Глава 20
25 апреля, воскресенье
Гостиница «Медвежье озеро»
Андрей Соболев добрался до гостиницы на Медвежьем озере только к полудню. Нашел взглядом парковку, немного удивился количеству машин - их оказалось четыре, и кому принадлежат красная Мазда и старенький белый Фольксваген он предположить так и не смог. Да и не очень-то старался: свободных мест хватало, а всего через минуту он и так сможет задать все интересующие его вопросы. Одно Андрей знал точно: Кристина не ездит ни на Мазде, ни на Фольксвагене, стало быть, он не рискует случайно столкнуться с ней.
Его приезд не остался незамеченным: Федоров лично вышел на крыльцо, чтобы встретить его. В темно-синих джинсах, черной рубашке, с хорошо знакомой белой тростью в руках, но без очков. За его плечом стоял Игорь, даже на природе не сменивший строгий костюм на что-то более удобное.
- Чувствую себя долгожданным дорогим гостем, только каравая на полотенчике не хватает, - прокомментировал Андрей вместо приветствия, как только подошел достаточно близко.
Федоров едва заметно скривился и недовольно заметил:
- Каравай еще заслужить надо, а тебя пришлось ждать что-то очень уж долго. Где тебя носило?
- Ты же сам просил узнать, что да как с расследованием убийства, в котором обвиняют твою жену, - вредным тоном напомнил Андрей. - Мне что, разорваться?
- Не рвись пока, еще пригодишься. - Федоров поманил его за собой, и, помогая себе тростью, направился к двери, которую Игорь перед ними с готовностью распахнул. - Что тебе удалось узнать?
- Слушай, я у тебя все-таки не работаю, чтоб с меня так спрашивать. Хоть бы кофе предложил для приличия, за жизнь расспросил...
Андрей ворчал больше по инерции, и заодно чтобы богатенький мажор не расслаблялся. Не хотелось давать ему понять, что он со своей просьбой ворвался в унылую жизнь отстраненного из-за внутреннего расследования опера как никогда кстати. Еще чуть-чуть - и Андрей вернулся бы к давно оставленной практике каждодневного пьянства, поскольку только оно было в состоянии снять образовавшееся нервное напряжение и заглушить внутренний голос, нудящий о неудавшейся жизни. Необходимость бегать и искать способы достать нужную Федорову информацию стала настоящим спасением, но ему необязательно об этом знать. Пусть думает, что в долгу перед ним.
Федоров, очевидно, так и думал, потому что безропотно привел его на общую кухню с обилием маленьких столиков и предложил угощаться кофе из машины.
- Молоко в холодильнике, если нужно.
Андрею не было нужно, он вообще не хотел кофе: успел выпить сегодня уже две порции, обе под сигарету. Поэтому если он чего и хотел, то есть. Но отказываться не стал, раз уж сам напросился. В холодильник тоже залез и достал оттуда мясную и сырную нарезки. Федоров все равно не видит, что он взял, а Игорь, хвостом пришедший за ними, ничего не скажет.
- Так как у тебя дела? - нарочито вежливо поинтересовался Федоров, сложив руки на рукояти трости. Садиться не стал, всем своим видом показывая, что времени на кофе у них не так много. - Что это за история с отстранением?
-Да... - протянул Андрей и многозначительно махнул рукой. Свободной, а не той, в которой держал оригинальный «бутерброд» из колбасы и сыра. - Сволочь одна сначала мне взятку за закрытие дела предлагала, а когда я отказался, на меня же и настучала. Мол, я у него взятку вымогаю. Пришел ко мне с деньгами, такой типа, на, гражданин начальник, как договаривались. И ОСБ тут как тут. У них на меня особо ничего нет, кроме слов этой гниды, но нервы помотают, пока будут разбираться.
- Ясно. Если будет нужна помощь... Адвокат или поговорить с кем-нибудь наверху - дай знать. А что вы опять не поделили с Кристиной?
