Глава 18

В тот день народ ходил в приподнятом настроении, потихоньку пакуя вещи и строя планы на каникулы. Обязательные тренировки Ларун в кои-то веки отменил. Оставшиеся без занятий студенты бродили по лагерю как неприкаянные. Улыбались, болтали, валялись на травке, вовсю наслаждаясь обретенной свободной. А заодно активно подшучивали над нами — единственными, кого от работы никто не освобождал.

Терпеть это издевательство в последний день практики было особенно нелегко и еще тяжелее бороться с упорным желанием сделать насмешникам какую-нибудь гадость. Ланка даже слабительным предложила воспользоваться, чтобы, значит, всем сразу плохо стало. Менее кровожадный Ник хотел ограничиться простым снотворным. Но я им свой неприкосновенный запас на разграбление не отдала, поэтому студенты отделались лишь слабеньким мочегонным отваром, втихаря добавленным в компот.

Месть наша свершилась сразу после обеда и ознаменовалась приличной очередью возле уборных. Вид нетерпеливо прыгающих парней со страдальческим выражением на лицах меня изрядно позабавил, а мое чувство справедливости было всецело удовлетворено.

Правда, действие отвара продлилось несколько дольше, чем я рассчитывала, поэтому ближе к вечеру это стало доставлять некоторые затруднения. Но уже к ночи очередей возле уборных не стало, а уставшие от беготни студенты раньше обычного завалились спать и больше нас уже не тревожили.

Я же по давней привычке вышла подышать перед сном и по-быстрому ополоснуться.

Ночь в кои-то веки была по-летнему теплой, удивительно тихой и прямо-таки навевала умиротворение. Накануне возвращения в академию мои мысли тоже были ленивыми и тягучими. Ланка и Ник успели привести себя в порядок немного раньше и уже сладко сопели в подушки. Ну а я как самая копуша, да и еще обожающая подолгу плескаться в воде, вовсю наслаждалась свободой. А встрепенулась лишь после того, как мне почудилось, что снаружи промелькнула неясная тень.

Отжав длинные волосы и замотавшись в полотенце, я выбралась на улицу и закрутила головой.

В последние дни тень меня не навещала. Видимо, нечего было сказать или же ей просто ей оказалось неудобно подолгу находиться в нашем мире. Но сейчас, наверное, что-то случилось. Или же у Норра появилась важная информация. Поэтому я на цыпочках отошла в сторонку и…

С приглушенным воплем отшатнулась, когда из темноты на меня взглянули хищно прищуренные, явно не принадлежащие человеку янтарно-желтые глаза.

— Ии-их, — только и успела выдохнуть я, как невесть откуда взявшийся, бесшумно выскользнувший из тьмы мрон с силой зажал мне рот рукой. Кожа у него на ладони оказалась грубой, шершавой, с каким-то странным привкусом. Однако он даже не дрогнул, когда я, опомнившись, попыталась его укусить. Только приник вплотную и, обхватив второй рукой за талию, требовательно притянул к себе.

— Мм-м-м! — промычала я, затрепыхавшись в его руках, как попавший в паутину мотылек.

Мрон быстро наклонился и, ткнувшись носом в мою шею, шумно втянул ноздрями воздух. И только тогда я испуганно замерла, чувствуя, как грохочет в груди заполошно заколотившееся сердце.

А ну как грызанет? Кто их, дикарей, знает? Какого демона ему вообще от меня понадобилось? И почему эрта Далия не сказала, что нелюдь уже вылечился и пришел в себя?! Я-то решила, что он еще как минимум неделю без сознания проваляется. А то и к окончанию практики не очнется, после чего целительница наверняка перевезет его в столичную лечебницу и будет дальше изучать представителя редкого вида.

