Глава 11

— Он сошел с ума! — прошипела Ланка, когда эрт Экради вышел из кабинета, давая нам возможность переварить новости. Крысомордый сбежал еще раньше, нэл Торо, женщины с детьми и второй слуга, которого нам так и не представили, остались внизу. Так что ведьмачке никто не помешал громко выразить негодование и искренне возмутиться чужим поступком. — Надо было сразу нас послушать! Ему ведь говорили! А теперь он, понимаешь ли, в жертву собирается себя принести!

— Он поступает правильно, — спокойно ответил Ник, заставив Ланку осечься. — Даже если бы этим утром Экради закрыл ворота или успел предпринять более серьезные меры безопасности, город мы бы все равно не спасли. Но Рино — это не вся империя. Нельзя допустить, чтобы нежить разбежалась по округе. Мало того, что мы ее потом оттуда не выловим, так там же еще и люди остались…

— Бабушка, — дрогнувшим голосом подтвердила я, а потом припомнила, сколько деревень в округе, и вздохнула: — Ты прав. Мы не можем этого допустить.

— Э-э… вы что задумали? — с подозрением уставилась на нас Ланка.

— А ты бы сама что выбрала?

Под моим взглядом ведьмачка смешалась и, пробубнив под нос что-то невразумительное, поспешила отвернуться. В этот же миг вернулся и маг, после чего внимательно нас оглядел и сообщил:

— Я поговорил с людьми. Они готовы покинуть город. Времени вполне достаточно, чтобы отойти на безопасное расстояние. А вас я попрошу обеспечить им посильную помощь, отыскать безопасное место и дождаться прибытия отряда зачистки.

Я вскинула на него спокойный взгляд.

— Мне кажется, вы торопите события, эрт. За городом тоже может быть неспокойно.

— Может, — неохотно согласился маг. — Но вероятность этого довольно мала.

— Однако она все-таки есть. Не получится ли так, что за пределами городских стен люди окажутся в еще большей опасности, чем здесь?

Главный городской маг нахмурился.

— Что вы хотите сказать, эрта?

— Судите сами, — спокойно пояснила я, поднимаясь со стула. — Если мы ошибаемся насчет размеров скверны… а точных данных ни у кого нет… то точно такая же нежить может сейчас прятаться на погостах, в оврагах и просто в лесу, дожидаясь наступления ночи. Лошадей у нас нет. Идти придется пешком. Причем небыстро, потому что с нами женщины и дети. От нежити при таком раскладе далеко не убежишь. А в случае чего, укрыться в лесу будет негде. В деревнях защиты тоже, считай, никакой. Колдуны и маги там, как правило, не живут. А раз так, то справляться нам все равно придется своими силами. И не получится ли так, что мы, ища спасение, наоборот, отправимся на верную смерть?

— А здесь что, лучше будет? — с плохо скрываемым раздражением осведомился маг.

— Здесь есть каменные строения, в которых можно обустроить временное убежище, — поддержал меня Ник. — Да, их не так много, но нам подойдет любой крепкий дом, подвал… да что угодно, где можно держать оборону.

— Это ненадежное решение. С нежитью на ее территории одиночки не воюют.

— Да нам и не нужно с ней воевать. От нас требуется лишь продержаться до прибытия подкрепления. Три дня… ну, может, четыре, если ваше послание запоздало. К тому же в городе еще могли остаться выжившие, — напомнил Ник. — Разве, прежде чем отсюда уходить, мы не должны в этом убедиться?

— Это неоправданные риски для вас и остальных. Понимаю, что вам претит такое решение. Помогать людям — наша первоочередная задача, но сейчас очень важно, чтобы уцелел хоть кто-то. Информация о произошедшем обязательно должна дойти до наших коллег в полном объеме. А для этого нужны очевидцы. Желательно такие, кто хоть немного разбирается в вопросе. Поэтому я настаиваю на вашем уходе и как единственное присутствующее здесь должностное лицо приказываю вам покинуть Рино немедленно.

Мы выразительно переглянулись.

Похоже, он все решил и не намерен обсуждать варианты. А нас, судя по всему, не воспринимает всерьез.

— А скажите-ка, коллега, — вкрадчиво поинтересовался Ник. — Что для вас, как для должностного лица, сейчас важнее — вывести отсюда горстку людей или же не выпустить за пределы пятна новорожденную нежить?

Эрт Экради явственно помрачнел.

— Не нужно на меня давить, юноша. Я все прекрасно понимаю. Но при таком количестве нежити, независимо от того, сколько нас будет, исход все равно один. Нет смысла умирать всем, когда можно спасти хоть кого-то.

— Не такие уж мы слабые, — буркнула Ланка. — И вообще, одну ночь мы уже благополучно продержались. Если хорошо подготовиться…

Городской маг тяжело вздохнул.

