ГЛАВА 18

Ирина Витальевна и Ардайн слушали довольно спокойно. — То есть встретимся на Земле? — под конец наших объяснений выдала няня. И по совместительству, похоже, будущая бабушка. Теперь и я видела, какие взгляды на нее бросал Ардайн. Поэтому, возможно, до меня не сразу дошел смысл ее слов — отвлеклась. — То есть? — Ну как же, Маргарита. Вы с детьми отправитесь к айдеанцам — знакомиться с друзьями Двайра. Мы с Ардайном — навестить могилу Эльки. А потом встретимся и решим, что будем делать дальше. Считайте, что я взяла внеочередной отпуск в связи с работой в праздничные дни, вот и все. Я думаю, теперь вы непременно найдете со всеми общий язык. — Да, — подтвердил Ардайн. — За вчерашний день мы успели столько всего, что я, кажется, начал испытывать состояние второй молодости. У Лешки можно было не спрашивать — все и так было видно по его глазам. Двайр только посмеивался, глядя на все это со стороны. В тот день мы возвращались к Ардайну на Фари, чему космопух был только рад. — Размял лапы, малыш, — с гордостью потрепал животное по шерсти наш папа. А когда зашли в дом и рассказали все, что произошло с утра, столкнулись с удивительным единодушием старшего и младшего поколений. Много позже, когда мы уложили детей и отправились на кухню, я спросила об этом у Двайра. — Я и не собирался препятствовать их общению с дедом, — с улыбкой пояснил он. — Отец вообще мастер рассказывать всякие сказки и истории, которые происходили на самом деле. Возможно, они даже укладывали Мишку с Машкой прямо на корабле, пока развлекались с Лешкой. Я схватилась за сердце. — Даже знать не хочу, как это происходило. — Не волнуйся. У нас самые безбашенные и дисциплинированные старики во Вселенной. С ними не то, что детей оставлять — в разведку против союза идти можно. О-Лейр-Он узнал бы — с руками бы оторвал. — Слышу в твоем голосе сожаление! — О, нет, моя дорогая… — меня тут же заключили в самые теплые в мире объятия. — Наше с тобой потрясающее свидание я не променял бы ни за что на свете. Особенно мне интересно, будет ли у него продолжение. Жду не дождусь, когда ты начнешь ругаться на меня. Хочу прочувствовать все радости отцовства с самого начала, знаешь ли! Я только беззлобно толкнула его кулаком в плечо. Шутка про четвертую беременность после третьей «встречи» теперь, похоже, грозилась стать у нас семейной. Не знаю, как, но хором они все же уговорили меня на полет до Айдэ. Даже Лешка. Старший сын, к слову сказать, кричал громче всех. — Мама, ты что! Это же такой шанс — простому смертному очутиться у дружественного народа! — Ты не простой смертный, ты форгетонец, — скептически напомнила я. Что-что, а внутренний вредина рядом с этими непередаваемыми оптимистами во мне просыпался все чаще и чаще. — Вот! — совсем по-двайровски продолжил уговоры сын. — Я в пилоты пойду! Связь между галактиками поддерживать буду! Тогда мне впервые стало плохо. Но порыв убежать в уборную я сдержала. Просто сначала стоило признаться самой себе: Двайр Путешественник никогда не промахивался. И все, что он мне оставлял, просто обречено приживаться и давать плоды. Но я пока не хотела говорить об этом, чтобы не ошибиться. Кто их, этих форгетонцев, разберет! Поэтому я и не стала совсем уж нагнетать обстановку. Тем более что Лешка обещал наверстать весь курс пропущенного учебного года по дороге домой. Ну, или почти весь. В итоге я сделала единственно верный и возможный в данном случае шаг — «позволила» остальным уговорить себя на продление каникул. Со скрипом и свистом, хотя манипуляции с детьми, желающими получить свое, всегда были выигрышными. И мы полетели. На Айдэ. *** — Рита, вы себе не представляете, как мы познакомились с этим крокодилом! Кира Истомина, такая же землянка, как и я, на планете Айдэ, похоже, нашла свое призвание. Из того, что рассказал мне Двайр по пути к ним, я узнала, что девушка случайно пересеклась с Олейроном и погибла под колесами машины, но была возвращена к жизни с помощью флакончика с кровью древнего народа Вселенной, который Олейрон нес с собой. Пожалуй, их история оказалась более захватывающей, чем наша с