Признаться, появление Фениксов настолько выбило меня из колеи, что о мроне я в эти дни даже не вспоминала. Да и накопившаяся усталость не позволяла взять и разложить все по полочкам. К тому же после того, как я увидела щит эрта Норода, то ни о чем другом думать попросту не могла. И все свободное время пыталась нарисовать по памяти хотя бы часть его потрясающего щита. Ну или хотя бы вспомнить отдельные символы, большинство которых были мне незнакомы.

А тут — мрон. Явился не запылился. Да еще в такой момент, когда я совершенно не ожидала его увидеть!

Самое же мерзкое заключалось в том, что я была одна, без магии и почти раздета, а вездесущая тень так до сих пор и не появилась! Да и кольцо на близость нелюдя никак не отреагировало!

Наконец мужчина перестал принюхиваться и, выпрямившись, взглянул на мое рассерженное лицо. Причем смотрел долго, внимательно. Действительно, как зверь — странно наклонив голову и изучая меня своими кошачьими глазами.

Кстати, он оказался совсем не стар. Лицо, которое я увидела, принадлежало мужчине лишь немногим за тридцать — хищное, узкое, волевое. С сильно заостренным подбородком, слегка приплюснутым… почти как у котов… носом и приоткрытыми губами, из-под которых поблескивали кончики острых клыков. Сказать, что он был красив, я бы не осмелилась, несмотря на отсутствие шерсти, вполне обычную форму ушей и втянутые до поры до времени когти. Но все же что-то в нем было… Какая-то необузданная, жутковатая, прямо-таки первозданная мощь, которую ничуть не портили свежие рубцы в тех местах, где недавно зияли страшные раны.

И все же нелюдь меня не тронул — вдосталь насмотревшись и, видимо, что-то для себя уяснив, он просто отступил на шаг, оставив меня в покое и на мгновение продемонстрировав крупное золотое кольцо со сложной гравировкой на большом пальце правой руки.

Я тут же попятилась, придерживая упрямо сползающее полотенце. И тогда же с холодком поняла, что мужчина совершенно неодет. Впрочем, судя по его поведению, даже в столь откровенном виде я оказалась ему не нужна. И это несколько успокаивало.

— Что вам нужно? — рискнула спросить я, когда убедилась, что угрозы действительно нет.

Мрон нахмурился, но снова ничего не сказал.

Может, он немой? Или имперский не знает?

— Как вас зовут? Вы меня понимаете?

Он наклонил голову, словно прислушиваясь к моей речи, а потом забавно прянул ушами. И впрямь — как настоящий зверь. После чего как-то по-особенному прищурился, шумно втянул ноздрями воздух и вдруг издал тихое, пронизывающее до костей рычание.

— Еда — там, — на всякий случай сообщила я, ткнув пальцем в соответствующую сторону. — Кухня. Мясо. Ням-ням. А я невкусная. Жесткая. И вообще, вам кость может поперек горла встать.

Мрон неожиданно кашлянул. Как чихнул. А может, это был просто смешок?

Мне почему-то стало немножко неловко. Ему, наверное, весело. Однако он ничего не сказал, даже если прекрасно меня понял. А вместо того, чтобы уличить меня в вопиющем невежестве, просто раздвинул губы в клыкастной усмешке и… исчез.

Да-да.

Вот только что стоял напротив, скалясь, как распоследний бандит. А потом отступил на шаг, слился с темнотой, на меня пахнуло легчайшим ветерком, в котором на мгновение мне почудился запах леса, и действительно исчез. Растворился в воздухе. Оставив меня, как дуру, стоять посреди спящего лагеря и растерянно озираться в тщетной попытке понять, что тут вообще произошло.

— Ну и ладно, — пробормотала я, поняв, что нелюдь действительно ушел. Надеюсь, что в сторону котлов. — Будем считать, что встретились и сразу же попрощались. Надеюсь, что навсегда.

Фух. Главное, чтобы он не вспомнил, кто именно засветил ему недавно по роже, и не надумал вернуться, чтобы отомстить.

— Ты в порядке? — вкрадчиво поинтересовался кто-то у меня за спиной.