— За эту ночь мой артефакт разрядился, а вы по большей части истощены. То, что вам удалось дожить до утра, почти чудо. Но кто вам сказал, что оно повторится? Как вы собираетесь защищаться? Наконец где планируете укрыться, если ратуша разрушена, а стены в управлении городской стражи повредило взрывом?

Я улыбнулась.

— Как где? В храме, конечно.

— Точно, — подпрыгнула ведьмачка. — Там же старая постройка! Стены почти такие же толстые, как у нас в замке. Есть подвал! Там точно должны были остаться люди! А еще там есть жрецы…

— Если они живы, конечно, — тихонько добавил Ник, однако, кроме меня, его никто не услышал.

— Эрт Экради, это же отличный выход! — возбужденно заметалась по кабинету Ланка. — Жрецы смогут выиграть для нас время! Если даже освященные в храме побрякушки уберегли простых людей от спор, то слаженная молитва знаете сколько всего полезного может натворить?!

— Откуда вам известно про споры? — вздрогнул городской маг.

Ланка тут же осеклась, а я сокрушенно вздохнула.

Вот ведь балаболка. Решили же всех карт посторонним не раскрывать!

— Так откуда? — посуровевшим взором обвел нас эрт Экради. — И о чем еще вы мне не сказали, когда приходили сюда в первый раз?

Пришлось «колоться». Правда, без особых подробностей. «Прозрение» — не бог весть какое приобретение, поэтому про споры я рассказала все, что знала. А вот о том, что увидела во сне, даже Нику еще не говорила. Ну да время будет, обязательно расскажу. А еще у Норра стоило бы деталями поинтересоваться. Чем Саан не шутит? Может, это было не мое видение, а его? И именно его надо благодарить за то, что мне теперь во снах всякие ужасы мерещатся?

— Это меняет дело, — пробормотал эрт Экради, когда я закончила. — Если вы правы насчет спор, то три ночи здесь не выдержать никому.

— Никому, кроме жрецов и тех, кто окажется рядом с ними, — так же тихо согласилась я.

— Меня больше интересует вопрос: ну ладно мы, — задумчиво обронил Ник. — Мы совсем недавно приехали и еще не успели с ними проконтактировать. Нэл Торо и женщины тоже вопросов не вызывают — их защитили амулеты. А как насчет вас, эрт? Вы ведь давно здесь живете?

— Давно, — криво усмехнулся маг. — Но до сих пор почему-то не переродился, это вы хотите сказать?

— Для этого должна быть причина, — спокойно выдержал его взгляд Линнель.

Эрт Экради поморщился.

— Я часто уезжаю из Рино по делам. В доме у меня стоит магическая защита… полная, если вы понимаете, о чем я. Со старых времен привычка осталась. Долгая работа в скверне вынуждает даже в мирное время совершать много неоправданных действий.

— Вроде ношения при себе артефакта со свернутым заклинанием стазиса?

— В том числе.

— А как насчет ваших людей?

— Радис вечно с собой какие-то амулеты таскает, — едва заметно поморщился эрт. — В том числе и храмовые. Его могло и не задеть. А Рион — мой личный помощник и всегда путешествует вместе со мной. Так что если и прицепились к нему какие-то споры, то за пределами Рино они быстро развеялись.

— Значит, вы могли их еще куда-нибудь занести? — замерла от неожиданной мысли я.

— Нет, юная эрта. Одинокая спора долго не живет. Чтобы заразить человека, их должно быть великое множество. Вопрос в том, кто их сюда принес? И у кого хватило наглости поддерживать их концентрацию в Рино? Считай, под самым носом у городского колдуна и у меня.

— Но маги не могут их видеть, — удивленно посмотрела на него Ланка. — Ниэль говорила, что «прозрение» стихийникам недоступно. Так что вопрос, скорее, к колдуну… как там его, эрт Широ?

Эрт Экради неожиданно потемнел лицом.

— Я его так и не нашел. Локри… его ученик… еще неделю назад сказал, что учитель в отъезде. А им с Горго велел на одном месте не сидеть, вот они и мотались туда-сюда по деревням… проклятие! Да нет. Не может быть, чтобы старик нас предал!

Я прикусила губу.

Целая неделя… а что? Вполне достаточно, чтобы даже ослабленный организм избавился от въевшейся под кожу споры.

К тому же Широ мне никогда не нравился. Вечно всем недовольный, сварливый, придирчивый и капризный, как старая дева. Но все же допустить, что он мог заразить город… после того, как большую часть жизни здесь прожил, оберегая жителей от созданий скверны. Нет. При всей моей нелюбви к этому человеку представить его собственноручно выращивающим и распыляющим проклятые споры я все равно не могла. Хотя и не засомневаться было нельзя, ведь магия крови — это удел не магов, а именно колдунов. И раз уж в Рино никого умелее старого Широ не нашлось…

Выводы, как говорится, делайте сами.

