Глава 2

Пересуды о прогулке в галерее быстро разлетелись по дворцу, и к ужину каждый второй придворный знал, что леди Астер охраняют самые строгие церберы двора. Почему? На этот вопрос дамы не отвечали, но продолжали опекать сияющую красавицу, словно она была их собственной дочерью. Герцогиня Сайрин, тетушка короля, вообще ходила с юной леди Фрей под ручку и рассказывала ей всю подноготную кавалеров, желающих свести приятное знакомство с юной провинциалкой. Впрочем, сама леди Звездочка, как ее прозвали из-за любви к такой форме украшений, вела себя скромно, сдержанно и вполне аристократично. Ее манеры пленяли простотой, а движения – изяществом. И даже записные холостяки, глядя на ее милое лицо, начинали задумываться о браке. – Что-то здесь нечисто, – первым заподозрил неладное герцог Гриз и поделился своим ощущением с друзьями. – Что нечисто? – более простодушный Фолкнер любовался дамами с балкона и чуть не облизывался на аппетитную красотку с глубоким декольте. Кажется, именно у нее он провел эту ночь… – Я сам видел, как леди Джолер запретила своему племяннику приближаться к Звездочке! – с возмущением заявил Гриз. – Племянник леди Джолер? Лорд… как его там? – вскинул бровь Триан. – Уинн, – раздраженно ответил герцог. – Парень смазлив, как кукла, и посетил уже немало альковов почтенных дам, получая от них подарки за визиты. Еще год-два, и будет приискивать себе скромную провинциалку с хорошим приданым для рождения наследника. – Леди Фрей бесприданница, титул и земли ее отца майоратные, – пожал плечами Фолкнер, – подозреваю, леди Джолер сочла ее неподходящей невестой. – Нет, тут что-то другое, – покачал головой герцог. – Подумай сам, если леди может развести сады на голых камнях, значит, с деньгами проблем не будет. – Сады мало вырастить, – поддержал беседу барон Триан, – урожай надо правильно собрать и сохранить или продать. Но тут я согласен с тобой, Ром, что-то нечисто. Даже самые зверские грымзы искренне улыбаются леди Астер! Я сам видел, как леди Мооз пыталась сделать благожелательное лицо! Граф и герцог с усмешками изобразили священный круг – леди Мооз считалась самой строгой блюстительницей нравов Двора. – И ты еще жив, друг мой? – хохотнул Гриз. – Мне кажется, эта старая перечница забыла, что люди иногда улыбаются! – Тем не менее я это видел, – барон проводил взглядом леди Фрей и ее матушку, неспешно идущих в столовую. – И не заметил никакой магии. Помните, года три назад в моду вошли чарующие амулеты? Герцог и граф поморщились. Они тогда еще не были даже наследниками, так что дорогая игрушка им была не по карману, но самое противное – они не могли себе позволить и защитные амулеты. Барон в то время был в отъезде, и юные придворные сполна хлебнули фальшивого очарования от фрейлин и прочих придворных кокеток. На их счастье, Триан вернулся довольно быстро и подарил друзьям защитные амулеты. Постепенно ими обзавелись все придворные, и модная «игрушка» потеряла актуальность. Однако впечатления тех месяцев прочно врезались в память мужчин. – Это точно не амулет, – протянул Фолкнер, передернув плечами. – Я, кстати, до сих пор защиту ношу, – добавил герцог Гриз, поглаживая широкую цепь с подвесками, спрятанную под рубашкой и камзолом. – Он неактивен. – Хотелось бы разобраться в этой загадке, – сказал Триан, замечая, что леди Фрей и ее дочь все еще не дошли до столовой, поскольку останавливались каждые два-три шага, чтобы поздороваться с очередным придворным льстецом. – Предлагаю побольше узнать об этой красотке, – промолвил герцог, – очень подозрительно выглядит это единодушие самых отпетых сплетников Двора! – Согласен, – Фолкнер нахмурился, потом просиял: – Если она действительно может развести на моих камнях сады, я, пожалуй, сделаю ей предложение! – А я просто присмотрю за вами, – решил Триан, – если это магия, на меня вряд ли подействует. Переглянувшись, мужчины двинулись в столовую – ужин с их величествами пропускать не стоило. * * *Весь следующий день три друга провели, выслушивая сплетни и слухи о семье виконта Фрейя, а вечером собрались в комнатах герцога, чтобы под буженину и бутылку вина обменяться собранными сведениями. Так, графу Фолкнеру удалось узнать, что