Глава 10

Скольжу руками по обнажённому торсу Тираэля. Жадно, требовательно. Он отвечает мне тем же: прижимает к себе, впаивая в своё тело, проводит ладонью вдоль спины и запускает руку мне в шорты. Оглаживает ягодицы, сжимает их, прижимает к себе ещё плотнее. Настолько плотно, что чувствую, как в живот упирается его каменный член.

Тираэль отстраняется и подхватывает меня под бёдра. Скрещиваю ноги у него за спиной, не прерывая поцелуя. От возбуждения начинает кружиться голова, окружающий мир сужается до собственных ощущений.

Дорога до дома как в тумане. Немного прихожу в себя, когда Тираэль ставит меня на пол за закрытой дверью и ловко избавляет от мешающей одежды. Затем снова подхватывает под бёдра, и мои лопатки ударяются о стену. Тираэль насаживает меня на свой член и начинает вбиваться резкими толчками. Глубоко, сладко, заполняя полностью. Всхлипываю от переполняющих эмоций и разрываю поцелуй, впиваясь пальцами в плечи. Слишком остро, слишком хорошо. Настолько, что это граничит с болью. Ещё несколько движений, и я кончаю, рассыпаясь на осколки. Кричу, не в состоянии сдерживаться. Когда оргазм начинает стихать, Тираэль издаёт стон и кончает тоже. Уже начавшие затухать ощущения вспыхивают с новой силой, полностью дезориентируя.

Прихожу в себя и разжимаю сведённые судорогой удовольствия пальцы.

Тираэль опускает меня на пол. Но только для того, чтобы развернуть лицом к стене. Успеваю выставить руки и упереться в них лбом. А Тираэль вжимается в меня своим телом, склоняется к моему уху и шепчет:

— Ты такая сладкая! Такая соблазнительная! Когда ты вышла из той пещеры, мне захотелось стянуть с тебя те облегающие штанишки, поставить тебя на четвереньки и оттрахать прямо там, на траве. Мне потребовалась вся моя выдержка, чтобы сдержаться…

Он нажимает на мою поясницу, заставляя слегка прогнуться, оглаживает спину, ягодицы, а потом плавным движением входит и начинает медленно двигаться, шепча в такт:

— Твоя аккуратная попка, белая кожа, наивный взгляд голубых глаз, пухлые губы… словно созданные, чтобы насаживаться ими на мой член… Надеялся, если увижу тебя без одежды… наваждение схлынет, но нет… Красивая высокая грудь, маленькие розовые горошины сосков, узкая талия, стройные ноги… Ты не представляешь, чего мне стоило сдержаться тогда на озере… и не трахнуть тебя прямо там. Ты не представляешь, насколько я был к этому близок… Если бы не тот грёбаный медведь… А потом Ханиэль спас тебя, когда усыпил заклинанием… Если бы не это, я бы точно не сдержался… Не сдержался бы и трахнул, чтобы посмотреть, как ты кончаешь… В лесу, прямо в палатке… наплевав на то, что вокруг могут быть опасные хищники.

Тираэль больше меня, сильнее, он может сделать со мной всё что угодно, но при этом я чувствую себя в безопасности. Каким-то образом знаю, что он будет делать только то, что я захочу. Его тихий чуть хрипловатый голос отзывается внутри меня дрожью. И это настолько возбуждает, что бурно кончаю.

Не падаю только потому, что Тираэль удерживает меня за талию. Он делает несколько резких движений и содрогается, издав лишь тихий стон.

Придя в себя, по-хозяйски тискает мою грудь, целует в плечо и подхватывает на руки. Обвиваю его плечи руками и с проснувшимся любопытством осматриваюсь по сторонам.

Внутри дом обшит деревянными панелями. Справа кухонный уголок и маленький обеденный стол, рядом зона с широким кожаным диваном, низеньким столиком и камином. Чисто и как-то пусто: никаких разбросанных вещей, красивых безделушек или других признаков того, что здесь кто-то живёт.

Мы заходим в небольшую ванную, дверь в которую расположена неподалёку от входной. Тираэль улыбается:

— Сама помоешься или тебе помочь?

— Помочь, — нагло прищуриваюсь я.