Андрей скривился, насыпал в кофе пару ложек сахара и все-таки долил сверху холодного молока, чтобы не глотать кипяток.
- Ты ж сам понимаешь, что наши отношения были обречены с самого начала, - буркнул он. - Кто она и кто я... Не годится для твоей сестры мент из Шелково.
- Ну, предположим, я-то это понимаю, - высокомерно хмыкнул нахал. - Но несмотря на мое понимание, вы были вместе четыре года. С перерывами, но все же. Каждый раз она возвращается к тебе. Значит, что-то между вами такое есть. Может быть, даже любовь. Мы с Юлей, знаешь, тоже не очень-то подходили друг другу...
- Вот только не надо нас сравнивать! Состоятельный мужик и молоденькая девочка - история обычная. До отвращения. А подмосковный сотрудник органов и московская принцесса - это не история, а дурацкий анекдот.
- Я тебе не раз предлагал перейти в нашу службу безопасности на хорошую должность. У нас хотя бы платят прилично. И работа в Москве.
- Ну конечно! - фыркнул Андрей, доставая из упаковки последний - пятый - ломтик сыра и скатывая его в трубочку. Колбасы больше не хотелось. - Обалдеть работа: ходить за кем-нибудь из вас с грозным видом и все время молчать...
Игорь, замерший у двери и до сих пор как будто даже не слушавший их разговор, скользнул по нему укоризненным взглядом, как бы говоря: «Да что ты знаешь о моей работе? Она уж получше твоей». Скажи он это вслух, Андрей обязательно поспорил бы, но телохранитель не дал ему такого шанса.
- Ладно, вернемся к этому разговору, когда тебя из органов выгонят, - уколол его сам Федоров. Зараза. - И если хочешь, я поговорю с сестрой, узнаю, как ты можешь все исправить.
- Слушай, меньше всего я хочу, чтобы ты в это лез! И вообще, нечего совать нос в мои дела...
- Поверь, я тоже не испытываю от этого никакого удовольствия, но ты сам захотел разговора за жизнь, - усмехнулся гаденыш. - Если ты наелся и наговорился, может, все же перейдем к делу?
Андрей демонстративно выбросил пустую упаковку из-под сырной нарезки, остатки колбасной убрал в холодильник, а кофе допил одним большим глотком.
- Все, теперь я готов рассказать, что узнал. А Юлька-то где? Ей, наверное, тоже будет интересно послушать.
- Она пока занята. У нее тут образовалось целых два постояльца, не считая нас самих и Игоря, пришлось вызвать из агентства горничную, чтобы прибралась в занятых комнатах. Человек неизвестный, случайный и временный, сейфы в комнатах не работают пока, как и замки, поэтому Юля присматривает за процессом. Как освободится, присоединится к нам.
- Ладно, но сам ей все перескажешь, я два раза распинаться не стану. И где там ваш замок, который нужно открыть?
Федоров качнул головой, молчаливо предлагая следовать за собой, и довольно уверенно повернулся к двери кухни, которую Игорь без промедлений распахнул перед ним. Андрей в очередной раз подумал, что такая работа не для него.
- Слушай, а как вообще оказалось, что у вас нет ключа от одного из замков? - заинтересовался он, следуя за Федоровым по коридору.
- Ума не приложу, - признался тот, и в его голосе прозвучали нотки растерянности. - Надо бы, конечно, просто сменить замок, потому что это не дело. Но самое странное то, что в один из дней дверь неожиданно оказалась открыта. Как раз когда ныне покойную помощницу Юли навещали подруги. По крайней мере, это утверждает одна из них.
- Похоже на подставу.
- Похоже. Только в здании вроде как никого больше не было.
- В таком здании никогда нельзя быть уверенным, - авторитетно заявил Андрей.
- Соглашусь. Так что там с расследованием?
