должен вернуться, но у меня не получается, а вы вот-вот переступите порог… Но, к счастью, такие сны бывают не так уж часто. Иногда мне снятся какие-то не связанные с жизнью события: я куда-то иду, с кем-то разговариваю, что-то делаю… Трамваи мне часто снятся. Как я в них сажусь и куда-то еду. Иногда не знаю, на какой остановке мне нужно выйти, но не всегда.

— А что такое трамваи? — глаза Шамиэля сверкают от любопытства.

— Это такой транспорт…

Объясняю всё, что удаётся вспомнить, и разговор переходит на другие виды транспорта в моём мире. Шамиэль выглядит таким воодушевлённым, что начинаю переживать, не случится ли у него новый приступ вдохновения — очень уж не хочется спать в одиночестве. Как-то я от этого отвыкла, и снова привыкать не хочется.

Но обходится.

До времени отхода ко сну остаётся минут двадцать, когда Тираэль кашляет, привлекая внимание Шамиэля, а затем с намёком произносит:

— Кажется, ты сегодня собирался что-то сделать.

— Я? — удивляется Шамиэль.

- Ты! — заверяет Тираэль, но не продолжает свою мысль.

Шамиэль хмурится, вспоминая, затем на его лице появляется выражение озарения. Он вскакивает с места и практически убегает из комнаты.

Озадаченно смотрю на Тираэля. Он мягко улыбается:

— Он скоро вернётся. Подожди и сама всё увидишь.

Пожимаю плечами. Раз уж он скоро вернётся, так и быть, потерплю.

Шамиэль возвращается буквально через минуту. В одной его руке большой букет алых роз, а во второй — маленькая коробочка. Мои брови удивлённо ползут наверх: неужели это то, на что это похоже? Но ведь у эльфов нет традиции дарить цветы и кольца на помолвку?!