— Так, — встрепенулся маг, когда в кабинете наступило гнетущее молчание. — Сейчас не это главное. Прежде чем принимать окончательное решение, нужно добраться до храма. И если окажется, что там еще есть жрецы…

Ланка растянула губы в зловещей улыбке.

— Мы сможем надрать здешним мертвякам задницы!

— Как вы выражаетесь, юная леди? — с укором глянул в ее сторону Ник, и даже эрт Экради неодобрительно покачал головой. Но вошедшая в раж ведьмачка лишь кровожадно оскалилась, а потом лихо рубанула ребром ладони массивный письменный стол, отчего тот жалобно скрипнул и развалился на две половинки.

***

Переговоры с попутчиками прошли успешно, поэтому, когда мы собрались перед выходом из здания, ни от кого из них не донеслось ни слова неодобрения. Один только крысомордый Радис стоял с кислой рожей. Но и он не посмел вякнуть, когда городской маг объявил об изменении планов.

В отличие от Радиса, Рион, приятной внешности молодой человек, верил своему нанимателю безоговорочно. А еще у него был удивительный дар красноречия, благодаря которому даже женщины, узнав, что мы больше не торопимся покинуть переполненный мертвецами город, довольно быстро успокоились.

Нэл Торо, поразмыслив, тоже согласился, что в храме шанс у нас есть. И раз уж за пределами городских стен даже эрт Экради не мог гарантировать ему и его семье полную безопасность, то старик лишь устало махнул рукой.

В итоге наши ряды пополнились тремя новыми попутчиками, и нас вместо восьми стало одиннадцать. Одновременно с этим почетное звание командира перешло в руки более опытного мага, что, впрочем, не вызвало со стороны Ника ни малейшего протеста. А единственное, о чем попросил наш новый лидер, это чтобы я отслеживала обстановку с помощью «прозрения», а в случае малейших признаков опасности подала ему внятный сигнал.

Дорога к храму много времени не заняла. Отвлекаться на посторонние вещи эрт Экради не велел, поэтому еду и прочие полезные мелочи мы подбирали прямо на ходу. И так, чтобы это не влияло на скорость передвижения.

До цели добрались почти через час — на дороге оказалось слишком много завалов. Похоже, когда люди стали перерождаться, те, кого не успели коснуться споры, какое-то время пытались защищаться, и в нескольких местах нас встретили неумело сложенные баррикады.

Для нежити они, само собой, серьезным препятствием не стали, однако о размахе случившейся в Рино трагедии догадаться было несложно. И, аккуратно обходя уже подсохшие лужи крови, мы могли лишь порадоваться тому, что на мостовой, как и раньше, не было трупов. А вездесущие мухи не кружили над головами, внося свою лепту в и без того безрадостный пейзаж.

Особенно много завалов оказалось непосредственно на подступах к храму. Было видно, что люди здесь сопротивлялись напору нежити гораздо успешнее и дольше, нежели в других местах. Сдвинутые поперек улицы телеги… втоптанные в землю окровавленные вилы… торчащий из-под опрокинутого прилавка кусок оглобли… судя по всему, среди живых нашелся кто-то с военным образованием. Человек, который сумел загасить поднявшуюся среди жителей панику, кое-как собрал людей и заставил их медленно отступать вместо того, чтобы броситься врассыпную и стать легкой добычей для обращенных.

Преодолев четвертый завал подряд, я поневоле прониклась уважением к людям, сумевшим так быстро сориентироваться и организовать хоть какое-то сопротивление. А когда мы преодолели последнюю преграду и оказались на площади возле храма, то поневоле поежились, увидев, в каком состоянии предстала обитель жрецов и оплот божественной силы.

Некогда величественный, сложенный из белоснежного камня храм был похож на обгоревший огрызок. Выбеленные стены покрылись густым слоем копоти. Из узких окон вниз стекали черные лизуны, как если бы обороняющиеся где-то нашли смолу и пытались лить ее на головы осаждающих. Нижняя часть стены была выщерблена и исцарапана так, что с нее слетела вся штукатурка. На высоте человеческого роста разрушений было заметно меньше, но именно там стало ясно, что причиной их являлись не снаряды из пращи и не брошенные каким-то великаном камни, а следы чьих-то острых когтей. Причем виднелись они достаточно высоко от земли. Как если бы оставшаяся без добычи нежить сначала исступленно царапала стены, а потом начала подпрыгивать или же взбираться по ним, как крысы — за свежим окороком.