- В целом, пока вам не о чем беспокоиться. Кроме убежденности Карпатского, в деле ничего нет. Да, Юлины следы нашли на месте преступления, но она обнаружила тело и не отрицает того, что подходила к нему, так что это не аргумент. Ее заявление, что она не звала сюда девчонку в пятницу, подтвердилось: та приехала на встречу с подругой, некой Дашей.
- Которая пропала.
- Да? Этого не знал, но коллеги действительно не смогли с ней связаться. Мотива у Карпатского тоже пока нет, но утром появилось предполагаемое орудие убийства.
Федоров от удивления остановился на полпути и нахмурился.
- Этим утром?
- Да, я потому и задержался. Заезжал к Димычу. Его, как ты понимаешь, к этому делу не подпускают...
- Догадываюсь, - улыбнулся Федоров, сбрасывая с себя оцепенение и продолжая показывать дорогу. - Все-таки он женат на Юлиной маме.
- А я говорил ему, что это лишнее... Но тем не менее, у экспертов свои отношения, так что кое-что ему удалось узнать. Нож, завернутый в тряпку, Карпатский нашел в заброшенном доме на озере по анонимной наводке. Его уже проверяют на отпечатки и следы ДНК. И если там что-то обнаружится, ситуация может в корне перемениться.
- Обнаружить там отпечатки или ДНК Юли они не могут, - уверенно заявил Федоров. - Она никого не убивала.
- Тогда вам тем более не о чем беспокоиться. Либо там будет пусто, либо найдут следы настоящего убийцы, что гораздо предпочтительнее, конечно. Они как раз дошли до поворота, и Федоров остановился, из чего Андрей сделал вывод, что они пришли.
- Дверь где-то здесь?
- Да, под лестницей.
Слова еще не успели прозвучать, а Андрей уже нашел взглядом искомое. В конце концов, тут было не так много дверей с обычным замком. Присев на корточки, он изучил замочную скважину и тихо фыркнул, доставая набор отмычек.
-Да такое скрепкой открыть можно... Были бы желание и опыт.
- Больше ни у кого подходящего опыта не оказалось: из нас ты ближе всех к преступному миру.
- Будешь ерничать, я тебе не расскажу самое интересное.
- А это еще не все?
В замке что-то щелкнуло, цилиндр повернулся - и на этом работа была закончена. Андрей дернул дверь за ручку, и та открылась с тихим скрипом. Сразу за ней начиналась ведущая вниз лестница, которая потом поворачивала, поэтому самого подвального помещения с их места не было видно. Никаких лампочек или хотя бы выключателей тоже не наблюдалось.
- Что, уже? - удивился Федоров.
- Да долго ли, умеючи-то?..
Андрей убрал отмычки в карман, достал смартфон и включил на нем фонарик. Он хотел шагнуть на лестницу первым, но Игорь остановил его, коснувшись плеча, и жестом попросил пропустить его вперед. Андрей не стал спорить: каждый делал свою работу.
- Тут лестница, - сообщил он Федорову, пока его телохранитель спускался и осматривался. - Тебе помочь?
- Я справлюсь.
- Порядок, - раздался из подвала голос Игоря.
- Лаконичен, - заметил Андрей с усмешкой.
- Как всегда. Так что там самое интересное?
- Оказывается, убийство помощницы твоей жены - не первое дело Карпатского на этом озере. Здесь уже случалось подобное. В две тысячи шестнадцатом, до этого - в четырнадцатом, а еще в двенадцатом и десятом. Он расследовал каждое из этих убийств, а у него в кабинете я нашел также копии материалов дел две тысячи седьмого и третьего годов.
- То есть убийства здесь происходят каждые два-три года? - удивился Федоров. - Только не говори, что вы проморгали еще одного серийника.
- Да нет, тут вряд ли серия, - отмахнулся Андрей.
Он как раз добрался до основания лестницы и теперь дожидался, когда то же самое сделает его собеседник. Заодно изучал в свете телефонного фонарика небольшое помещение, в котором оказался, хотя смотреть тут было особо не на что.
