Глава 42x

Внезапно для самой себя я прыскаю со смеха. Совсем неуместно, но Даниэль вроде бы далеко не глупый. Неужели он думает, что я поверю в этот бред про добропорядочность?

— Казино и честность — два противоположных друг к другу понятия. Это же немыслимо. Вы порождаете у доверчивых людей зависимость, пользуетесь их нездоровым пристрастием, а потом обдираете до нитки, за что и платите дорогую цену! Не всегда же всё будет сходить с рук, — с изрядной долей скепсиса я качаю головой. Мне вдруг становится неприятно от того, что мужчина, к которому я начинаю что-то испытывать, зарабатывает таким обманным путём. — Даниэль, так ведь нельзя. Подумай о будущем.

Резко тряхнув головой в возмущении, он фыркает. Он даже брезгует на меня посмотреть.

— У тебя стереотипное мышление, причём это касается не только данного разговора. В твоей голове столько предрассудков, что пора бы тебе избавиться от них, но ты продолжаешь слепо верить в них, даже тогда, когда я признался, что абсолютно чист перед законом, — он испытывает раздражение, глядя на меня, а я ощущаю неловкость. Мне хочется обосновать своё мнение, сказать, что я лишь обобщила, но уже поздно. Он разочарован во мне. — Да! Как бы то ни было, я всегда остаюсь в плюсе, иначе бы давно уже прикрыл неугодную лавочку. Но дело в том, что я против обманных ходов. Когда удача сопутствует гостю игорного дома «WK», мы никогда не воспротивимся выплатить выигрыш, вплоть до последнего цента. А вот другие казино этим похвастаться уже не могут.

— Ага, то есть ты не ставишь на счётчик должников, которые проиграли всё, что только можно в твоём казино и больше не в состоянии платить? Что-то слабо верится! Ищи своего обидчика среди них! — совсем перестаю отдавать себе отчёт, поэтому чересчур резка в своих словах, за что и получаю в ответ лишь молчаливый укор.

Даниэль снова возвращается к своему телефону, давая понять, что дальнейший диалог не имеет никакого смысла, но этот поступок только подливает масла в огонь. Я продолжаю накаляться. Всё равно мне терять уже нечего. Я даже трескаю его по рукам и от удара телефон выскальзывает, приземлившись к моим ногам. Смерив меня сердитым взглядом, Даниэль сжимает свою челюсть до вздувшихся желваков. В этот момент я снова начинаю запоздало сожалеть о неуместной резкости. У него и так полно проблем, а тут ещё я смею учить его жизни.

— Больше никогда так не делай, — произносит сквозь зубы.

Смотря прямо перед собой, он до хруста сжимает свои кулаки.

— Извини, но, —  надуваю губы. —  Просто я веду к тому, что может быть это один из должников хочет покончить с тобой? Это тебя хотят свести в могилу! Я им не нужна, поэтому не нужно проводить параллель с этим долбаным фильмом! У нас совершенно иная ситуация.

— Ты в очередной раз ошибаешься! Это исключено! В моём казино сконцентрировано самое большое количество богатых людей от мала до велика, за исключением высокопоставленных чинов. Ещё десять лет назад я разработал индивидуальную пропускную систему, назовём её проверкой на доверие. На начальном этапе я правда не верил в её успех, но время показало, что таким образом я обезопасил наших клиентов и себя в том числе. Ведь получить членство в нашем казино — всё равно, что оформить многомиллионную ссуду под самый низкий процент. Гость должен подтвердить свою личность, доходы и все имеющиеся активы. Но даже после тщательной проверки, мы вправе отказать в членстве, если у нас возникают сомнения. Нам не нужны проблемы ни с долгами, ни с репутацией казино.

— Хочешь сказать, все эти богатенькие людишки добровольно расстаются со своими деньжищами? Что за идиоты?

— Не все, но кто не первый год в азартных играх, знают, чем может подобное обернуться. Если по каким-либо причинам гость отказывается возвращать долг казино, то тогда мы уже вынуждены поставить неплательщика на счётчик, разумеется, после выяснения обстоятельств. Мои помощники ведут эти дела, но таких случаев бывает раз, два и обчёлся. Азарт не всегда губит, зачастую он окрыляет и люди добровольно расстаются со своими сбережениями, если умеют вовремя притормозить.

— Ага! Кому захочется становиться банкротом из-за твоего казино?

