На волю победителя

Егор.

Забираю ключи от машины и на всякий случай кидаю в рот две подушечки мятной жвачки. Один бокал вина, конечно, ничего не покажет, если остановят гайцы, но и провоцировать запахом ни к чему. Возвращаюсь в прихожую и смотрю на застывшую спиной к стене Дашу. Тестостерон кипит в крови, во мне вообще все протестует против того, чтобы отпускать эту девочку домой. Но я обещал, да. И силой воли я глушу все агрессивные мужские порывы.

— Поехали? — резко выдыхаю и щелкаю ключами, привлекая ее внимание.

Она вскидывает на меня задумчивые глаза.

— У тебя есть монетка? — склоняет голову на бок.

Меня прибирает ознобом от ее неуверенного, странного намёка на желание остаться.

— А как же «подбрасывая монетку, мы уже знаем ответ»? — я подхожу к ней вплотную и нависаю, уперев ладони в стену по бокам.

— Это же вопрос снятия ответственности, — губы Даши трогает улыбка, — Чтобы потом всегда можно было сказать, что решал не сам.

— Так не пойдёт, — качаю головой, — Но я знаю парочку рабочих вариантов…

Мой голос хрипнет, и я вижу как Дашино дыхание сбивается с ритма на каждую его вибрацию. Никто никуда сегодня уже не поедет…

— Каких? — поднимает на меня лицо и хитро смотрит прямо в глаза.

— Доверить выбор своему мужчине…

— Не подходит, — она уверенно мотает головой.

— Тогда-проиграть… — мои мышцы сводит от желания касаться ее кожи, но я терплю. Нельзя форсировать.

— Хм? — ее бровь взлетает вверх, — Попахивает эротической фантазией.

— Фантазией? — я усмехаюсь и приближаюсь губами к ее ушку, — Если мы поговорим о моих фантазиях, — я глубоко втягиваю запах ее духов в лёгкие и возвращаю его горячим дыханием на ее шею, — То единственное, чего я сейчас реально хочу — это развернуть тебя лицом к стене, прогнуть в спинке… — девочка шумно сглатывает, — Спустить твои джинсы, трусики и, даже не раздевая до конца, войти в тебя…

Немного отстраняюсь от Даши, чтобы рассмотреть эмоции. Наши глаза сталкиваются. Ее — реально пьяные, с дымкой похоти. Уверен, что девочка уже мокрая. И меня начинает колотить и накрывать желанием с новой силой. Это, блять, какой-то мазохизм…

— Оооо… — она с улыбкой откидывает голову на стену и прикрывает глаза, — Отойди от меня на два шага назад, — закрывает краснеющие щеки ладонями.

— И не продумаю, — мои руки сползают с ее плеч, очерчивают мягкую грудь и ложатся на талию, — У меня посттравматическая терапия.

— Чего? — она смеётся и пытается увернуть губы от поцелуев, — Стой! — ловлю ее язычок и легко прикусываю, — Ммм! — протестующе верещит, и я отпускаю, — Дай разуться и целуй сколько влезет!

— Обещаешь? — легко касаюсь ее губ своими.

— Я… — Даша шумно сглатывает, и я слышу, как разгоняется ее сердце, — Не знаю… — заканчивает тихо и неуверенно.

Да черт! Съезжаю губами на ее щеку. Снова эти «качели». Как сложно с хорошими девочками… Но вкусно. И я сам первый раз в жизни совершаю столько прогибов, чтобы просто уговорить женщину остаться на ночь. Без гарантий продолжения.

— Мы сейчас поступим так…

— Как… — ее голос звучит эхом моему.

— Зайдём в комнату… — я специально говорю с остановками, давая ей шанс не согласиться с каким-то пунктом, — Я достану вино, думаю, что все-таки напою тебя, — Даша в ответ хмыкает, — И ты будешь проигрывать мне каждый предмет своей одежды по отдельности.

— Как проигрывать? — Даша чуть отталкивает меня руками и скидывает с ног белые ботинки, — Типо фанты? — она хихикает.

— Пойдём, покажу, — я настойчиво подталкиваю ее в сторону гостиной.

— Стой, — она резко разворачивается, — Пусти меня хотя бы руки помыть.

Руки помыть… дать ей фору.

— Ну окей… — отпускаю ее в ванну, а сам иду на кухню за вином. Открываю бутылку, забираю ее и бокалы в гостиную. Из освещения оставляю только нижнюю диодную ленту.

Обои в комнате белого цвета с какой-то хрустальной крошкой, лампы — синие и голубые, светя вверх, они создают эффект северного сияния на стенах.

— Атмосферно… — Даша робко заходит в комнату и оглядывается, — Для мужчины даже уютно.

— Это дизайнер. Садись, — я киваю ей в сторону дивана и иду следом. Она опускается на подушки.