Ворота храма, построенные по старым еще, доимперским заветам, были плотно закрыты. Такое же старое, почти закаменевшее от времени дерево оказалось исцарапано и местами даже прогрызено чуть ли не насквозь.

Узкие окна-бойницы, тоже доставшиеся обители богинь с неспокойных времен, стояли без стекол. Однако, судя по отсутствию характерных следов, нежить дотуда так и не добралась. А окна выбили изнутри сами защитники. Которых, кстати, оказалось не так уж мало.

Когда мы подошли ближе и «прозрение» показало на карте целую россыпь зеленых точек, у меня словно камень с души свалился. А когда при нашем приближении на воротах загремел тяжелый засов, на лицах наших спутников расцвели слабые улыбки.

И тем не менее встретили нас неласково — вместо жрецов в белоснежных рясах навстречу нам вышло трое городских стражей в бордовых кожаных нагрудниках с арбалетами наперевес. А вместе с ними — сурового вида, уже немолодой, зато облаченный в намного более серьезного вида доспех рослый мужчина, который, оценив наш плачевный вид, сделал знак опустить оружие, а потом сухо кивнул:

— Эрт Экради? Господин Рокко желает вас видеть.

Ого. Глава города жив?! Тогда понятно, почему здесь так много уцелевших. И каким образом его личной страже… а я так полагаю, что оборону вокруг храма организовали именно они… удалось на протяжении целой ночи успешно противостоять толпе новорожденной нежити.

Когда Экради ушел, оставив нас на попечение стражника, я вместе с остальными зашла в храм и настороженно огляделась.

Что ж, наверное, этого и следовало ожидать, что святое место так быстро превратилось из оплота веры в надежную базу для выживших. Сейчас от храма здесь мало что осталось. Пожалуй, только небольшой алтарь у дальней стены да красивые росписи на стенах. А все остальное носило на себе отпечаток грубого вмешательства военных — наспех сооруженная возле входа коновязь, где нервно переступали ногами несколько чудом уцелевших, обряженных в богатую сбрую лошадей. Чуть дальше прямо на полу отгородили уголок для раненых, где двое послушников в серых рясах оказывали помощь пострадавшим. Еще дальше, вдоль стен, сидели и лежали вповалку люди… самые обычные, безумно уставшие и, как правило, небогато одетые. Мужчины, женщины, дети… всего несколько десятков уцелевших. Все те, кто пришел к храму в надежде на благословение и, скорее всего, в момент нападения находился недалеко от ворот.

Еще дальше виднелись люди побогаче и понаряднее. Дамы в роскошных платьях. Кавалеры в богато расшитых камзолах. Их было значительно больше, чем простых смертных, однако при этом на них я порванной одежды и каких-либо серьезных травм не заметила. Похоже, важные господа и дамы еще легко отделались, поскольку в самый опасный момент находились под надежной защитой храмовых стен и, соответственно, не пострадали.

А вот собственно алтарь я от ворот не увидела. Только «прозрение» подсказало, что он есть и продолжает легонько светиться. Однако поскольку посередине зала была из подручных средств сооружена широкая загородка, то деталей мне рассмотреть не удалось. Кроме того, что именно туда отправился эрт Экради вместе со своим верным помощником и незнакомым мужиком в доспехах. И именно там была самая высокая концентрация выживших, среди которых, надо полагать, скрывался и господин Рокко.

Я его когда-то даже видела. Мелкий такой, невзрачный, плюгавенький мужичок с большими усами и скверными манерами. Большого уважения он у меня не вызвал ни тогда, ни сейчас. Но делать нечего — на данный момент он был здесь главной шишкой, так что хочешь не хочешь, а подчиниться придется.

— Ждите здесь, — коротко велел один из стражей, когда за нами с гулким звуком захлопнулись двери храма.

Мы послушно остановись. Уставшие женщины, пошептавшись, почти сразу направились в лазарет, держа за руки измученных детей, которым были нужны еда и отдых. Нэл Торо, кинув на меня извиняющий взгляд, поспешил следом. Крысомордый вообще испарился незнамо куда. И как-то само собой вышло, что мы с ребятами остались одни. Если не считать увязавшейся с нами, настороженно принюхивающейся к новому месту кошки.

Как это ни странно, никто больше нами не заинтересовался. Никому до нас не было никакого дела. Никто из присутствующих и внимания не обратил, что в храме объявились гости.

Мы, правда, навязываться никому не собирались, но меня отчего-то посетило дурное предчувствие. Которое стало особенно выраженным, когда из-за загородки вышел хмурый, как грозовая туча, эрт Экради и, приблизившись, буквально с ходу огорошил нас фразой:

— Ребята, у меня плохие новости…