Глава 7

Спустя полчаса эрт Лерон Экради, главный маг и, по совместительству, заместитель главы города, откинулся на спинку кресла и тревожно забарабанил холеными пальцами по подлокотнику.

— Вы ведь понимаете, что этого недостаточно для принятия серьезного решения?

— Да, эрт, — согласился с его выводами сидящий напротив Ник, а мы с Ланкой угрюмо кивнули. — Информации действительно мало. Вернее, ее фактически нет. Но даже если шанс, что мы видели именно Вестника, ничтожно мал, мы обязаны были поставить вас в известность.

— Вестник… — пробормотал маг, ненадолго прикрыв глаза. — Признаться, я не разделяю вашу уверенность в том, что это был именно он. Но правы вы или нет, решать не мне. Это, скорее, компетенция эрта Широ.

Я непроизвольно поморщилась.

Все верно. Поиски нежити и мест, где она чисто теоретически может народиться — это задача не мага, а колдуна. У магов иная специализация. Но все же эрт Широ? Старый брюзга, который был стар еще тогда, когда я только-только начинала учиться? Неужели он до сих пор работает?

— Замены ему пока нет, — пожал плечами маг в ответ на мой вопрос. — Молодежь в нашу глушь едет неохотно. А старику все равно заняться больше нечем. Вот и работает помаленьку. Что же касается ваших сведений, то я непременно посоветуюсь с эртом Широ, как только его увижу.

— Простите, эрт, — едва заметно нахмурился Ник. — Понимаю, что с моей стороны это звучит достаточно нагло, но все же вам не кажется, что озвученных мер будет недостаточно?

Эрт Экради усмехнулся.

— А что вы предлагаете? Запретить проведение главного религиозного праздника страны? Закрыть ворота на несколько суток и привести в полную боевую готовность гарнизон? Согнать сюда людей из окрестных деревень, потому что защитить их на местах мы просто не сможем? Отменить все распланированные на месяц вперед поставки через портал и убедить господина Рокко[1] объявить военное положение? Просто потому, что вам что-то показалось странным в поведении случайно встреченного в лесу паренька?

Мы дружно помрачнели.

Предположение о Вестнике нам пришлось объяснить моей страстью к истории магии и информацией, которую чисто теоретически можно было бы почерпнуть в старых книгах. О Норре, естественно, не было сказано ни слова. Так что доказательств, как и сказал Ник, у нас действительно не было. Одни сомнения, да и те вилами на воде писаны.

— А как я должен буду объяснить это приезжим, которые из-за изменения в работе портала застрянут в Рино надолго? — продолжал вопрошать главный городской маг. — Где и на что они будут жить? Чем мы их будем кормить? И куда они, простите за детали, будут испражняться, если городская канализационная система до сих пор находится в зачаточном состоянии? Вы видели, что сейчас творится на улицах? Примерно представляете, сколько сюда понаехало народу? Если что, мест на постоялых дворах не хватит, даже если мы утрамбуем по пять человек в каждой собачьей конуре. А что делать с теми, кто, упаси богини, заболеет или умрет? Как разбираться с паникой, которая непременно случится? И кто будет выплачивать компенсации пострадавшим, если в итоге окажется, что на самом деле никакой угрозы не было, и мы просто перестарались с мерами безопасности, хотя повода для этого на нашлось?

— Когда он найдется, может быть поздно, — тихо сказал наш маг, когда господин Экради умолк. — Я понимаю ваши сомнения, эрт, но…

— Нет, молодой человек, — покачал головой тот. — Боюсь, вы не понимаете. Чтобы обратиться с подобной просьбой к главе города и тем более к императору, нужны веские доказательства. Скажем, повышенная активность нежити в пределах нашего региона… подтвержденные случаи нападения… необъяснимые исчезновения в деревнях… хоть что-то, понимаете? Но эрт Широ буквально на той неделе провел обход прилежащих территорий, а два его ученика в настоящее время пребывают в отдаленных деревнях. Со всеми мы держим связь. И ни от кого пока не поступало тревожных сигналов.