Двайром, но я ни минуты не сомневалась в том, что наш путь прошел именно так, как нужно. До Айдэ мы летели примерно неделю. Все это время Лешка либо не отлипал от большого иллюминатора, либо занимался с малышней, развлекая их лекциями с коммуникатора отца. Я-то прекрасно понимала, что таким образом он умасливает меня после согласия показать еще одну планету. А вот Двайр по-настоящему умилялся. Как будто это не я, а он был беременным! Он с такой любовью смотрел на неумелые попытки Лешки показать, какой он хороший старший брат, что я начала чуять неладное. Двайр ведь всегда распознавал проделки нашего сына! Когда смотреть на его умильное выражение лица стало совсем уж невмоготу (я-то продолжала оставаться до ужаса здравомыслящей!), я приперла его к стенке и спросила, в чем дело. — Рита, ты знаешь, мне кажется, я только сейчас начал понимать, насколько я счастлив. И когда ты рядом, это становится только сильнее. И дети — они же такие милые и хорошие. Даже Лешка изменился — он ведь раньше постоянно ворчал на меня! В тот момент в голове что-то щелкнуло. — Двайр, скажи-ка мне…а как форгетонские женщины воздействуют на форгетонских мужчин? — Да примерно так же, как и форгетонские мужчины — на форгетонских женщин, — нахмурился Двайр. — Мы друг другу нравимся. Просто женщин у нас рождается очень мало, поэтому проверить как-то не представлялось возможным. А почему ты спрашиваешь? — И долго это будет продолжаться? — я отошла от него и прикрыла глаза руками. Нет, ну это же надо было такую побочку отхватить! — Если честно, я не знаю, Рита. Я никогда не оставался надолго с нашими женщинами. Не до этого было. А потом у меня появилась ты, и на других стало тяжело смотреть. Рита! — он встал передо мной и взял руками за плечи. — Что ты пытаешься мне сказать? — Только то, что ты такой веселый и счастливый будешь все следующие девять месяцев, старичок. Кажется, у нас в этот раз будет полуфоргетонская девочка… — Полу — что? — Ты права, Рита. Это точно гормональное! — Жорик отвлекся от игр с детьми и подлетел к нам. — Оно на мозг давит и не дает соображать! Ты папой станешь снова, капитан. Па-пой! Выражение лица Двайра нужно было видеть. Его глаза по размеру стали напоминать если не блюдца, то точно что-то близкое к ним. Затем он отошел от меня на несколько шагов, затем снова приблизился. — Не может быть… — замогильным голосом выдал наш папа. — Я бы понял! — С корабля все равно никуда не сбежишь, — мстительно улыбнулась я. Я-то предвкушала все прелести его «отцовства» с удовольствием! Кажется, товарищ был не в курсе, что не сможет сопротивляться обаянию нашего четвертого ребенка. И я собиралась нагло этим пользоваться! — Технически сбежать он может, — авторитетно заявил Жорик. — У него же переносной телепорт есть. Только мы сейчас в такой дали от остальных систем, что высадит нашего папу где-нибудь в открытом космосе. Предлагаю не рисковать, капитан. Четверо детей — это показатель мастерства! Хохмить Жорик умел феерически. Папу мы откачивали еще добрых полчаса — даже Лешке стало за него страшно. А потом, когда, наконец, стало понятно, что шутка про четвертого ребенка не является шуткой, меня стали носить на руках и строить планы по бережному отношению. — Тебе нужно все только свежее! — Двайр, прекрати, я дважды была беременна… — Сейчас совсем другое дело! — Двайр, ну, хватит уже… — … — Двайр! — Что? — Угомонись уже — я от твоей заботы только нервы зря потрачу! В таком ключе длился весь полет до Айдэ. Честно говоря, я даже не запоминала названия тех систем, которые мы успели миновать, поскольку большую часть пути занимал полет через гиперпространство, а все остальное проносилось мимо нас, как вспышка. Когда же мы оказались на орбите оранжевой планеты, почти сразу с нами связались Олейрон и Кира. И довольно быстро помогли с посадкой. А там нас уже приняли в радушные объятия Истоминых-Он, как со смехом называла свое семейство Кира. Именно она вышла встречать нас. И предложила остаться погостить минимум на неделю. — Но ни днем больше! — авторитетно заявил Двайр. — Во-первых, мы беременны. Во-вторых, у нас