Глава 6

23 апреля, пятница

г. Шелково

День у дежурного не задался с самого утра. Бывают смены, когда сидишь себе, книжку читаешь или ролики в телефоне смотришь. Раз в сто лет кто-нибудь придет - и то, не заявление подать, а так, «просто спросить». И телефон почти весь день молчит. Ничего не происходит: ни драк, ни разбойных нападений, ни тем более убийств. И никому ты не нужен: ни населению, ни операм.

А сегодня все происходило с точностью до наоборот. Постоянная движуха: у окошка то и дело скапливались люди - кто с заявлением, кто с вопросом, телефон обязательно в то же время начинал истерично трезвонить каждую минуту, а теперь еще это убийство! Явно не бытовое, в дурном таком месте. Он сам был слишком молод, служил в полиции недавно, чтобы проводить какие-то параллели, но все равно чувствовал: нехорошая это история.

В итоге время уже приближалось к четырем, а он все еще не успел пообедать, что ужасно злило и добавляло резкости в ответы. Ему едва удалось отвадить очередную чокнутую бабулю, уверенную, что в квартире ее соседки ни больше ни меньше тайный бордель, когда позвонил один из оперативников, бывший на выезде, и пожелал передать сообщение коллеге, до которого сам никак не мог дозвониться. Дежурный не сразу нашел ручку, спрятавшуюся под бумагами, а едва ему это удалось, как к окошку подошел какой-то мужик.

- Добрый день, - поздоровался он нарочито вежливо.

Не глядя на него, дежурный вскинул руку, прижимая трубку телефона к уху плечом, мол, погоди минуту. И угукнул, давая понять своему собеседнику, что готов записывать. Тот принялся диктовать, но сосредоточиться на его словах оказалось трудно, потому что подошедший мужик и не думал затыкаться:

- Я ищу свою жену. Ее задержали сегодня на Медвежьем озере...

Дежурный снова махнул ему рукой, мол, погоди, дай я закончу, но его опять проигнорировали:

- Юлия Федорова. К сожалению, не знаю ни имени следователя, ни оперативников, занимающихся этим делом. Там речь об убийстве девушки. На озере.

- Погодь, тут у меня клиент настырный, - бросил дежурный в трубку и, зажав ее рукой, наконец обратился к посетителю: - Мужик, ты че, слепой? Не видишь, я...

Слово «разговариваю» осталось непроизнесенным, поскольку взгляд дежурного уперся сначала в белую трость, которую мужчина держал в руках, а потом и в темные очки, которые скрывали его глаза. Посетитель вежливо улыбнулся, но от этой улыбки дежурному стало не по себе.

- Знаете, очень хорошая догадка. Я действительно слеп. Но со мной вполне зрячий адвокат. И я повторяю свой вопрос: где я могу найти того, кто занимается делом убитой на озере девушки, и сейчас не вполне законно удерживает мою жену - Юлию Федорову?

it -к it

Юля находилась в отделении уже больше часа. Сначала ее минут двадцать мариновали в кабинете, не торопясь ни допрашивать, ни помещать в КПЗ, ни тем более отпускать. Ей даже не дали нормально помыть или вытереть влажной салфеткой руки, испачкавшиеся в крови бедной девочки, тело которой она нашла, поэтому засохшие пятна местами темнели на пальцах и ладонях. Она терла их, но они, казалось, только сильнее въедались в кожу.

Все это время в кабинете с Юлей находился мужчина, которого она прежде никогда не видела. Он сидел за столом у двери и не обращал на нее никакого внимания, ясно давая понять, что общаться ей предстоит с другим. Сам он, скорее всего, просто стерег, чтобы ей в голову не пришло сбежать. Или хотя бы порыться в изъятой у нее сумке, или попытаться позвонить кому-нибудь. Да и просто его молчаливое присутствие давило на психику и, очевидно, должно было подготовить ее к разговору.

Потом в кабинете появился другой мужчина, с которым она уже имела неудовольствие познакомиться на озере. Высокий, крепкий, на вид слегка за сорок, но форму держал неплохую. Во всяком случае, живот пока еще не выпирал. С волосами на голове дело обстояло чуть хуже: две глубокие залысины портили его в целом привлекательную внешность, выдавая возраст, а может, и накидывая несколько лишних лет. Еще больше впечатление о нем портил взгляд: крайне неприятный, даже немного злой.

Вячеслав Карпатский. Она не запомнила, кто он - ни должности, ни звания. Просто прослушала это, когда он представлялся, все еще пребывая в шоке после своей страшной находки. Вероятно, из-за этого состояния она очень сбивчиво отвечала на вопросы, чем и вызвала подозрения в свой адрес, вот он ее и забрал. Все время, проведенное в тишине, Юля пыталась взять себя в руки, успокоиться и мысленно выстроить предстоящий рассказ, чтобы он звучал более убедительно.

