Глава 7.1

Его не останавливали ни мои визги, ни протестующие вопли. Бран взмахнул рукой. Золотистое свечение разверзлось под нашими ногами. Он притянул меня к груди, игнорируя попытки вырваться. Его не смутил даже мой укус. Как бы я ни старалась причинить бывшему боль, он ничего не чувствовал. И Бран делал все, чтобы довести свой план до конца. Мы очутились во дворце. Увидев за окном знакомый пейзаж, я захотела разрыдаться. Останавливало меня лишь тот, что Бран не достоин моих слез. Он отобрал у меня свободу, лишил фамильяра, превратил в свою верную рабу. О, теперь я со всей ясностью осознавала, в чем будет заключаться смысл моей жизни! Я собиралась растоптать Брана. Сломать тщательно выстраиваемую репутацию. Лишить поддержки аристократов. Расколоть его отношения с Катрин. Уничтожить драгоценный меч, в конце концов! Бран должен страдать. Я хотела, чтобы он почувствовал, каково сейчас мне: когда беспомощно барахтаешься и смотришь, как у тебя отбирают все. Бран устало провел рукой по лицу, растирая кровь. Он осторожно дотронулся до скулы, которую я исполосовала, и снисходительно улыбнулся. – Страстная, – прокомментировал он. – Как и всегда. Я уже говорил, что ты меня восхищаешь, Рея? – Ты вызываешь у меня лишь тошноту, – выплюнула я. – Так что засунь свои комплименты куда подальше! Я с вызовом посмотрела на Брана. Он даже не пошевелился. Мы стояли у окна, мои бедра были прижаты к подоконнику. Золотой принц нависал сверху. Его безупречные светлые волосы были взлохмачены, под голубыми глазами пролегали темные круги, будто он не спал все это время. Он поджал губы, видя на моем лице непримиримую ненависть. Бран дотронулся костяшками пальцев до моей щеки, но тут же отдернул руку. Мои зубы клацнули совсем близко. Я не шутила. Я готова была пойти на все, чтобы он страдал. Коротко хохотнув, Бран подхватил меня под бедра и усадил на подоконник. Он стоял вплотную, блокируя путь для побега. Окно не открывалось, так что не приходилось даже надеяться выпрыгнуть наружу из треклятого кабинета. – Моя тьма, – прошептал Бран. – Люблю, когда ты сердишься. И когда грустишь. Люблю, когда ты улыбаешься. Но почему ты больше не радуешь меня своими нежными взглядами? – А ты поэт, – фыркнула я. – Да пошел ты! Бран хмыкнул. Я почти поверила, что он отойдет и позволит мне остыть, прежде чем продолжить разговор. Вместо этого Бран впился в мои губы. Золотой принц целовал жадно, будто все это время ему не хватало воздуха, и только я могла заменить драгоценный кислород. Он до боли прикусывал губы, вторгался языком в рот, не позволял отстраниться ни на секунду, притягивая меня к себе за затылок. Его пальцы путались в моих волосах. Своим поцелуем Бран и просил, и наказывал, и говорил, как сильно скучал. Я задыхалась. От негодования. От затянувшегося поцелуя. От рук, хозяйничающих под моим платьем. Шнуровка корсета пала первой. Бран рванул юбку, и ткань расползлась прямо на мне кусками, открывая часть бедра. Жадные губы короля покинули мои, чтобы вскоре прижаться к шее. Бран что-то бормотал. Что-то про судьбу и предназначение. Воспользовавшись моментом, я резко разогнула ногу, пнув короля по колену. Это не возымело эффекта. Тогда я принялась барабанить кулаками по его спине, груди, везде, где только могла дотянуться. Бран хрипло рассмеялся. Он отвлекся от меня, чтобы стянуть с себя рубашку, показывая совершенное тело с легким загаром. Бран весь был таким: идеальным примером того самого принца из сказки. Он достал ремень из брюк и посмотрел мне в глаза. Золотой принц не стал снимать штаны. Он усмехнулся, уверенный, что когда придет время, я сама его об этом попрошу. Медленно и неторопливо он положил руку мне между ног, сдвигая узкую полоску белья в сторону. Я не могла пошевелиться. Тело почему-то перестало слушаться. Волна жара прошила меня насквозь, вынуждая выгнуться навстречу пальцам Брана. Кажется, я застонала, когда он погрузил их в меня. Все это было пугающе естественно. Будто подобное происходило сотни, тысячи раз. Мы ссорились, но стоило ему поцеловать меня, как иррациональное притяжение срабатывало. И я больше не могла мыслить. Бран пользовался нашей идеальной совместимостью, моим магическим голодом. Он знал, что истинность будет сводить меня с ума. Вот откуда у него была уверенность, что я прощу его брак с Катрин и многое другое… – Не-ет, – простонала я. – Немедленно убери руки! – Не то что? – улыбнулся Бран. – Покажешь, как надо удовлетворять своего короля? Он явно припоминал мне слова перед побегом. Впрочем, я ни капли не жалела, что солгала. Если он и правда думал, что я приду рушить их брак, то крупно ошибался! Я не собиралась становиться лишней. Бран не предлагал мне стать равной Катрин, не пытался примирить нас друг с другом. Он позволял нам грызться между собой и наслаждался каждой сварой. – Ненавижу тебя, – охнула я. Бран кивнул. Он добавил к первом пальцу второй. Его движения становились резче, жестче, вынуждая меня проклинать все на свете, но в особенности – собственное возбуждение. Сочетаемость. Именно о ней говорила Рея. Стоило начать, как невозможно было остановиться. Магия и химия между нами мешала здраво мыслить. Уверенные толчки Брана лишали меня возможности сопротивляться. Разум вопил, что это неправильно, но от этой запретности ласки становились только слаще. Я уже сама разводила ноги шире, позволяя ему властвовать надо мной. Наше тяжелое дыхание, мои тихие стоны – все смешивалось в единую симфонию порока. Я ненавидела Брана всей душой, но неистово хотела, чтобы он продолжал. И золотой принц чувствовал это. – Иди сюда, – велел он. – Поцелуй меня. Я толкнула его в грудь. Слишком слабо, чтобы считать это отказом, но решительно. Бран снова улыбнулся, на этот раз более провокационно. – Ты хочешь меня, Рея, – шепнул он. – Только меня. И как бы ты это не отрицала, больше тебе никто не нужен. Я не позволю тебе уйти. Бран коснулся моих губ своими. Это было настолько целомудренно, что я едва сдержала возглас разочарования. Вторя моим желаниям, он ускорил темп. Нежный поцелуй мало сочетался со страстным танцем его пальцев. Я сползала бедрами вперед, чтобы позволить ему входить глубже, сильнее. Пальцы второй руки закружили по клитору, выводя замысловатые узоры, от которых все мое тело дрожало. – Ненавижу тебя, – выдохнула я, понимая, что еще немного и сдамся. – Конечно, – усмехнулся он. – Я знаю, моя тьма. Но, если тебе интересно, первая ночь с Катрин так и не состоялась.