- С одной стороны, прослеживается некая закономерность в типаже жертв: все они красивые девушки в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет, как правило, с низкими доходами. Но с другой стороны, таких девушек много. И по статистике именно они чаще всего становятся жертвами преступлений. Красота и молодость привлекают всяких мудаков. Правда, ни в одном случае не обнаружено следов сексуального насилия или хотя бы попытки, что немного выпадает из статистики.
Федоров наконец тоже добрался до конца лестницы и нерешительно замер, вновь сложив руки на трости. Вниманием Андрея к тому моменту полностью завладел старомодный шкаф - единственный объект в помещении. К тому же он почему-то стоял дверцами к стене, поэтому в него было проблематично заглянуть. Игорь уже примерялся к нему, продумывая, как лучше отодвинуть и развернуть, но делать это не торопился: дожидался соответствующей команды.
- Тут шкаф стоит, - объявил Андрей, отвлекшись от своего рассказа.
- Дверцами к стене? - удивил его Федоров. - Отодвинуть сможете?
Андрей вопросительно посмотрел на Игоря, тот в ответ только беззаботно пожал плечами, как бы говоря: «Если нужно - сделаем».
- Сможем, только тебе придется нам посветить.
Он убрал смартфон в карман, а фонарик, которым запасся телохранитель, отдал Федорову, показав, как его стоит держать, чтобы от него была польза.
Развернуть шкаф оказалось не так просто: тот был громоздким, тяжелым, без выступающих элементов, да и к стене его прижали хорошо - не подцепить. Но постепенно им вдвоем удалось его раскачать и чуть отодвинуть, а дальше дело пошло веселее.
Когда шкаф наконец встал так, что получилось его открыть, Соболев непроизвольно поморщился: в нос ударил малоприятный затхлый запах, какой бывает в старых квартирах или домах. Внутри обнаружилась большая картонная коробка, знавшая лучшие времена, слегка деформированная и немного порванная. Но, судя по тяжести, набитая доверху какими-то вещами. Вытаскивать ее тоже пришлось вдвоем: очень уж тяжелая оказалась.
Андрей озвучивал все, что видел и делал, чем заслужил от Игоря одобрительный и как будто даже благодарный взгляд. А вот Федоров вдруг поднял руку, заставляя его замолчать как раз тогда, когда он собирался вскрыть коробку и заглянуть внутрь.
- Наверху кто-то есть.
- Юля освободилась? - предположил Андрей так же тихо.
- Она не стала бы таиться. Спустилась бы или позвала меня.
На этот раз Игорь проворно юркнул на лестницу, не дожидаясь распоряжений, и почти бесшумно поднялся по ней. Меньше чем через минуту вернулся обратно, посмотрел на Андрея и выразительно покачал головой. Пришлось озвучить эту пантомиму для Федорова:
- Там никого нет. Может, кто-то просто мимо прошел? Или это Юля с горничной где-то шумели. Лично я ничего не слышал. Коробку открывать будем?
- Открывай, - милостиво разрешил Федоров. - И что там с убийствами? Типаж жертв схож, но это не серия? Почему?
- В делах слишком мало общего, - пояснил Андрей, используя ключ от квартиры для того, чтобы разорвать скотч, которым обклеили коробку. - Разные способы убийства, а там, где способы сходятся, использованы разные орудия. В одних случаях очевидна ярость убийцы, крайняя агрессия, в других - холодный расчет, третьи и вовсе похожи на случайность. Одну жертву явно ограбили. В шестнадцатом году Карпатскому впервые удалось найти убийцу. Там все просто оказалось: убийство на почве неразделенной страсти, парень вину признал, но был слишком молод, чтобы иметь отношение к предыдущим преступлениям. Так что на серию непохоже, но тем страннее выглядит такая закономерность, согласись.
Федоров согласился, скотч наконец удалось полностью разорвать, а коробку - открыть. Андрей с любопытством заглянул внутрь и нахмурился.
- Что за черт?