Карпатский вошел и сел за стол, у которого все это время дожидалась она. На Юлю он даже толком не взглянул, сразу принялся перекладывать какие-то бумажки, потом что-то писать. Прошло еще не меньше пяти минут, прежде чем он наконец поинтересовался:

- В чем заключалась суть вашего конфликта с убитой?

К такому вопросу Юля не была готова, поэтому он сбил ее с толку. Лишь через несколько секунд, пожав плечами, она смогла ответить:

- Ни в чем. У нас с Катей не было конфликта.

- Тогда зачем вы ее убили? Просто так, из любви к искусству?

- Я ее не убивала! - возмутилась Юля, чувствуя, как в лицо ударила краска, а сердце быстрее забилось в груди. - С чего вы взяли?

- Ну, кровь на ваших руках, - он ткнул в нее кончиком ручки, - говорит об этом весьма красноречиво. Ваши следы на месте преступления. Да и само место - ваше владение. А погибшая работала на вас.

- Ничто из этого не доказывает, что я ее убила, - возразила Юля нервно. Она пыталась скрыть свои эмоции, но его убежденность и собственная беспомощность пугали, а страх спрятать не так уж легко. - Конечно, на моих руках кровь, а у... тела мои следы, ведь я его нашла. Да и обычно люди не убивают своих сотрудников. Без веской причины. А мы с Катей толком и пообщаться-то не успели, в основном переписывались. Виделись всего дважды: когда я ее нанимала и вчера. Она отдала мне ключи, отчиталась о проделанной работе, я ей заплатила - и все.

- Угу, - угрюмо отозвался Карпатский, крутя в пальцах ручку, которой вел протокол допроса. - А утром? Подруга погибшей заявила, что рано утром вы вызвали ту на работу и после от нее не было никаких вестей.

- Это ложь! - вновь слишком эмоционально отозвалась Юля. - Я не разговаривала и не виделась с Катей после того, как рассталась с ней вечером.

- Свидетельница показала мне сообщение, в котором погибшая заявляет, что отправилась на встречу с вами.

Это заставило Юлю снова растеряться. Как парировать подобное заявление, она не представляла, а потому не находила слов. И тогда в голове что- то щелкнуло, всплыло воспоминание четырехлетней давности. В тот раз Влад не дал допрашивать ее, пока она находилась в шоке, а потом пытался отправить с ней адвоката. Юля отказалась, потому что дело вел капитан Соболев, которого они оба успели узнать и внести в список разумных, адекватных людей. Карпатский к ним, очевидно, не относился.

- А капитан Соболев здесь? - брякнула Юля. - Могу я поговорить с ним?

Карпатский, до сих пор предпочитавший смотреть или на ручку, или на протокол, наконец поднял на нее свой неприятный взгляд и практически пригвоздил им. Глаза у него было какого-то непонятного цвета: и не карие, и не зеленые, а что-то среднее, мутное.

- Вы с ним знакомы? Думаете, он сможет вас отмазать?

- Да нет же! - возмутилась Юля. - Мы действительно знакомы, я видела его в деле. Он толковый, и я ему доверяю.

- Хм, а я, стало быть, бестолковый, и мне вы не доверяете? - усмехнулся Карпатский.

- Вы обвиняете меня на основании того, что я нашла тело и была знакома с убитой, - Юля не удержалась от язвительного тона. - Уж извините, если это заставляет меня сомневаться в вашей компетентности.

- Все такие умные стали, - едко отозвался Карпатский. - Пару сериальчиков посмотрят и думают, что теперь они большие специалисты, а мы тут все дураки. У вас, госпожа Федорова, было главное - возможность. Вы были знакомы с жертвой и заманили ее на озеро. Избавиться от орудия убийства рядом с водоемом - несложно, а главное: вода уничтожит все следы. Остается еще мотив, которого у вас якобы нет, но есть ведь преступления, которые совершаются без мотива. По велению души. Их совершают всякие психопаты и просто психи. Вам ли не знать, вы же были вовлечены в целую серию таких убийств. В совсем еще нежном возрасте. Погибли ваши друзья, вас саму несколько раз пытались убить. Такие вещи не проходят для психики бесследно. Разве я не прав?

Его взгляд стал жечь, причиняя почти физическую боль, и Юля против воли опустила глаза, только чтобы больше не смотреть на Карпатского. Тот, конечно, принял это за согласие и отчасти был прав: те события не прошли для нее бесследно.

- Я хочу позвонить, - отчетливо произнесла она. Наверное, с этого стоило начать. - Я больше не буду разговаривать с вами без адвоката.