У Ника на скулах загуляли желваки.

— Не нужно злиться, коллеги, — примиряюще поднял руки эрт Экради. — И прошу, поймите меня правильно: пока ваши предположения выглядят именно как предположения, догадки… причем с немалой долей допущений. И как официальное лицо я должен отнестись к ним соответственно. Но все же я принял к сведению ваши слова и благодарен за заботу о благополучии нашего города. Я в кратчайшие сроки доведу информацию о возможном появлении Вестника до всех заинтересованных лиц. Кроме того, с сегодняшнего дня мы будем раньше обычного закрывать на ночь городские ворота. Оповестим все близлежащие населенные пункты о возможной угрозе. Лишний раз проверим погосты. Плюс в ближайшие дни на городских стенах будут дежурить усиленные патрули, по возможности снабженные дополнительной магической поддержкой. Но на данный момент это — максимум того, что я готов вам пообещать.

— Спасибо и на этом, — вздохнула Ланка, когда мы покинули кабинет городского мага и гуськом направились к выходу.

Ник, покосившись на нее, слабо улыбнулся.

— Если честно, это даже больше, чем можно было ожидать от городского начальства. Скажи, Ниэль?

Я молча кивнула.

Да, эрт Экради действительно уделил нам гораздо больше времени, чем мы надеялись. Вся эта история с Вилли с его точки зрения и впрямь выглядела сомнительно. Наша догадка насчет Вестника вообще могла показаться ему бредовой. Однако эрт не отмахнулся, не посмеялся, не выпроводил нас вон, едва услышал, с какими глупостями мы к нему явились. А напротив, постарался сгладить резкость своих первоначальных слов. Как смог, обнадежил. Успокоил. Даже пообещал изъять все бумажки, которые настрочил в порыве дурного рвения его идиот-секретарь. А под конец внезапно поинтересовался нашими успехами в учебе и искренне развеселился, узнав, что свою летнюю практику мы сдавали не кому иному, как эрту Дари эн Ларуну.

— Так вот куда запропал этот упрямец! — с видимым удовольствием протянул городской маг. — Скверна об него зубы обломала, так он теперь, выходит, учителем заделался?

— Вы что, знакомы? — неподдельно удивились мы.

Эрт Экради кивнул.

— Учились когда-то вместе. Да и на практике не раз лбами сталкивались. Один раз, помнится, чуть до исключения дело не дошло. Но потом поумнели, сдружились. Один раз он даже шкуру мне умудрился спасти. Но после диплома жизнь развела нас по разным углам. Я его с тех пор не видел. Слышал только краем уха про его подвиги. Но раз уж Вихрь жив и все еще поучает других уму-разуму, значит, все не так плохо. Кстати, буду благодарен, если передадите ему от меня весточку.

Мы, конечно, пообещали передать. Да и вообще, под конец разговора наше настроение заметно улучшилось. В конце концов, городские стены — это не деревенский плетень, с наскоку даже нежить не преодолеет. Если же городская стража будет находиться в режиме повышенной готовности, то застать ее врасплох будет трудно. Старый ворчун Широ тоже будет вынужден усилить бдительность. А он, несмотря на дурной характер, колдун опытный. Считай, полжизни тут провел. Каждый кустик и каждую ямку как свои пять пяльцев знает. Да и в нежити разбирается отменно. И если в ближайшие пару-тройку дней хоть что-то покажется ему подозрительным, то портальная арка — вот она. К экстренному открытию всегда готова. Гонцу из Рино понадобится всего лишь шаг сделать, чтобы нужная информация мгновенно дошла до столицы. Ну а уж оказать приграничью помощь столичные маги сумеют.

— Ну что? Домой? — встряхнулась Ланка, когда мы спустились вниз и придирчиво оглядели холл. Но, к нашему величайшему сожалению, крысомордый Радис как сбежал в прошлый раз, так до сих пор и не вернулся. Или же, что вернее, заслышав голоса на лестнице, решил больше не искушать судьбу и предпочел нас не провожать.

