Глава 22

Я подперла подбородок ладонью.

– Тебе точно не нужна помощь?

– Справлюсь, – рассеянно пробормотал Джастин. – Я уже… ах ты черт! Твою ж мать!

Джастин схватился за крышку кастрюли: кипящая вода побежала на плиту. Ругаясь, он переложил лапшу в шипящий вок, где уже тушилась курица с овощами. Вслепую потянулся за бутылкой соуса терияки, и я сунула ее ему в руку.

– Ну вот, – сказал Джастин, поливая смесь из бутылки. – Сейчас будет готово мое всемирно знаменитое жаркое терияки. Ты же его любишь, да?

Я помнила, что ела это жаркое и осталась не в восторге, однако уклончиво кивнула, только мысленно прочитала молитву за упокой бедных овощей, утопших в соусе. Мир вашему пересоленному праху, морковь и брокколи.

Отставив бутылку в сторону, Джастин весело встряхнул вок с его содержимым.

– Отлично. Я не готовил по этому рецепту с тех пор, как ты приехала.

– Это потому, что готовлю обычно я, – заметила я. – И ничего не имею против.

Его оживление угасло.

– Ты готовишь для меня, даже когда меня нет дома, оставляешь мне еду в холодильнике, убираешь кухню и наводишь идеальный порядок в квартире. – Его орехово-карие глаза, в точности похожие на мои, испытующе смотрели на меня. – И оплачиваешь половину аренды и коммунальных счетов, хотя спишь на диване.

Я поерзала на стуле, и боль тут же пронзила раненое колено. Правда, Джастин об этом не догадывался. Он положил жаркое в две тарелки и подал одну мне. Я потянулась за деревянными палочками, но Джастин перехватил их и не выпускал.

– Тори, – сказал он серьезно, – не беспокойся об аренде за этот месяц, ладно? Хоть раз позволь мне помочь тебе, пока не найдешь новую работу.

Я отвела взгляд и вздохнула:

– Ладно. Но только на месяц.

Он протянул мне палочки, и я воткнула их в жаркое. Как ни странно, оно оказалось не слишком острым, и овощи не разварились. Совсем неплохо.

– Не пойми меня неправильно, – добавил Джастин, стоя у стола с тарелкой в руке. – Но я искренне рад, что ты больше не работаешь в этом баре. От этой работы были одни неприятности.

Мои палочки с куском курицы замерли над тарелкой.

– Я скоро найду что-нибудь. Может, опять куда-нибудь барменом устроюсь.

Джастин медленно жевал.

– Значит, тебе нравилась эта работа?

Я пренебрежительно махнула рукой:

– Там все какие-то шизанутые. Невелика потеря.

– Мне очень жаль, Тори.

Прикусив губу, я пыталась разогнать унылую серую пелену, висевшую у меня в голове почти всю неделю.

Остаток той ночи, пять дней назад, после победы над гильдией псиоников, пролетел в бесконечных хлопотах. Прибыли еще маги из «Ворона и молота», чтобы забрать псиоников и оказать помощь раненым. Нас с Аароном сразу увезли в какой-то роскошный дом в шикарном районе, где я наконец познакомилась с таинственной целительницей Элизабетой.

К сожалению, я быстро отключилась и пропустила все интересное – очнулась уже с обработанной ногой, когда на месте раны был только кружок гладкой розовой кожи. Настоящее колдовство! Я так и не узнала, насколько серьезным было ранение. Осталось лишь легкое покалывание в мышцах, да и оно, как заверила меня Элизабета, должно было пройти самое большее через неделю.

А потом… потом жизнь вернулась в нормальное русло. Все стало как раньше – до «Ворона и молота». От Аарона, Эзры и Кая не было ни слуху ни духу, и даже Син словно забыла о моем существовании. Удивляло ли это меня? Да нет, не очень. В конце концов, я всего лишь человек. Без магического дара, а значит, никто. Какое им дело до меня теперь, когда меня выгнали с работы?

Нет, я не удивлялась… но все равно было больно. Очень больно.