— Хорошо.

Тираэль включает воду, омывает моё тело, скользя по коже шершавыми ладонями. Дыхание непроизвольно учащается, поскольку слишком уж это похоже на ласку. А когда прикусываю губу, Тираэль выключает воду, залазит в ванну, опирает моё безвольное тело животом на бортик и заставляет широко раздвинуть ноги.

Ласкает клитор, усиливая возбуждение, и одновременно, нажимая языком, очерчивает каждый мой позвонок. Это заставляет изгибаться и хотеть большего.

Тираэль прислоняет головку члена к моему входу, но не позволяет на него насадиться. Вместо этого жёстко удерживает меня за талию и снова шепчет, обдавая ухо горячим дыханием:

— Перед тобой невозможно устоять!.. Трахать тебя даже приятнее, чем я думал… Скажи, что хочешь быть моей. Попроси тебя трахнуть! Я жду!

Сосредоточиться очень сложно, практически невозможно, но чтобы получить желаемое, приходится из себя выдавить:

— Хочу быть твоей… Хочу, чтобы ты меня трахнул…

— Назови меня по имени!

— Тираэль, пожалуйста! Хочу тебя!

Возбуждение настолько сильное, что даже немного больно.

— Хорошо, — удовлетворённо произносит Тираэль.

Слышу смешок, а потом наконец-то происходит то, чего я так хотела: он входит в меня, а потом трахает резко, в рваном ритме, с каждым движением заставляя стонать и ещё больше терять голову. Оргазм прошибает молнией, и тело содрогается от сильнейшего наслаждения. Кричу, снова не в силах сдерживаться.

Тираэль покрывает мою спину поцелуями, затем осторожно опускает на дно ванны и вновь омывает. Закончив, укутывает в большое белое полотенце, переносит на диван в гостиной и уходит мыться сам.

Чувствую себя так, словно из моего тела вынули все кости. Сил на то, чтобы пошевелиться, не осталось. По телу разливается расслабление и удовлетворение.

Тираэль выходит минут через пять уже полностью одетый и с нежностью в голосе произносит:

— Похоже, я немного переборщил… Надо действительно всерьёз заняться твоей физической формой.

— Надо, — лениво соглашаюсь я.

— Ханиэль возвращается домой на обед?

— Да.

— Тогда тебе нужно одеваться.

Ищу в себе силы пошевелиться, но совершенно их не нахожу.

Видимо, считав это по моему взгляду, Тираэль весело улыбается, собирает мою одежду и протягивает её мне:

— Держи. Если тебя начну одевать я, на обед ты точно опоздаешь.

В подтверждение этого он поворачивается ко мне спиной.

Вздыхаю, но всё-таки нахожу в себе силы, чтобы одеться. Это выматывает так, что закончив, обессиленно откидываюсь на спинку дивана:

— Я оделась. Может быть, ты меня отнесёшь?

— Хорошо, — Тираэль разворачивается, поднимает меня с дивана и прижимает к своей груди. — Может быть, ещё и обед приготовить?

— А ты можешь?

— Могу. Раз уж я довёл тебя до такого состояния, нужно загладить вину.

Одобрительно киваю и прижимаюсь щекой к его груди. Сейчас мне даже пошевелиться сложно, не то что готовить.

Тираэль опускает меня на диван в доме Ханиэля, а сам открывает холодильник, достаёт продукты и уточняет:

— Рагу тебя устроит?

— Да, — милостиво киваю я.

Наблюдать за мужчиной, который для тебя готовит — очень интересное зрелище. И даже возбуждающее. Мне очень нравится. Если выбирать между цветами, подарками и любыми другими знаками симпатии, приготовление еды для меня более важное проявление заботы. И с учётом того, что было между нами до этого, появляется уверенность, что я действительно ему нравлюсь, что он думает не только о моём теле.

Ханиэль входит, когда рагу уже почти готово. Улыбается:

— Вижу, между вами всё наладилось?

— Да, — кивает Тираэль.

Я же смущаюсь. Как-то не доводилось раньше бывать в ситуации, когда два любовника мирно разговаривают друг с другом и выглядят вполне довольными подобным положением вещей. В моём мире один из любовников уже прятался бы в шкафу, либо пытался скрыться через окно. А Ханиэль всё понимает, но, кажется, ничего не имеет против.