— Ик! — внезапно подхватив от Ланки дурную привычку, выдала от испуга я. А когда повернулась, то чуть не обложила по матушке внезапно появившуюся тень и шумно выдохнула, лишь когда поняла, что это действительно Норр, а не вернувшийся мрон, который все-таки надумал закусить человечинкой.

— Ты чего не спишь? — не поняв причин моей реакции, снова спросила тень. — В округе все спокойно. Враждебной магии нет. Нежити нет. Одна ты как привидение бродишь.

Я вытерла испарину со лба.

— Откуда ты взялся? Я ж тебя не звала!

— Ты испугалась. Я пришел.

— То есть ты все-таки можешь приходить и сам?

— Магия кольца держит меня надежно, и каждый приход вопреки его воле требует сил. Твоих, между прочим. Поэтому я стараюсь не злоупотреблять. Так почему ты испугалась?

Я перевела дух.

— Да так. То маги с ведьмаками храпят над ухом, то нелюди всякие из темноты выскакивают…

— С нелюдями будь осторожнее, — спокойно отозвалась тень, заставив меня резко вскинуть голову. — Особенно с мронами.

— Думаешь, они способны тебя увидеть?!

— У мронов хорошее чутье. И зрение не так, как у людей, устроено. Они видят гораздо больше остальных. А чуют потустороннее не хуже меня.

Я задумчиво потерла кольцо на левой руке и невольно порадовалась, что Норр не пришел чуть раньше.

— Надо же. Я не знала…

— Это их врожденное умение, — так же спокойно добавила тень. — Как и у обычных кошек, которые умеют одновременно видеть и мир живых, и мир теней.

— Значит, их прародитель все-таки имел кошачьи корни? — осторожно предположила я.

— А вот этого никто не знает. Мроны очень скрытны, а эта тема вообще считается запретной.

Интересно почему?

Я невольно покосилась в ту сторону, в которой исчез нелюдь. Странностей с ним, конечно, было хоть отбавляй. Один удар когтями чего стоит. Но раз он сожрать меня не хотел и отомстить за пощечину не надумал, значит, и впрямь ничего страшного не произошло. Может, просто спасибо зашел сказать. Но общего языка со мной, трусихой, не нашел и в итоге решил, что ну ее… то есть меня… к Саану.

— Спи. Ночью мне полегче, поэтому я покараулю, — повторил Норр, прежде чем раствориться в воздухе. — И, кстати, за кольцо не переживай. Оно само себя защищает. Поэтому спи спокойно, Ниэль Корно. Тревог оно тебе больше не принесет.

«Ну и ладно, нам же проще», — решила я, с редким спокойствием принимая как данность очередной непонятный факт. Но даже после того, как тень окончательно исчезла, не сразу отправилась к себе, а сперва постояла, послушала, что творится вокруг. На всякий случай даже несколько раз огляделась. И только успокоившись до конца, вернулась в палатку, а потом заползла под бок беззаветно дрыхнувшей Ланке и закрыла глаза, искренне надеясь, что утро вечера мудренее.

***

— Ну что ж, вот и закончилась практика, — сказала Ланка, когда поутру мы собрали оставшиеся неупакованными с вечера вещи, наскоро перекусили, прибрались, покинули палаточный лагерь и, закинув сумки на плечо, взобрались на холм, где с минуты на минуту должна была открыться портальная арка в академию. — Грустно, да? Казалось бы, только вчера приехали, и вот уже пора возвращаться. Даже не верится, что целое лето пролетело.

Я поневоле оглянулась на виднеющиеся далеко внизу палатки и вдруг подумала, что дома… вернее, в академии, мне будет этого не хватать: ранних побудок, ерничания Ника, их вечных препираний с Ланкой, бодрящего уличного душа, походной суеты и даже слегка подгоревшей, отдающей дымом костра каши, вкус которой теперь всегда будет напоминать мне об этом необычном лете.