- Это уже что-то из американских сериалов, да? - насмешливо произнес Карпатский. - Думаете, вы в кино, Юлия Андреевна? Думаете, адвокат вам поможет? Он ведь только все усложнит. Сейчас вы еще можете написать явку с повинной, а это серьезно поможет вам на суде. Если же вы подключите адвоката, то ничего подобного вам уже не светит. А доказать вашу причастность к убийству несложно.

Юля промолчала. Во-первых, любые слова дались бы теперь нелегко: горло перехватывало от волнения, голос будет срываться и дрожать. Во-вторых, она считала правильным больше ничего не говорить, раз уж потребовала адвоката и звонок. Она понимала, что Карпатский, скорее всего, просто пытается ее запугать, а на самом деле ничего ей предъявить не может, если только она сама себя не оговорит. Понимала она и то, что он продолжит давить. Например, посадит ее в камеру с кем-нибудь очень неприятным и будет держать, сколько там позволено по закону. Поэтому теперь она пыталась настроить себя на то, чтобы не бояться. Ведь Игорь наверняка уже сообщил Владу о том, что произошло.

Словно в ответ на ее мысли на столе Карпатского зазвонил телефон. Едва заметно поморщившись, полицейский снял трубку и бросил лаконичное: «Слушаю».

Динамик оказался довольно хорошим, поэтому Юля услышала, как ему сообщили:

- Тут к Федоровой адвокат приехал, требует прекратить допрос и пропустить его к клиентке. И это... Еще муж с целой машиной охраны...

Карпатский вздохнул и хмуро посмотрел на Юлю исподлобья. Та не удержалась и торжествующе улыбнулась, давая понять, что все слышала.

* * *

После подключения к их общению адвоката все закончилось очень быстро, буквально за четверть часа. Пять минут ушло у Юли на то, чтобы рассказать ему, как было дело. После тот пересказал ее версию Карпатскому, только куда короче и сдержаннее. Полицейский все это записал, задал пару дополнительных вопросов, ни один из которых не предполагал подозрений в адрес Юли. Она спокойно ответила, а потом подписала протокол. Естественно, после того, как адвокат его прочитал и разрешил. И ее отпустили, поскольку внезапно оказалось, что все это время она и была свидетельницей, а никак не подозреваемой.

Хотя Юля слышала, что, кроме адвоката, к ней приехал еще и муж, сердце все равно радостно екнуло, когда она увидела Влада, терпеливо дожидающегося ее по ту сторону турникета. Вместе с ним в небольшом предбаннике находились и двое охранников из службы безопасности «Вектора». Они то и дело мерили шагами помещение, поглядывая то на дежурного, то на входную дверь, то на коридор, из которого они с адвокатом и появились, а Влад стоял в стороне неподвижно, обхватив ладонями ручку трости и лишь иногда нетерпеливо постукивая по ней пальцами. На нем по обыкновению был темный костюм с черной рубашкой, а вот галстук он успел снять. Вероятно, по пути сюда. Глаза скрывали очки.

Юля замешкалась, разглядывая мужа, поэтому адвокат добрался до него первым. Сообщил, что все в порядке, и заверил, что готов приехать в любой момент, если только понадобится его помощь. Влад кивнул, поблагодарил его и пожал на прощание руку. После чего снова застыл, прислушиваясь. Ждал ее появления.

- Привет, - поздоровалась она, обозначая свое присутствие.

- Привет, - напряженно отозвался он.

Технически они все еще были в ссоре после разговора накануне. И хотя Юля уже совсем не обижалась, - события этого дня перечеркнули мелкие обиды, - Влад знать этого еще не мог.

- Ты так быстро приехал, я не ожидала.

- Я выехал, как только Игорь мне позвонил. Адвоката вызвал по дороге.

- Я думала, ты просто пришлешь его, - пояснила Юля. - Ты ведь говорил, что занят сегодня.

- Да, я был занят, - согласился Влад со вздохом. - Но потом расставил приоритеты. Потому что не хочу, чтобы ты ставила какие-то там точки.

После этих слов Юля уже не смогла сдерживаться. Ее захлестнула волна тепла, любви и благодарности - все то, что она так часто испытывала в самом начале их знакомства. Шагнув к Владу, она крепко обняла его, в очередной раз осознавая, как сильно ей с ним повезло. И теперь чувствуя себя виноватой перед ним.

- Я и не собиралась, - призналась она, целуя его в щеку. - Прости, что я так сказала.

- Да нет, это ты прости, - Влад наконец улыбнулся. - Мне следовало приехать вчера, как я обещал.

Она снова поцеловала его, на этот раз в губы, давая понять, что давно простила.

- Ты теперь обратно в Москву? - осторожно уточнила Юля, прервав поцелуй.

Влад покачал головой.

- Нет, я велел отменить все дела до понедельника по меньшей мере. Едем в твою гостиницу.

- В нашу, - поправила Юля, расплываясь в широкой улыбке. - В нашу гостиницу.