Пока Тираэль помешивает рагу и добавляет туда зелень, Ханиэль сервирует стол. Закончив, присаживается рядом со мной на диван:

— Устала? Дай мне свою руку.

Протягиваю ему ладонь. Он сжимает её, прикрывает глаза и что-то неразборчиво шепчет. Чувствую, как ломота в мышцах исчезает, тело наливается силой и бодростью.

Ханиэль открывает глаза и улыбается:

— Так лучше?

— Да, спасибо, — довольно улыбаюсь я.

— Тираэль, Дариниэль пока не полностью восстановилась, да и не так вынослива, как наши женщины, так что следи, чтобы она не перенапряглась.

— Я же не знал, есть ли на ней какие-то лечебные заклинания, боялся навредить, — с укоризной в голосе отвечает Тираэль.

— Прости! Не подумал. Ты всё верно сделал. Заклинаний больше нет, так что её можно лечить и напитывать силой.

— Я учту… Рагу готово. Прошу к столу.

За ужином мужчины обсуждают погоду, качество продуктов и чем ещё вкусным можно меня угостить. Тираэль предлагает:

— Думаю, я могу сегодня набрать разных овощей и фруктов на пробу.

— Хорошая идея. Скоро должна прийти Рамиэль, так что Дариниэль всё равно будет занята.

— Спасибо, что предупредил.

— Переедешь к нам?

— Пока не вижу в этом смысла, — качает головой Тираэль. — Мы и так соседи. Да и твой дом недостаточно большой, а ещё здесь нет места для тренировок.

— Хорошо. После того как Дариниэль освоится, выберем более удобный вариант.

— Договорились. Но, если ты не возражаешь, я бы хотел, чтобы Дариниэль проводила со мной время до обеда.

— Я не возражаю. Остальное обговорим позже.

Перевожу взгляд с одного на второго. То, насколько обыденно мужчины обсуждают совместное проживание, удивляет. Моим мнением они не интересуются, но у меня его пока и нет. Я представляю, как это жить под одной крышей с одним мужчиной, а вот с двумя — не очень. Однозначно будет очень много секса, что меня полностью устраивает, но ведь это только часть совместного проживания. Пусть всё пока действительно остаётся как есть. Но вот когда дело дойдёт до выбора дома, ни за что не соглашусь жить в месте, которое мне не понравится.

Ханиэль доедает рагу, целует меня в щёку и прощается:

— До вечера!

— До вечера! — улыбаюсь я и поднимаюсь, чтобы убрать со стола.

— Сиди, — припечатывает Тираэль. — Я сам. Совсем забыл о том, что Рамиэль знакомит тебя с нашей жизнью и тебе ещё сегодня нужно куда-то идти.

— Ничего страшного, — смущённо произношу я.

— Ничего, — соглашается Тираэль. — Но всё-таки давай я сам.

Он подхватывает меня руки и усаживает на диван, а потом принимается за уборку. Справляется довольно быстро. Подходит ко мне, целует в губы и прищуривается:

— Пожалуй, я пойду. Если останусь, не смогу удержаться.

— Иди, — горячо поддерживаю его я. — Встретимся завтра утром?

— Хорошо.

Тираэль одаривает меня жарким многообещающим взглядом, от которого по телу прокатывается волна возбуждения, а потом уходит. Остаюсь в одиночестве с пылающими щеками и томлением внизу живота, поскольку мигом припоминаю подробности того, чем мы занимались до обеда.

К счастью, до прихода Рамиэль получается успокоиться. Эльфийка входит и улыбается:

— Готова?

— Привет! Готова.

— Ты выглядишь так, словно Ханиэлю сегодня не нужно дежурить в госпитале, — с намёком произносит эльфийка.

— Он на дежурстве.

— Вот как! Значит, у вас всё сладилось с Тираэлем? — в голосе удивление и восторг.

Наверное, с кем угодно другим мне было бы неловко обсуждать подобное, но с ней почему-то совершенно не чувствую дискомфорта или смущения, поэтому киваю:

— Сладилось… Теперь я понимаю, почему женщины не становятся воинами, охотниками и обычно не выбирают другую физически сложную работу. Благодаря мужьям у них просто не остаётся на это сил!