Пока Джастин складывал грязную посуду в раковину, я сунула руку в задний карман и нащупала обтрепанный краешек карты. Дама пик. Единственное, что осталось на память о побеге от реальности в другую жизнь, которая так внезапно оборвалась.

Я хотела помочь Джастину убрать со стола, но он выставил меня из кухни, заявив, что, раз сегодня он угощает, то не позволит мне и пальцем пошевелить. Приняв душ, я взяла папку, приготовленную еще с утра, попрощалась и направилась к выходу.

Послеполуденное солнце ударило в глаза, когда я ступила на раскаленный тротуар. Сумочка – та самая, спасенная с поля боя и тщательно вычищенная, хотя все еще пахнущая дымом, – болталась на плече, а вот чего мне не хватало, так это тяжести розового зонтика, погибшего в огне.

Шагая по улице в шумной воскресной толпе, я с тяжелым сердцем раскрыла на ходу папку и взглянула на стопку своих резюме с убогим послужным списком. Работу в «Вороне и молоте» я не стала даже упоминать. Какой смысл? Я ведь там и трех недель не продержалась.

Сунув папку под мышку вместе с сумочкой, я ускорила шаг. Прежде чем оставлять заявки, нужно покончить еще с одним делом.

Единственной, кто все-таки вышел на связь после той ночи, была Клара. Вчера она прислала мне сообщение и попросила зайти. Больше ничего. Просто зайти. Вероятно, нужно подписать документы об увольнении или еще-что-нибудь в этом роде. И, кстати, забрать деньги за последние дни.

Чем ближе я подходила к штабу гильдии, тем медленнее становились мои шаги. Недавний обед подступил к горлу. Мне не хотелось туда идти. Хотелось просто забыть о том безумном магическом мире, в который я ненадолго заглянула. Войти и увидеть, что эта волшебная жизнь идет своим чередом без меня?.. На редкость паршивое ощущение.

Собрав все свое мужество, я двинулась дальше и шагала уже без колебаний, пока не оказалась перед дверью с нарисованным вороном на боевом молоте. Меня охватило отвращение, желание убежать – так всегда действовали чары на двери. Но я распахнула ее, вошла в полутемный паб, и вдруг меня ослепил яркий солнечный свет.

– Тори!

Я едва успела разглядеть синие локоны Син – в тот же миг она стиснула меня в объятиях. Наконец, выдавив из моих легких весь воздух, она отстранилась и рассмеялась, глядя на выражение моего лица. Ее волосы были взлохмачены.

– Я так рада, что ты пришла! – воскликнула она и взяла меня под руку. В пабе было довольно людно, и почти все лица были мне знакомы. Маги приветственно окликали нас из-за столиков, но Син потянула меня прямо к бару.

– Ну как твои дела? Как нога?

– Хорошо, – растерянно ответила я, кладя папку и сумочку на стойку. – М-м…

– Извини, что я тебе не звонила. – Син взобралась на стул. – Магипол устроил нам проверку. Всюду совали нос, все разнюхивали – записи, документы и так далее.

– Проверку? Но почему? Это же те псионики – похитители и убийцы, а не вы.

– Да, но у нас не лучшая репутация, и Магипол хотел убедиться, что это не мы спровоцировали ККК. – Син пожала плечами. – Все с лупой изучали. Вот Клара и заставила нас удалить из телефонов твои контакты и историю звонков, на случай, если Магипол вздумает проверять.

У меня округлились глаза. Так вот почему я всю неделю ни от кого не получала вестей? Я окинула взглядом паб, но Аарона, Кая и Эзры нигде не было видно.

– Лиам будет рад тебя видеть. Вчера он вернулся домой, уже совершенно здоров. – Син нерешительно улыбнулась. – Я рада, что ты вернулась, Тори.

Я не стала говорить, что вернулась совсем ненадолго.

– Так значит, в Магиполе обо мне не узнали?

– Нет, можешь не волноваться. О тебе все молчали, как рыбы. Если бы до этого докопались, и тебе, и гильдии не поздоровилось бы.

Почувствовав слабость в ногах, я опустилась на стул. За стойкой никого не было. Купер, должно быть, на кухне.