А вот насчет «домой», я откровенно засомневалась. Свой долг перед городом мы, конечно, выполнили, но вряд ли у нас получится вот так запросто отсюда уехать. Как оказалось, за время беседы с эртом Экради народу на улицах еще больше прибавилось. Толчея на главной площади стала просто невообразимой. Пытаться ломиться сейчас к воротам было все равно что воевать со стихией. Так что мы хорошенько подумали, все взвесили и в конце концов решили обождать.

Нет, не здесь, конечно. Сидеть несколько часов кряду в старой ратуше никому из нас совершенно не улыбалось. Однако недалеко от нее, насколько я помнила, имелся неплохой постоялый двор. Вот там-то мы и решили отсидеться до вечера, когда весь народ стянется к городскому храму, а по улицам снова можно будет пройти.

***

Нэл Торо узнал меня сразу, как только мы переступили порог его дома. Заметно поседевший за те несколько лет, что мы не виделись, слегка погрузневший и подрастерявший некогда густую шевелюру, он все равно остался таким же массивным и неповоротливым, как старый бьерн, только-только выбравшийся из берлоги после зимней спячки.

«Берлога» у него тоже была под стать: добротный двухэтажный дом, крепкий забор, такие же добротные лавки в просторном обеденном зале и безупречный порядок, которым хозяин старейшего в Рино постоялого двора заслуженно гордился.

Несмотря на то что из-за праздника и наплыва приезжих все комнаты оказались разобраны, в гостеприимстве нэл Торо нам все-таки не отказал. И поскольку в общем зале царила невыносимая толчея, нам было позволено пройти на задний двор, где специально для нас хозяин поставил отдельный стол и где мы могли скоротать время до вечера.

Здесь же, во дворе, пока дед и мать были заняты гостями, игралась с лохматым щенком пятилетняя внучка хозяина. Нам, раз уж так вышло, доверили за ней присмотреть, и мы с удовольствием согласились, тем более что Манюшка оказалась вполне самостоятельной девочкой и никаких хлопот не доставила.

А вот при виде лопоухого щенка и непропорционально большой конуры, притулившейся возле недавно обновленного крыльца, мои губы расползлись в широкой улыбке. Надо же… до сих пор стоит, родимая. И простоит, наверное, еще не один год.

Надо сказать, когда я впервые попала в Рино, то вела себя как настоящая дикарка. Со стариком Широ сразу же поругалась. Его ученику, вздумавшего меня за это наказать, расцарапала щеку и вдобавок пребольно укусила. На второй день и вовсе сбежала от вознамерившегося меня подстричь[2] слуги через дыру в заборе. А спряталась от противного старика именно здесь. В этой вот самой конуре, хозяином которой был тогда лохматый клыкастый здоровяк по кличке Горт.

Пес, конечно, был цепным, свирепым, как водится, да и хлеб свой даром не ел. Но мне, к счастью, всегда удавалось ладить с животными, поэтому с лохматым сторожем мы договорились. Он меня приютил, обогрел, защитил. Проникнувшись к маленькой беглянке необъяснимой заботой, чуть не набросился на явившего за мной служку. А я взамен частенько его навещала, утаскивая с кухни то котлету, то колбасу, тогда как большая и теплая конура стала для меня чуть ли не вторым домом, куда я возвращалась с удовольствием.

Нэл Торо именно здесь меня однажды и нашел, когда я в очередной раз сбежала из опостылевшей башни. Тогда же, собственно, и зародилась наша давняя дружба. Добряк Горт за эти годы, конечно, состарился и, к моему величайшему огорчению, умер, но его потомство по-прежнему верой и правдой служило хозяину. Включая пока еще маленького, неуклюжего и неопасного малыша Горти, от которого обожающая собак Ланка мгновенно пришла в восторг.