Рамиэль берёт меня под руку и весело смеётся:

— Хорошая версия! В начале отношений всегда так. Нужно время, чтобы первые чувства немного остыли. Всё-таки годы воздержания не даются так уж просто, и мальчикам хочется всё наверстать.

— Хочешь сказать, что потом их пыл угаснет?

— На это я бы не рассчитывала. Скорее, немного поутихнет. А пока расслабляйся и получай удовольствие. Но если тебе что-то не понравится, сразу им говори. У нас есть базовое образование, и всем рассказывают основы того, как доставить удовольствие партнёру, но, как ты понимаешь, практику можно получить, только начав отношения.

— Получается, у вас все романтические отношения заканчиваются свадьбой?

— Свадебной церемонией. Почти все. Бывает так, что партнёры не подходят друг другу в плане секса, тогда они просто остаются хорошими друзьями. Но подобное бывает крайне редко. На моей памяти такое было всего дважды.

— Понятно… Куда мы пойдём сегодня?

— Раз уж ты не в лучшей форме, предлагаю зайти к Юане. Она наверняка уже успела для тебя что-нибудь сшить, а ещё у неё есть чудесный чай, восстанавливающий силы.

— Заманчиво!

Горшка с цветами перед домом Юаны нет, так что Рамиэль стучит в дверь. Открыв, Юана радостно восклицает:

— Вы вовремя! Идёмте!

— Только сделай нам сперва чай, — просит Рамиэль.

— Ладно, — закатывает глаза Юана. — Но потом вы примерите обновки.

— Договорились.

У чая Юаны цветочный запах и нежно-розовый цвет. После него сил действительно прибавляется.

Фея успела сшить для Рамиэль облегающие брюки из ткани, цветом похожей на джинсовую, но на ощупь более гладкую. Мне достаются два домашних платья, напоминающие сарафаны на бретельках длиной выше колена. Один из них светло-голубой однотонный, а второй — белый в мелкие розовые цветочки. Вспоминаю, как Ханиэль огорчался, что я ношу шорты. Уверена, новая одежда понравится ему гораздо больше. Кроме этого Юана даёт мне ещё одни длинные шорты, топ и три комплекта кружевного белья, похожего на то, что было на мне, когда я сюда попала.

Убедившись, что все вещи сидят на мне отлично, фея выжидательно на меня смотрит:

— Ты сделала то, о чём я тебя просила?

— Прости, я забыла.

— Забыла, о чём я тебя просила? — грозно хмурится фея.

Почему-то становится тревожно.

— Дариниэль попала в новый для себя мир, и у неё сейчас очень много впечатлений и ощущений, — вступается за меня Рамиэль.

— Ладно… Вы сегодня заняты?

— Я собиралась продолжить знакомить Дариниэль с нашим городом.

— Это же подождёт до завтра? — сужает глаза Юана.

— Да! Совершенно точно подождёт, — энергично соглашается Рамиэль.

— Хорошо, — смягчается фея.

Роется в одном из сундуков, потом усаживает меня за стол в первой комнате и вручает пачку листов и разноцветные карандаши:

— Садись и рисуй всё, что вспомнишь.

— Хорошо, — покорно киваю я, поскольку если уж Рамиэль опасается фею, то и мне явно не стоит её злить.

До вечера делаю кривые наброски и поясняю, как что должно выглядеть. Сперва рисую самое базовое: майки, рубашки, юбку-карандаш, пальто, разные модели штанов. А когда дохожу до нижнего белья, Рамиэль, до этого слушавшая мои пояснения отстранённо, придвигается ближе и включается в обсуждение. Идея того, что нижнее бельё или пеньюар могут быть гораздо соблазнительнее, чем нагота, похоже, раньше не приходила ей в голову. И открывшиеся перспективы её очень будоражат. В результате большую часть времени уделяю именно этим видам одежды.

Когда в комнате становится темнее, Рамиэль спохватывается:

— Нам пора! Но завтра мы вернёмся, обещаю. Уверена, Дариниэль за ночь вспомнит ещё что-нибудь интересное.

