Глава 36

АЛИНА

Что-то изменилось с ним за сегодня. Чувствую это интуитивно. Что-то хорошее произошло. Может Тигран пришел в себя, поэтому Льва немного отпустило? Тянусь к нему за долгожданным поцелуем в колкую шею. И глазам своим не верю… А еще носу своему не верю! Вот вообще! Абсолютно! Ни на грамм.

Ну не может же он так поступить со мной?!

А что ему мешает? – бьет внутренний голос наотмашь. А зрение так и норовит подсунуть вид перепачканного в помаде воротника. А еще помада на его члене… потому что джинсы перепачканы там!

Как не теряю сознание сразу? Не знаю. Но в глазах темнеет. Опускается все внутри. Так больно наверно мне еще не было ни разу. Даже когда Азамат в гневе отдал меня Ашотджану на органы! Ашотджан отнял у меня всего лишь почку. Без нее можно жить, как выяснилось. А вот без сердца как теперь? Ведь его только что вырезал Лев.

Отвернулась. Прислонилась к холодной стене. Пошевелиться не могу. Вдохнуть не могу. За что вот он так со мной?

А он тебе ничего не обещал! – ехидничает внутренний голос. - Он вытащил тебя из клетки, поселил в хороших условиях, обеспечил всем необходимым. Но клятв верности он не произносил. Никакой надежды тебе не давал. Поэтому, делает все, что захочет. Спит, с кем захочет. Когда захочет…

Азамат изменял мне. Даже не скрывал этого. Но это совсем другое. К нему я не испытывала ничего кроме отвращения и тихой ненависти. А теперь вот… больно. Так больно! И слез даже нет. Вместо них горечь везде разлилась. Прямо в мозг фонтаном брызжет. И не уйти от Льва никуда ведь. Только если в клетку обратно, чтобы вторую почку забрали или кровь всю выкачали.

Наверно, надо уйти. И Лев стоит, не шелохнется. Знает прекрасно, что совершил. Или не догадывается о моих чувствах. Ну да, мы проводим с ним отлично время в кровати и не только, но это же не обязывает его автоматически хранить верность мне одной? Ну почему все так? Почему все так паршиво?

- Алин! – зовет меня его голос. – Алин, это кровь…

Да видела я все там. Я же не дурочка. Поворачиваюсь в глаза ему заглянуть. Сказать, что не надо врать. Сделал – признайся. Зачем эта ложь? Я же не жена тебе! И даже не девушка твоя!

- Алин, я в машине порезался.

Подаюсь к нему. Еще не веря, не осознавая до конца. Но хочу поверить. Как же я чертовски хочу в это поверить! Беру его окровавленное запястье. Приглядываюсь к воротнику. А потом в глаза ему снова. И верю! Хочу верить! Не стал бы он так ранить меня специально! А помада выставлена была нарочито. И так, чтобы он сам не заметил, а я увидела. Не знаю, кто его подставил. Может соседка та, с которой мы встретились в лифте в первый день. Может еще кто, кто знает, что Лев привез девушку к себе и поселил в квартире. Он же сказал, что у него кто-то есть! Конечно, этому кому-то может не понравиться соперница. И то, что сейчас Лев ради сохранения моего спокойствия, ради наших отношений разодрал себе запястье, говорит о многом.

- Больно, Лёв?

- Нет, солнце! Просто не хочу, чтобы ты всякую чушь надумывала себе. – опять прямой честный взгляд.

Мы оба знаем, что он сделал себе это сам. И я верю, что мне он не изменял. Ну нельзя смотреть на человека таким взглядом всепоглощающим! Нельзя делать столько добра для него, а потом перечеркнуть все это изменой. Нельзя. И ругать его за это нельзя. Никак.

- Идем, рану обработаю. – решаю закрыть этот вопрос раз и навсегда.

Раз уже кое-кто вышел на тропу войны с соперницами, значит нужно быть готовой и к более опасной атаке. С одной стороны старый лис и шакаленок караулят совсем близко, с другой стороны женщины Льва. А может, есть еще и третья сторона? Откуда последует следующий удар?