Глава 17. Милена

Спала я не очень. Надеюсь, история про то, что на новом месте будет сниться жених невесте, не прокатит. Ибо всю ночь, во сне, разумеется, меня домогался Мурадович.

Мой девственно чистый сексуальный опыт почему-то выдал такую замысловатую эротику, что дурно стало. Как так можно поступать с благовоспитанной девушкой?

Нацепила на себя самый благопристойный медицинский костюм, наглухо закрывающий каждую клеточку тела. Не просвечивающий. Не прямо по фигуре, чтобы нигде ничего не облепляло.

Так, перво-наперво перед завтраком надо поставить ему баночки в душ. Набрала полные руки средств и с хмурой миной отправилась на поиски его душа. Судя по всему, хозяин квартиры ушел бегать.

Даже записку оставил. Фу ты, ну ты! А вот я сегодня не в состоянии заставить себя. Спортивный какой! Хотя да, фигуру я его видела, и это что-то с чем-то! С такой только в музеи ходить. Натурщиком.

Запихнув глубоко внутрь разочарование от этой жизни и отсутствия отношений с мужчинами, которые внезапно показались мне очень существенной частью бытия любого человека, пошла дальше. В его спальню. Ну, окей.

Нашла душевую, хотя был соблазн посмотреть что-то там у него под покрывалом. Смятым, словно на нем… Ой, все, Милена Васильевна! Совсем совести у вас нет.

Зашла. Тут все тоже такое, какое-то такое интимное. Я даже не поняла сначала, где именно вход в часть, где моются. Но потом зашла сбоку и все разглядела.

Как бы тут у Мурадовича все оказалось стандартно. Просто одно средство дорогого бренда. И на том спасибо. Убрала его, начав расставлять баночки, на которых перманентным маркером написала инструкции.

Ну, а что, я не первый год с лицами мужского пола работаю. Им надо все как можно подробнее описать и объяснить. Поэтому и все проблемы у них снимутся автоматом.

Вроде, все готово. Тем не менее взяла его старый гель-шампунь-кондиционер для душа, открыла и вдохнула аромат. Кайф какой! Оглянулась.

Интересно, а если случайно забрать его себе и домой отнести, то сильно обидно будет? Хотя так не поступают! Это не профессионально. Зато какой божественный запах!

А я ведь могу мыться им потом каждый день, вспоминать о том, как мы с Мурадовичем… Так, все, прекращай свои пошлые мысли, Колос. Ну, сколько можно отвлекаться от работы?!

Эх… Как там мои бабульки? Надо было хотя бы один день нормальный рабочий оставить, а то, мало ли, потом меня забудут, я все уважение растеряю.

В любом случае надо заканчивать с этими мыслями и откладывать гель для душа. Я его вынесу отсюда, а там посмотрим. Так, куда дальше? Подалась назад и уперлась во что-то выпуклое.

Ой, а что это? Пошатнулась в сторону и случайно задела еще какой-то рычажок. Сбоку в меня ударила струя воды. От неожиданности взвизгнула.

С гневными ругательствами выронила тот самый гель для душа, он раскололся и облил меня снизу, тут же начав источать божественный аромат на всю кабинку.

Вот и верь после этого ценам! Да за такую стоимость, этот бренд должен был с луны падать и не разбиться! Везде обман.

Пытаясь перекрыть струю, что активно била мне в бедро, повернула рычажок и… В меня ударило еще три струи уже с другого бока. Да что ж это такое?!

Судорожно начала жать на все подряд, и вот уже я стою в этом проклятом душе, а вода мне только снизу в одно место не заливается! Как это остановить?

Попыталась найти выход, но не тут-то было! Я забыла закрыть дверь, и теперь вода шарашила в ванную под бешеным напором. Где тут вентиль перекрытия воды?!

– Милена! Вы что творите? – услышала я через булькающие звуки.

В эту же секунду рядом оказалось мужское тело, защитившее меня от струй, что били сбоку в лицо.

Буквально пара секунд, и этот тропический, мать его, потоп прекратился. Я часто-часто моргала, радуясь, что не успела нанести макияж.

Хорошо еще, что я одета в свою самую целомудренную медицинскую униформу. Опустила взгляд вниз и едва не застонала от обиды. Потому что это же кошмар!

В каком месте она теперь целомудренная? После того как кофточка и штаны намокли, они прилипли к телу, не оставляя ни единого сантиметра для мужской фантазии. Но даже не это было самое страшное.

Нервно сглотнула, а мои глаза в испуге и восхищении расширились. Пропищала:

– Вы почему голый?!