Понимание, что Ханиэль уже мог вернуться с дежурства, побуждает горячо её поддержать:

— Уверена, так и будет. Я уже немного устала, так что мне действительно лучше отдохнуть.

— Ладно, — милостиво кивает Юана. — Но не забудьте о своём обещании.

— Хорошо, — поспешно соглашается Рамиэль, и мы быстренько уходим.

На улице эльфийка поясняет:

— Юана, вообще-то, милая и добрая. Но злить её не стоит — может сгоряча наградить чем-нибудь вроде рогов, хвоста или наростов на коже.

— Ого! Ничего себе! Тогда завтра нам действительно лучше вернуться.

— Вижу, ты поняла суть вопроса. Но не переживай — после того, как закончим с одеждой, продолжим нашу экскурсию.

Ханиэль уже дома и как раз, когда я вхожу, ставит на стол тарелку с салатом. Мясо скворчит на плите, а в кастрюльке что-то булькает. Эльф не выглядит расстроенным и встречает меня улыбкой, а вот меня огорчает, что ему пришлось готовить одному. И дня не прошло с того момента, как я дала себе обещание разделить с ним бытовые дела, а уже его нарушила.

Но раз не получилось сделать так, как хочу я, можно хотя бы выполнить желание Ханиэля и надеть платье. Благо у меня теперь целых два подходящих.

— Погоди, я быстро! — предупреждаю на ходу и поднимаюсь в свою спальню.

Достаю из узелка с вещами платье, переодеваюсь, а остальные вещи кладу на полку в шкафу — еда почти готова, не хочется, чтобы Ханиэль меня ждал.

Глядя на потемневший взгляд, которым Ханиэль окидывает мои ноги и декольте, оголяющее верхнюю часть груди, понимаю, что поступила верно. Но если мне не хочется остаться без ужина, лучше поторопиться и сесть за стол.

— Красивое платье, — медленно произносит Ханиэль, и в его глазах начинают плясать золотистые искорки.

— Давай ужинать. Я проголодалась.

— Давай, — кивает эльф. — Я тоже проголодался, но сперва покормим тебя.

Облизывается с намёком, отчего у меня учащается сердцебиение. Но я предпочитаю этого «не заметить» — ужин лучше есть горячим, а остальное может и подождать.

Пока мою посуду, Ханиэль убирает со стола, а потом интересуется:

— Посмотрим на ночной город?

— Да, — киваю я, завороженно глядя в его глаза, где снова кружат золотистые искорки.

Ханиэль протягивает руку, и мы отправляемся на наше излюбленное место. Вот только усаживает он меня не в соседнее кресло, а себе на колени, так, чтобы я могла опереться спиной на его грудь.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Вдоль улиц зажглись фонари и вместе со светящимися окнами они напоминают рой светлячков. В воздухе витает аромат цветов. А ещё очень тихо, словно мы с Ханиэлем остались вдвоём в этом городе.

Сперва чувствую возле уха горячее дыхание, из-за чего покрываюсь мурашками. Затем Ханиэль целует меня в шею, поднимается до мочки уха, посасывает её, прокатывая по моему телу волну желания, а потом слегка прикусывает. Это вызывает острый всплеск возбуждения, вырывающийся стоном.

Не прекращая ласкать мою шею губами, Ханиэль запускает руку под платье и проводит ладонью от колена и выше. Когда понимает, что трусиков на мне нет, удовлетворённо хмыкает:

— Какая послушная девочка.

Он начинает ласкать меня пальцами. На краю сознания мелькает опасение, что нас может кто-то услышать или увидеть. Пусть балкон, на котором мы сидим, выходит в сад, но всё-таки… Мысль мелькает и смывается очередной волной наслаждения, когда Ханиэль добирается второй рукой до груди и слегка сжимает сосок.

Когда я почти на грани, он убирает пальцы от моего клитора, вызывая острое сожаление. Оглаживает грудь, затем слегка меня приподнимает и подтягивает платье вверх, сбивая в ком на талии. Мешкает пару мгновений, целуя в спину, а потом опускает на свой член. И снова это чудесное чувство наполненности. Снова меня настолько сильно захватывает возбуждение, что не получается связано мыслить. Снова сосредотачиваюсь на реакции своего тела и перестаю обращать внимание на всё остальное.