Вскоре после обеда Манюшку у нас забрали и отправили спать, поэтому на протяжении нескольких часов мы были предоставлены сами себе. Ник с Ланкой тут же устроили тренировочный поединок, ну а я, забравшись в уголок, достала бумаги и принялась доделывать схему своего щита, в которой, благодаря Норру, почти не осталось белых пятен.

Вскоре, правда, магу с ведьмачкой заниматься надоело, и они принялись откровенно дурачиться. А вернее, играть «в ладошки», награждая друг друга за каждый проигрыш звучным щелбаном.

Проигрывала, разумеется, Ланка. Потому что катастрофично не поспевала за шустрым магом и не могла быстро хлопнуть по его выставленным ладоням. Но когда он в сотый, наверное, раз подряд ее опередил и в качестве наказания с чувством зарядил в лоб сразу с двух рук, она не выдержала и взвыла:

— Раа милосердная… как?! Ну КАК ты это делаешь?!

— Все просто, барашек, — посмеиваясь, отозвался маг и примерился для нового щелбана. — Просто я много лет соревновался с уличными мальчишками и был в свое время абсолютным чемпионом по «ладошкам», так что у тебя попросту нет шансов.

— Ах ты ж…

Ланка притворно замахнулась, но парень со смехом увернулся, там самым наглядно доказав, что зачастую в поединке решает не сила, а скорость. После чего они снова принялись возиться, то отчаянно споря, то снова приходя к согласию. И только ближе к вечеру наконец-то угомонились.

Маленький Гонти к тому времени устал от беготни, поэтому забрался в конуру и надолго исчез из виду. Мы его не трогали. Но потом неугомонная Ланка решила, что напоследок стоит еще разок потискать это мохнатое чудо, и попыталась его позвать. Когда малыш не отреагировал, подумала, что это из вредности, и захотела его приманить. А положив возле будки большущую котлету и вместо радостно чавканья услышав изнутри недовольное ворчание, не на шутку удивилась:

— Эй, мелкий, ты чего? Я ж тебе поесть принесла.

— Р-р! — уже вполне окрепшим голоском рыкнул из конуры малыш.

Ланка с растерянным видом отошла, но в итоге сочла, что будущего сторожа уже успели чему-то обучить, поэтому в отсутствие маленькой хозяйки он начал относиться к нам как к чужакам.

Я только плечами пожала, когда неподдельно огорчившаяся подруга вернулась к столу. Ник, поглядев на быстро темнеющее небо, которое к вечеру затянули плотные тучи, и прислушавшись к доносящемуся с улицы шуму, дал команду готовиться к отъезду. Но прежде чем мы успели куда-то отправиться, в доме послышался грохот. А следом сгустившийся в преддверие дождя воздух разорвал пронзительный женский крик.

Мы на мгновение замерли там, где стояли, а потом сорвались с места и опрометью кинулись на звук. Но когда, чуть не снеся заднюю дверь, ворвались в обеденный зал, то оказалось, что в наших услугах никто не нуждался — в заведении господина Торо никто не собирался буянить, среди посетителей не случилась отчаянная драка. Просто возле дверей, окруженный плотным кольцом из очевидцев, лежал незнакомый молодой мужчина. А поднявшийся с колен хозяин постоялого двора, только что пытавшийся нащупать живчик у того на шее, как-то растерянно огляделся и тихо проговорил:

— Он мертв.

Протиснувшись между людьми, я быстро глянула на труп, подключила «прозрение» и, отметив пустоту на том месте, где должна была быть аура, озадаченно помолчала.

Действительно, труп. Однако следов повреждений на теле нет, крови на полу тоже. Одежда и обувь цела. Висящий на поясе кожаный мешочек тоже оказался целым. Мужчину не избили, не ограбили. В помещении даже следов потасовки не нашлось. Поэтому Ник, как командир тройки, вышел вперед и, пока люди недоверчиво переглядывались, строго осведомился:

— Что тут произошло?

