Глава 26

Что же Кирилл рассказал о себе? Да толком ничего. Впрочем, и Аня не вдавалась в подробности своей жизни. Да и кому это нужно? Они знают друг о друге достаточно. Удивительно, но Аня доверяла Кириллу. Он не из тех, кто обидит или оскорбить. С чего она так решила? Видимо, подсказала женская интуиция. Не слишком надежная советчица, но Аня ей верила. Снова и снова Аня вспоминала взгляд Кирилла. Она ему нравится, это точно. И он ей нравится. Даже больше. Хватит уже обманывать себя, надо признать – Аня в него влюблена. Так быстро? И что? Чувства приходят, когда их ждешь меньше всего. Это не месть Егору, про него она вообще перестала вспоминать. Нет, это совсем другое. Аня поставила будильник, понимая, что будет спать крепко и безмятежно. И проснуться рано самой не получится, не помогут даже деревенские петухи. Утром она увидит океан – огромный, Индийский. Она обязательно бросит в него монетку, чтобы вернуться. Получится ли?.. Кто ж знает?.. Ей снился берег из черного песка, такие же черные волны медленно наползали на него. Черный цвет – не траурный. На Бали он означает тайну, глубину океана и ночи. Ах, да, еще демонов. Ну и ладно… Главное, что он несет в себе загадку. Кирилл тоже загадка и это так интригует. Загадочный рыцарь… Картинки во сне мелькали как в калейдоскопе, и все они были приятные, без тревог и негатива. Даже черный песок и черные волны. Будильник еще не зазвенел, а Аня уже успела привести себя в порядок, спустилась на кухню и начала готовить завтрак, напевая себе под нос глупую попсовую песенку. В ней тоже пелось о любви, синем море, розовом ветре, золотом песке и прочей ерунде. – Доброе утро, а ты рано встала, – Кирилл вышел из своей комнаты. – Доброе! – эхом ответила Аня, переворачивая скворчащую на сковородке яичницу. Кирилл сварил кофе, они сытно позавтракали и двинулись в путь. Ехали больше часа. Аня так и не смогла привыкнуть к красотам экзотического острова. Она жадно смотрела по сторонам, то и дело охая и ахая. – Мы остановимся на территории отеля, – предупредил Кирилл. – Я снял нам беседку на весь день. Народа в отеле будет много, но большинство проводят время у бассейна. Так что нагуляемся по пляжу сколько душе угодно. Там же и пообедаем. В ресторане отеля отличная кухня, специализирующаяся на морепродуктах. На запястье Кирилла блеснули часы. Аня не сразу обратила на них внимание, а когда присмотрелась – удивилась. Про такие часы ей выносил мозг Богдан – статусные, модные. И безумно дорогие. Он все ныл, что пока не может позволить себе ничего подобного. Аня не сомневалась – у Кирилла не дешевая подделка, а оригинал. Уж что-что, а отличать подобные вещи дедушка ее научил. Так откуда у человека, перебивающимся случайными заработками и ищущим себя в жизни вещь такого уровня? Впрочем, Кирилл ей так и не сказал, чем конкретно занимается. Так почему не спросить напрямую? – Слушай, ты не сказал, кем работаешь, – напомнила Аня. – Ты же в такси только подрабатываешь, а основная профессия какая? Или секрет? Мне в принципе неважно, но я же тебе сказала, что работаю на мебельной фабрике. – Нет, не секрет. Я не делаю из этого тайну. Но несколько раз обжегся, вот по привычке и не сказал. Уже понял, что тебе это неважно, ты на этом не зациклена. Я с компами ковыряюсь, типа системный администратор, пишу программки и все в таком духе. – Айтишник? – поняла Аня. – Это широкое понятие. Нет, скорее разработчик. – Я в этом ничего не понимаю, – призналась Аня. – По мне все, кто связаны с компами и интернетом айтишники. Вообще ты прав, это неважно, просто увидела у тебя часы, вот и спросила. Богдан все о таких грезил. Я жутко любопытная как кошка. – Это? – глянул на запястье Кирилл. – Да, удачно внедрил одну штуку, неплохо заработал. Позволил себе немного роскоши. – Зачем тогда в такси работаешь? – Я не работаю, просто так получилось. Иногда вожу друзей по острову. Тогда подвез товарища в аэропорт, мы попали в пробку, и он едва не опоздал, даже попрощаться не успели. И тут вы подвернулись, – пожал плечами Кирилл и