Впиваюсь пальцами в подлокотник кресла. Вжимаюсь, чтобы получилось как можно глубже, а потом упираюсь стопами в пол и начинаю двигаться. Постанываю от острого наслаждения. Хочется, чтобы эта сладкая пытка продолжалась вечно, но стоит об этом подумать, и меня накрывает волна оргазма…

Расслабленно откидываюсь на грудь Ханиэля:

— Нас ведь мог кто-нибудь увидеть.

— Мог, — соглашается он. — И меня очень возбуждает эта мысль. А тебя?

Прикусываю губу, раздумывая и пытаясь разобраться, а потом киваю:

— Пожалуй, меня тоже возбуждает эта мысль. Но мне бы не хотелось, чтобы нас действительно кто-то увидел.

— Сейчас стемнело, а мы не зажигали свет на втором этаже. Вероятность того, что нас кто-то увидит, крайне мала.

— Но она есть?

— Да.

— Ох! — чувствую, что его член снова затвердел.

Ханиэль разворачивает меня к себе лицом, целует с такой страстью, что у меня моментально твердеют соски от нахлынувшего возбуждения. Затем отстраняется и с вызовом улыбается:

— Мы можем продолжить здесь или в спальне. Что выбираешь?

Понимаю, что желание заняться сексом прямо здесь и сейчас перевешивает стеснение и гипотетический шанс того, что нас кто-то увидит. Да и что страшного случится, если даже увидит? Пусть завидует.

Рукой направляю член Ханиэля в себя и удовлетворённо всхлипываю, когда он входит полностью. Эльф стягивает бретели с моих плеч, оголяя грудь, и покрывает её жадными поцелуями. Я же целиком сосредотачиваюсь на том, чтобы насаживаться на член, выбирая темп и угол наклона. Когда из горла Ханиэля вырывается стон, понимаю, что ему тоже нравится, поэтому отпускаю своё желание на волю.

Надолго меня не хватает, и Ханиэлю снова приходится взять инициативу на себя. Это неожиданно злит, но ничего не поделаешь — пока моя физическая форма не позволяет большего.

Оргазм наступает как-то внезапно. Заставляет изогнуть спину и впиться пальцами в его плечи. И то, что он кончает одновременно со мной, усиливает наслаждение.

Придя в себя, пристраиваю голову на груди Ханиэля. Он нежно гладит меня по спине, убирает прядки с лица, а потом осторожно спрашивает:

— Ты не сердишься?

— Почему я должна сердиться?

— Всё-таки нас могли увидеть.

— Не сержусь. Я сама этого хотела… Тебе нравится ощущение опасности?

— Да, — чувствую, что он напрягся.

— Ты хотел бы, чтобы мы занимались в местах, куда неожиданно может кто-то зайти?

— Да. Что ты об этом думаешь?

— Думаю, можно попробовать. Но чтобы не на виду у незнакомцев и всё-таки вероятность того, что нас увидят, была мала.

Чувствую, как из тела Ханиэля уходит напряжение, появившееся, как только мы затронули эту тему:

— Меня это полностью устраивает… Помыть тебя?

— Если тебе несложно.

Вместо ответа он целует меня и подхватывает на руки.

Увидев в ванной гору постельного белья, огорчённо вздыхаю:

— Я совсем забыла!

— Ничего страшного. Завтра у меня выходной, так что я займусь этим. И если тебе ещё что-то нужно постирать, можешь оставить в ванной.

— Как-то неудобно…

— Я же не руками стирать буду, а магией. Если у тебя проснётся дар, ты тоже научишься, и мы будем по очереди.

— Ладно.

Засыпаю в уютных объятиях Ханиэля. Вдыхаю его запах, ощущаю тяжесть его руки, его кожу под пальцами. Чувствую себя расслабленной и счастливой. Появляется мысль, что я начала жить по-настоящему, только оказавшись в другом мире. Когда-то мне казалось, что всё вполне сносно, и только теперь приходит осознание, как же несчастна я на самом деле была.