— Кто бы знал… — пробормотал хозяин заведения. — Только зашел, огляделся и тут же словно подрубило его. Пошатнулся только, глаза закатил и бах — он уже на полу.

— То есть его никто не толкал? И никакой ссоры между гостями не случилось?

— Нет, — качнул головой нэл Торо. — Человек просто зашел с улицы и упал, словно ему плохо стало.

Я недоверчиво прищурилась.

Женщина закричала буквально только что. Секунду назад. Ну, может быть, две или три. Если человеку стало плохо, то он вряд ли мог умереть так скоропостижно. Сознание потерять — да. Но никак не ауру. А у этого человека вместо ауры зияла пустота. Я бы даже сказала, чернота, от которой становилось не по себе. Ни лучика, ни проблеска, несмотря на то что после смерти аура обычно развеивается не сразу.

— Надо позвать стражу, — твердым голосом распорядился Ник, которому, кажется, уже доводилось бывать в подобных переделках, так что из всех присутствующих он сориентировался первым. — Нэл Торо, вы меня слышите?

Старик встрепенулся.

— Что? А, да-да, конечно. Мист! Ну-ка дуй в управление. Скажи, что у нас тут случайная смерть. Нужно засвидетельствовать.

— Ага, — закивал мальчишка-половой и, бросив в сторону грязную тряпку, стремглав умчался на улицу. Дверь за ним громко хлопнула. Затем снаружи скрипнула калитка. После чего посетители, которых к моменту смерти неизвестного в помещении находилось человек тридцать, неожиданно засуетились, засобирались и, даже не доев толком, дружненько потянулись к выходу.

Ну понятно. Общаться со стражами порядка лишний раз никто не хотел. Да и кульминация праздника совсем скоро. Жрецы в храме богинь благословения у божественных сестер просить будут. А стражники когда еще прибудут, да когда свидетелей отпустят… можно ведь и опоздать. И вообще, случись чего, тебя из очевидца враз в главные подозреваемые запишут, поэтому никто из гостей рисковать не захотел.

Нэл Торо только рукой махнул, не став задерживать свидетелей. Он-то во время трагедии тоже находился в зале, видел все своими глазами и на камне правды готов был поклясться, что мужичка никто пальцем не тронул. Поэтому вскоре внизу, помимо него и испуганно выглядывающей с кухни дочери, остались только мы да средних лет, аккуратно одетая, но ужасно расстроенная дама, к которой жалась заплаканная девочка лет десяти.

Я так понимаю, кричала именно она, потому что сидели они с ребенком как раз возле самого выхода. Мимо нее же мертвец и прошел, а потом прямо на глазах малышки завалился навзничь, перепугав обеих так, что дама сжалась в комок и даже с места сдвинуться не могла. До тех пор, пока Ник не подошел и не увел ее в другой конец зала, а нэл Торо не принес бедняжке успокаивающие капли, чтобы женщина побыстрее пришла в себя.

Я же тем временем присела возле тела на корточки и еще раз его осмотрела.

Все верно, ауры нет. Внешне мужик был в полном порядке. А исцеляющее заклинание (да-да, я все-таки попыталась) никакого эффекта не дало. После этого я для верности все же пощупала его шею. Затем приподняла веки и, обнаружив, что белки его глаз целиком покраснели из-за лопнувших сосудов, с огорчением заключила, что мужчина, по-видимому, был серьезно болен. И вполне вероятно, такой же слабый сосуд лопнул у него в мозгу, что и привело к столь печальным последствиям.

Естественно, речи о том, чтобы мы покинули город, уже не шло. Нужно было дождаться стражи, дать показания, при необходимости оказать посильную помощь… по крайней мере, закон обязывал студентов академии это делать. Но когда до нас доберется помощь и сколько времени займет разбирательство — одна лишь светлоокая Раа знает. Поэтому мы с ребятами огорченно переглянулись, а потом пошли повязывать на калитку красный платок. В знак того, что здесь случилось преступление и что в ближайшее время постоялый двор будет закрыт.