Казалось бы, каких-то три неполных месяца назад мы безвозвратно потеряли нашего мага. Страшно расстроились. Чуть не отчаялись. Но каким-то чудом все-таки обрели нового напарника. Успели многому научиться. Притерлись. Неоднократно ссорились, мирились. Можно даже сказать, сроднились. И теперь невозможно представить, что когда-то было по-другому.

Я украдкой покосилась на стоящего рядом парня.

Ник выглядел, как и всегда, насмешливо-расслабленным. Его светлые волосы вновь были свободно распущены, длинная челка упрямо лезла в глаза. На тонких губах играла легкая улыбка, словно в этот момент он тоже вспомнил о чем-то приятном. И при виде нее мне вдруг подумалось, что нам неимоверно повезло обрести в его лице не просто хорошего мага, но надежного напарника и верного друга.

— Знаете, а мне понравилось, — вдруг решительно добавила Ланка, повернувшись к нам. — Поединки, нежить, личи, Фениксы… это было по-настоящему здорово. Кажется, я буду скучать по приключениям.

— Я тоже, — невольно улыбнулась в ответ я, а Ник просто кивнул.

— Да. Лучшая практика, которая у меня только была. Но намного важнее то, что каждому из нас удалось достичь поставленных целей. Вот я, например, нашел отличную группу и теперь возвращаюсь вместе с ней в академию. Ниэль наконец-то научилась улыбаться. Тогда как рыжик…

Ланка демонстративно возвела глаза к небесам.

— Богини! Когда ты уже запомнишь мое имя?!

— Так вот, наш рыжик, — невозмутимо продолжил маг, словно не услышав, — хоть и отрицает это, но уже не так сильно боится крыс и пауков, как раньше. Осталось только отучить ее визжать при виде змей и тараканов, и можно будет сказать, что нам досталась лучшая в мире ведьмачка. Единственным минусом которой будет являться то, что она по-прежнему не умеет готовить.

— Вот гад! — возмутилась подруга, требовательно уставившись почему-то на меня. — Ниэль, ну что это за безобразие? Когда он перестанет меня дразнить?!

Я философски пожала плечами.

— Наверное, когда ты перестанешь реагировать?

— Да как можно на такое не реагировать?!

— Глупенькая, я же о тебе забочусь, — широко улыбнулся маг. — Вот вырастешь ты, надумаешь выйти замуж, а тут вдруг выяснится, что ты готовить не умеешь. Кто тебя такую возьмет?

— Еще посмотрим, кто кого выбирать будет. Если я когда-нибудь выйду замуж, то только за того, что будет готовить вместо меня!

— Ужас какой, — притворно отшатнулся Ник. — Где ж ты собираешься искать такого смельчака? Готовка — это женское дело.

Ланка громко фыркнула.

— Еще чего! А махать железками — мужское?

Маг покосился на торчащие из ее ножен рукояти сразу двух мечей и вынужденно признал:

— Хм… ну да. С железками у тебя неплохо получается.

— Эрта Тария тоже хорошо владеет оружием, — не удержалась от смешка я. — И еще она — полноценный лидер тройки. Так что пусть завистники умоются. Уж Фениксам-то точно никто не посмеет вякнуть, что они выбрали себе неправильного командира.

Ник только развел руками.

— Ну если рыжик когда-нибудь достигнет такого же уровня, как эрта Нала, то умение готовить ей вряд ли пригодится.

— А я о чем тебе талдычу? — победно вскинула подбородок подруга. — Когда понадобится, кандидаты в мужья сами ко мне прибегут. И в очередь еще выстроятся.

— Так, — неподдельно обеспокоился маг. — Только не вздумай устраивать конкурс женихов прямо сейчас. Сперва давайте академию закончим, пару сотен подвигов совершим, войдем в историю, покроем свои имена неувядающей славой…

— Думаешь, без славы ты себе невесту не найдешь? — насмешливо посмотрела на него Ланка.

— Я-то найду. А вот тебе, малахольной, помощь с поиском женихов точно понадобится.