– Я до сих пор не могу во все это поверить. – Син улыбалась. – Ты опять спасла Аарону жизнь. Он в большом долгу перед тобой. Главное, не забывай почаще ему об этом напоминать.

Я открыла рот, не зная, стоит ли объяснять, почему напоминать мне не придется. И тут Клара выскочила из кухни – как обычно, в лихорадочной спешке.

– Тори! Ты здесь! – Она бросила на стойку стопку папок. – Идем со мной.

Я ожидала, что она поведет меня в маленький кабинет при кухне. Но она направилась к лестнице. Закусив губу, я двинулась за ней и, миновав рабочую зону на втором этаже, поднялась на третий. Как и в прошлый раз – единственный, когда я поднималась сюда, – мы подошли к столам трех офицеров, но за ними никого не было.

В задней стене была еще одна дверь, Клара постучала и распахнула ее. За ней оказался просторный кабинет с единственным столом и двумя большими книжными стеллажами вдоль стен. С одной стороны выстроились три стула, на которых сидели офицеры гильдии: Жирар со своей роскошной бородой, снежная королева Тавифа и блондин в очках – Феликс.

За столом сидел еще один человек, смутно знакомый – немолодой, с проблесками седины в волосах, с небольшой, тщательно ухоженной бородкой и выразительным лицом. Дариус, глава гильдии.

Он указал на стул перед собой:

– С возвращением, Тори. Присаживайтесь, пожалуйста.

Я несмело шагнула вперед и примостилась на краешек стула. Мой взгляд метался от одного лица к другому. Клара встала за правым плечом Дариуса. Кажется, надо готовиться к неприятностям? Уволить меня уже уволили, но, может быть, Дариус хочет передать меня в Магипол, чтобы мне назначили какое-то наказание?

Дариус сцепил пальцы и оперся на них подбородком, разглядывая меня с головы до пят. Хорошо, что я оделась прилично, а не в шорты, как всегда. Если уж отправляться в магическую тюрьму, так хотя бы при полном параде.

– Тори, – проговорил глава гильдии – медленно, словно тщательно подбирал слова. – Среди магов встречается очень много уникально одаренных и сильных личностей. Чтобы выделиться среди такого количества талантливейших магов, с которыми мы привыкли иметь дело ежедневно, нужны действительно редкие и исключительные способности.

Его серые глаза встретились с моими.

– Вы, Виктория Доусон, самая невероятная и замечательная девушка из всех, кого мне приходилось видеть за много лет, как среди магов, так и среди людей. Благодаря вашей смелости, решительности и умению доверять интуиции вы спасли жизнь Аарону, чего я сделать не смог. И он, и я, и вся гильдия в большом долгу перед вами.

Я сглотнула, стараясь не выдавать изумления. Это было совсем не то, что я ожидала услышать.

– Однако я должен сказать, – продолжал Дариус, и его голос стал жестким, – что вы подвергли свою жизнь серьезной опасности. Вы никому не сообщили о своем плане, действовали в одиночку, без всякой поддержки, и едва не погибли. Вы пренебрегли ценными навыками других членов гильдии и утаили важную информацию.

Приоткрыв рот, я съежилась на стуле, как первоклашка в кабинете директора.

– Мы не гильдия независимых одиночек. В «Вороне и молоте» мы действуем как одна команда, чтобы наши сильные стороны могли уравновешивать слабости товарищей. Жизнь каждого, включая вашу, одинаково ценна. – Он откинулся на спинку кресла. – При других обстоятельствах на этом собрании мы решали бы вопрос о дисциплинарном взыскании.

– В-взыскании? – заикаясь, переспросила я.

– Я не позволяю членам моей гильдии безрассудно подвергать опасности ни себя, ни других. Однако, – в его глазах блеснул веселый огонек, – поскольку вы не член гильдии, я могу лишь выразить недовольство.

Я выпрямилась, стараясь взять себя в руки и держаться с достоинством.

Дариус погладил бороду.

– Насколько я понимаю, Тавифа уволила вас с должности бармена. Мы с Кларой не согласны с ее решением.

