‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍49

— Дадим бой четверкам? — встрял Асафа. — Босс, ты что, бессмертным себя возомнил? Дунканом, мать его, Маклаудом?

Не остался в стороне и Микки:

— Я не хочу, чтобы тебя убили, Макс. Ты мой единственный друг. И если тебя убьют, то я очень расстроюсь. Мики будет страшно расстроен. Ты для меня почти как мама.

— Микки прав, — поддержала его Стелла, — это самоубийство. Мы не выдержим открытого конфликта.

Но Макс не спешил отступать от своей идеи. Он покачал головой и вышел во двор, чтобы как следует все обдумать.

А затем вернулся к нам и сказал:

— Они напали первыми. Мы в этом не виноваты. Мы не объявляли им войну, но теперь это наша война… Это война. Кто бы что ни говорил… Нравится вам это или нет. Но нам придется с ними драться. Не для этого мы здесь окопались и столько месяцев налаживали связи… У нас и раньше были проблемы с местными царьками. Это часть игры. И до этого мы в этой игре всегда побеждали.

— Но Макс, — не верила Стелла, — это не какие-то там царьки! Это огромный картель!

— Ты думаешь, я об этом не в курсе?

Отказывался верить в успех и Асафа:

— Босс, да это просто харакири! Мы как кучка жалких хоббитов против гребаного Саурона!

— Да, — согласился Макс. — Это правда. Мы просто кучка хоббитов против армии орков… Но ведь хоббиты в итоге победили. Они победили. Хоббиты прошли незамеченными и сделали свое дело. Потому что в этом была их сила — в их маневренности и находчивости. А слабость картеля как раз и заключается в его неповоротливости и слепости. Они просто не видят, что творится у них за спиной.

— Хочешь их перехитрить? — закусила губу Стелла, сражаясь со скепсисом.

— Оф… — напряженно выдохнул Макс и произнес судьбоносную для всех нас речь: — Я думаю, мы сможем вернуть свои деньги обратно. Все до единого цента. И даже взять немного сверху. В качестве разумной компенсации… Мы сможем восстановить справедливость и при этом выйти сухими из воды.

— Чертов Макс, — ругался Асафа, прикладывая ко лбу холодный пистолет, — но как мы это сделаем, елы-палы?

— У нас есть опыт. Есть умелые руки. Есть парочка стволов. И есть хорошие машины… Вот как раз и испытаем все это в деле… Если кто-то хочет отказаться, я винить не стану. Дело слегка опасное. Но я уверен, что все пройдет гладко… Есть желающие спрыгнуть с темы?

— Есть, — подняла я руку. — Я хочу спрыгнуть с темы.

— Вот и отлично, — кивнул Макс, — если все согласны, то будем работать командой. Пора забрать у четверок то, что принадлежит нам по праву. — Чернов сорвал со стены старый план эвакуации и начал чертить на нем схему налета. — Итак, — рисовал он черным маркером квадраты, — у нас есть две полицейские машины.

— Они ненастоящие, — поправила я.

— Ничего. Об этом никто не узнает. В этом и главная фишка. Все будут думать, что за рулем копы. Так подумают все, включая мафию. Они решат, что их прессует полиция, и отдадут награбленное нам.

— Но… — не понимал Буч, — как ты собираешься это провернуть?

— Мы знаем, что картель посылает для сбора дани коллектора. Как правило, это доверенное лицо барона. Это один человек, одна машина. Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания… Одной-единственной машины им достаточно, чтобы собрать за день бабло и незаметно вернуться на базу.

— Да, босс, стелишь ты мягко, — возразил Асафа, — но спать будет очень жестко… Это ведь не просто «одна машина». Это будет серьезно подготовленный экипаж. Это будет не только коллектор, но и минимум пара дуболомов. А может, и трое-четверо. Уже не говорю о машинах сопровождения.

— Нет у них сопровождения, — вклинилась Стелла, — я наблюдала за картелем. Они всегда обходят свои точки на бронированном внедорожнике.

— Что за тачка? — спросил Макс.

— Военный броневик. Сделан под заказ по армейским стандартам. Серьезная тачка, хотя и обклеена золотом.

— Золотом? — поморщился Буч. — Какое уродство…

— Че? А мне нравки, — не согласился Ас. — Чем тебе золото не угодило?

Макс стукнул кулаком по столу, чтобы вернуть внимание к плану, и продолжил:

— Значит так, выпасаем их и берем в клещи. Я буду на одной полицейской машине, Стелла — на другой. Притворимся копами и просто тормознем мексиканцев в людном месте… Стрелять они не рискнут… Берем бабки… Валим в логово.

— А если не прокатит? — засомневался Буч. — Эти парни просто так могут не сдаться. Что если вы напоретесь на реальных копов?

— Он прав, Макс, — кивнула Стелла, — нам нужен запасной план.

— Все верно, — согласился Чернов, — на этот случай у нас будет третья тачка. Лимузин.

— О-о-о-о! — оживился ямаец. — Мне этот расклад уже нравится!

— Ты, — указал Макс на Асафу, — и Буч. Вы поедете на черном лимузине и станете якорем на тот случай, если братки не захотят остановиться. Машина у вас тяжелая, большая, тонны четыре. Этого хватит, чтобы блокировать любую тачку.

— А если будут огрызаться? — спросил Асафа.

— Если высунутся и станут стрелять — разрешаю пустить в ход пулемет.

— Йоу! — танцевал от счастья Ас. — Мы с Хряком будем петь под маракасы!

— Если запасной план по каким-то причинам не сработает, то нам поможет Микки. Да, Микки?

— Конечно, — буркнул Микки. — А как?

— Я тебе расскажу. Тебе это понравится… Большие машины. Большие пушки.

— Я люблю большие машины, — засиял вдруг здоровяк. — Хочу большие пушки.

Но затем Макс сказал кое-что такое, что понравилось далеко не всем членам банды:

— Алиса поедет с нами.