Присаживаюсь на корточки возле ее ног и заглядываю в глаза.

— Даш… Расслабься. Я не сделаю ничего, чего ты не будешь хотеть. Обещаю…

— Я знаю, — она кивает и сминает пальчиками рукава в кулаки.

— И даже если ты будешь полностью раздета — дотрагиваюсь костяшками пальцев до ее щеки, немного поглаживая, — И захочешь тормознуть, — перевожу дыхание, — Я вызову такси. Идёт? — касаюсь губами ее губ и чувствую улыбку.

— Я мечтаю посмотреть, как ты проиграешь! — шепчет с вызовом.

Ее колкость попадает прицельным в мой пах, и мне хочется приложиться лбом об ее острые коленки. Да я уже проиграл! С рыком выдыхаю и под ее хихиканье иду искать чёртовы карты. Кажется, колода от покерного набора лежала в спальне.

Спустя пол часа Дашины щеки полыхают смущением так ярко, что это заметно даже в полумраке комнаты.

— Давай, детка, — я облизываю ее фигурку взглядом, — Пора выбрать, что ты снимешь: лифчик или трусики.

— Ты меня дуришь, — она качает головой и немного злится, потому что я проиграл всего один раз, а она — три.

— Ни в коем случае, — прячу улыбку в бокале вина, но продолжаю внимательно наблюдать за Дашей.

Играю я на самом деле честно. Просто привык считать карты. И выигрыш — дело техники. Я бы вообще обошёлся без всех этих танцев с бубнами, но девушке нужно время, чтобы привыкнуть ко мне, и я ей даю его, превращая ожидание секса в эротическую игру.

Мой член уже давно бьется в истерике об ширинку, а мышцы на грани судороги. И да, мы конкретно нетрезвые. Глазки моей девочки блестят, а движения становятся плавнее.

Даша допивает половину бокала залпом. Так… И скидывает бретели с плеч.

— Тебе помочь? — я до одури хочу касаться ее сам.

— Нет… — выдыхает девушка и расстёгивает застежки на спине. Лифчик скользит вниз, Даша перехватывает грудь рукой.

— Руки! — останавливаю ее, — На диван положи. Хочу на тебя смотреть.

Ещё один взрыв ее смущения. Ей Богу, я бы мог подумать, что она — девственница.

— Егор… — она закусывает губку, но послушно опускает ладошки на сиденье и впивается ноготками в кожу.

Я нагло, с особым наслаждением рассматриваю в ее глазах робость, возбуждение, волнение, что мне не понравится. Черт! Да она просто идеальна! Как может не понравиться! Хрупкая, нежная девочка. Грудь небольшая, но полная и тяжёлая с маленькими розовыми сосками. Мысленно я уже перекатываю их языком. Мой взгляд скользит к ее подрагивающему животу. В пупке пирсинг — золотая сережка в форме сердца. Красиво. Круглые аккуратные бёдра, длинные ноги.

— Родители до сих пор не знают, — комментирует Даша, заметив предмет моего интереса, — Мы с подругой в десятом классе географию прогуливали и на кабинет пирсинга набрели.

— Плохая девочка, — качаю я головой и понимаю, что больше не могу терпеть. Закрываю — открываю глаза, сдерживая себя, чтобы не наброситься и не растерзать ее. А мне именно так хочется! — Дотронься и поласкай себя, Даша, — приказываю ей вибрирующим обертонами голосом.

Она вздрагивает и нервно выдыхает, будто решаясь. Руки медленно скользят по телу вверх.

— Так? — вскидывает на меня глаза и накрывает свою грудь ладошками, чуть сжимая, — Тебе нравится?

— Твою мать! — срывается с моих губ, и я в тихой истерике прикрываю глаза, стекая глубже по сиденью дивана.

Отбрасываю колоду карт на стеклянный стол.

— Иди ко мне, — прошу грубовато и ловлю Дашин возбужденный взгляд. Лёгкий стыд и сила заводят девочек гораздо ярче, чем нежные поцелуи. Конечно, и они тоже нужны, но точно не для тех, кто балансирует, оставляя себе возможность соскочить. Мне нужно увести Дашу за черту, после которой тормознуть она уже не захочет, — Я жду тебя, — давлю интонацией.

Девушка дрогнув, встаёт с дивана, проходит три шага на «мягких коленях», замирает между моих разведённых ног и поверхностно, нервно дышит.

Я рассматриваю девочку, ведя взглядом снизу вверх. Идеальная статуэточка. Гладкая, с немного выраженными мышцами и плавными линиями фигуры.

Мы встречаемся глазами.

— Егор… — слетает с ее губ стон-шёпот.

— Ты — очень красивая, — я подаюсь вперёд, кладу руки на ее бёдра и ощутимо сжимаю их.