Темные глаза Тавифы метнулись к Дариусу, затем ко мне.

– Я приняла это решение в кризисной ситуации, когда на кону стояла жизнь члена гильдии, но, возможно, я поспешила с вашим увольнением.

Что это – извинение? Я не знала, как это понимать.

Дариус взял лист бумаги, лежавший перед ним на столе.

– Интересно, что, согласно документам, которые Клара так и не оформила, – его заместительница вздрогнула, – вы никогда официально не работали на гильдию. Поэтому я не могу вернуть вас на работу.

Я моргнула.

– Вместо этого, – негромко проговорил Дариус, придвигая ко мне бумагу, – я прошу вас рассмотреть новое предложение.

Я ошеломленно взяла бумагу и пробежала глазами. Предложение было изложено подробно, в ясных формулировках – рабочие часы, заработная плата и льготы. Замысловатая подпись Дариуса уже стояла внизу страницы рядом с пустой строкой, ожидавшей моей подписи.

– Остается еще вопрос об одобрении Магипола, – заметил Дариус. – Но будем решать проблемы по мере их поступления.

В голове у меня гудело. Глава гильдии пристально посмотрел на меня и сказал остальным:

– Не могли бы вы дать нам минуту?

Клара и трое офицеров вышли, оставив нас с Дариусом вдвоем. Он поднялся со стула и подошел ко мне. Не зная, что делать, я вскочила, охваченная непонятным беспокойством. Обычно в присутствии людей, облеченных властью, мой нахальный язык развязывался сам собой, но Дариус пользовался своим авторитетом, как опытный фехтовальщик шпагой. В его присутствии даже моя язвительность куда-то подевалась.

К моему изумлению, он взял мою руку в свои, теплые и мозолистые.

– Предложить вам работу – меньшее, чем я могу вас отблагодарить. Если бы не вы, я потерял бы Аарона. Он умер бы у меня на глазах, и я не смог бы этому помешать. Я не в силах выразить свою благодарность, но знайте – примете вы это предложение или нет, в любом из моих домов вы всегда будете желанной гостьей.

Неожиданные слезы защипали глаза. Я быстро заморгала.

Дариус выпустил мою руку и присел на край стола.

– Может быть, вам нужно время, чтобы подумать об этом предложении?

– Я уже подумала. – Я подняла указательный палец. – Я приму его при одном условии.

Брови Дариуса поползли вверх.

– И что же это за условие?

Я повернула бумагу к нему и ткнула пальцем в строчку. Брови Дариуса поднялись еще выше, и я хитро улыбнулась. С тихим смешком он взял ручку.

Через пять минут я слетела вниз по лестнице с подписанным договором в руке. Доскакав до нижней ступеньки, резко остановилась и чуть не упала.

Син куда-то исчезла, а на ее месте, небрежно прислонившись к бару, с ромом и колой в руках, стояли в ряд Аарон, Кай и Эзра. Ощущение дежавю накрыло меня – мне живо вспомнилась наша первая встреча, особенно когда я увидела озорную усмешку Аарона. Я соскочила с последней ступеньки, лишь краем глаза заметив суету в зале, но не успела еще сообразить, как реагировать на внезапное появление троицы, а Аарон уже сорвался с места.

Он обхватил меня за талию и подвел к Каю и Эзре. В тот же миг они окружили меня у стойки, а моя бумага оказалась в руках Аарона. Он издал победный клич:

– Ее снова приняли на работу! И… ух ты! С повышением! – Словно не веря глазам, он ткнул пальцем в перечеркнутую цифру моей первоначальной ставки – теперь вместо нее стояла новая, вписанная четким почерком главы. – Да ты молодец! Дариус – тот еще жмот.

Эзра улыбнулся, его разные глаза тепло смотрели на меня.

– С возвращением, Тори.

– Наконец-то, – пробурчал Аарон. – Я уж думал, Магипол не оставит нас в покое до самого Рождества.

Кай взял у Аарона бумагу и просмотрел.

– Отлично. Насчет супервизии тут ничего не сказано.