— Ну все, — решительно заявила ведьмачка, бросая сумки на землю и демонстративно закатывая рукава. — Я его сейчас прибью!

— Всем строиться! — спас Ника от расправы зычный голос подоспевшего куратора. — До открытия портала десять… девять… восемь…

— Вот так всегда, — с досадой прошептала подруга, не решаясь в присутствии Ларуна подать голос. — Ну как он это делает?! Еще немного, и я поверю, что это у него открылся дар предвидения, а не у тебя!

Я наклонилась и тихонько хмыкнула:

— Просто ты спиной к лестнице стоишь, а Ник — лицом. Поэтому приближение Ларуна он увидел заранее, а ты спохватилась только сейчас.

Подруга свирепо зыркнула на ехидно скалящегося мага, погрозила ему кулачком, но брызнувший во все стороны свет от открывающегося портала помешал ей исполнить свою страшную месть.

Еще через несколько секунд перед нами развернулась полноценная портальная арка. Потом в ней одна за другой растворились уже сработанные и, надеюсь, что крепкие боевые тройки. Затем настало время и для нас покинуть портальный камень. Но прежде чем Ларун загнал меня туда следом за Ланкой и Ником, я все же не удержалась — еще разок обернулась и окинула оставшийся внизу лагерь прощальным взором.

Стоящие ровными рядами палатки, выжженный дочерна и взрыхленный на приличную глубину полигон, прячущиеся под тенью деревьев неказистые сортиры, тихонько дымящая кухня, где как раз готовили завтрак для оставшихся целителей, которые покинут лагерь только ближе к обеду…

Все это казалось почти родным и вовсе не таким ужасным, как раньше. А еще я подумала, что мы, скорее всего, больше никогда сюда не вернемся. Поэтому мне отчего-то захотелось сохранить в памяти долину Нол-Рохх именно такой — мирной, уютной, спокойной и… пустой.

Хотя нет. Не совсем пустой. Кажется, кто-то из оставшихся имел привычку вставать с рассветом?

Мой взгляд неожиданно зацепился за вышедшую из-за развалин замка фигуру и тут же к ней прикипел.

Не соизволивший представиться мрон… а это был именно он… остановился так, словно специально хотел, чтобы его заметили. Высокий, массивный, страшноватый даже на таком расстоянии. При этом он стоял, сложив на груди руки, смотрел… казалось, прямо на меня, хотя на таком расстоянии это, конечно, было невозможно.

— Корно! Ну что такое? Где вы застряли?! — раздраженно рыкнул стоящий чуть в стороне куратор.

Я вздрогнула от неожиданности, и наваждение тут же схлынуло.

Тьфу ты, дура. Вот ведь напридумывала глупостей: я же не одна тут нахожусь. Ларун вон тоже не ушел, поэтому мрон, естественно, смотрел на него. Ведь со мной он, можно сказать, и не общался вовсе. Да и как он на таком расстоянии смог бы меня узнать?

— Давайте поживее, — проворчал куратор, когда я спохватилась и поспешила к арке. — Мне еще вас с рук на руки сдавать, перед ректором отчитываться, оценки вам за практику выставлять. Неужели вы думаете, что мне охота заниматься этим до вечера?!

— Простите-извините, больше не повторится, — скороговоркой проговорила я, проскакивая мимо него в сияющее синевой марево. А еще через миг выбежала в просторном холле академии и с облегчением выдохнула: — Фух. Вот теперь можно сказать, что практика действительно закончилась.

Встретившие меня на той стороне друзья понимающе переглянулись.

— Да, — согласилась Ланка, во второй раз за утро уронив тяжелые баулы на пол. — Завтра каникулы. Наконец-то. Кто бы знал, как я их ждала! Целый месяц спокойной жизни! Ух!

— А что мы будем в этот месяц делать? — вкрадчиво поинтересовался Ник.

Мы с подругой только рассмеялись.

— Да какая разница? Главное, что мы проведем его вместе. А где это будет — уже неважно.