Глава 5

Я далеко не сразу вернулась в отведенные нашей школе покои. Сначала пришла в себя и стерла с лица все следы эмоций. Но учитель все равно почуял неладное.

Тут нечеловеческой интуиции не нужно. Любая беседа с отцом всегда заканчивалась для меня потрясениями. Но сегодняшняя, пожалуй, переплюнула все предыдущие.

Господин Хайн вопросов задавать не стал. Зато его личная служанка (по слухам — невеста) Ронни протиснулась следом за мной в комнату и тщательно закрыла за нами дверь.

— Рассказывай! — приказала она, глядя, как я без сил валюсь на постель, даже не разувшись.

Подумала, подошла и принялась помогать мне стягивать униформу.

Мне было стыдно от собственной слабости, но тело ощущалось как чужое, руки — вареными, а в голове плавал туман.

Можно было бы подумать, что меня отравили, но вряд ли отец на такое бы решился. Я должна проиграть нагам, но с достоинством, а для этого пройти еще один тур отбора. Иначе продемонстрирую слабость рода Танли, что недопустимо.

Нет, это всего лишь моя слабая женская суть дает о себе знать.

Поплакать бы, но слез не было. Лишь вселенская усталость.

Что бы я ни делала, как бы ни исхитрялась, все равно мною играли, манипулировали и управляли, как им вздумается. Все подряд. Император, наги, даже сестра.

Ощущения от воздействия свитка подчинения, который она мне обманом подсунула, почти не отличались от того, что я испытывала сейчас.

Безнадежность, беспомощность и полная невозможность что-то изменить.

— Ты знаешь что-нибудь об обычаях нагов? — выпалила я вместо ответа.

Ронни всего лишь служанка, но очень начитанная и образованная, а ее идеи и предложения иногда удивляли своей мудростью даже учителя Хайна, не говоря уже обо мне. Но надежда рассыпалась, не успев толком сформироваться.

— Нет, прости. А что случилось? — покачала головой девушка, присаживаясь на край постели и принимаясь отчищать мои наручи от налипших песчинок.

Дело важное и нужное. И отлично отвлекает от дурных мыслей.

— А кто знает? Мне бы посоветоваться, — вздохнула, не собираясь посвящать Ронни в тонкости личной жизни принцесс.

Некоторые вещи должны оставаться во дворце. Конечно, после брачной церемонии, когда супруги императора нас с Иньшеном закроют в одной комнате и громогласно пожелают счастья, все и так узнают о моем падении. Но до того момента хотелось бы сохранить видимость достоинства.

Кстати. Это ведь мысль!

Почему бы не спросить о традициях нагов у самого нага?

— Где поселили школу Шийлингджи, ты знаешь? — Я резко села на постели и не моргая уставилась на Ронни, отчего та неуютно заерзала.

— Через три двери от нас, ближе к дворцу, а что?

Служанка справедливо заподозрила неладное.

— У тебя сейчас дела есть? Срочные и неотложные?

Ронни мотнула головой.

Повезло. Не хотелось бы, чтоб из-за моих проделок у девушки были неприятности. Господин Хайн ее ругать не станет, но другие не постесняются.

— Раздевайся.

Глаза Ронни приобрели идеально круглую форму, затем сузились, и она решительно кивнула, поняв мой замысел без слов.

Говорю же, умная на удивление!

Очень скоро я деловито неслась по двору в направлении временного обиталища змеелюдов. У меня накопились вопросы, и ответы нужны прямо сейчас!

По пути меня трижды остановили, пытаясь выдать ценные поручения. Двое — ученики, от них я отмахалась. И еще раз чуть не застряла всерьез.

Попалась под руку старшей служанке гостевого флигеля.

Она заметила в моих руках поднос с едой — прихватила для конспирации — и возжелала отправить на кухню. Якобы там помощниц не хватает.

— Его змейшество господин Янджин голоден! — прошипела я не хуже нагов. — А в этом состоянии он не адекватен и может кого-нибудь укусить! Предпочитаете сами ему сообщить, что обед задерживается? Или все-таки я схожу?

— Иди уж! — сделав высокомерный вид, разрешила служанка.

Быть покусанной и, возможно, опозоренной, ей явно не хотелось.

Мне тоже, но у меня выбора нет.

Постучавшись, я осторожно приоткрыла дверь покоев, где поселили гостей из Шийлингджи.

— Проходи, не обидим! — махнул рукой один из нагов.

Мужчины вольно расположились на подушках вокруг низкого стола и пили чай со сладостями. Иньшена среди них я не заметила.

— Удивительно милые малышки здесь в обслуге, — негромко прокомментировали мое появление.

— Еда для господина Янджина! — объявила я, выпрямляясь и обводя помещение взглядом.

Тот, что одобрил мой вид, махнул куда-то в сторону.

— Он в своей комнате, но просил не беспокоить.

— Я все же попробую, а то меня ругать будут, — состроив несчастное лицо, я стремительно пронеслась мимо нагов и скрылась за поворотом коридора.

Долго искать принца не пришлось. Исходящая от него аура силы шарашила так, что я свернула в его сторону не задумываясь. Будто мотылек, притянутый пламенем.

Иньшен что-то писал и при моем появлении недовольно поморщился.

— Не советую, — буркнул он не глядя.

— Что именно? — уточнила я, ставя поднос у входа.