сын школу пропускает! — Кажется, на смену крокодилу очень скоро придет курочка-наседка, — задумчиво глядя на Двайра, проговорила Кира. Жорик не стал скрывать курлыкающего хохота. Комментарий Киры разрядил обстановку. А дальше нас повели в большой одноэтажный дом из черного камня. По крайней мере, мне так казалось. На фоне красной поверхности с растительностью небывалых оттенков дом Олейрона и Киры смотрелся особенно эффектно. Внутри с дочкой на руках нас ожидал глава семейства. При виде самого Олейрона мне, если честно, захотелось поежиться. Он держал суровое выражение лица даже тогда, когда Си-Ри-Он, как назвали они свою дочку, пыталась сделать из его волос что-то невообразимое. Правда, постепенно расслабился, когда понял, что все отлично и мы всем довольны. А потом нас накормили местными деликатесами. И даже для детей нашлось кое-что интересное. Пока Кира расспрашивала нас о Земле в целом и о нашей истории в частности, мы доверили двойняшек и Сири Лешке, который с важным видом принялся им что-то рассказывать в соседней комнате. Сири, не будь глупышкой, среди новых лиц сразу нашла самое главное и потянулась ручками к Лешке. Естественно, у него не было иного выбора, кроме как смириться с манипуляцией маленькой красотки, одетой в пышное белое платье. — Всю жизнь теперь на руках носить будет, — шепнул мне на ухо Двайр, воспользовавшись моментом и кивая на старшего сына. — С чего ты взял? — удивилась я. — Я тебе потом расскажу, — задорно подмигнул он мне, и я не стала допытываться. Кира много рассказывала о том, как они познакомились. Смеялась и закатывала глаза, вспоминая первую встречу с Двайром. Но она делала это так непринужденно, что я не испытала ни единого укола ревности. Что там было у Двайра до меня — все это осталось в прошлом. Сейчас со мной находился мужчина, вниманием которого я владела целиком и полностью. Одна мысль об этом заставляла сердце биться чаще и желать сделать его таким же счастливым, какой он сделал меня. Но все-таки узнать, что Двайра наняли специально вызвать интерес Киры, было забавно. — Только время зря потратил, — притворно жаловался Двайр под смех Киры. — У этих айдеанцев с логикой становится совсем туго, когда они находят свою женщину! — Если бы ты не потратил своего времени зря, тебе бы никогда не стали известны координаты Земли, дружище, — Олейрон впервые после встречи подал голос, вступая в беседу. — И мне ли тебе напоминать, как долго ты их выпрашивал? — А вот это чистая правда! — махнул рукой Двайр. — Получается, если бы у этого айдеанца не снесло крышу от этой землянки, мы бы с тобой никогда не познакомились, Рита! — Теперь я понимаю, откуда ваша дружба стала такой крепкой, — фыркнула я, пытаясь скрыть смех. — О, дорогая Рита, это они еще не рассказали, как летели догонять меня на заседание Галактического Союза, отбиваясь от сционских охранниц! — расхохоталась Кира. Вечер воспоминаний затянулся. За ним незаметно пролетела и неделя. Пока мы гостили у Олейрона, наш корабль отогнали к космопорту. Сам айдеанец в день прощания отправился провожать нас туда. — Не выдавайте Сири замуж, пожалуйста, — важно заявил Лешка Кире перед тем, как пройти на корабль Олейрона. — Я вернусь за ней, когда она подрастет. — Тогда тебе придется чаще бывать у нас, — подмигнула ему Кира. — Дама она уже ветреная и сильно интересуется противоположным полом даже в своем юном возрасте. — Договорились, — кивнул Лешка. Потом, когда Олейрон подбросил нас в космопорт и отправился обратно, тепло попрощавшись с Двайром, я заметила кое-кого и сначала не поверила своим глазам. Пришлось даже покрепче перехватить Машку за руку и попросить Двайра посмотреть туда же. Когда наш папа подтвердил, что у меня не галлюцинации, я подошла к высокой и худой женщине с волосами цвета то ли стали, то ли расплавленного серебра. Сегодня она была одета в белый облегченный скафандр наподобие тех, что были у нас с Двайром и детьми, и совсем не походила на туристку, запутавшуюся в трех соснах на Земле десять лет назад. — Донна Роза, — улыбнулась я, позвав женщину. Когда она повернулась к нам и увидела все