земли у виконта мало – всего одна деревня с маленьким загородным домом. Виконт там практически не бывал, зато дамы проводили все лето от цветения до сбора урожая. – Земля скудная, но крестьяне не голодают, – рассказывал граф, с аппетитом поедая ветчину и сырный пирог. – На ярмарку вывозят очень хорошие овощи, яблоки. Зерно, правда, не везут, куда-то в другое место продают. Я с Дэрилом поболтал, с бароном Хьюзом, у него земли рядом с Фрейем и дохода совсем нет. Если бы не лошади, давно бы ноги протянул. – По слухам, леди Фрей действительно проводила зиму в столице, но во дворце не бывала, – сказал герцог. – Самое интересное – примерно год назад виконт опустошил все свои счета и даже продал кое-какие драгоценности. – Год назад? – барон Триан разбавил свое вино водой и для закуски выбрал соленые орешки. – Леди Астер представили ко двору в начале этого сезона. Если бы отец потратил все доходы на наряды, она блистала бы уже год. Кстати, сколько там было? – Немного, но все же… Полторы тысячи золотых! – ответил Гриз. Граф присвистнул: – Три годовых дохода их поместья, на эти деньги леди Астер можно завернуть в иремский шелк с ног до головы раз двадцать… – Больше, – прищурился Триан, – но леди носит шерсть и лен, а вышивка на ее платье самая обычная. В каком банке виконт держал деньги? Я, пожалуй, навещу старых друзей и узнаю, куда они ушли… – А что удалось узнать тебе? – Гриз соорудил себе бутерброд и отрезал от него кинжалом маленькие кусочки, закусывая отличное анжуйское вино из собственных виноградников. – Мало. Виконт отлично служит. Его величество им доволен. Мажордом приводит виконта в пример прочим служакам, говоря, что большего порядка нет даже в сокровищнице. Королева с виконтом знакома, но вы знаете, что ее величество часто бывает в библиотеке. Мужчины переглянулись. Действительно, как они могли забыть? Ее величество любит читать и, конечно, обращалась за новыми книгами к главному библиотекарю! Выходит, у виконта все же есть связи при Дворе? Только очень своеобразные! – Все хором восхищаются леди Астер, но до недавнего времени никто не знал, что у виконта есть дочь! – добавил барон, забрасывая в рот несколько орехов. – Подозрительно! – хором сказали Фолкнер и Гриз. – Значит, продолжаем собирать информацию, – подвел итог Триан, – хотя это непросто. Юная леди произвела такое впечатление, что ее бальная карточка на бал осеннего равноденствия расписана заранее! Я пытался сделать запись у танцмейстера, но мне заявили, что танцев больше нет! – Мне удалось уговорить тетушку помочь мне, – усмехнулся Гриз, – так что мы все вписаны в карне[1] леди Астер! – Но как? – изумился Фолкнер. Грубоватый граф приглашал девушек на танец кавалерийским наскоком, поэтому порой его избегали, да и не считался он хорошим женихом. Да, молод и хорош собой, но беден и постоянно на войне. Не каждая готова жить в замке на голых камнях в вечном ожидании мужа! – Моя тетушка по счастливому стечению обстоятельств когда-то училась с леди Фрей в одной школе для благородных девиц, – поделился секретом Гриз. – Она немного помогает леди отсеивать ненужные знакомства и подсказывает, если знакомства удачные. Нас сочли хорошим вариантом для дебюта юной леди. – Вот ты жук, – хмыкнул Фолкнер, – но я рад. Приятно будет покружить такую красотку! – Но-но! – потряс рукой Гриз. – Вальс я зарезервировал для себя! Тебе остается мореска, а Триану вообще павана! – Прыгать, как индюк, размахивая ногами? Ну удружил! – расстроился Эббот и выпил полстакана вина одним глотком. – Спасибо, что позаботился, – задумчиво кивнул Грегори, – в паване будет шанс побеседовать с девицей. Хочу удостовериться, что ее скромность не напускная. Гриз нахмурился и поставил свой стакан: – Грег, я знаю, ты любишь дразнить дам, но… прошу, не порти девочке праздник. Барон так изумился, что потерял равновесие и чуть на опрокинулся вместе со стулом, стоящим на двух ножках. – Ром, я тебя не узнаю! Ты пожалел женщину? – Просто… у тети я встретил леди Астер. Она действительно очень милая и простая девушка, – пробормотал герцог. Триан поставил стул на все четыре ножки, вгляделся в друга и сказал: – Кажется, я просто обязан потанцевать эту павану.