улыбнулся. – Ты была такая сонная, казалось, уснешь стоя. Вот и решил отвезти вас в отель. И потом как-то все закрутилось, мне и самому хотелось помотаться по острову. – Так это не подработка вовсе, а случайность? – рассмеялась Аня. – Жизнь состоит из случайностей. – И из мелочей, – добавила Аня. – Что-то мне подсказывает, что и с квартирой ты темнишь? Нет? – Да, квартира моя. Купил, но оказалось, что комната на третьем этаже мне не нужна. Иногда пускаю туда знакомых. – Почему мне правду не сказал? – Ты бы отказалась и поселилась в хостеле. – Точно. Иногда я бываю страшно упрямой, – призналась девушка. И вдруг замерла. – Это он? – спросила тихо с придыханием. – Он. Индийский океан. Воды океана были серы и тяжелы. Никакой легкомысленной лазури, никаких солнечных бликов. Величественные и медленные волны катились вдоль черной полосы пляжа. Белоснежный двухэтажный отель украшала круглая ротонда по центру. У входа сидели золотые львы, которые на Бали никогда не обитали в дикой природе. Зато много их изображений. Вегетарианские подношения львов не смущали. Они благосклонно косили глаза на пальмовые розетки с двумя спелыми крохотными бананчиками, малиновыми личи и несколькими конфетами в ярких обертках. Белоснежные орхидеи придавала подношениям изысканности. – Переодеться можно на первом этаже за ресепшен, там есть специальные помещения со шкафчиками, – указал Кирилл на арку и сел напротив администратора. – Я закажу нам перекусить. – Ты страшный транжира, – с улыбкой упрекнула его девушка. Оставив вещи в беседке на территории отеля, Аня и Кирилл пошли к пляжу. Черный песок вспыхивал золотыми вкраплениями. Аня зачерпнула его горстью: – Какой тяжелый! И блестит. – Это кристаллики кварца, – Кирилл подобрал веточку белого коралла. – Жаль, но купаться тут не рекомендуют. Сначала метров двести будет по колено, тут отмель. А дальше сильное течение. Смотри, как там бьются и пенятся волны. Штиль у берега был обманчивым. За отмелью бурлили волны, ветер сносил в сторону морскую пыль. На волнах катались серферы. На гребне волны они удерживались от силы пару минут, и падали в воду. – Рискованные ребята, – покачала головой Аня. Вода была мутной, видимо после ливня, в ней плавали обрывки водорослей и ил, приносимый впадающей в океан узкой и быстрой рекой. Через реку был перекинут деревянный мост. Аня и Кирилл поднялись на него. Мутные бурные воды реки несли песок, ил, ветки деревьев и траву. Они снова бродили по пляжу, подбирали выброшенные на берег ракушки, обломки кораллов и кусочки разноцветной пемзы. – Я уже решила сделать бусы, – Аня аккуратно положила находки в мешочек. – Из каждого места, где я была возьму что-то на память, так я соберу нитку воспоминаний. Вот это с водопадов, – продемонстрировала она Кириллу красные камушки, – это черепок подобрала рядом с храмом, а ракушки с побережья. А вот этот из слоновьего питомника – такой ровный, полупрозрачный, – погладила она плоский камушек. – Глиняный черепок может быть старинным, – повертел в пальцах осколок Кирилл. – Интересный орнамент. – Думаю, получится необычно. Сейчас многие делают украшения из подручного материала. Еще добавлю бус из мелких орехов. Их я подобрала на кофейной плантации. Крупные черные песчинки приятно щекотали ступни. Аня зашла в воду по щиколотку. Океан был прохладным. И немного пугающим. – Да, ты прав, он не похож на море. Такая мощь, такое величие! Не буду рисковать, и только полюбуюсь на этого водяного гиганта. После знакомства с океаном бассейн казался не тихой гаванью, а крохотной лужицей, безопасной, безмятежной, робкой. Аня плавала в бассейне до полного изнеможения. Потом они снова гуляли по черному песку. – Вроде, его нельзя провозить через границу, – Аня пересыпала с руки на руку крупные вулканические песчинки. – Нельзя. Кораллы и крупные ракушки тоже могут отобрать. – Пусть песок остается в родной стихии. А крохотный коралл и небольшие ракушки я все-таки возьму на память. Аня перевернула раскрытую ладонь, и прибрежный ветер подхватил песок, унес в темные волны.