— На самом деле мне плевать! Когда мы оформляем членство, гости подписывают договор, где принимают все наши условия. Получается, они добровольно расстаются со своими миллионами. Сразу видно, ты не азартный человек.

— Значит тебя хочет укокошить тот, кто проиграл тебе все свои миллионы. Нужно вычислить этого козла!

Даниэль смотрит в одну точку, будто что-то прикидывая, затем качает головой из стороны в сторону. Он откидывается на спинку дивана и в отчаянии проводит ладонями по лицу.

— Или тот, кто хочет завладеть казино, ведь в случае моей смерти, оно будет принадлежать Штату, а Штат вправе распорядиться им, как посчитает нужным, — он обречённо вздыхает. — Здесь каждый, даже микроскопический чиновник, находится под подозрением, но в любом случае мои люди занимаются этим вопросом. Можно сказать, у меня всё под контролем, но пока дело не сдвинулось с мёртвой точки, тебе нужно убраться из города.

Опять он за своё! Как он не поймёт, что я хочу остаться здесь… Боже, нет, не так. Я хочу остаться с ним! Но я ему не нужна так, как он мне.

Почему он? Почему меня угораздило втрескаться именно в того, кому я доставляю одни лишь проблемы. На планете миллиарды других мужчин, а я чуть ли не пускаю слюни по тому, кто заставляет меня чувствовать себя обузой.

— Не поеду я никуда! Я не хочу! — вскакиваю с дивана.

Сейчас я хочу убраться лишь из этой комнаты. Подальше от его равнодушия. Но Даниэль подрывается следом за мной и быстро догоняет меня.

— Меня не волнует, чего ты хочешь, — резко тянет меня за руку, развернув к себе лицом.

— Больно же! — прикрикиваю я, и он сразу же отходит от меня на шаг, выставив руки перед собой. — Не тебе решать за меня, заруби себе на носу!

— Ещё один просчёт! Как раз мне! Я теперь отвечаю за тебя, — убрав руки в карманы, он разворачивается от меня спиной. — Поверь, это необходимо, мармеладка, — уже спокойно произносит он, как мне кажется с капелькой нежности.

Не человек, а какая-то головоломка.

— Что-то я не припомню, когда ты нанимался в мои няньки?

Воздух в комнате из-за наших споров накалился до такой степени, что достаточно одной самой малой искорки, чтобы всё в радиусе мили вспыхнуло неукротимым пламенем.

— Ты не подумала о том, что они могли выследить нас тем вечером? Не думала, что под тебя уже во всю копают, чтобы с помощью тебя же дёргать за мои ниточки? Ты делаешь меня уязвимым, поступая так безрассудно.

Ошибусь ли я, если скажу, что всё это звучит как-то уж больно эгоистично? Он задумал отправить меня подальше от себя, обезопасив тем самым свою же задницу? Или всё же он действительно хочет перестраховаться, чтобы уберечь меня от… От чего? От кого? Как же это сложно понимать… Страшно ощущать это всё на своей шкуре.

— Даниэль, им нужен ты, а не я, — на мой тихий голос он медленно разворачивается ко мне лицом.

Подходит ближе и некоторое время просто молча смотрит на меня. Хоть обстановка и напряжена, но от него веет успокаивающим теплом. Чем он ближе, тем мне спокойней. Сразу хочется протянуть к нему руки, обнять его и погрузиться с головой в эту теплоту, но это лишь самообман, поскольку, дотронувшись до его груди, пальцы прошибает колючим холодом. Сейчас он не настроен к проявлению нежности. Она вообще ему не свойственна. Это лишь притворство. Оболочка, которая лопнула ещё на яхте.

— Послушай меня, семь лет назад уже было нечто подобное. Тогда, чтобы выйти на меня, они случайно убили мою… — запинается он, прикрыв глаза. Пауза затягивается, а меня распирает смесь любопытства и сожаления, ведь я вижу, каких усилий ему стоит договорить эту фразу. — Они убили мою девушку. Мне продолжить? Ты хочешь услышать все подробности?

Какой ужас!

Нет, я была бы полной идиоткой, если бы всерьёз думала, что у такого привлекательного мужчины в самом расцвете сил, никогда не было возлюбленной. Была и, по всей видимости, между ними была настоящая любовь. Может поэтому он такой малообщительный, чрезмерно осторожный и хладнокровный? Он до конца не открывается мне. Я уверена, в его арсенале ещё куча загадок, которые мне непостижимы.