наше веселое семейство, то с трудом смогла сдержать лицо. Было видно, что очень хотела удивиться. Но Двайр кое-что успел рассказать о сирианцах. Они казались холодными не только внешне — они и по сути своей были такими же. Безэмоциональными. Как серебро или сталь. Но наше появление явно что-то изменило в отношении донны Розы. — Я вас помню, Маргарита Светлова. Вижу, что ваша просьба выполнена в полном объеме. Вы считаете точно так же? — Здравствуйте, — улыбнулась я и кивнула. — Да, совершенно верно. Как видите, письмо пришло очень вовремя. — Что ж, я рада, — удовлетворенно продолжила донна Роза. — Значит, наша деятельность — не зря. Если вы не против, у меня будет к вам просьба. Когда доберетесь до коммуникатора, оставьте, пожалуйста, отзыв на наше агентство. Необязательно хвалебный. Как считаете нужным. Мы боремся за справедливость. Если случаются какие-то осечки с нашей стороны, мы готовы с ними бороться. — Да ваше письмо шло целых десять лет! — возмутился Двайр. Мишка, сидевший у него на руках, тут же положил ладошку папе на щеку. Мол, не волнуйся, пап, от этого мама волнуется, а ты становишься послушным дурачком. Двайр понял его с полувзгляда. А донна Роза поспешила этим воспользоваться: — У Маргариты претензий нет. А вы, — она намеренно сделала ударение на этом слове, — и без письма могли бы поторопиться. У меня никак не сходится в уме количество ваших совместных детей с датой, когда я получила послание для вас. Скажете, десять лет не видели Маргариту? Не поверю — и не мечтайте. Дети слишком на вас похожи — и они разного возраста. Маргарита, — она достала из комбинезона небольшой пластиковый кругляш белого цвета и протянула мне. — Здесь координаты нашего агентства во вселенской сети. Заходите с устройства союза — думаю, вы теперь знаете, что это такое. Мы любим длинные отзывы. Но правдивые, — напомнила она. — А теперь прощайте. Надеюсь еще когда-нибудь поработать с вами. Пока Двайр беззвучно хватал ртом воздух, Лешка тихо посмеивался, стоя рядом. А я разглядывала кругляш, который мне отдала донна Роза. Ничего необычного, просто на одной стороне были выгравированы символы «ГС». В голове сразу сложились слова «Галактические сердца». Не знаю, откуда в голову пришло это словосочетание — почему-то показалось, что информация пришла ко мне вместе с пластиком. Когда я сказала об этом Двайру, он с досадой поморщился: — Эта еще вежливая — только название своего агентства тебе передала. Некоторые любят в послание всю свою биографию запихать. Терпеть не могу склизких сирианцев! — Но ты же не можешь не признать, что она сильно поспособствовала нашему сближению? — Что значит — поспособствовала? — изумился Двайр. — Она всего-то передала твое послание! — О, дорогой, если бы я случайно не встретила эту прекрасную женщину десять лет назад, у меня и не возникло бы идеи записать это послание. — Выходит, ее тоже надо поблагодарить? — Обязательно, — подтвердила я. — Напишем два разгромных и крайне положительных отзыва. — Но они же любят правдивые! — не унимался Двайр. Мишка на одной его руке начинал откровенно зевать. Машка начала строить папе рожицы, когда я отпустила ее и позволила усесться на папу с другой стороны. У нас оказался на редкость сильный папа! — И где мы солжем хотя бы словом, милый? — Но ведь нашему сближению поспособствовали Кира и О-Лейр-Он! — Только ли? — выгнула бровь я. Двайр сделал вид, что проверяет состояние детей. Затем не выдержал и снова посмотрел на меня: — Твоя взяла. Но мне бы очень не хотелось, чтобы сириане упоминались в нашей с тобой истории! — Против фактов не попрешь. Кстати, что донна Роза могла делать на Айдэ? — Судя по всему, общалась с Габ-Ри-Элем — здешним Правителем. О-Лейр-Он, кстати, является его Советником. Так что девушка с Земли вышла не за абы кого! — Твоя девушка с Земли тоже не жалуется. Такой Путешественник во Вселенной точно один. — Вот и донна Роза точно так же сказала… — вздохнул Двайр. — Видимо, все же придется написать ей отзыв. — Не хмурься. Разве ты не доволен результатом? — Очень доволен. — Вот и не жмотничай. — Хорошо. Как скажешь, милая.