Слышу Дашин судорожный вздох. Ее руки перехватывают мои в попытке контроля.

— Не бойся, моя девочка, — отцепляю ее пальчики, оставляю по паре горячих поцелуев на запястьях и укладываю Дашины руки себе на плечи.

— Я не боюсь… — сглатывает и облизывает губы.

— Умница… — дергаю к себе за талию и впечатываюсь губами вниз ее живота. Веду дорожку поцелуев до края трусиков.

— Не надо… — Даша пытается отстраниться, но я перехватываю ее за попку и возвращаю.

— Это я решу… — рычу, вдыхая запах женского возбуждения. Скольжу рукой между ее ножек по ткани белых трусиков, — Ты знаешь, что я мечтаю снять их с тебя с нашей первой встречи.

— Почему? Ах…О… Егор, — я вдавливаю кружево пальцами между ее губок, и несколько раз скольжу вперёд-назад, размазывая влагу.

— Потому что они просвечиваются через твой халатик, когда ты наклоняешься, — я окончательно дурею от своих горячих фантазий, — Больше не смей так носить, — предупреждающе рычу на неё.

Цепляю резинку ее трусиков и тяну их вниз по ногам, снося этим нахрен последнюю преграду между нами. Не даю девочке испугаться, тут же зацеловываю гладкий лобок и нежные губки.

— Оо… — Дашины пальчики впиваются в мои плечи, и я чувствую, как девочка гасит стоны.

— Не сдерживайся со мной, кричи, — приказываю ей.

Ещё немного играю языком с ее клитором, пощипываю губами мягкие складочки и отстраняюсь.

Тяну девушку на себя, заставляя сесть верхом. Холодная пряжка ремня вдавливается в ее горячую, нежную плоть, и Даша открыто стонет на контрасте ощущений.

Съедаю этот сладкий звук вместе с ее губами и врываюсь языком во вкусный ротик. Черррт! От острой вспышки желания меня перекрывает, и на секунду перед глазами становится темно. Даша сбивается с дыхания и попискивает между поцелуями.

Мои наглые руки гладят по ее попочке, сминают полушария, разводят их в стороны, и я чувствую, как сводит на эти ласки Дашины бёдра.

— Какая ты горячая, моя девочка, — смещаю поцелуи с губ на ее шею, скольжу пальцами по внутренней стороне ее бёдер и вдавливаюсь в нежную влагу, выписывая узоры между губок.

— Егор… Егор…. - исступлённо шепчет Даша, кусает губы и мотает головой.

Я перехватываю ее за шею и ловлю затуманенный взгляд.

— Хочу тебя… — рычу, покусывая ее губки, — А ты?

Кивает.

— Скажи… — требую и кусаю больнее.

— Дааа, — сладко стонет в мой рот, — Пожалуйста… — добавляет дурным шопотом.

Все, девочка сошла с ума. Моя девочка. Теперь я это вижу и чувствую.

— Оближи их, — мажу мокрыми пальцами в смазке по ее щечке и давлю на губки. Даша тормозит и непонимающе моргает.

— Да ладно, детка… — я гашу рвущийся стон, — Ты себя никогда не пробовала?

— Хмм… — неопределённо качает головой.

— Ты очень вкусная, — я облизываю свои пальцы сам и, кажется, сейчас просто кончу в штаны, если не войду в эту девочку. Резко перехватываю Дашу за шею сзади и впечатываюсь в ее губы поцелуем, — Попробуй себя.

— Ах… — девочка зарывается пальцам в мои волосы на голове. Уже полностью послушна, подставляет мне под поцелуи грудь, и я играю с ней, пока по спине девушки не начинают разбегаться вибрации.

— Меня нужно раздеть, — горячо шепчу ей в ушко, и она гибкой кошечкой стекает по моей груди вниз, оставляя влажную дорожку поцелуев. Опускается передо мной на колени. И вскидывает пьяные глаза, касаясь пальчиками пряжки ремня.

— Расстегни их… Черт! Детка! — впиваюсь руками в подлокотники кресла, потому что она трется щечкой об мой выпирающий член, — Я больше не могу!

Взлетаю с кресла и тяну Дашу вверх за собой. Ее ресницы стыдливо падают вниз.

— Тебе не… — прижимаю к себе и целую, останавливая поток глупых мыслей.

— Мне очень приятно, Дашенька, в этом дело и сейчас я хочу спросить, точно ли ты не девочка?

— Точно… — облизывает губы.

— Потому что я так сильно хочу, что боюсь не смогу быть нежным.

Кивает и жмётся к моему телу.

— Возьми меня, Егор… — жарко дышит в мою шею и целует в ключицу.