– Что?.. – непонимающе переспросила я.

– Аарону больше не нужно следить за тобой каждую смену. И это хорошо, потому что у нас полно работы. Четырнадцать магов из ККК все еще считаются пропавшими без вести, и Магипол назначил за них очень щедрую награду.

– Но… – Я заглянула в договор, где действительно не было пункта о супервизии. – А я справлюсь… сама?

– Неужели ты хочешь, чтобы я надоедал тебе тут по восемь часов в день? – На лице Аарона появилось лукавое выражение. – Если уж проводить столько времени вместе, так лучше не на работе. Не забывай, я обещал тебе свидание.

– В любом случае он тебе не нужен, – вмешался Эзра. – Скорее уж Аарону следует попросить тебя присматривать за ним.

Аарон вскинулся:

– Что ты хочешь этим…

– Точно, – согласился Кай. – Может быть, нам стоит составить график дежурств, чтобы Аарон всегда был под защитой.

– Не нужна мне никакая…

– Никогда не знаешь, когда тебя снова похитят.

– Это было всего один раз!

Аарон кипел, а Кай и Эзра посмеивались. Я стояла рядом с ними, и мой мозг все никак не мог справиться с неожиданным поворотом событий. Я-то думала, ребята и думать обо мне забыли и я больше никогда не переступлю порог гильдии. И вот я снова здесь, снова принята на работу, и…

Три пары таких разных глаз смотрели на меня, и казалось, будто ничего не изменилось. Как будто и похищение Аарона, и наш жуткий побег, и близость смерти – все это был обычный рабочий день.

Обычный день из жизни магов.

Хорошо, что я не маг. Всего лишь бармен. В гильдии. В гильдии магов… Да, пожалуй, разница не так уж велика, ну и пусть.

Мое лицо расплылось в улыбке. Просияв в ответ, Аарон потянул нас к бару. Эзра прислонился к стойке рядом со мной, а Кай занял место по другую руку от Аарона.

Купер, вынырнув из кухни в облаке табачного запаха, приветливо помахал мне рукой:

– Хочешь чего-нибудь?

– Закажи что-нибудь выпить за мой счет, Тори, – настойчиво сказал Аарон. – Хоть чем-то тебя отблагодарю.

– Можем выпить за удивительный талант Аарона попадать в плен, – предложил Эзра.

– Нет, – фыркнул Аарон. – Лучше выпьем за прекрасную и потрясающую Тори, мою спасительницу.

Кай наклонился ближе и взглянул мне в глаза:

– А потом немного поговорим о том, что в следующий раз ты будешь звонить мне и Эзре, а не кидаться в одиночку спасать его жалкую задницу.

– Э-э… ладно. – Я поежилась. – А может, лучше обойдемся без следующего раза?

Все трое переглянулись, а затем Аарон притянул меня к себе.

– Это была бы адская скучища. Но мы позаботимся, чтобы к следующему разу ты была лучше подготовлена.

Я вытаращила глаза.

– Ну, знаешь! Я всего лишь бармен.

– Не-е-ет. – Его смеющиеся голубые глаза встретились с моими. – Пусть официально ты и не состоишь в «Вороне и молоте», все равно ты – часть семьи.

Я молча смотрела на него, окончательно потеряв дар речи.

Купер торопливо подошел к нам с моей сумочкой и папкой для резюме в руках и положил их на стойку возле меня.

– Ну так что, Тори? Чего ты хочешь?

Взяв папку, я посмотрела в разные глаза Эзры, потом в темные глаза Кая и, наконец, в лукаво ухмыляющееся лицо Аарона. Я стояла между тремя магами, и этот вопрос эхом звучал у меня в голове. Чего я хочу?

Я протянула руку с папкой через стойку и разжала пальцы. Папка шлепнулась прямо в мусорное ведро. Выпрямившись, я ответила Аарону такой же озорной улыбкой.

– Если уж ты платишь, – сказала я, – то я знаю, чего хочу.

Аарон с любопытством ждал. Я повернулась к Куперу, и моя улыбка стала еще шире.

– Можно мне «Маргариту»?