Обстановка здесь почти в точности повторяла ту, что была в помещениях, предоставленных школе Золотого Лиса. За одним исключением. Цвет. Яркая зелень повсюду, куда ни упадет глаз.

Тонкое издевательство со стороны императора, учитывая, что территории Шийлингджи сплошь пустыни и выгоревшие до белизны степи.

— Пытаться меня соблазнить не советую. Не заинтересован.

— Похвально. Но я не за тем пришла, — хмыкнула я, поправляя заколки в прическе. Они здесь у служанок были одинаковые, как знак отличия от господ — плоские, крупные, чтобы издалека видно было, и без каких-либо камней и завитушек. Строго и практично.

Принц поднял голову и с запозданием понял, с кем именно разговаривает. Медленно отложил перо и встал.

Я с сожалением отметила, что и сейчас, в спокойном состоянии, хвоста у него нет.

Может, они и не превращаются вовсе? Или как драконы — лишь избранные и самые сильные?

Не о том думаю!

— Мне нужно у тебя кое-что спросить. Пообещай, что ответишь честно, — попросила я.

Иньшен приближался. Уверенно и неотвратимо.

Казалось, он вовсе не собирается останавливаться. Снесет и не заметит. Когда мой нос почти уперся в мужскую грудь, я не выдержала и зажмурилась. Но не отступила.

— Да ты совсем берега потеряла, высочество, — протянул принц.

Его голос провибрировал по коже, как удар гонга, оглушая и ошеломляя.

Похоже, прийти сюда одной было ошибкой.

Да вообще мне не стоило заступать на территорию нагов.

— Прости. Мне очень нужно знать, — выдавила, не открывая глаз. И пока смелость не покинула окончательно, выпалила: — Мы правда проведем брачную ночь во дворце после турнира? С тобой?

Моей щеки коснулись прохладные пальцы. Прочертили линию вниз, к шее, пустив волну мурашек.

Принц склонился так близко, что меня обдало его запахом. Терпким, солоноватым, будто морской песок на солнце. Его дыхание обожгло мое ухо, и Иньшен прошептал:

— Тебя эта мысль пугает или радует?

Глаза сами распахнулись и возмущенно уставились на змеегада.

«У него красивые ресницы, — пронеслось в голове. — Густые, изогнутые, темные. Любая девушка пришла бы в восторг от эдакого изобилия».

— Ни то, ни другое! — отрезала я, разъяренная постановкой вопроса. — Меня сватали за твоего брата. Почему мы не можем подождать с консуммацией?

— Ты что себе вообразила? — смешок нага был грудным, низким и каким-то невеселым. — Решила, что мы тебя по очереди будем…

— Нет, конечно! — я поспешно зажала ему рот, пока этот бесстыдник не выдал какую скабрезность.

Губы под моей ладонью оказались неожиданно нежными и шевельнулись, оставляя пылающий след от поцелуя.

Я отдернулась, словно обжегшись.

— Отец сказал, что ты должен будешь меня пометить. Что это значит? — требовательно вопросила, с трудом скрывая волнение.

Сердце стучало неровно, норовя выскочить из груди.

Из-за грядущей свадьбы? Неизвестности?

Или от близости мужского тела?

— Ничего особенного. Небольшой укус, возможно, несколько, смотря как твой организм отреагирует. — Наг не отстранялся, нависал надо мной мускулистой глыбой и, кажется, принюхивался.

К чему? Я после арены не розами пахну, но его величество император не жаловался. А этому воняет, значит?

— Зачем?

— Для защиты.

Видя, что я все еще недоумеваю, Иньшен вздохнул и все-таки отодвинулся. Недалеко, на локоть, не больше, чтобы наши лица оказались примерно на одном уровне.

И оскалился.

Я сглотнула, глядя на острейшие, ровные клыки. Их было куда больше, чем положено человеку.

Драконы в двуногой ипостаси от людей ничем не отличаются. Наги же оказались куда зубастее и холоднее.

Интересно, какие у них еще секреты?

— Тебе нужен иммунитет от нашего яда, — заявил принц, как само собой разумеющееся. — Чаще всего хватает одного впрыскивания. Если твоя кровь сильна, этого достаточно. Если же ты почувствуешь недомогание или жар, может потребоваться еще пара укусов.

— Но для чего? Меня там будут кусать все кому не лень? — нахмурилась я.

Идея мне не нравилась. Пусть зубы острые, но корни у всех одинаковы. И выбить их можно, если постараться.

Жевать себя всем подряд я не позволю.

— Твой муж может увлечься на брачном ложе, — мурлыкнул Иньшен, снова прижимаясь ко мне совершенно непристойным образом. — Забудется, захочет оставить метку. Это наш инстинкт, он требует пометить избранницу, подчинить ее.

— Я не собираюсь подчиняться, — прошептала я непослушными губами.

Перед глазами маячило острое, изящное ухо, украшенное несколькими сережками, соединенными цепочкой. Золотая нить стекала на шею, заканчиваясь небольшим жемчужным шариком.

Мне отчего-то отчаянно захотелось потрогать этот шарик языком.

И шею тоже.

Наваждение какое-то. Может, меня уже отравили, а я не заметила?

— У тебя нет выбора, — выдохнул наг. — Если хочешь жить, придется позволить себя немного покусать. Иначе рискуешь умереть в настоящую брачную ночь, когда до тебя доберется мой брат.