Я достаю из кармана презервативы. Расстёгиваю ремень и спускаю джинсы вместе с боксерами. Даша ловит коробочку в моих руках, и ее взгляд резко становится виноватым.

— Со мной нельзя с такими. Аллергия на латекс. Только полиуретан, — утыкается носиком в мою грудь, — Извини…

— Ну и хрен с ними, — откидываю коробку в сторону и поднимаю Дашино лицо к своему, — Я полностью здоров и обещаю не косячить.

— Я на таблетках и тоже здорова… — кивает Даша.

Меня неожиданно накрывает ревностью. Такой прям горячей и ощутимой. И хочется наказать девочку, пометить, присвоить. Какие к черту таблетки! Я вгрызаюсь в ее шею, точно оставляя там засос.

— Егор! — она шипит и пытается меня оттолкнуть, — Не надо, — кулачки упираются в грудь.

Зачем ей таблетки? Меня аж трясёт от мысли, что у Даши бывают мужчины. Больше не будет никого.

Я резко разворачиваю ее к себе попкой, завожу руки за спину и толкаю вперёд, ставя девушку коленями на кресло.

— Прогнись, — рычу, покусывая и зацеловывая ее лопатки, — Руки на спинку кресла. Вот так, — давлю ладонью на ее поясницу, она подчиняется, и я любуюсь ее интимной открытостью. Вау! Даша от нетерпения ведёт бёдрами.

— Егор… — с ее губ слетает стон-просьба и я направляю член, вдавливаясь в девочку, — Шшш… Аккуратнее… — стонет Даша, ложась щекой на свои руки.

Я чувствую головкой пульсацию ее плоти. Вдавливаюсь чуть медленнее и понимаю, какая девочка узкая. Давно у неё никого не было. Меня отпускает. Совсем ты снесла мне башню, детка. Раньше меня количество мужчин у женщины не обламывало.

Вхожу в неё на всю длину и замираю, давая привыкнуть, ощущаю как ее внутренние мышцы сжимаются вокруг моего члена. Даю несколько лёгких толчков, выхожу и снова вхожу до упора.

— О Боже…Ах… — она взрывается стонами, когда я разгоняю темп, и путается в своих волосах. Собираю их в кулак и тяну на себя, — Мммм… — она послушно, прижимается ко мне спиной.

Вхожу в неё снизу с резкой оттяжкой. Даша откидывает голову на мое плечо и мы горячо целуемся, кружа языками и постанывая на каждый мой толчок. Таких сладких девочек нужно трахать только без резинок. Чувствовать ее без барьеров влажную, горячую — это двойной кайф.

Сминаю руками ее грудь и легко пощипываю соски.

— Мммм… — она стонет и вибрирует, сбиваясь с ритма. Ее руки начинают искать опору, и я возвращаю их на спинку кресла, чуть придавливая Дашу сверху. Я вижу, как по ее плечам разбегаются мурашки, и начинаю насаживать на себя ее тело быстрее, резче, удовлетворяя свой мужской аппетит.

— Даша… — мой голос рвётся от эмоций, — Моя девочка, — целую ее спину и веду губами вверх по позвоночнику, — Кончаем?

— Д..даа… — громко выкрикивает, — Пожалуйста… Да…

Мне нереально вставляет то, как она просит, и я бы ее еще помучил, но собственное желание разрядки кипятит мои вены. Я сам почти в бессознательном состоянии прижимаю большим пальцем ее клитор, выписываю по нежным местечкам узоры и чувствую, как девочка обмякает в руках, пульсируя оргазмом по моему члену. И пока Дашу еще качает от удовольствия, я позволяю себе немного жести, вколачиваясь в неё с такой силой и темпом, как привык брать женщин. Меня тут же срывает в оргазм. Острый, яркий до искр из глаз.

— Моя хорошая, — я, не выходя, тяну Дашу на себя. Мне очень хочется целовать ее губы. Она мягко нежится в моих ласках, бормоча, что-то невнятное. Наши щёки соприкасаются, и я чувствую, что ее — мокрые. Слёзы? Она, блять, плакала?

— Даша! — я встряхиваю ее, — В чем дело? — выхожу из нее и разворачиваю к себе лицом. Ее глаза медленно моргают и смотрят непонимающе.

— Что не так? — робко.

— Это я хочу узнать! — меня взрывет, — Я сделал больно?

— Нет… — ее уголки губ дёргаются в смущённую улыбку, — Просто мне никогда не было ТАК хорошо. Это эмоции…

— Охренеть, — я облегченно выдыхаю, и чувствую, как где-то в глубине души приятно разливается чувство собственности. Прижимаюсь губами к ее и стираю пальцами влагу со щёк, — Ты ни с кем не кончала раньше, детка?

— Ну… — она ложится щечкой на мой плечо, смущаясь, — Как-то было, когда я была сверху, но… совсем не так.