Да, у него имеется печальный опыт, и так вышло, что ему есть с чем сопоставить, но в нашем случае я не нахожу ни единого сходства.

— Не нужны мне никакие подробности! Это была твоя девушка, Даниэль! Я же в этой истории никто! Никто, понимаешь!?

— Дура! Какая же ты идиотка! — пронзительно рявкает он, сжав свою голову ладонями, и я вздрагиваю. На мои глаза моментально наворачиваются слёзы обиды. Увидев, что я начала разводить сырость, его взгляд, прежде налитый кровью, становится ощутимо мягче. Он раскрывает рот, хочет что-то сказать, но просто шумно выдыхает, а после обходит меня.  — Уже очень поздно! Стивен отвезёт тебя домой! На твоём счету сейчас достаточно средств, чтобы уехать завтра туда, куда пожелаешь, и с кем пожелаешь, но только по поддельным документам, имей в виду.

Нахожусь в ступоре из-за своей тупости. Но в его глазах я стану ещё большей идиоткой, если скажу ему истинную причину, по которой я не хочу покидать город.

Шмыгая носом, я вытираю свои слёзы, которые нестерпимо пекут глаза.

«В этом доме ты находишься в безопасности».

В голове загорается яркая лампочка, озаряя в ней одну-единственную мысль, а затем я порываюсь вслед за Даниэлем. Я мчусь по тёмному коридору, втихомолку проклиная себя за то, что не додумалась об этом раньше.

— Я не хочу домой! — кричу ему в спину. — Я не хочу никуда уезжать!

Даниэль тормозит у двери в комнату и распахивает её, даже не обернувшись на мой голос.

— Твоё дело сделано! Уговор есть уговор!  — бросает он через плечо. — И ты сделаешь как я скажу, иначе Нику не поздоровится!

Я с ужасом ахаю. При чём здесь мой брат? Решил пойти на подлость, манипулируя Ником? Он думает, что таким образом я соглашусь на всё, что он скажет?

— Ты не сделаешь с ним ничего плохого! Ты же лжёшь!

— А это мы ещё посмотрим!

— Ты сказал, что в этом доме безопасно, почему тогда я не могу остаться у тебя? — я встаю рядом с ним и дотрагиваюсь до его пальцев на ручке двери, чтобы он наконец обратил на меня внимание. — Даниэль, я хочу остаться здесь…  С тобой… Понимаешь?

Он смотрит сначала на мою руку, а затем переводит взгляд на меня.

— Плохая идея.

— Нет. Это самая лучшая идея. Здесь я буду находиться у тебя на виду. Тут же куча охраны, — я касаюсь его напружиненной груди, и цепляюсь в футболку, умоляюще глядя на него. Не отпущу. — Пожалуйста, Дэни.

Даниэль замирает, буравя меня своим взглядом, который останавливается на моих губах. Это время тянется бесконечно долго, его лицо плавно приближается к моему, и я перестаю дышать.

— Хорошо, мармеладка. Давай посмотрим, что из этого выйдет, но впредь не называй меня так, — его горячий шёпот напротив моего уха обжигает кожу, и как же жаль, что это длится не вечно. В следующее мгновение он уже пересекает порог своей мрачной комнаты. — И ещё, ты забудешь о тренажёрном клубе раз и навсегда. Если нужно куда-то, то только в сопровождении Роба или Стивена. Когда я выйду на заказчика, ты можешь быть свободна. Доброй ночи, Александра.

Я успеваю только раскрыть рот, чтобы произнести слова благодарности, но он запирает дверь, оставляя меня одну в коридоре. Я валюсь спиной на стену и обессиленно скатываюсь по ней вниз.

Не страшно. У него просто плохое настроение. Не нужно дуться на него из-за того, что он поступил не так, как я ожидала.

А чего я ждала? Поцелуя на ночь? Что за глупости?

Лекси, раскрой ты глаза! Всё, что между нами произошло, лишь порыв, но он закончился. Не нужно ждать от Даниэля особого отношения к себе. Таких как я половина штата. Чем я могу отличаться от других? Ничем, нужно быть честной хотя бы перед собой.

Просидев ещё какое-то время у двери, из узкой щели которой, виден тонкий лучик света, я вслушиваюсь в звуки тяжёлых шагов Даниэля, но, когда свет гаснет и шаги прекращаются, я возвращаюсь в свою комнату и заставляю себя хотя бы попытаться вздремнуть.

Надеюсь, когда я проснусь, всё будет совсем по-другому.