— Хорошо еще, что постояльцы в храме, — с тяжелым вздохом сообщил нэл Торо, когда мы вернулись. — Но если они вернутся до того, как с телом закончит работать городская стража, будет нехорошо.

Согласна. Мало кто захочет ночевать в доме, под крышей которого недавно умер человек. Правда, сегодня праздник. Свободных мест на других постоялых дворах наверняка не осталось. Поэтому совсем-то нэл не разорится, хотя, возможно, некоторую компенсацию гостям за причиненные неудобства выплатить ему все-таки придется.

Чрезмерно впечатлительная женщина, чей крик нас так напугал, тоже оказалась постоялицей нэла Торо, поэтому-то и не ушла вместе с остальными. Однако как только она перестала дрожать, ее вместе с дочерью отправили наверх. Подальше от тела, один вид которого вызывал у обеих безотчетный ужас.

Дочь нэла Торо тоже вскоре поднялась на второй этаж, чтобы помочь гостям, если нужно, и заодно проверить, не проснулась ли Манюшка. Так что вскоре мы остались наедине с поникшим хозяином, для которого неприятное происшествие вполне могло стать причиной немалых потерь.

Поскольку до прихода стражи заняться было особо нечем, то я опять уселась за стол — заканчивать расчеты по щитам. Ник принялся бесцельно бродить по залу. Ланка присела в углу, подперев рукой голову и с мрачным видом уставившись на труп. Ну а несчастному нэлу Торо ничего не оставалось, как постараться отвлечься и, пока мы ждем городскую стражу, заняться подсчетом выручки.

Поскольку пристроился он за стойкой, спиной к входу и, соответственно, к трупу, то именно он первым услышал невнятный шум на заднем дворе и первым поднял голову, когда с той стороны послышался истошный звериный вопль.

— Что это еще за?..

Нэл Торо, обеспокоившись, даже успел сделать пару шагов в тут сторону, но тут в дверь что-то с силой ударило. Та с отчаянным визгом распахнулась, и в дом на совершенно дикой скорости метнулось что-то некрупное, пушистое. При виде которого я изумленно оторвалась от блокнота, а Ланка аж подпрыгнула от неожиданности.

— Мя-а-ау! — хрипло мяукнуло это нечто, после чего на подоконник взлетел взъерошенный серый комок, и на нас взглянули полубезумные желтые глаза. — Мя-а-ау!

— Тьфу ты, Сааново отродье, — в сердцах сплюнул хозяин. — Откуда ты взялась, чучело?

— Это не ваша? — настороженно поинтересовалась Ланка, шагнув к окну. Но взрослая серая кошка угрожающе выгнула спину и зашипела так, что рыжая мигом передумала к ней прикасаться.

Нэл Торо снова сплюнул.

— Не видел ее никогда. Фу… пошла вон, чумазая!

Грязная, вся покрытая пылью и паутиной кошка в ответ снова зашипела. Рассерженный хозяин оглянулся в поисках чего-нибудь тяжелого, но тут из коридора послышался новый шум, а следом — приглушенное рычание и странный скрежет, как если бы кто-то волочил по полу доску с торчащим наружу острым гвоздем.

— Гонти, это ты ее спугнул? — недоверчиво повернулся в ту сторону нэл Торо.

Однако из полутемного коридора донеся лишь новый рык. Причем рык был странным, подозрительно хриплым, словно полный здоровья щенок неожиданно простыл. А еще в нем появились какие-то нехорошие нотки, при звуках которого хозяин дома испытал смутное беспокойство.

— Г-гонти? — неуверенно переспросил он, когда кошка в третий раз зашипела, не сводя глаз с показавшегося из темноты силуэта. А когда тот наконец доковылял до границы освещенного пространства, нэл Торо вздрогнул и попятился, попутно осеняя себя защитным знаком. — Богини-покровительницы! Да что ж это делается-то?!

Я при виде вышедшего на свет щенка выронила блокнот и отпрянула назад вместе со стулом. Кошка на подоконнике утробно взвыла. Ланка, приглушенно охнув, выхватила из ножен сразу оба меча. А Ник с тихой руганью запалил правый кулак, готовясь швырнуть атакующее заклинание в морду того нечто, что заняло место лопоухого Гонти.

От милейшего пса в нем не осталось практически ничего. Существо, стоя на подламывающихся лапах, едва удерживало на весу трясущуюся, словно в лихорадке, голову. Глаза щенка помутнели и покрылись густой сеткой болезненно расширенных сосудов. Из полураскрытой пасти капала пена. Пушистый хвост повис мокрой тряпкой. А на месте некогда яркой изумрудной ауры остались жалкие обрывки, которые истаивали прямо на глазах.

— Назад! — гаркнул Ник, когда нэл Торо отступил недостаточно быстро. — Не приближайтесь к нему! Лан, нельзя дать ему выбраться за пределы дома! Нэль, он еще живой или нет?!

— Похоже, что нет, — дрогнувшим голосом отозвалась я, пристально следя за проходящим последнюю стадию трансформации щенком и лихорадочно пытаясь сообразить, что происходит. — Но почему? И как и когда он переродился? Он же на виду все время был!

— Не все, — напряженно ответила Ланка, тогда как мертвый щенок медленно, чуть ли не со скрипом, выпрямился и дернул ухом, словно пытался понять, что это за звук и откуда исходит. — Несколько часов он просидел в конуре. Но он же не мог вот так… считай, у нас на глазах…

Позабытая в суматохе кошка в очередной раз яростно зашипела, и щенок, наконец-то определив источник звука, хромая и неловко переваливаясь, потащился в сторону окна. Причем уже на третьем шаге его походка стала заметно увереннее. Он вскинул морду. Взглянул на нас уже не мутными, а абсолютно красными глазами. Затем из его пасти вырвался совершенно не щенячий рык и…

Я чуть не подпрыгнула, когда за нашими спинами раздался точно такой же звук, а затем донесся и звук ломаемых костей.

Все остальное случилось так быстро, что, если бы мы не успели пройти хорошую школу в замке Нол-Рохх, нам было бы точно несдобровать. Только что бывший слабым и неуклюжим щенок с места прыгнул, целясь когтями Нику в горло. Кошка с бешеным мявом спрыгнула с подоконника и опрометью кинулась к лестнице. Маг, вовремя углядев опасность, грамотно отклонился и, выхватив оружие, прямо на лету разрубил мертвого пса на две части. Тогда как Ланка, метнувшись назад, подскочила к дергающемуся на полу второму трупу и ловким ударом отсекла ему голову.

От меня на этот раз никакого вмешательства не понадобилось. Хотя свои щиты я активировать все же успела, да и «прозрение» на всякий случай растянула на весь зал.

Вот только на этот раз испытанная тактика плодов почти не принесла: траекторию прыжка Гонти Ник, конечно, испортил, но упавшие на пол обрубки все еще шевелились. Крови из ран вытекло совсем немного. Однако отрубленная голова продолжала сипеть, свирепо вращая глазами, а обезглавленное туловище жутковато скребло когтями доски. Да и безголовый мужик упорно пытался подняться с пола. Причем дергался он ровно до тех пор, пока опешившая Ланка не обрубила ему судорожно сокращающиеся конечности и не расплющила уставившийся на нее кроваво-красными глазами череп одним мощным ударом кулака.

— Ч-что это было? — шепотом спросил из-за стойки бледный, как смерть, нэл Торо, когда нежить наконец затихла.

— Вам лучше не знать, — мрачно ответил ему Ник, после чего раздраженно сплюнул и с силой ударил каблуком по скалящейся собачьей голове.

[1] Глава города Рино.

[2] Волосы колдуну допустимо обрезать лишь в качестве наказания или в случаях, когда колдун утратил контроль над собственной магией. В том числе допускается на первых порах стричь детей, способных представлять опасность для себя и окружающих.